Беги, Молли, беги

За окном было ещё темно, когда я поняла, что не сомкнула глаз ни на минуту. Новость, которую родители огорошили меня накануне, никак не желала отпускать.

— Нас пригласили на деловой приём, — объявил отец, не поднимая глаз от телефона. — Там будет много важных гостей. И тебя, к нашему большому сожалению, придётся взять с собой. Как и Ангелину.

Голос его звучал так, будто он сообщал о вынужденной мере, о неприятной формальности, которую приходится терпеть.

— С тебя требуется, — мать посмотрела на меня холодно, — выглядеть прилично. Не разговаривать лишнего. Кивать и всем улыбаться. С этим-то ты должна справиться. — Она сделала паузу и добавила с лёгкой усмешкой: — Небось ещё найдётся какой-нибудь пижон, которому ты понравишься. Тогда и сделка выйдет неплохая. Для всех.

Я не стала слушать дальше. Развернулась и вышла чувствуя, как внутри закипает горькая, беспомощная злость. К счастью, криков мне вслед не раздалось — только тишина, тяжёлая и осуждающая.

Вау. Просто шик.

Родители уже собираются подыскивать мне партию. Как выгодную вещь, которую можно продать подороже. Я зашла в свою комнату, прислонилась спиной к холодной двери и закрыла глаза. Холодный пот прошелся по спине. Этих проблем мне только не хватало на мою больную голову. И так проблем по горло — а тут ещё и это.

С такими мыслями я просидела всю ночь, глядя в темноту за окном. Только в пять утра, когда за окном начало светать, я опомнилась и всё же легла спать. Позже я узнала, что это событие состоится в конце ноября — так что время подумать ещё было. Зато Ангелина, как всегда, сияла от счастья. Её готовили к выходу в свет, как драгоценность.

\---

Оставшееся время до Осеннего бала пролетело быстро. Настроения у меня совсем не было, зато вся школа гудела в предвкушении. Анна стала чуть спокойнее и время от времени пыталась меня подбодрить, выведать, почему я хожу сама не своя. Илья бросал на меня заинтересованные взгляды и улыбался при встрече, но больше не подходил. Влад был как-то отстранён от всех — я часто замечала его в компании Лили, они о чём-то говорили на крыльце или просто сидели молча.

Ангелина же вовсю занималась подготовкой к балу. Покрасила волосы в более светлый оттенок, сделала новые ногти, ходила по салонам и выбирала платье с таким видом, будто речь шла о её собственной коронации. В отличие от меня.

Платья у меня не было. И родители не стали бы покупать — лишние траты, видите ли. Зато Ангелине оплатили с радостью. В моём гардеробе, конечно, было скудно, но висело одно старое, нежно-голубое платье. Простенькое, но моё. Я решила не париться — сделаю простой пучок с выпущенными прядями, и всё.

Бал был для всех одним из главных событий полугодия. У меня, как у члена комитета, были свои обязанности: фотографировать, решать мелкие проблемы, следить, чтобы всё шло гладко. Только мысли то и дело уводили в другую сторону.

Всё шло полным ходом.

Я села на кровать, потянулась и посмотрела в окно. Сегодня будет очень долгий день. День бала.

\---

Спустившись на кухню, я застала родителей за завтраком. Мать читала какие-то бумаги, отец листал телефон — оба даже не подняли головы, когда я вошла. Обычное утро.

— Доброе утро, — сказала я, наливая себе кофе.

— Угу, — отозвался отец, не отрываясь от экрана.

Я села за стол. Тишина была привычной. Я уже начала надеяться, что сегодня обойдётся без скандалов.

— Помнишь, вечер, когда мы сказали тебе про мероприятие? — вдруг спросила мать, даже не поднимая глаз от бумаг. — Где ты была тем вечером?

Я замерла с чашкой у губ.

— Было много дел в комитете. Готовились к балу. И ещё... прогулялась немного.

— К балу, — повторила она с каким-то странным оттенком в голосе. — И кто же тебя туда пригласил?

