Глава 2.
Я держала свой дневник будущего у груди, прижав его как можно сильнее, будто это моя самая большая драгоценность и шла домой вместе с А. Так решила называть себя из будущего, чтобы не путаться.
- Но как ты здесь оказалась, А? Как ты вернулась в прошлое?
- Не стоит забивать себе этим голову, Айлин. Во вселенной существует огромное количество миров, и я нашла лазейку.
- Как это, лазейку?
- Ну хватит тебе про это спрашивать, - я из будущего посмеялась.
- Тогда, как мне отличить этот мир от другого? - не унималась я.
- Достаточно посмотреть на небо.
Мы уже дошли до моего дома.
- Стой! В смысле на небо?
- Ты все поймешь.
- Появляешься ниоткуда, говоришь мне спасти Сэма, а может я вообще не хочу его спасать? Наверное, если он все таки умер, так и должно быть. Нельзя изменить прошлое. Это невозможно.
- Я обещаю, ты поймешь все.
В ответ я недовольно вздохнула и закатила глаза.
- Помнишь, что папа всегда говорил? - внезапно спросила А.
- «Если есть возможность, всегда спаси заблудшую душу. Никогда не знаешь, что сейчас испытывает человек».
- Да, именно. Сделай это ради папы.
- А, скажи, кем я буду работать в будущем?
- Психологом.
- Никогда не хотела быть психологом, - фыркнула я.
- Знаю.
А. подошла ко мне вплотную и обняла.
- Пожалуйста, спаси Сэма, - шепотом сказала она.
- Хорошо, - так же шепотом ответила я и зашла в дом.
Трис сегодня дома, удивительно. Лежит на диване и смотрит телевизор. Я кинула рюкзак на пол и пошла к себе в комнату.
Сейчас февраль, Сэм умрет в марте следующего года. Значит, у меня тринадцать месяцев, чтобы его спасти. Спасти совершенно незнакомого мне человека, которого я встретила только сегодня. Черт бы с Айлин, жила бы своей жизнью. Когда начинаю думать о том, сколько сложностей она принесла в мою жизнь, вспоминаю, что это все таки я. Я из будущего вернулась назад, чтобы спасти Сэма. Должно быть, это очень важный для меня человек.
Я поклялась себе не читать весь дневник вперед, а только на предстоящий день. Все равно А. сказала, что мне нельзя ничего менять, строго-настрого. Вот и не буду. С этими мыслями я провалилась в сон, оставляя все переживания в прошлом. Но где сейчас прошлое, будущее и настоящее? В каком из миров я нахожусь?
Я подскочила от звона будильника. Черт, опаздываю! Бегом спустилась вниз, Трис нигде не было видно, а мама мирно спала. Трис...
Сестра знала, что я опаздываю и не разбудила меня, а просто уехала в школу одна. Раньше мы с сестрой были не разлей вода, все детство проводили вместе, играли в прятки на заднем дворе. А потом умер папа. Каждый из нас перенес эту смерть по-своему. Мама долго плакала, а потом с головой ушла в работу, чтобы забыться. Так и работает дни напролет. Трис закрылась в своей комнате. Я каждый день приходила и отбивала кулаки о дверь, плакала, кричала, мне была нужна моя сестра, но она не открывала. А я каждую ночь рыдала в подушку, мне не верилось, что его нет. По привычке хотелось спуститься вниз и увидеть папу с сияющей улыбкой, смотрящего утренние новости. Мама поет песни и готовит завтрак, аромат которого расходился по всему дому. Трис, совсем не использующая косметику сидит рядом с папой и смеется. Сейчас же она совсем не улыбается, да и дома редко бывает.
В памяти всплыла улыбка папы. Такая искренняя, добрая, излучающая теплоту. Но я больше не грущу, пап, честно. Я буду жить так, как ты всегда учил, я спасу одну потерянную душу.
