EVERYDAY [16+] / редактируется!

  Я вышел из туалета и, закрыв дверь, задумался на секундочку, чем бы мне заняться. В ту комнату, в которую мне закрыли всякие пути теперь не попасть. Я знаю, что с кухни Нора скорее всего всё ещё пытается следить за мной. По крайней мере точно не сводит свой тяжёлый и строгий взгляд с двери. Но пока что я нахожусь в слепой зоне, поэтому можно немного расслабиться, хоть она меня совсем и не напрягает. Её присутствие, когда она совсем рядом даже забавляет меня. Хотя... теперь не так сильно после последних событий. Я до сих пор не могу смириться с той мыслью, что нашел в её лице и образе ту самую девчонку, голос которой когда-то спас меня от страшных событий, заставил остановиться, на секундочку осознать то, что я занимаюсь отвратительными вещами. Честно признаться, я жалел тогда несколько дней, что так и не увидел её лица, пытался высмотреть что-то похожее в толпе в школе, но вскоре позабыл об этом, потому что на мои плечи навалились совсем другие проблемы, которые нужно было решать как можно быстрее. В воспоминаниях остались лишь знакомые нотки голоса, которые со временем забывались, и спасибо той тусовки в честь дня студента, спасибо Метту, потому что услышав что-то знакомое, я начал всё заново. И вот теперь, на третьем курсе института, спустя столько лет, я увидел, как она выглядит. Честно говоря то, как она говорит в сочетании с её телом, мимикой и привычными повадками превращается во что-то... незабываемое. 

Оглядев гостиную, я заметил, что темноволосый всё ещё занят телевизором, на столе появились тарелочки с закусками, а кудрявый спешит на помощь к своему дружку. Джорджия всё ещё сидит, как неподвижная кукла, продолжая капаться в телефоне. И даже такая мелочь со стороны может выглядеть немного пафосно. Я удивился. 
Хм, ну раз все заняты, а меня о помощи никто не просит, то мне стоит немного постоять тут, возле открытой двери, которая ведет на кухню, и ещё немного понаслаждаться той самой мелодией, которую я мог бы записать в лучшей студии звукозаписи и слушать на повторе. Мои губы начинали растягиваться в привычной и такой любимой ухмылке, когда отдаленно я услышал её мелодичный голос, продолжая удивляться тому, насколько он мне нравится. 

- И каждый раз это не один и тот же парень? - спросила она, а я соприкоснулся затылком со стеной, полностью оперевшись на неё всем своим телом, расслабляясь. 

- Да, Нора. Я беспокоюсь за неё. Если Хантер узнает... Я даже представить боюсь, что может случиться. 

"Если Хантер узнает? Это они обо мне болтают?" - пронеслось в голове, и я немного напрягся. За кого беспокоиться зеленоглазая? 

- Ты уверена, что эти её встречи имеют именно такой смысл? - Нора снова заговорила, выделяя интонацией слово "такой", будто говорила о чем-то непристойном. 

- Да, это сто процентов. Спроси у Алика, он тоже всё видел.

- Чёрт! Она что, совсем идиотка? Зачем ей это? - голос Норы стал очень строгим и недовольным. Так она обычно разговаривает со мной, и я думал, что я единственный такой в её окружении, но... Неужели разговор идет о...? - Я думала, этот придурошный её вполне устраивает. Ещё удивилась, что она начала с кем-то встречаться. Подумала, что Джо правда влюбилась.

Джорджия?

Я вдруг перестал смотреть в одну точку, перестал улыбаться, и расслабление покинуло мое тело. Звуки с кухни конечно продолжали возбуждать внутри меня удовольствие, но не могу отрицать того, что я перестал обращать на него внимание. Глаза быстро нашли Джорджию, которая всё ещё пялилась в свой телефон, с кем-то переписываясь. Кажется, я завис на несколько секунд, просто смотря в её затылок и торчащие из-за спинки дивана плечи. "Спасибо" за придурошного, я правда не обижаюсь, но... Неужели всё, что сейчас говорит Клэр и Нора правда? Я правильно понимаю? 