— Я сама там работаю. Помогаю с организацией, фотографирую.

Отец наконец оторвался от телефона и посмотрел на меня. В его взгляде было что-то, от чего внутри похолодело.

— А нам Ангелина рассказала, что ты ужинала в дорогом ресторане с каким-то парнем.

Я поперхнулась кофе.

— Это... это Илья. Мы просто...

— Мы знаем, кто это, — перебила мать. — Милик. Сын того самого Милика. Ты хоть понимаешь, что о тебе подумают?

Я смотрела на неё, не веря своим ушам.

— По... подумают? О чём?

— О том, что наша дочь вешается на шею мальчику из богатой семьи, — процедила мать. — Что ты охотишься за деньгами. Что ты...

— Я ничего такого не делала! — вырвалось у меня. — Он сам меня пригласил! Мы просто ужинали, разговаривали...

— Ах, сам пригласил? — мать усмехнулась, но в усмешке не было веселья. — И часто тебя приглашают в рестораны, где ужин стоит как дорогая сумка?

Я открыла рот и закрыла. Слова застряли где-то в горле.

— Мы не обязаны перед тобой отчитываться, — сказал отец, повышая голос. — Но пока ты живёшь в нашем доме, ты будешь жить по нашим правилам. Никаких свиданий с мажорами. Никаких поздних возвращений. Ты поняла?

— Но я ничего плохого не сделала! — воскликнула я, чувствуя, как глаза начинает жечь. — Почему вы всегда думаете обо мне хуже, чем я есть?!

— Потому что мы тебя знаем, — холодно сказала мать. — И знаем, откуда ты взялась. Таких, как ты, пригрели — а вы норовите на шею сесть.

Я застыла. Эти слова прозвучали как пощёчина. Даже хуже. Как удар ножом в спину.

— Что... что вы сказали?

— Не притворяйся, что не слышала, — мать наконец подняла на меня глаза. В них не было ни капли тепла. Только усталость и раздражение. — Мы взяли тебя из детдома, когда у тебя никого не было. Дали тебе крышу, одежду, еду. А ты вместо благодарности позоришь нас перед всем городом.

— Я вас позорю? — мой голос сорвался. — Я учусь, работаю в комитете, не пью, не курю, не приношу проблем...

— Ты сама проблема, — отрезал отец. — И пока ты здесь живёшь, будешь делать то, что мы скажем. Сегодня на бал ты не пойдёшь.

— Что?!

— Ты слышала. Посидишь дома, подумаешь о своём поведении.

Я вскочила из-за стола, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Вы не можете мне запретить! Я нужна в комитете, у меня обязанности, меня Анна ждёт...

— Можем, — перебила мать. — И запрещаем. Иди в свою комнату.

Я стояла, глядя на них — на этих чужих людей, которые называли себя моими родителями. В груди всё горело. Хотелось кричать, топать ногами, бить посуду. Хотелось высказать им всё, что накопилось за эти годы.

Но я не стала.

Я просто развернулась и пошла наверх. В свою комнату. В свою клетку.

Только когда дверь за мной закрылась, я позволила слезам течь.

\---

Я не знаю, сколько просидела на кровати, глядя в стену. Телефон вибрировал — сообщения от Анны, от Вики, даже от Лили. Я не отвечала. Не могла.

А потом пришло сообщение от Ангелины:

«Слышала, ты сегодня дома сидишь? Жаль, я так хотела посмотреть на твой позор в этом платье, проеденном огромной молью. Но ничего, я за тебя повеселюсь))»

Я сжала телефон так, что экран пошёл трещинами.

Это она. Это всё она настучала родителям. Конечно. Но откуда она узнала про Илью? В голову сразу пришло нехорошее подозрение — неужели Илья проболтался? Да нет, не может же... Нет, точно нет? Илья хороший человек так то, просто с... Своими тараканами в голове.

Злость поднялась во мне, горячая и ослепляющая. Я вскочила, заметалась по комнате, не зная, куда деть эту ярость.

