11. Допрос

Джэюн.
— На кого ты работаешь?
Я спрашивал это уже в третий раз, когда Джей вновь ударил мужчину, что не собирался отвечать. Тот замотал головой из стороны в сторону. Он испытывал моё терпение. Я медленно прошагал к стулу, где сидел измучанный и уставший мужчина, рыская по его карманам. Достал кошелёк, вытряхивая содержимое.
— Итак, ты из Скорпионов, как я вижу, — я кинул в него карту, что достал из кошелька. — А теперь не хочешь ли сказать, что ты здесь делаешь? — предложил я, а голос мол был холоден, так же, как и взгляд.
— Я ничего не скажу вам! — ему удалось проговорить между чередой ударов Джея.
Я достал пистолет из заднего кармана, прислоняя холодное дуло к его голове, и прошипел:
— Скажешь сейчас, сможешь умереть быстро, безболезненно. Выбор за тобой.
Он вновь отрицательно затряс головой. Я склонил голову, натянул гримасу безразличия и, направив пистолет на его руку, выстрелил. Крик вырвался из его горла, как только пуля раздробила кость и мышцы его руки.
— Давай оставим его здесь на ночь. Может, к утру он придёт в чувства? — предложил Джей, сверля взглядом развалившегося на стуле мужчину.
— Он, вероятно, умрёт, если мы оставим его здесь, — я разочарованно вздохнул, убирая оружие.
— Но, как видишь, он не собирается отвечать, а если я буду бить его ещё какое-то время, то он подохнет от травм, — Джей пожал плечами, а мне больше ничего не оставалось, кроме как согласиться с ним.
— Ты прав, — я окинул связанного мужчину взглядом. Он почти потерял сознание. — Принеси ему что-то поесть и стакан воды. С остальным разберёмся завтра.
Дайана.
Я как раз сидела за столом, руками подпирая голову, когда Джейк с Джеем зашли на кухню.
— Он был подослан Скорпионами. Не раскололся, поэтому мы продолжим с ним завтра, — Джейк схватил стакан воды и выудил кусок хлеба из шкафа.
— Хотя бы руки с улицы помыл бы, — Хисын замотал головой, а я не сдержала смеху.
— Хён, оставь это, — Джей поднимался вверх по лестнице, дабы сменить одежду. — Я вернусь к ужину. Нужно освежиться.
— Отдам это нашему новому дружку и вернусь.
Джейк глянул на меня, смотрел холодно, пока я смеялась, но я не обращала внимания. Прежде всего, я не была одной из них, поэтому мысленно смирилась, что время от времени буду ловить пристальные взгляды.
Вскоре они оба оказались на кухне и уселись за стол. Я была зажата между Сонхуном и Хисыном, а Джейк опустился на стул напротив.
— Чем вы занимались, когда нас не было здесь? — пара карих глаз поначалу глядела на меня, а после сверлила взглядом Сонхуна.
— Смотрели фильм. Ничего больше, — я схватилась за палочки и положила в рот немного лапши.
Сонхун только кивнул, подтверждая мною сказанное. Довольно быстро я покончила с ужином, встала из-за стола, отряхнула руки о кофту, и, собираясь направиться в свою комнату, произнесла:
— Буду в своей комнате.
Джеюн.
— Буду в своей комнате, — произнесла Дайана, как поднялась с места.
— Я тоже закончил. Подожди немного, я помогу тебе, — пролепетал Ники.
Мне не нравилось то, что кто-то из нас должен был помогать ей передвигаться по дому. Я смотрел, как Ники подбежал к ней, обернул её руку вокруг своей шеи и, придерживая за талию, повёл в комнату.
— Мне нужно сказать вам кое-что, — взвыл Сонхун, как только удостоверился, что Дайана ничего не услышит.
— Что-то произошло за то время, как вы были одни тут? — поинтересовался я.
— Похоже на то. Дайана в самом деле боится пистолетов. И её психическое здоровье не в норме последние дни. Очевидно, о ней никто не заботился, кроме Ёнджуна. Когда я вошёл в её комнату, заметил её без сознания, однако она плакала без остановки. После того, как пришла в себя, позвонила Ёнджуну с моего телефона, и я точно могу сказать, что она плакала, пока говорила с ним, — он был обеспокоен, и казалось слишком.
— Снятся ли ей кошмары? — поинтересовался Хисын. — Или, может, какие-то воспоминания, которые пробираются к ней в сон?
— Нет. Не кошмары. Я думаю, что-то случилось несколько лет назад, и она до сих пор не может отпустить это. Я говорил с Ёнджуном. И он чётко отдал приказ: держать её подальше от пистолетов и по возможности не оставлять её одну. Это должно помочь ей не уходить в себя и на время забыть о случившемся, — он смотрел на всех нас, пожимая плечами. Сонхун был не уверен, правильно ли понял Ёнджуна. Я слабо кивнул.
Мою голову не покидали размышления о том, что могло с ней случиться.
— Я прослежу за этим, — произнёс Джей, тяжело вдохнув.
Дайана.
Я поблагодарила Ники, когда он оставил меня в комнате. Как тот ушёл, попрыгала к шкафу, чтобы найти там несколько безразмерных хлопковых вещей.
Слава богам. У них есть эти вещи! Я не умру в этом свитере.
Я шустро переоделась в ванной, а когда вышла оттуда, увидела Джейка, что стоял у двери и смотрел на меня.
— Хочу взглянуть на твою ногу и сменить повязку, — сказал он, поднимая аптечку на уровень глаз.
Я кивнула и жестом разрешила ему войти. Уселась на кровать, когда парень сел на углу, разматывая старые бинты.
— Похоже, вы стали близки с Сонхуном, — я негромко завопила, когда он отодрал старую повязку вместе с корочкой из крови. Кивнула, отвечая на его вопрос.
— Он был первым, с кем я заговорила. Тем более, он сегодня остался здесь, — прикрыла глаза, чтобы не так ярко реагировать на боль.
— Больно? — я распахнула глаза, чтобы увидеть пару карих глаз, уставившуюся на меня.
— Не сильно, — с выдохом ответила я.
Он промычал что-то в ответ, продолжая то, что делал. Мурашки пробежали по позвоночнику, когда он схватился за ногу, чтобы наложить новую повязку. Я отвела взгляд, чувствуя, как румянец залил мои щёки.
Что, чёрт возьми, со мной не так?
— Готово, — наконец проговорил он после долгих минут молчания. — Должно зажить в течение шести дней, — он посмотрел на меня и улыбнулся.
— Спасибо, — сказала я, немного опустив голову, и улыбнулась в ответ.
Он собрал свои вещи, прежде чем его взгляд не упал на моё тело.
— Кто тебе дал эту футболку? — спросил он, указывая на огромную оранжевую футболку, что была на мне. Я глянула на неё вновь.
— Сонхун. Я не знаю чья она. Что-то не так? — я пожала плечами.
Он открыл рот, чтобы ответить что-то, но после захлопнул его, передумав.
— Ничего, всё в порядке. Просто спросил. Спокойной ночи, — проговорил он, когда поднялся и вышел.