В спешке из дневника выпала фотография, которую я вчера нашла. Точнее, которая свалилась на меня. От улыбающегося Сэма тепло внутри разлилось по всему телу, она так напоминала улыбку папы. Я сунула фотографию обратно в блокнот и побежала на остановку. Хоть бы успеть на автобус! Если опоздаю, следующий через час, тогда мне точно влетит. Я продолжала бежать изо всех сил, все еще насылая на сестру гневные проклятия.
Бам. Я в кого-то врезалась. Рюкзак упал и все содержимое вывалилось на асфальт, а коленка начала саднить. Не знаю, от неожиданности или стыда, я даже не подняла глаз и судорожно начала поднимать книги.
- Внимательнее будь, растяпа, - раздался чей-то жутко знакомый голос.
Сэм опустился на колени рядом со мной и помог собрать оставшиеся книги. На секунду он остановился, поднял глаза в небо и выпустил клубы пара изо рта. Снежинки мягко падали на его растрепанные волосы. Сидя в метре друг от друга я заметила, что у него темно-карие, почти черные глаза, даже зрачков не видно.
- Ну, чего ты смотришь? - хриплым голосом спросил он.
«Снежинки красиво падают», подумала я. Но ответила:
- Смотри, куда идешь.
- Так это ты в меня врезалась!
- А ты стоял на пути.
Послышался скрежет, это автобус уехал. Последний.
Сэм шумно вздохнул.
- Из-за тебя придется пешком идти.
- Не нужно было мне помогать.
- Вставай уже, холодно ведь.
Мы с Сэмом пошли в направлении школы.
- У тебя слезы были на глазах, когда ты упала, в чем дело? - неожиданно спросил парень.
- Ни в чем, - спокойно ответила я.
Минуту мы шли в полном молчании, которое, на удивление, не казалось гнетущим, а наоборот, уютным что ли.
- Папу вспоминала, - коротко ответила я.
В этом году зима в Чикаго выдалась на редкость холодной. Пришлось доставать все самые теплые пальто и куртки, кутаться в длинные шерстяные шарфы и согреваться чаем.
Из-за гололеда мы шли медленно, но это меня не остановило. Я едва опять не полетела вниз. Сэм успел меня подхватить, придерживая за талию.
- Ты вообще с какой планеты?! - проскрипел Сэм.
- С той же, что и ты! - крикнула я.
- Первый раз вижу такую растяпу.
- Я не растяпа! - не унималась я.
Конечно же, я знала, что растяпа.
Сэм слабо улыбнулся и посмотрел перед собой. Впереди виднелась кофейня, крышу которой слегка запорошило снегом.
- Айрин, - надменным тоном сказал Сэм.
- Меня зовут Айлин! - неожиданно возвысив голос, сказала я.
- Точно, Айлин, - он усмехнулся. - Не хочешь прогулять уроки? Мы все равно опоздали.
- Вообще-то не очень, - я сложила руки у груди.
- Ты мне должна, трижды. За химию, за то что не бросил тебя не остановке, за то что спас от триумфального падения. Пожалуй, от падения можно было бы не спасать. Представляю, с каким лицом ты бы валялась на льду.
- Какой же ты козел! - раздула ноздри я. - Я вообще-то дала тебе булочку, за химию. Итан, между прочим, тридцать минут за ней стоял.
- Я ее выкинул.
Я смерила Сэма осуждающим взглядом, но с места не двинулась.
- Потом про своего Итана расскажешь, - Сэм схватил меня за руку и повел в кофейню, пока я пыталась вырываться и протестовать.
Мы сняли с себя одежду, мокрую от снега и заказали кофе. Сэм, сидящий напротив, внимательно смотрел на меня, потом резко встал и потрепал по волосам. Посыпались снежинки.
- Да ты дурак!
Он засмеялся, отхлебывая горячий напиток.
- Так что, ты первый раз прогуливаешь?
Я промолчала в знак согласия, поерзав на стуле.
- Скучная ты, - с досадой в голосе произнес мой спутник.
Ох, была бы моя воля, хорошенько огрела бы его, да так, чтоб он больше не встал.
- Ну тогда уходи!