А потом остановилась.

Посмотрела на своё платье — да, простое, да, старое, но моё!

И приняла решение.

Я не знаю, как, но я попаду на этот бал. Не ради родителей. Не ради Ангелины. Ради себя.

Я оделась. Схватила куртку.
И спустилась тихо вниз.
Родители легли уже спать, считай повезло. Я тихо открыла дверь и выскользнула. Но кто как не Алиса могла упасть прямо перед выходом на улицу. Платье было испорчено, времени было мало и я решила, что разберусь с этим на месте.

\---

— Ты с ума сошла?! — Анна встретила меня у служебного входа с круглыми глазами. — Ты в чём? Ты где? Твои родители...

— Плевать, — перебила я, тяжело дыша. — Мне нужно попасть на бал. Помоги.

Она смотрела на меня секунду, другую. Потом вдруг улыбнулась — той самой своей холодной улыбкой, за которой я научилась видеть что-то тёплое.

— Пошли. У меня есть запасное платье в машине. И косметика.

Мы ворвались в пустую раздевалку. Анна действовала быстро и чётко, как хирург. Платье оказалось простым, чёрным, в пол — идеально село, будто шили на меня. Она усадила меня перед зеркалом и за десять минут сотворила чудо: лёгкий макияж, распущенные волосы, только блеск и тени, подчёркивающие глаза.

— Ты красавица, — сказала она просто. — А теперь иди и покажи им всем.

Я посмотрела на себя в зеркало. Из отражения смотрела незнакомка — взрослая, уверенная, красивая. Я не узнавала себя. И мне это нравилось.

\---

Зал гудел. Осенний бал был в самом разгаре — музыка, смех, яркие платья, сверкающие улыбки. Я шла сквозь толпу, чувствуя на себе взгляды. Кто-то шептался, кто-то провожал глазами. Я старалась не обращать внимания.

Я искала Илью. И нашла.

Он стоял у бара в компании какой-то девушки из параллельного класса — длинноногой блондинки в облегающем красном платье. Она смеялась его шуткам, касалась его руки, заглядывала в глаза. Он улыбался ей той самой улыбкой, которую когда-то дарил мне.

В груди кольнуло. Глупо, конечно. Мы даже не пара. Он даже на бал меня не позвал. Одно свидание ничего не значит. Но всё равно кольнуло.

Я отвернулась и пошла в другой конец зала.

— Алиса?

Голос за спиной заставил меня замереть. Я обернулась.

Влад.

Он стоял в двух шагах от меня — в идеальном чёрном костюме, с бокалом в руке, и смотрел так, будто видел впервые.

— Ты... — он запнулся. — Ты прекрасно выглядишь.

— Спасибо, — я почувствовала, как щёки заливает краска.

Он шагнул ближе. Мы оказались в маленьком островке тишины посреди шумного зала.

— Я хотел уже давно спросить... — он помялся, что было на него совсем не похоже. — Ты ходила на свидание с Ильёй?

Я подняла на него глаза. Даже он знает об этом. В его взгляде было что-то, от чего сердце пропустило удар.

— Да. Было... мило. — Я покосилась в сторону. Ага, мило. Зато сейчас он обжимается с какой-то девкой, и ему явно не до меня.

— Мило, — повторил он, и в голосе послышалась горькая усмешка. — Он умеет быть милым, когда захочет.

— Ты о чём?

Влад покачал головой.

— Не обращай внимания. Просто... будь осторожна, Алиса.

Он хотел сказать что-то ещё, но вдруг его взгляд скользнул куда-то за мою спину, и лицо изменилось — стало непроницаемым.

Я обернулась.

Илья смотрел на нас. С того конца зала, через десятки танцующих пар, через грохот музыки — он смотрел прямо на нас. И в его взгляде я прочитала то, чего не ожидала увидеть никогда.

Ревность.

— Мне пора, — сказал Влад тихо. — Увидимся.

И ушёл, растворившись в толпе.

