S.U.H.

Шумный ветер бился в стекла и рассекал темноту ночи за окном. Фрэнк крепко спал в своей кровати, часы показывали три ночи. Тук. 
Поморщившись, Фрэнк перевернулся на другой бок, подминая под себя одеяло. Тук. Тук. Фрэнк почесал во сне ухо. Тук. Что-то вкрадчиво барабанило в окно. Тук. 
Фрэнк лениво разлепил глаза, пытаясь понять, что происходит. Тук. Сонный он поднялся на локтях и принялся оглядываться вокруг. Обнаружив, что он в своей кровати, он облегченно выдохнул, но в этот момент что-то снова ударило в окно.
Протерев лицо руками, отгоняя остатки сна, Фрэнк поднялся на ноги и, немного пошатнувшись, подошел к окну и увидел то, чего увидеть совсем не ожидал. 
Смешной, помятый и как всегда растрепанный Джерард стоял прямо под его окном в шапке с медвежьими ушами, в его руках была горстка камней, а в воздухе тихо кружили большие легкие снежинки и аккуратно ложились ему на плечи. 
Стараясь наделать как можно меньше шума, Фрэнк отодвинул занавески и распахнул настежь окно, и холодный декабрьский ветер ворвался в комнату. 
-С первым снегом в этом году, Фрэнки! – радостно прошептал Джерард, откидывая камни в сторону и широко улыбаясь. 
В эту минуту Фрэнку показалось, что он еще никогда не был так счастлив. Джерард стоял перед ним, снова смешной и снова лохматый, он снова натворил какую-то хрень, снова был очаровательным ребенком и не менее очаровательным дебилом. От осознания того, что вот он здесь, что он выглядит счастливым и довольным, что он в порядке и с ним все хорошо, Фрэнк невольно заулыбался. 
-Что ты здесь делаешь? – спросил он, и, наверное, его голос в этот момент прозвучал слишком ласково. 
-Представляешь! – воскликнул Джерард, подпрыгивая на месте, – я сидел и читал комиксы, а потом увидел, что на улице снег! Я пошел разбудить Майки, чтобы показать ему, а он выгнал меня, можешь себе представить? – он сердито нахмурился, – даже Апрельский не проснулся! Поэтому я взял Старичка, и мы приехали к тебе, – и вот он снова заулыбался. – У меня есть вафли и теплый чай, поэтому ты просто обязан спуститься ко мне. 
-И почему это я должен делать это? – спросил сияющий Фрэнк. 
-Фрэнки, ну ты что, не понимаешь, что ли? – смешно прошепелявил Джерард, и, не выдержав, Фрэнк заулыбался еще больше.
-Не-а, – проговорил он, и в его голосе проскальзывали задорные нотки веселости, – объясни. 
Джерард закатил глаза, будто бы до Фрэнка не доходила самая простая истина на свете. 
-Фрэнки, – совершенно серьезно проговорил он, – первый снег – это первый снег. Понимаешь? 
-Не-а, – снова сказал Фрэнк, хотя он делал это просто потому, что ему нравилось смотреть, как Джерард так по-детски ворчит и надувает губы. 
-Ну какой же ты глупый, я уже больше не знаю, как тебе объяснить !– обреченно выдохнул Джерард, всплеснув руками. 
-Ладно, я пойду, – сказал Фрэнк, глядя на такого умилительного Уэя. 
-Куда? – испуганно спросил тот. 
-Надену что-нибудь теплее, чем пижамные штаны, и сооружу лиану из простыни. 
Джерард просиял. 
-Джерард? 
-Да?
-Жди меня здесь. 
-Хорошо! – смешно поджав губы, сказал Джерард, стараясь выглядеть очень серьезным, как будто при исполнении важного задания. 
-Ты меня с ума сводишь, – с улыбкой выдохнул Фрэнк и скрылся в своей комнате. 

***

Джерард отвез их совсем не далеко: проехав пару домов, он так и припарковал машину на обочине, потому что в такое время все равно никто не ездил. Потом он, как и обещал, достал теплый чай в термосе и венские вафли, и они оба из салона машины перелезли в кузов, где валялось несколько одеял, пара комиксов, ковер и школьная сумка Джерарда. 
И вот они лежали под тремя одеялами, между ними не было и пяти сантиметров, под их головами был скрученный ковер, а сверху на их головы медленно ложился первый снег, оседая на волосах, ресницах, на горячих губах. 
Джерард жевал вафлю. Фрэнк чувствовал тепло его руки рядом. 
-Что ты будешь делать после школы? - спросил Джерард через несколько минут. 
-Поеду в Нью-Йорк, в медицинскую академию, - тяжело выдохнув, ответил Фрэнк. - А ты? 
-Нью-Йорк, - тоже сказал Джерард. - Школа искусств. 
Фрэнк приподнял голову и удивленно посмотрел на него. 
-Серьезно? - переспросил он. 
-Да, мне нравится рисовать, - ответил Джерард, и они снова замолчали. 
Фрэнк вглядывался в маленькие снежинки и просто не мог поверить, что это его будущее - уехать в Нью-Йорк, стать врачом, начинать каждый день в восемь - заканчивать в девять, ходить в больницу, носить белый халат и делать еще кучу вещей, которые делают врачи. Он не представлял себя в белом халате. Он не представлял, как он будет помогать другим людям, когда даже себе помочь не может. 
-Фрэнки? - снова сквозь темноту позвал его голос Джерарда. 
-Да? - откликнулся он. 
-Вот если бы тебе сказали: эй ты, иди прямо сейчас и сделай то, что хочешь! Что бы ты сделал? 
Фрэнк не думал ни секунды. 
-Нью-Йорк. Гитара. Музыка. 
-Хорошо, - тихо выдохнул Джерард. - Тогда почему ты этого не сделаешь? 
-Потому что я не могу. 
-Можешь.
-Нет.Мои родители. 
-Не оправдание. 
-Ты не понимаешь. 
-Ты боишься. 
Фрэнк сжал руки в кулаки под одеялом. 
-Всегда немного страшно делать вещи, которые тебе хочется делать, потому что нет никакой гарантии, что все получится. То есть, гораздо легче пойти учиться на врача и быть спокойным, что у тебя всегда будет, что покушать, чем пойти учить музыке и знать, что завтра ты уже можешь проснуться в коробке на улице, - все так же спокойно продолжал Джерард, глядя в небо. - Всегда всем нужна эта дурацкая уверенность в завтрашнем дне. 
-А ты? - спросил его Фрэнк, - тебе она не нужна? Пойдешь учиться на художника? Все ведь может не получиться. 
-А может и получиться. 
-Тебе не нужна уверенность? 
-Если цена такой уверенности - мое счастье, то хер-то с ней. 
Фрэнк почувствовал, как что-то теплое коснулось его мизинца. Такой смелый сильный Пьеро, так громко плачет, когда он один. Пьеро, мальчик-море. 
Было почему-то так хорошо лежать рядом с этим человеком, который может рассуждать о серьезных вещах в шапке с медвежьими ушами, рядом с которым институт, родители, белый халат кажутся чем-то далеким и нереальным, а значение имеют только вафли, одеяло и первый снег. 
Они лежали так до самого утра: мальчик, которому было очень страшно жить и мальчик, который был очень храбрым. 
А на следующий день произошло сразу несколько вещей: домой вернулся папа, Фрэнк проспал первый урок из-за ночных прогулок с Джерардом и получил первую за несколько лет двойку за контрольную работу.