Глава 25.
Давящую тишину прервала моя мысль, вырвавшаяся наружу:
- Я поеду к Чарли!
Вскочила с дивана, ухватившись за шанс уйти хотя бы на время в одиночестве куда-нибудь, чтобы никто не донимал своим бестолковым присутствием. Но мою руку схватила огромная ручища Эмметта, а приглушенный голос Джаспера произнёс:
- Хочешь, я поеду с тобой?
Ну, всё ясно! Элис попросила своего парня присматривать за мной, контролировать мои эмоции, чтобы я не совершила глупость. А что я могу сделать? Я бессмертна. Глупо как-то…
- Нет. – Твёрдо ответила я и покачала головой. – Ребят… идите домой. Мне… мне правда надо навестить отца.
Я боялась заглянуть им в глаза, увидеть боль, скорбь и отчаяние, или наоборот: спокойствие, даже безразличие. Просто боялась.
- Ты уверенна? – тихо спросил Эмметт.
- Да. Идите.
Джаспер тяжело вздохнул, а здоровяк с неохотой отпустил мою руку и встал с дивана. Почесав затылок, промямлил:
- Если что, звони.
- Хорошо, - выдавила я, опустив взгляд на пол.
Эмметт развернулся и ушел, а блондин, прежде чем пойти за братом, тихо промолвил:
- Всё будет хорошо.
Кому-то, возможно, и будет. Но точно не мне!
Оставшись одна, наконец-то, я снова села на диван и закрыла лицо руками. Джаспер ушел, и на меня снова накатила вся эта жуткая боль, одиночество, отчаяние. Я снова начала задыхаться, вырывались судорожные вздохи. Скрутившись калачиком на диване, я закрыла глаза и начала… выть. Выть от этой ужасной боли, от потери самого дорогого человека. Я не могу плакать, только выть, словно так станет легче.
Хотелось сейчас уснуть, провалиться в забытье, а после проснуться в Финиксе у Рене. И всё это окажется лишь прекрасным и одновременно печальным сном с великолепным вампиром, который был мне дорог больше всего на свете.
Пульсирующая рана в груди всё сильнее и сильнее болела. Невольно вспомнила, как у меня было так же, когда… когда он уехал. Но боль была гораздо слабее. А эта просто разрывает меня на части, и некуда деться.
Открываю глаза. Пустота в доме давит, всё напоминает о нём.
Закрываю глаза. Передо мной встаёт его лицо. Великолепная кривоватая улыбка.
Невольно вспомнились самые яркие моменты, проведённые с ним. Все наши поцелуи, ласки, ночи, проведённые наедине с ним. Наши глупые ссоры…. Я обижалась на него, а он только хихикал и просил прощения. А как прекрасно он играл на своём белоснежном рояле. Такие ловкие тонкие пальцы, бегающие по клавишам.
Я никогда его не забуду…. Не получится.
Резко открыв глаза, вскочила с места. Больше не могу здесь находиться! От воспоминаний меня разрывает на части эта душевная боль. В мыслях промелькнуло, что он всегда считал, что у вампиров души нет. Но откуда тогда у меня эта невыносимая боль?
Надо… надо поехать в больницу к Чарли. Хотя бы на секунду отвлечься.
Выйдя на свежий воздух, я вздохнула. Глупо, конечно, но мне хотелось почувствовать его аромат, словно надеясь, что он всё равно где-то тут, совсем рядом. Но кроме мокрой листвы и хвойных деревьев я больше ничего не чувствовала.
Серебристый «вольво». И опять эта жуткая боль от воспоминаний. Я заставила себя сесть туда. Вдохнув запах салона, застонала и прижалась к рулю. Всё пахло им. Таким сладким и родным ароматом. Тяжело дыша, заставила себя выпрямиться и дрожащей рукой завела мотор.
Надо к Чарли!
* * *
Не понимаю, как я так доехала до больницы. Всё было как в тумане из-за невыносимой боли в груди. Но я доехала, что даже слегка радовало.
Войдя в больницу, спросила номер палаты отца и направилась к нему, игнорируя любопытные взгляды больных и врачей, блуждающих по коридорам.
Папа так же лежал без сознания, но улучшения были видны. Он уже был не настолько бледен, и сердце стучало более менее легче, чем раньше – тяжело и лениво. Меня это успокоило. Хотя бы с Чарли всё в порядке.
Вспомнились его уверенные слова: «Если твоего отца лечит Карлайл, то всё обойдётся». И в очередной раз он был прав.
Больно кольнуло в груди, от чего я невольно охнула и прижала руку к больному месту. Совладев с собой, подняла взгляд на папу. Он умиротворённо спал, совсем меня не замечая. Хорошо…. Ему нужен покой.
Что же будет дальше? Как я буду продолжать существовать, зная, что любимого больше нет рядом? А его убили прямо на моих глазах…. Я не успела. Я виновата во всём этом. Если бы не это, он был бы жив.
Как же теперь одиноко…
Я прикрыла глаза и представила, что он сейчас сидит совсем рядом, сзади меня. Обеспокоенно сверлит меня своим тигриным взглядом. Вот положил руку мне на плечо, пытаясь успокоить. И его слова, произнесённые тихим шепотом, который совсем не затмил такой великолепный бархатный баритон:
- Я всегда рядом.
И мне хочется верить ему, даже если это всё моё глупое воображение. Но ведь он обещал мне, что всегда будет рядом.
И хотя я не могу увидеть тебя
И не могу объяснить почему
Я так глубоко убеждена, что
Ты - часть моей жизни
Мы не можем расстаться
Ведь ты часть меня
И хотя ты невидим
Я буду верить в незримое
Я кричала, но не получала ответа
И я не чувствую тебя рядом со мной
Но я буду сохранять спокойствие, будто
Ты здесь и я никогда не буду одна