- Не переживай, Клэр, мы обязательно что-нибудь придумаем, - я немного потерялся в пространстве и упустил пару фраз, но когда Нора снова заговорила, я будто очнулся. 

Услышав, что на кухни начались лишние движения, я быстро отпрянул от стенки, с которой, кажется, слился в одно целое, и быстренько подбежал к дивану, упав рядом с Джорджией - "моей девушкой". Приобняв её за плечи, я будто впился в её щеку своими губами, смачно чмокая. Она повернула голову, тут же убрав телефон, и улыбнулась, как делала это всегда. Немного смущенно, но пошловато. 

- Где ты был? Я тебя заждалась, - пропела она. Заждалась? Можно было просто обернуться и увидеть то, как я стою прямо напротив неё, наслаждаясь совсем чужим голосом. 

- Был в туалете, - просто ответил я, не забыв натянуть привычную ухмылку. 
Сзади послышались шаги, и я слегка повернул голову, почти что краем глаза замечая, как зеленоглазая и Нора несут остальные тарелки с едой и несколько бутылочек с напитками. 

Что я думаю по поводу всего, что узнал? Сам не знаю. Джорджия никогда не волновала меня, и за всё время наших отношений внутри меня не сжался ни один орган, ни один нерв не подал сигнал и не заставил меня что-то ощутить. Что-то приятное. Мне кажется, я вообще этого никогда не ощущал. Не было времени. Трахал я её равнодушно, также, как и остальных девчонок. От других её отличало только одно: о собственном величии во время наших утех я забывал, потому что в голове было другое, а после того раза около института... Я не прикасался к Джорджии с того самого дня. Но тот факт, что она смеет забавляться с другими парнями, меня охренеть как бесит. Я привык, что если девчонка моя, значит всецело, значит спит она только со мной и думает только обо мне. И как Джорджия посмела впускать в себя кого-то помимо меня? Зачем в наш первый раз молила меня одними глазами, чтобы я предложил ей быть вместе? Зачем весь этот цирк? 
Хотя я сам устроил тут ещё тот спектакль. И всё ради Норы Ливингстон, которая прямо сейчас сидит напротив меня в кресле и с улыбкой на лице открывает бутылку сидра, что-то обсуждая с Лео и Аликом, у которых почти получилось включить музыку. Я не слышал голоса, я не слышал её смеха. В голове было столько мыслей, что я просто абстрагировался от всего. За то благодаря её изменам я могу без лишнего напряжения расстаться с ней, ведь нужная информация уже нарыта. Оказывается, Джорджия совсем не та, за кого себя выдает. 

Мне даже стало жаль Нору. 

- Эй, ты чего так пялишься на Нору? - кто-то пнул меня в бок и вывел из собственных мыслей. Это была Джорджия. В этот момент улыбка с лица Ливингстон пропала, и все уставились на меня. 

- Просто смотрел на её тщетные попытки открыть бутылку, - сообразил я, когда заметил, что у русоволосой правда с этим проблемы. Выхватив из её рук стекляшку, я легким движением руки открыл её и кинул жестяную крышечку на журнальный столик. Вокруг всё ещё стояла напряженная тишина, но это продлилось недолго. 

- Спасибо, - буркнула Нора и вырвала из моих рук сидр. Все снова начали друг с другом болтать, а я почувствовал на своей спине движение противных мне рук. 

- Ты такой напряженный, - прошептала темноволосая, - Может быть нам стоит уехать? 

Я посмотрел в её шоколадные глаза, которые молили меня взять её тело прямо здесь, прямо сейчас. 

- Уехать? Разве мы не приехали в гости, чтобы провести время с твоей дружной компанией? - я всмотрелся в её лицо. Теперь каждое мое слово для неё проверка. 

- Какая разница? Ты ведь их почти не знаешь. Мне кажется, они тебе совсем не нравятся, - она продолжала мурлыкать, лаская мою спину. Её пальчики бегали по моему позвоночнику, но дай ей волю, они бы уже давным-давно спустились к ширинке моих штанов. 

