Глава 12
На следующее утро, Тиффани разбудили лучи солнца.
— Мг... Я выспалась... – сладко потянувшись в постельке сказала девушка, еле-еле открывая глаза.
Девушка любила спать только в белье. Она взглянула в окно. Свежесть. Брюнетка немного поворочалась в постеле, разминая тело, тем самым получая космическое удовольствие. В одно мгновение, девушка почувствовала, что какая-то капля стекает по... Она тут же взглянула на белоснежную постель. Пятна пока не было, а вот Тиффани рванула в душ.
После водных процедур, девушка вошла на кухню. Она решила приготовить бутерброды с авокодо и зеленый чай. Брюнетка нашла модный журнал, которые постоянно тащит домой.
Когда она вычитала цитату о работе, то вспомнила о съемках и поспешила собираться, дожевывая бутерброд.
Арти тявкал, путался под ногами.
— Арти, я опаздываю! Каткоски меня просто убьет!
Сероглазая натянула джинсы и оверсайз футболку.
По дороге, Марлоу решила купить кофе продюсеру, чтобы немного смягчить его.
— Но я не знаю какой кофе он пьет... Может крепкое что-то? Или же сладкое?..
— Деточка, какое Вам?
— Дело в том, что я не себе, а своему боссу, но не знаю какое он пьет...
— Возьми сладкий раф, его любят все. Думаю, что он часто бывает напряжен, а сладость его смягчит, бери! И себе возьми! Он поднимет настроение, – улыбалась старушка и Марлоу взяла два стакана сладкого рафа.
Марлоу влетела в павильон. Алекс и Акира удивленно взглянули на девушку и пса. Марк подошел к соседке. Актеры тут же замолчали.
— Тиффани?
— Что ты тут делаешь? – взял все в свои руки молодой продюсер, глядя на ее бледную кожу и синяки под глазами.
— Я... Простите за опоздание, я...
— Стоп, какое опоздание? Тебя нет в этой сцене, разве тебе вчера не передали? – спросил удивленно Алекс.
— Агрх! Я совсем забыла!
— Нет, не забыла, ты снова сорвала съемки. Признайся, тебе это нравится? – выхватив один стакан у нее из рук спросил Акира, и вернулся на свое место.
— Мотор! – крикнул Алекс, а Тиффани незаметно подошла к блондину.
— Вам нравится? – спросила она, улыбнувшись.
— Да, ты угадала, это мой любимый кофе. И я думал, что мы теперь на "ты", – подмигнул он, чокнувшись с ней стаканами.
— Я совсем замоталась и...
— О Боже, опять ты, Джино?! – кинув на пол сценарий спросил Алекс, чуть ли не прыгая от злости.
— Полегче, Алекс, мне передали, что вам нужны костюмы, – мягко произнес он, увидев Тиффани. Но все миролюбие в миг ушло, когда он увидел рядом Каткоски.
— Зачем!? Мы запаслись твоими костюмами на год вперед!
— Джино, если ты еще раз сорвешь нам съемки, я заберу роль у Тиффани. Не думаю, что девочка будет этому рада, – спокойно произнес блондин, смерив взглядом мужчину.
— Но Акира! Я же... – брюнетка тут же начала возмущаться.
Он просто проигнорировал ее слова. Джино посмотрел на возлюбленную.
— Она не снимается?
— Нет, в этой сцене Марлоу нет, – ответил Марк, возвращая пса.
— Даже Марк в курсе, – сказал Каткоски Тиффани, на что та опустила глаза вниз.
— Забирай свою девочку-проблему и идите уже, – вставая с кресла прошипел голубоглазый, положив кофе на пол.
— Акира, можно мы не будем переигрывать начало? Меня уже тошнит! – возмущалась Мари Эдвиж, но ей назло Каткоски отказал.
— Извините... – тихо извиняясь перед всеми сказала Марлоу, и взяв поводок, подошла к Джино.
Пес не особо был ему рад, как и все в этом павильоне. Они вышли из студии, и тогда Джино наконец заговорил.
— Что за терки у вас с Акирой?
— Все с ним нормально, а вот с тобой? Он мне очень легко дал эту роль, он может ее также легко забрать и дать этой... Кристи! Бр! Если ты рассердишь Каткоски, или еще раз вмешаешься в съемочный процесс, я обрушу весь твой дом моды, на твою голову, понятно?! Не смей разбивать мои мечты, достижения и награды, которых я усердно добиваюсь каждый день! – прошипела она, и загашала дальше.
Габардини был в шоке, но все же последовал за ней.
