Темная улица

Эскапизм ничего не изменит, ты знаешь, я мастер, я пробовал тысячи раз, обжигался и падал, но так и не понял, за чем столько глаз наблюдают упорно, когда кровоточат слова на бумагу, как будто настала последняя ночь и им надо себя хоть на что-то потратить, пусть даже на столь бесполезную чушь. Я душу достал из себя и разрезал, мгновенье – и вот уже есть, чем писать, слова бесполезны, но я ими болен, нет больше причины во мне, чтобы мир в изломанных этих стихах отражался. Как есть, без излишних деталей – лишь я, лишь то, чем горю и лишь то, что ломает, терять заставляя себя каждый раз. Эскапизм ничего не изменит, я знаю, но снова зачем-то рифмую слова, ведь есть кое-что, что намного сильнее меня и всего, что логичней меня.