ГЛАВА ВОСЬМАЯ
05.06
Прости, что я так долго тебя не навещал. Я восхитительно провёл время вместе с Анри, он поведал мне о своих самых сокровенных тайнах, но одну так и не раскрыл. Сегодня ночью я вернулся обратно домой, перелёт оказался трудным, но лишь только для меня. Всё время, проведённое в самолёте, для меня было адом. Я не мог сидеть на месте, меня тошнило, бросало в жар, болела спина и голова, но я не сдавался. Мы с Анри сидели вместе, а мама чуть дальше от нас. И как только она подходила к нам взглянуть на меня, я делал вид, что всё в порядке.
Знаешь, я даже не хотел ей говорить о том, что я болен. Мне казалось, что я и сам могу справиться со всем этим. Но с появлением в моей жизни нового друга, я пересмотрел свои приоритеты, принципы и цели. Тому виной не только Анри, но и моя болячка. Я перестал бояться смерти, потому что стал ценить жизнь. Раньше я любил просто на ночь подумать о том, как я провёл этот день, но, наверно из-за прихода тьмы, меня посещали другие мысли. Вся эта боязнь исчезла, у даже меня нет времени думать. В Сиднее была другая жизнь. Новая жизнь для меня, моё начало, там я попрощался со всем старым и открыл для себя новое.
Я прилетел в час ночи, в два - я был дома, в три - лёг спать, в пять - уже проснулся. Для Анри комната была отдельная, её приготовили по маминой просьбе ещё за три дня до нашего приезда. Но, как позже выяснилось, Анри хотел жить со мной в комнате.
- Это будет весело! – говорил он.
Да, я всегда хотел брата, и идея с общей комнатой мне понравилась, так как комната была огромной для меня одного. Поэтому, за день до нашего приезда, Дори сделала всё так, как мы этого пожелали.
Когда Крис и Анри всё ещё отдыхали в Сиднее, Крис предложил Анри переехать на всё лето к нему. Анри долго отказывался, обосновывая это тем, что с этим городом у него плохие воспоминания, но Крис сказал:
- Послушай Анри, разве это не бред? Ты сам меня учишь многому, в том числе, забывать о старых обидах, но сам в раз все свои слова перечеркиваешь. Эффективнее всего - забыть эту боль, встретиться с ней снова с мыслью: « Я больше не боюсь тебя, я живу дальше, мне не больно». И она отпустит тебя, я уверен.
После этих слов Анри просто не мог отказаться. В этом городе он родился, жил, учился, первый раз попробовал курить и выпивать, первый раз полюбил, первый раз почувствовал боль утраты. И он согласился.
Я вовсе не устаю, я как робот, но хочу провести этот день в кругу семьи. Анри говорил, что у меня большие синяки под глазами, что мне нужно высыпаться, чтоб были силы для нового дня, но я не слушал его. Я даже ночью жил. Ложился спать в девять вечера, просыпался в одиннадцать и шёл гулять по ночному городу с неизменным другом молодёжи – наушниками. Любимая музыка, порыв ветра, звездное небо. А машины всё также едут куда-то навстречу. Город жил и я вместе с ним.
Я возвращался в пять утра и ложился спать. Сегодня будет все немного по-другому, я записал все свои впечатления и лягу спать. Сегодня я должен буду присутствовать на ужине с родными, а именно: с мамой, бабушкой и Анри. Бабушка уже знает про мой диагноз, по словам мамы, она плакала всё время нашего отсутствия, но мама попросила при мне не плакать. Она поговорила с ней, дала понять, что я не лежу на больничной койке. Сказала, что я живу ещё лучше, чем раньше. Но, мне кажется, что маминых слов бабушке мало, поэтому я хочу сам поговорить с ней и все разъяснить.
Как только я приехал сюда, я почувствовал запах Мари. С ней у меня тоже предстоял разговор, но другой. Не очень хочется об этом писать, так как я очень переживаю по этому поводу. Просто скажу, что мы с ней общались всё время. Я писал ей про то, как тут хорошо и, что очень скучаю по ней. Она отвечала тем же. Я за ней и в правду скучаю, жду нашей завтрашней встречи. Кстати, в Сиднее я купил ей маленький подарок. Это цепочка. Тоненькая цепочка, на которой было маленькое сердце с гравировкой букв «К» и «М». Первые буквы наших имён. Когда в детстве мы играли с ней в парочку, я всегда дарил ей такую цепочку, нарисованную на листике бумаги. Каждый её день рожденья я хотел ей подарить такой подарок, но понимал, что не уместно. Теперь, после своего признания, я подарю ей этот подарок.
Доброй ночи или доброго утра, дневник.