- Они нравятся мне больше, чем ты сама, - прошептал я, как можно слаже, наклоняясь к её лицу, улыбаясь. На секундочку её мордашка скукожилось из-за непонимания, но вскоре приняло привычный вид.

- Я рада, что вы нашли общий язык. Сейчас открылась ещё одна дверь, которая ведет к укреплению наших отношений, - она последний раз прошлась по мне, а потом с улыбкой отвернулась, обращая своё внимание на друзей, не выпуская меня из своей хватки. Она правда такая дура или притворяется? 

***
- Нора, - произнес я, когда моё плечо соприкоснулось с косяком. Пока я шёл сюда, к кухне, видел её спину, её блестящие волосы, которые постоянно спадали с плеч, мешая девчонке мыть посуду. Дурочка, не додумалась заплести их в косичку или хотя бы сделать хвостик, а теперь мучается, постоянно убирая их назад мокрыми руками, попутно цыкая. 
Зачем я стою здесь? Зачем собираюсь сделать то, что пришло мне в голову несколько секунд назад, когда я сидел на том проклятом диване? Я не знаю. Мой мозг, моё тело - они требуют правды, да и внутреннее Я жаждет удивить Ливингстон как можно скорее. 

- Чего тебе? - она обернулась на секундочку, бросив на меня свой презрительный взгляд, оставляя меня в таком состоянии, будто меня только что облили грязью. Когда она говорит со мной, когда просто стоит рядом, я не чувствую своего величия. В один миг все мои действия и моё излюбленное хобби начинают казаться мне вправду отвратительными. Я чувствую себя ужасным, страшным, некрасивым, гнилым человеком, которому уже, как ты не старайся, невозможно помочь. 
Я прошел вглубь, опустив взгляд, будто провинился. Оперевшись о кухонный гарнитур рядом с девушкой, я наконец-то поднял голову и посмотрел вперед, капаясь в своей голове. С чего бы начать? Нора выключила воду, несколько секунд смотрела на мой задумчивый профиль, а потом отошла, встав напротив, возле стола. Я ей противен настолько, что она даже не хочет стоять рядом со мной. Это не обижает меня, я всё прекрасно понимаю. Просто в очередной раз надоедливый сигнал мерзко пищит где-то внутри, и я оказываюсь снова облитым с ног до головы какими-то помоями. Девушка выжидающе смотрит на меня, сложив руки на груди. Я осмеливаюсь посмотреть в её глаза и произношу:

- Теперь я всё знаю о тебе.

Её выражение лица не меняется. Она всё также недовольно глядит, а её лицо будто кричит: "Опять этот детский сад!" 

- Представь себе, я тоже знаю о тебе кое-что, - на выдохе говорит она и хватается за рядом лежащее полотенце, начиная вытирать поверхность стола. 

- В каком смысле? - это сбило меня с толку. Не такого ответа я ожидал, скорее молчания, её немого взгляда, который бы позволил мне продолжить. 

- О нашей прошлой встречи, о том, кто ты такой на самом деле. Уже забыл? К чему снова говорить со мной об этом? 

- Нет, это не то, - чуть ли не воскликнул я, устроившись поудобнее на этой чертовой деревяшке, или что там служит мне опорой? Меня даже немного взбесило то, что она поняла меня неправильно, принимая за дурака, который никак не может отпустить тот день, когда вспомнил шторку из русых волос, закрывающих её личико. 
Она ничего не ответила, продолжая прибираться, а я посчитал это знаком. Значит, теперь я могу сказать своё слово. 

