Та которая смогла/ og buda

Музыка в клубе стала громче, будто кто-то намеренно выкрутил звук, чтобы не оставлять шансов на тишину. Бас отдавался в груди, свет резал глаза, а воздух был густым от алкоголя и чужих эмоций. Я всё ещё стояла у барной стойки, чувствуя, как виски медленно догоняет меня изнутри.

Гриша стоял рядом. Слишком близко, чтобы это можно было списать на случайность, но и недостаточно близко, чтобы назвать это чем-то большим.

– Ты часто здесь бываешь? – спросила я, перекрикивая музыку.

– Иногда, – ответил он. – Когда хочется просто раствориться в шуме.

Я усмехнулась.

– Понимаю. Иногда шум спасает лучше, чем тишина.

Он посмотрел на меня внимательнее, будто пытался запомнить выражение моего лица в этот момент.

– Пойдём? – вдруг сказал он, кивнув в сторону танцпола.

Я не сразу поняла, что он имеет в виду.

– Куда?

– Потанцевать.

Я замерла на секунду. Танцы никогда не были моей территорией. Слишком много тел, слишком мало контроля. А я привыкла всё держать под контролем.

– Я не танцую, – честно сказала я.

– Я тоже, – ответил он и слегка улыбнулся. – Поэтому это честная сделка.

Я посмотрела на Настю. Она стояла неподалёку, наблюдая за нами с выражением человека, который уже всё понял и одобрил заранее.

– Иди, – крикнула она мне. – Я буду рядом.

Я снова посмотрела на Гришу. Внутри всё сопротивлялось, но алкоголь и странное доверие сделали своё дело.

– Ладно, – сказала я. – Но если что, это была твоя идея.

– Я беру ответственность, – ответил он.

Танцпол встретил нас волной света и движения. Люди вокруг двигались хаотично, каждый в своём ритме. Я чувствовала себя немного неуместно, но Гриша стоял рядом, не прикасаясь, не торопя, просто двигаясь в такт музыке.

Постепенно напряжение стало отпускать.

Я начала двигаться, сначала осторожно, потом увереннее. Музыка будто проходила сквозь тело, отключая мысли. На несколько минут я перестала анализировать, перестала думать о том, кто он, кто я и почему всё это вообще происходит.

Я просто была.

В какой-то момент я поймала его взгляд. Он смотрел прямо на меня. Не оценивающе, не изучающе, а спокойно. Это сбивало сильнее, чем алкоголь.

– Ты другая здесь, – сказал он, наклонившись ближе, чтобы я услышала.

– Где здесь? – спросила я.

– Сейчас. Не такая, как на работе.

– На работе я в броне, – ответила я.

– А сейчас?

Я на секунду задумалась.

– Сейчас она треснула.

Он ничего не ответил, но стал ближе. Я чувствовала тепло его тела, запах парфюма, знакомый по офису, но здесь он ощущался иначе. Слишком лично.

Я сделала шаг назад.

– Нам не стоит, – сказала я, почти шёпотом.

– Я знаю, – ответил он так же тихо.

Мы снова замолчали, продолжая танцевать, будто ничего не произошло. Но всё уже произошло. Это ощущение нельзя было отменить или сделать вид, что его не было.

Музыка закончилась, и свет на секунду стал ярче. Я словно очнулась.

– Мне нужно к Насте, – сказала я. – Она там одна.

– Конечно, – кивнул он. – Я не держу.

Я ушла, не оборачиваясь. Сердце билось слишком быстро, а внутри было ощущение, будто я перешла невидимую границу.

Настя сразу всё поняла.

– Ну что? – спросила она. – Потанцевали?

– Это была ошибка, – ответила я, беря стакан воды.

– Ошибка обычно так не трясёт, – усмехнулась она.

Я ничего не сказала. Потому что сама не знала, ошибка это или начало чего-то, чего я всю жизнь избегала.

Я взглянула в сторону танцпола. Гриша стоял там, разговаривая с кем-то, но на мгновение наши взгляды пересеклись.

И я поняла, что этот танец сделал одну вещь. Он усложнил всё.