\---

— Алиса! Боже, ты здесь! — Вика вынырнула откуда-то сбоку, схватила меня за руку и потащила в сторону. — Ты видела этих? Лиля с Никитой опять устроили бар за спиной у нас!

— Что?

Мы вышли в коридор, ведущий к запасному выходу. Там, на подоконниках, расположились Лиля и Никита. Перед ними стояло несколько бутылок — явно не лимонад, — а Лиля с деловитым видом смешивала что-то в пластиковых стаканчиках.

— О, как тебя там? Ну это иди сюда— Лиля подняла взгляд. — Будешь? Эксклюзивный коктейль от Ворона. Секретный ингредиент — полное отсутствие рецепта.

— Мы с Воронёнком просто шедевральные бармены, — подхватил Никита, и в его голосе слышалась лёгкая пьяная расслабленность. — Так мы ещё и бабло гребем, темки крутится – бабло мутится.

— Да и тут не в кайф сидеть на трезвую бошку, — Лиля подмигнула мне. — Пиздюшки тащатся. Мы с Никитом пехоту за стакан берем.

— Ты серьёзно? — я не смогла сдержать улыбку.

— А че? Так за то жизнь медом покажется. — Лиля пожала плечами и протянула мне стакан. — На, Бесплатно. Для хороших людей.

Я взяла стакан, принюхалась. Пахло цитрусом и чем-то сладким.

— А это законно?

— Ну пока менты не накрыли, то всё законно, — парировала Лиля. — Лови кайф, новенькая. Сегодня можно всё.

Никита ехидно улыбнулся, и в его взгляде светилась такая нежность к Лиле, что я отвела глаза. Пьяный он или трезвый — это было видно невооружённым взглядом.

— Ладно, — сказала я, делая глоток. — За сегодняшний вечер.

— За Кэш! — подхватила Лиля.

Напиток оказался вкусным. Очень вкусным. И довольно крепким.

\---

Я вернулась в зал, когда объявили первый медленный танец. Пары закружились по паркету, а я прижалась к стене, наблюдая.

Илья танцевал с той блондинкой. Она прижималась к нему, что-то шептала на ухо, а он улыбался — но как-то механически, будто думал о чём-то другом.

В какой-то момент он поднял голову и нашёл меня взглядом. На секунду мне показалось, что он сейчас бросит её и подойдёт. Но он отвернулся.

— Ты как?

Я обернулась. Рядом стояли Милана и Ева. Милана выглядела странно — не привычно-ядовитой, а почти нормальной.

— В порядке, — ответила я настороженно.

Милана вздохнула и вдруг сказала:

— Слушай... я была не права. Насчёт того раза.

Я замерла. Это что, шутка?

— Чего?

— Я погорячилась, — Милана отвела взгляд. — С тем коктейлем. Ты не виновата, я сама налетела. Просто... характер у меня дурацкий. Привыкла быть главной.

Ева смотрела на подругу с таким удивлением, будто та заговорила на китайском.

— Милана... — начала она.

— Помолчи, — оборвала её Милана, но без злости. — Я сама. — Она снова посмотрела на меня. — Короче, я не прошу дружить. Но воевать с тобой мне надоело. Перемирие?

Я смотрела на неё, пытаясь понять, что за игру она ведёт. Но в её глазах не было привычного холода. Только усталость.

— Перемирие, — сказала я наконец.

Она кивнула и, развернувшись, ушла в толпу. Ева на секунду задержалась.

— Странная ты, новенькая, — бросила она и побежала за подругой.

Я осталась стоять, чувствуя полную растерянность. Что это только что было?

— Осторожнее с ней, — раздался голос сбоку.

Я обернулась. Лиля стояла рядом, жуя соломинку.

— С Миланой? Она только что извинялась.

— Тем более, — Лиля усмехнулась. — Милана не извиняется просто так. Значит, что-то задумала.

— Ты всегда такая подозрительная? К тому же она из вашей компании.

— Я всегда трезво оцениваю ситуацию. А то, что она из нашей движухи, не делает её для меня святой, — поправила она. — Ладно, я пошла, а то Никита там без меня сопьётся.