- Ты Нора Ливингстон, - я начинал с простого, прожигая своим взглядом её хрупкую спину, - Ты из богатой семьи, которая разорилась несколько лет назад. Твой отец сел в тюрьму, а мама помешалась на мысли свести тебя с каким-нибудь богатым сыночком, чтобы хоть как-то реанимироваться, потому что она не может жить без кучи бабок в кармане, - на этом моменте девушка перестала усердно двигать своей правой рукой, замирая, - Она перевела тебя в другую школу, поближе к семье Хемсфорд, - на этой фамилии я и сам напрягся, - Невольно ты стала вещью для своей матери и игрушкой для Джейкоба, - она медленно обернулась, смотря на меня каким-то испуганным взглядом, - Параллельно ты встречалась с Кайлом, младшим братом своего жениха, но сказка продлилась недолго, потому что вас спалили, после чего тебя выкинули из собственного дома. 

- Что ты сказал? - на секундочку мне показалось, что её глаза стали красными от слез, но я решил не заострять на этом внимание. 

- У тебя есть младшая сестра Эмбер и старший брат Джеймс, который единственный после всего случившегося поддерживает с тобой контакт. Ты одиночка, которая находится в безвылазной депрессии, работает, как проклятая и думает только обо одном каждый божий день: почему Кайл оставил тебя, и почему собственная мать так просто вычеркнула тебя из семейного древа?

Это неправда. Неправда, что я говорю это с удовольствием. Когда я так сильно старался что-то узнать о ней, я не ждал подобной истории. Я не хотел узнать, что она такая же, как я, в какой-то степени. Брошенный ребенок, который так сильно любил свою семью, так сильно старался сделать, как лучше, и так сильно проебался. Джорджия плохой человек, очень плохой. Я знаю, что злился бы, если бы она продолжала говорить то же, что и в тот день, когда мы первый раз переспали, но тогда она бы не пала в моих глазах так низко. По лицу Норы видно, как ей больно слышать свою историю. Она очень хочет забыть всё, но не может. Я то же не могу. Поэтому прямо сейчас говорю ей, что нарыл на неё информацию. Поэтому в эту секунду сдаю самого себя со всеми потрохами. Плевать, потому что сейчас она поймет, где произошла утечка и кто виноват.

- Понравилось? - спросила она, пока я впивался в её надломленный судьбой взгляд брошенного щенка. 

- Что понравилось? - мой голос вдруг захрипел.

- Слушать всё это. Интересно? Ты достаточно потешил своё самолюбие? Странно, что на твоём лице нет ухмылки, которая обычно говорит о том, как ты доволен своими выходками. 

- Потому что я... - недоволен этой выходкой. 

- Откуда? - она сглотнула. Она знает, но не хочет, чтобы всё оказалось так, как она думает. 

- Джорджия. 

Перехватило дыхание. И у меня и у неё. Нора разваливалась на части прямо передо мной. Хоть она и умела держать своё лицо в одной и той же эмоции, не смея и миллиметром шевельнуть, сейчас ей это практически не удавалось. Я видел её насквозь, знал, что она чувствует, потому что сам когда-то страдал от этого. Да, тяжело узнавать о том, что твоя близкая подруга треплет всем подряд о твоей жизни. 

- Зачем ты сдаешь её прямо сейчас? 

Интересный вопрос. Настолько, что я даже решился подойти к ней ближе.  Оттолкнувшись, я сделал один шаг, затем второй, и поймал себя на мысли, что снова зачем-то начинаю их считать, как безумный. 

- Потому что я хочу, чтобы ты знала, кто на самом деле стоит рядом с тобой, - между нами метр, - Джорджия ведь не так хороша на самом деле, верно? Ты должна понимать, что я имею в виду не только ситуацию, связанную с тобой. 