— Тиффани, извини, я просто... Хотел пригласить тебя в Светскую Драму. Хотел побыть с тобой наедине. Ты не отвечала на звонки, на сообщения, тебя не было дома, и я под предлогом, приходил.
— Я предупредила, Джино. Моя дальнейшая судьба зависит от Каткоски. Я ему даже кофе купила, чтобы он не злился на опоздание!
— А если тебе придется добиваться этой роли через постель? А? Ты тогда тоже отдашься ему, чтобы Каткоски не злился?! – разъяренно спросил Габардини, схватив за руку брюнетку. Арти это очень не понравилось.
— Он не такой... – сквозь зубы процедила сероглазая, вспоминая секс с Габардини.
— Не такой? Ты очень плохо его знаешь, поверь мне. Я отношусь к тебе, как к Божеству. Я готов жизнь свою отдать за тебя. Я готов склонить голову у твоих ног. Но ты... Ты этого не замечаешь... Ты ослеплена этим Оскором, Тиффани... Тебя ослепило желание власти, популярности и любви фанатов. Так нельзя... – обхватив голову горячими и огромными ладонями сказал он.
— Твое актерское мастерство гораздо лучше. Подойди к Каткоски, он заценит, и ради тебя весь сценарий поменяет. Он даст эту роль тебе, воспользуйся шансом, – выпрыснула она, и пошла дальше.
Мужчина рявкнул себе под нос, ненавидя Каткоски с каждым днем все больше.
— Куда ты там меня звал? Я хочу кушать, – обернувшись, крикнула она, держась за живот.
Габардини улыбнулся, забыв о том, что было только что. Тиффани не дура, она просто умело им пользуется. Даже Арти это понимал.
***
— Скоро будет показ под, там будут все. Придешь?
— Я уже обещала Анджеле и Амелии, поэтому да, я буду. Кристи тоже там будет? – на лбу появилась складка. Она явно не хотела видеть Кристи.
— Мы, как правило, приглашаем абсолютно всех звезд, даже начинающих. Это уже их дело, приходить или нет, – произнес он.
— Значит, даже Акира там будет? – усмехнулась Марлоу.
— Он не посещал ни одного моего показа. Уверен, что и в этот раз он не придет, – нехотя ответил мужчина.
— У вас такие плохие отношения? – выпытывала девушка.
— Не всегда были такие. Просто появилось все больше дел у каждого из нас, та и популярность... Рейтинг, знаешь ли... У кого-то растет, у кого-то падает... Смекаешь?
— Значит, Каткоски просто популярнее тебя? – усмехнулась она наглости парня.
— Да, это так. Но ведь когда-то он тоже был никем. Если бы не Альберт, то он так и не смог бы добиться всего того, что имеет сейчас, – сжимая кулаки говорил мужчина.
— А мне показалось, что он его недолюбливает, – пожала плечами девушка и им подали еду.
— Он всех недолюбливает, – выпрыснул мужчина.
— Я это заметила.
— Зачем тогда ты снимаешься у него, если знаешь все лучше меня?
— Есть две причины. Первая, он не такой. Тот, о ком ты говоришь, другой человек. Второе, он самый известный и влиятельный продюсер в Голливуде. Все фильмы, которые он продюсирует получают награды! Это же не просто так. Никакие деньги не могут этого сделать, а он делает. И постоянно. Все режиссеры в миг становятся популярными. А он получает с этих фильмов в три раза больше денег! Так еще и в евро! О чем тут можно говорить? Не пойду же я к какому-то ноунейму, у которого даже нет продюсера.
— Не будь такой, как он, – перебил ее Джино.
— Это какой же? – прищурилась она.
— Высокомерной. Не защищай его. Ты еще не знаешь, кто скрывается за красивым личиком.
— А мне кажется, уже знаю, – вспомнив его в гримерной ответила та, задрав подбородок. Тогда он был совсем другим.
— Судьба такая, что в один момент все может поменяться. Может ты и будешь сниматься у какого-то ноунейма.
— Альберт не позволит. Это он уговорил Акиру взять меня на съемки. И к тому же, я теперь собираюсь работать только у самых крутых режиссеров. Акира откроет мне дорогу к ним. И я буду получать награды за каждый фильм. Я буду лучше всех. И тебя, и Амелии, и самого Акиры. Я буду лучше вас всех.
— Он уже заразил тебя самолюбием, – досадно произнес Джино, закрыв лицо ладонями, оперевшись локтями о стол.
— Нет, он заразил меня уверенностью в себе, – довольно ответила она.
— Я не хочу, чтобы ты снималась у него.
— А что ты сделаешь? Будешь постоянно приходить? Или пригрозишь ему? Или же мне? Я буду сниматься у него, – сказав это, девушка ушла.