- Нет, я себя такого удовольствия не лишу.
Мой телефон завибрировал, продрогшими пальцами я взяла его и разблокировала. Смс от Итана: «Ты где?». Еле как сгибая пальцы, я напечатала ответ: « Приболела». Еще через секунду: « Зайти к тебе после уроков?». «Я тебе напишу как буду себя чувствовать». Я чувствовала вину за то, что обманывала лучшего друга, но и говорить не хотелось. Нет, я не боялась осуждения. Наверное, признаться самой себе в том, что я поддалась на уговоры прогулять уроки со странным новеньким.
- Парень волнуется? Я бы тоже волновался, если бы моя девушка прогуливала уроки с упомрачительно-красивым молодым человеком.
- Это Итан, - я улыбнулась и отложила телефон в сторону.
- Тот, у которого ты безжалостно отобрала булочку ради меня?
- Не ради тебя, а в знак благодарности! Я не знала, что ты не стоишь даже этой булки, - без улыбки ответила я. Как он мог так безжалостно с ней поступить? Вкуснейшая булочка гниет на свалке.
- Очень жаль слышать это от тебя, Айрин.
Видя, как во мне постепенно начинает закипать гнев и мое лицо слегка покраснело, Сэм улыбнулся, довольный своей выходкой. Я раскусила его планы.
- Я знаю, что ты Айлин, не кипятись, - парень резко помрачнел. - Скажи, а у тебя бывает такое чувство, что тебе чего-то не хватает?
Вопрос застал меня врасплох. Я нервно сглотнула слюну и серьезно посмотрела не его.
- Что ты имеешь ввиду?
- Просыпаешься с чувством пустоты, засыпаешь с чувством пустоты, будто ты забыл что-то очень важное.
- Нет, - соврала я.
Конечно, я чувствовала. Во мне жила пустота, которую, казалось бы, невозможно заполнить.
- А я-то думал мы похожи.
- Почему ты так решил?
- Не знаю, увидел тебя и подумал, что у тебя очень грустные глаза. Наверное, ошибся.
- А у тебя карие глаза, почти черные. Я бы не сказала, что они грустные, наоборот, добрые. - сама от себя не ожидая, я тепло улыбнулась.
- А у тебя зеленые, - улыбнулся Сэм, - Почти изумрудные.
Мы просидели в кофейне еще часа три. Я не заметила, как летело время, проведенное вместе. Иногда Сэм замолкал, погружаясь в свои мысли и наблюдал за снегопадом. В это время я наблюдала за Сэмом. Он сидел, почти неподвижно, но пальцы едва заметно барабанили в такт по столу.
- Надеюсь, я тебе больше ничего не должна, - сказала я, надевая пальто при выходе из кофейни.
- Ну нет, еще одно кофе ты мне должна. Или что покрепче, - парень подмигнул.
Я помахала рукой на прощание и уже собиралась идти, но тут почувствовала как что-то теплое обвилось вокруг моей шеи. Шарф.
- Спасибо, - едва слышно сказала я, закутавшись в шарф сильнее.
- Смотри опять не упади.
Шарф впитал в себя аромат смеси мужского шампуня, одеколона, мяты и никотина. По отдельности не сказать, что очень вкусно пахнет, но все вместе создавало его уникальный запах. Так пах только Сэм. Такой свежий, бодрящий, как утренний душ, но в то же время невероятно теплый. Может ли запах быть теплым? Поверьте мне на слово, может. Когда этот аромат окутывает тебя с ног до головы, в мыслях невольно всплывают образы теплого весеннего солнца, горячего шоколада, который приготовила мама, огромный теплый свитер, в который ты кутаешься, сидя у камина. Потом ты поднимаешь голову, и перед тобой не камин, а заснеженный город, машины, спешащие домой к ужину, прохожие, которые с головой зарываются в теплую ткань и дыханием пытаются согреть свои озябшие пальцы. На улице холодно, а в душе тепло. Интересно, тепло от шарфа или от присутствия Сэма, которое согревало сильнее, чем печка?