-Хантер! - слышится со стороны гостиной. Я понимаю, что наш с Норой разговор окончен, что больше нам нечего сказать друг другу, и даже не потому что Джорджия только что прокричала на всю квартиру моё имя, подзывая к себе, как верного пса, который будет продолжать вести себя, как преданный ещё совсем капельку (не всегда же оставаться таким фальшивым). Просто на этом пока что точка. Мы поняли друг друга, она знает, что я только что спрятал среди буковок и слов, из которых состояла моя последняя фраза. Сейчас нам обоим нужно время, чтобы переварить всё. А мне особенно, если учитывать тот факт, что я, кажется, начинаю осознавать нашу нерушимую связь, которая с каждым днем становится только крепче. На самом деле Ливингстон намного ближе ко мне, чем кажется на первый взгляд. 
Я киваю головой, завершая наш контакт и одновременно прощаясь с ней. Знаю, что пропаду на несколько дней, чтобы (типа) реанимироваться, прийти в себя и решить парочку вопросов, которые больше не имеют право стоять прямо у меня перед носом, мозоля глаза. 

- Что ты там забыл? - спрашивает Джорджия немного недовольно, когда она понимает, что там был только я и Нора, один на один. Русоволосая выходит практически следом за мной, чтобы проводить нас. Видок у неё всё ещё не восстановившийся.

- Просил Нору налить мне воды, и она любезно помогла мне, - я выдавил из себя ухмылку.

- Любезно? Я думал, что если вы останетесь один на один, то перегрызете друг другу глотки, - хмыкнул Алик за спиной Джорджии. 

- Я нормально отношусь к Норе, мне не за чем собачиться с ней, - я и темноволосому дарю свою  улыбку, после чего прохожу мимо своей спутницы, дабы обуться. 

- Эй, с тобой всё хорошо? - вдруг заволновалась Клэр, когда Нора подошла ближе к нашей кучке собиравшихся покинуть одинокую пещеру, в которой она буквально заперла себя после произошедших событий в её жизни.

- Да, просто немного устала. Хочется спать, - она слабо улыбнулась зеленоглазой, а та в ответ погладила её по плечу, успокаивая. Норе будто правда стало чуточку легче от этого жеста. 

- Чтобы сразу же легла после нашего ухода. Хватит уже. Спать по три часа в сутки ненормально, - Лео вступил в разговор, обеспокоенно глядя на свою подругу. 

- Может быть остаться с тобой и спеть тебе колыбельную? - в шутку вставил Алик, состроив до безумия милую мордашку, от чего Нора устало, но улыбнулась. 

- Спасибо конечно, но я как-нибудь сама.

- Ладно, хватит уже грустить. Относись к жизни проще, - Джорджия сложила руки на груди, смотря на свою русоволосую подругу. В этот момент я наконец разогнулся, закончив разборки с обувью, и заметил, как Ливингстон тяжело взглянула в её сторону всего на пару секунд, после чего промолчала, не смея ответить на её не очень-то ободряющую фразочку. Сегодня я снова выступил, как насильник и разрушитель, но не в физическом плане. Сегодня Хантер Уайт разрушил дружбу, которая могла бы продолжаться ещё очень-очень долго. Её обломки с таким грохотом валились наземь, что Нору буквально оглушал этот страшный звук, который она бы никогда не хотела слышать, а я лишь видел то, как одновременно с падением чего-то важного для Ливингстон, девушка выстраивала непробиваемую стену между ней и Джорджией. Было видно, что все мосты для Норы сожжены, она больше никогда не позволит темноволосой переступить границу, чтобы восстановить пути, ведущие к доверию и дружеской любви. 

Нора с улыбкой проводила нас, особо не заостряя внимания на мне или Джорджии. В основном её глаза были прикованы к остальной части компании, будто девчонка боялась одного нашего образа. Возможно, так она пыталась избежать боли и неприятного чувства внутри, которые теперь не так скоро отпустят её. Наверное. Я не могу быть уверен... то есть, я не имею право считать себя уверенным во всем, о чем думаю, потому что, даже зная всю её подноготную, я не знаю Нору до конца. Дверца в её город закрыта намертво, а после последних событий, к ней вообще не подойти, и даже постучаться нет возможности. А ведь это самое интересное, и я бы хотел знать о её мыслях, чувствах и прочей херне, которую раньше бы не посчитал важной. 

- Всем пока, - в подъезде эхом раздался её голос, а вскоре хлопнула дверь. Я зачем-то обернулся, позволив себе на секундочку принять такой же потерянный вид, как у неё ( не всегда же оставаться таким фальшивым).