Она махнула рукой и исчезла.

Я вздохнула и снова посмотрела в сторону танцпола. Илья больше не танцевал. Он стоял у колонны и смотрел на меня. В этот раз — не отводя взгляда.

Я не знала, что делать. Подойти? Уйти? Зачем он вообще смотрит, если только что обжимался с другой?

Музыка сменилась, заиграло что-то ритмичное. Я развернулась и пошла к выходу на улицу. Нужно было проветриться.

У дверей меня догнал голос:

— Алиса, подожди.

Я остановилась, но не обернулась.

— Что тебе нужно, Илья?

Он подошёл ближе, встал рядом.

— Ты видела нас с Леной?

— Я видела, что ты с кем-то танцевал. Твоё право.

— Это ничего не значит, — сказал он быстро. — Она просто подошла, я не мог отшить её при всех. Ты же понимаешь.

Я повернулась и посмотрела ему в глаза.

— Понимаю что?

Он растерялся.

— Ну... что это несерьёзно.

— А что серьёзно, Илья? — спросила я тихо. — Ты сам знаешь?

Он молчал. В его глазах метались тени — отблески огней из зала.

— Я не знаю, — сказал он наконец. — Но я хочу понять.

Я смотрела на него и не знала, что ответить. В голове крутились слова Влада: «Будь осторожна». И Лили: «Милана что-то задумала». И родителей: «Таких, как ты, пригрели».

Слишком много всего. Слишком много голосов.

— Мне нужно подумать, — сказала я. — Извини.

И вышла на улицу.

\---

Ночь была прохладной и звёздной. Я стояла на крыльце, обхватив себя руками, и смотрела на небо.

— Тут есть одно место, — раздалось из темноты.

Я вздрогнула. Из тени вышел Влад.

— Ты следишь за мной?

— Нет. Просто знаю, куда люди уходят, когда им плохо.

Я усмехнулась.

— С чего ты взял, что мне плохо?

— Я видел твой разговор с Ильёй. — Он подошёл ближе, встал на безопасном расстоянии. — И я видел тебя вечером. Как ты сегодня выбегала из дома и так скажем не очень мягко упала.

Я замерла.

— Ты... следил за мной?

— Я живу напротив, — он пожал плечами. — Случайно увидел. И подумал, если ты так торопишься... значит, дела реально плохи.

Я молчала. Слова застряли в горле.

— Ты хочешь поговорить? — спросил он тихо. — Или просто постоять молча?

— Просто постоять, — выдохнула я.

Он кивнул и остался рядом. Мы стояли на крыльце, глядя на звёзды, и молчали.

И впервые за весь этот длинный, тяжёлый день мне стало чуть-чуть легче.

\---

Изнутри донеслись аплодисменты — объявили короля и королеву бала. Ими оказались Илья и та самая блондинка Лена.

Я смотрела через окно, как они поднимаются на сцену, и чувствовала странную пустоту. Не боль. Не ревность. Просто пустоту.

— Он не тот, кто тебе нужен, — тихо сказал Влад.

Я повернулась к ним.

— А кто мне нужен?

Он посмотрел на меня. Долго. Так долго, что я перестала дышать.

— Ты сама узнаешь. Когда перестанешь искать в других то, чего нет в тебе самой.

Он развернулся и ушёл в темноту, оставив меня наедине со звёздами и миллионом вопросов.

\---

Домой я вернулась под утро. Родители спали — или делали вид, что спали. Я прошмыгнула в свою комнату, скинула платье Анны, забралась под одеяло.

В голове загулял вопрос: ни разу за вечер я не видела Ангелину. Где она была? Оставалась в тени? Или...

Телефон завибрировал.

Сообщение от неизвестного номера:

«Ты сегодня была прекрасна. Спокойной ночи, Алиса.»

Я улыбнулась в темноте и заснула с телефоном в руке.

(Новая глава!!! урааа! Спустя 2 месяца)