26
Ночная Барселона дышала мягким теплом.
Город сиял золотыми огнями, отражаясь в тёмной глади моря. Вдалеке мерцали огни набережной, ветер с солёным привкусом осторожно трепал её волосы, а волны тихо разбивались о берег, будто шептали чужие тайны.
Они стояли у самой воды — слишком близко друг к другу и слишком далеко от спокойствия.
— То есть ты сначала говоришь мне держаться подальше, а сейчас говоришь, как любишь меня? —
с ухмылкой произнёс парень, глядя на неё так, будто пытался спрятать за насмешкой страх потерять.
Брюнетка молчала несколько секунд. В её глазах отражались огни города и что-то ещё — упрямое, настоящее.
— А ты говоришь, что не отпустишь меня... но сейчас не можешь принять? — тихо ответила она.
Его взгляд дрогнул. Он отвёл глаза к морю, словно надеялся найти там ответ. Ветер усилился, волны стали громче — как будто сама ночь подталкивала его сделать выбор.
И он сделал.
Не говоря ни слова, притянул её к себе. Обнял крепко, отчаянно — так, будто боялся, что если ослабит хватку, она исчезнет вместе с этим моментом. В его объятиях было всё: упрямство, страх, любовь, нежность, несказанные слова.
Она уткнулась ему в грудь, чувствуя, как бьётся его сердце — быстро, неровно, искренне.
Они оба понимали:
им тяжело.
им больно.
им страшно.
Но отказаться друг от друга — ещё страшнее.
Ночная Барселона продолжала сиять, а море шептало только им двоим. И в этом шуме волн растворялись их сомнения — оставалась только любовь, с которой невозможно было бороться.
Ночь в Барселона ещё не отпускала их — воздух был тёплым, густым, наполненным солью моря и чем-то неизбежным.
— Джен, послушай... — сказал парень, нехотя отстраняясь от её объятий.
В его голосе не было холодности — только усталость от самого себя.
— Ты с самого начала понимала, что моя жизнь нестабильна. И я сам такой человек.
Девушка смотрела на него с искрами в глазах — не злость, не обида... огонь.
— А ты просто пойми, что я всё принимаю слишком близко к сердцу.
Он мягко улыбнулся. Без насмешки. Почти нежно.
— Знаю.
Эта ночь была их.
После стольких пауз, недосказанностей и гордости — они наконец позволили себе просто чувствовать. Без споров. Без условий. Только тепло кожи, тихий смех и дыхание в унисон. Они забыли про весь мир, и мир будто забыл про них.
⸻
Утро пришло медленно.
Она открыла глаза от знакомого запаха — того самого, который так долго пыталась забыть. Теплый, родной, немного терпкий.
Она лежала у него на груди. Слышала, как бьётся его сердце.
Подняла голову, посмотрела на него сонными глазами.
— Доброе утро...
Парень отвёл взгляд от телефона и посмотрел на неё. В его глазах — мягкость.
— Доброе, — сказал Ламин с лёгкой улыбкой.
Она присела на кровати, провела рукой по волосам.
— Почему голова так болит...
Ламин ухмыльнулся, наблюдая за её растерянностью.
— Не помнишь?
Она посмотрела на него с вопросительным лицом.
⸻
Вечер прошлого дня.
Терраса у Ламина. Внизу — огни города, будто рассыпанные звёзды. Тёплый ветер перебирал её волосы. На столе — бокалы с вином, почти пустые.
— Ты как всегда прекрасен, — сказала девушка, положив свою ладонь на его руку.
Он прищурился, будто наслаждаясь этим моментом.
— Я и так знал, что я хорош.
— Ламин... — она засмеялась.
— Как тогда такой шикарный парень, как ты, со мной?
Он вдруг стал серьёзным. Слишком серьёзным.
— Я сам иногда задаю себе тот же вопрос.
Она ухмыльнулась, будто не приняла его слова всерьёз.
— Ладно, Ламин.
И встала с места, делая вид, что обиделась.
Он не дал ей уйти.
С улыбкой притянул её к себе — резко, но осторожно. Она потеряла равновесие и упала прямо в его объятия. Их смех смешался с шумом ночного города.
И именно тогда — между глотками вина, поцелуями и бесконечными «останься» — они забыли, кто кому что должен.
Вернувшись в настоящее, она медленно начала вспоминать.
Ламин всё так же смотрел на неё — с той самой улыбкой, от которой у неё всегда сжималось сердце.
И в этой тишине утра снова было то же самое чувство.
______
Ты ещё не готова? — проговорил парень в телефон, быстро зашнуровывая кроссовки. В его голосе чувствовалась спешка, но не раздражение.
— Готова? Куда?.. — послышался её удивлённый голос по ту сторону.
Он открыл дверь, солнечный свет ударил в глаза.
— У меня через час матч, — коротко ответил блондин, выходя из дома.
Она посмотрела на время. Сердце неприятно кольнуло.
— Ты уверен? Ты же сам заявлял: «в моём сердце только футбол». Уверен, что после всего этого мне стоит появляться там?
Повисла пауза. Всего секунда — но для неё вечность.
Ламин не думал. Даже не колебался.
— Моя личная жизнь — это моя жизнь. И решать мне. Я хочу, чтобы ты была там.
В его голосе не было ни сомнений, ни оправданий. Только твёрдость.
И прежде чем она успела что-то ответить, он сбросил вызов.
⸻
Стадион в Барселона уже начинал заполняться шумом. Трибуны гудели, воздух был пропитан ожиданием. Футбол для него — не просто игра. Это ритм его сердца. Его стихия.
Но сегодня внутри было что-то ещё.
Он вышел на поле, оглядел трибуны. На секунду — всего на секунду — его взгляд стал не таким уверенным. Он искал.
Не аплодисменты.
Не камеры.
Её.
Потому что можно сколько угодно говорить, что в сердце только футбол.
Но когда любишь — сердце всегда делится.