*** 

Тёплый свет, который лился на темную улицу, окутанную прохладой этого вечера, из окна напротив меня, умудрялся согревать моё оледеневшее сердце, но не достаточно сильно, чтобы я снова превратился во что-то похожее на человека. Приятно ли осознавать, что ты монстр? Нормально ли принимать этот факт, считать себя именно таким, не сметь равнять себя с окружающими тебя людьми? Для меня - да. Я делаю это каждый божий день, и забываю о том, что плохой только тогда, когда с увлечением занимаюсь любимым занятием. Но это лишь на короткий промежуток времени, а потом снова приходят мысли о том, что мне пора вернуться в свою обшарпанную холодную комнату, закрыться там, сесть на скрипучую кровать и замереть, давая волю своим мыслям съесть себя настолько, насколько они этого хотят. Потом кое-как восстановиться после удушающего самоанализа и продолжить жить так, как это у меня заведено. И вот в чём ещё загвоздка! За последние несколько недель я потерял некоторую грань. Граница чего-то в моей безумной голове размылась, и я перестал понимать: для меня это всё ещё способ развлечься или глупая привычка, которая как паразит засела в моей голове, из-за чего я никак не могу расстаться с ней, отпустить это сумасшествие и исправить все свои ошибки.  
Стоя напротив этого чертового уютного кафе, я ощущаю себя животным. На моей голове большой черный капюшон, поверх худи большой бомпер такого же цвета, а руки покоятся в карманах этой самой куртки. Я исподлобья гляжу на девушку и парня, которые с удовольствием проводят вместе время. Где-то глубоко внутри мне начинает казаться, что мой взгляд выглядит устрашающе, что если она сейчас повернет голову немного левее, то испугается, вскочит со своего места и, схватив меховую курточку, которая покоится на рядом стоящем стуле, выбежит вон через какой-нибудь выход, который принадлежит только персоналу этого заведения. И всё же, надеюсь, что она меня не узнает, а лучше всего - не заметит вовсе. Однако, неприятно видеть, наглядно наблюдать за тем, как тебе изменяют. Хоть у них, кроме что сплетенных рук на поверхности стола и пошлых улыбочек, ничего не было, я понемногу злился. Это отвратительно - видеть то, как она улыбается ему, когда всего час назад также скалила свои зубы для тебя, будто крича своими фальшивыми глазами: "Я только твоя". Слова Клэр только что подтвердились, потому что я осмелился провести этот эксперимент. Точнее, подобная идея сразу же врезалась мне в голову ещё в квартире Норы в тот вечер, и вот уже почти неделю я исполняю свои планы. Это так забавно на самом деле. Меня обвели вокруг пальца настолько глупо, что я, не буду таить, сам над собой смеюсь. И даже сейчас, когда во мне нарастает ярость, дикое желание рассмеяться не отпускает меня. 
Вот она двигается к своему объекту, немного ближе наклоняется к нему, а парень весь светится, осознавая то, что сегодня либо у него, либо у неё дома произойдет что-то необыкновенное. То, чего он ждал, казалось бы, всю свою жизнь, потому что отрицать, что Джорджия красотка - бессмысленно. По его глазам видно, что он очень давно мечтал о такой, как она, что он прибывает в диком восторге, ощущая её цветочное присутствие рядом, а она просто рада получать порцию лишнего внимания. Видимо, моего ей было мало, раз для неё считается нормальным встречаться с таким, как я, и параллельно крутить подобные романчики с кем-то левым. Может быть, я для неё трофей? Просто трофей, который ни с кем до неё не начинал что-то серьёзное, и она не хочет отпускать такую награду на зло всей женской половине нашего института? Нет, я никогда не смогу ощущать себя таким. Это она моя золотая статуэтка, с которой я просто поигрался, ради собственной выгоды, которую, кстати, достаточно быстро заполучил. Зачем только продолжал ошиваться с ней? Ради того, чтобы быть ближе к Ливингстон и чаще встречаться с этим интересным персонажем в их дружеской атмосфере? Возможно. Скорее всего так и есть. Просто другого объяснения нет. 
В любом случае, так просто Джорджия не останется в своем благополучном сплетении интриг. Я нацелен устроить ей "очную ставку", так что можно немного успокоиться, отойти от этого злосчастного большого окна кафе и пойти прочь, позволяя себе побродить по вечернему городу. И всё же любопытство не дает мне это сделать. Мне интересно, какие жесты и движения последуют дальше, поэтому не двигаюсь с места, но внутри немного расслабляюсь. В этот момент телефон в моем кармане вибрирует, но очень кратко. Значит, пришло какое-то уведомление, или сообщение. Правда, хрен знает от кого, потому что обычно мне пишет только Этан, но мы с ним уже очень давно не разговариваем из-за Джорджии. А, стоп! Может какая-то малышка вдруг начала нуждаться во мне? Хм. 

"Ты много чего знаешь обо мне. Теперь твоя очередь. Всегда было интересно узнать, как живут насильники вне своих мерзких делишек." 

Это и правда была девушка, но она никак не относилась к тому классу, о котором я подумал. Нора Ливингстон снизошла до моего низшего мира и написала мне. Хотя... Нет, она продолжает оставаться на несколько уровней выше, и всегда будет оставаться там. Я правда пребывал в шоке от увиденного, и мысли о Джорджии тут же покинули меня. Русоволосая заняла всё пространство, и моя кровь забурлила. С одной стороны из-за того, что Нора походу намекает на то, что хочет поговорить со мной, а с другой - она желает, чтобы я поступил честно и поведал ей свою историю. Это одна большая катастрофа, потому что я не способен на подобное. Принципы, характер и образ, который я старательно выстраивал на протяжении нескольких лет, не позволят мне этого. Но ведь никто не запрещал врать, так? Спустя столько дней после нашего разговора я впервые услышал от неё хоть что-то, потому что всё это время она ходила не своя. С Джорджией не разговаривала, только иногда с Клэр, а до остальных ей дела не было, из-за чего "моя девушка" постоянно жаловалась, когда я приходил к ней, обвиняя Ливингстон в том, что она снова посмела впасть в своё депрессивное состояние, тем самым выводя Джорджию из себя; на меня она вообще не смотрела, когда я стоял рядом или появлялся в её поле зрения, а когда мы с темноволосой вместе находились в её окружении, у Норы будто подкашивались ноги. И я вновь захотел защитить кого-то, как когда-то маму, поэтому уходил, поэтому уводил Джорджию за собой подальше от Норы, давая ей возможность дышать. И вот Бог отблагодарил меня за моё маленькое благородство - русоволосая написала мне. 

"Хочешь моего откровения?" 

"Хочу справедливости. Твои жалостливые взгляды выбешивают меня. Хочешь загладить вину? Я даю тебе шанс. Если собираешься применить свои хитрые методы и соврать мне, то лучше на глаза не появляйся."

А она знает, о чем говорит. И меня, кажись, давно раскусила, раз так сразу предупредила насчёт вранья. Но если она решила ставить условия, то и я позволю себе эту роскошь. Я не всё рассказал в тот вечер на кухне, кое-что решил утаить, потому что посчитал, что это касается только меня, и ей необязательно знать об этом, но у меня было время подумать и поменять мнение, в котором я всё-таки не уверен на все сто процентов. 

"Хорошо. Я не буду врать, но тогда тебе придется узнать ещё кое-что."

"Что?"

Нора удивительна. И судьба тоже умеет преподносить сюрпризы. Поэтому в эту секунду, от осознания всего у меня невольно начинают слегка трястись руки. Милый Хантер, ты становишься слабаком? Где все прелести твоего ужасного характера? Хорошие вопросы, которые начинают казаться мне фальшивыми. Такими же, как моя ухмылка в те моменты, когда хочется вроде как рыдать.