Все мои парни сошли с ума [Быстрое переселение душ]

Небо было окутано дымкой дождя, а влажный, холодный ветер звучал особенно уныло в полумраке ночи. Рябь растекалась по бескрайнему, глубокому пруду.

Речной смотритель в соломенной шляпе сидел на хлипкой лодке, сложив руки и полузакрыв глаза. Тёплый жёлтый фонарь отбрасывал тени рядом с ним, а жёлтая собака спала, свернувшись калачиком, на палубе.

Человек, собака и фонарь — неторопливо и спокойно.

«Переправляйтесь через реку». Человек в чёрном двигался как призрак, бесшумно. Он бесшумно добрался до берега реки некоторое время назад, даже не испугав жёлтую собаку с её исключительным слухом.

Речной смотритель медленно поднял голову, его сгорбленное лицо было испещрено глубокими линиями времени, напоминая кору старого дерева в глубине леса, стертую дождём до неузнаваемости. Его тёмные зрачки, в частности, были лишены каких-либо эмоций, неподвижны, как застоявшаяся вода.

«Вы пришли».

Смотритель реки, увидев человека в черном, почти не выдал удивления, словно увидел давно потерянного друга.

Его тон не был ни слишком фамильярным, ни отстраненным, и в нем не чувствовалось никакого удивления. Он посмотрел вдаль, медленно поднялся и зажег оставшиеся свечи на подсвечнике, мгновенно осветив окрестности.

Человек в черном был мертвенно бледен, черты его лица были резко очерчены, а густые, чернильно-черные брови напоминали плавные линии на чистом листе бумаги, создавая ощущение отчужденности, от которого люди держались на расстоянии.

«Хм». Реакция человека в черном была столь же холодной. Он уверенно шагнул на борт лодки.

Лодка слегка задрожала, на мгновение покачавшись из стороны в сторону, и вместе с ней погрузилась на несколько сантиметров.

Смотритель реки больше ничего не сказал и начал грести, хрупкая лодка медленно и уверенно двигалась к центру.

«Вы ничуть не изменились за все эти годы», — усмехнулся смотритель реки, его голос был усталым и окрашенным невыразимой скорбью.

Человек в чёрном стоял на краю лодки, глядя вдаль, не выражая ни согласия, ни несогласия, его выражение лица оставалось практически неизменным.

Возможно, потому что с ним так долго никто не мог поговорить, смотритель реки продолжал бормотать себе под нос, не испытывая смущения, хотя собеседник и не отвечал. «Когда я был молод, ты был точно таким же, а теперь, когда я стар, ты ничуть не изменился».

Услышав это, человек в чёрном наконец слегка изменил выражение лица, снова переведя взгляд на старого речного стража.

Речной страж усмехнулся: «Я слишком стар. В следующий раз, когда вы придёте, меня может уже не быть».

Губы человека в чёрном зашевелились, голос его стал хриплым и глубоким, неземным. «Неужели?»

Его тон оставался безразличным, казалось, безразличным.

Речной страж покачал головой, глубоко вздохнул и перешёл к другой теме, снова спросив: «Вы всё ещё ищете его?»

Человек в черном поджал губы, выражение его лица было холодным и враждебным, в глазах повисла мрачная, гнетущая дрожь. Он не ответил.

Хранитель реки, казалось, не замечая, что его слова немного обидны, снова усмехнулся, беспомощно покачал головой и вздохнул: «Разве ты не подумал о том, что человек, которого ты так долго искал, может и не существовать в этом мире?»

Зрачки человека в черном сузились, его взгляд, словно острый клинок, пронзил хранителя реки. Его выражение лица, скрытое в тени, выражало неестественную злобу и безумие, как у дикого зверя, которого коснулись, его тонкие губы были напряжены.

Хранитель реки не испугался его внешности. Он вздохнул и спокойно, утвердительным тоном сказал: «Ты обладаешь способностью путешествовать во времени и пространстве».

Человек в черном молчал.

Когда хранитель реки впервые узнал эту трагическую правду, по его спине пробежал холодок, но он был бессилен изменить свою судьбу. Он завидовал человеку в чёрном, который мог перемещаться по любому миру, сохраняя при этом застывшее во времени выражение лица.

Хранитель реки продолжил: «Все миры, в которых мы обитаем, — фальшивка, не так ли?»

Каждый мир, в котором они жили, не был реальным; это были виртуальные пространства, созданные людьми из высшего мира, места, находящиеся вне правил.

Это было похоже на книгу; то, что они считали реальным, было всего лишь картинкой, набросанной кем-то другим несколькими штрихами пера. От грандиозного масштаба их времени, окружающей среды и происхождения до мельчайших деталей, таких как цветы и трава у дороги, даже они сами, их жизни и их судьбы — всё это находилось в рамках расчётов высшего мира, и они были бессильны изменить их.

В этот момент в глазах Хранителя реки, чьё выражение лица оставалось безразличным, вспыхнула редкая, неизгладимая печаль. Он глубоко вздохнул, спокойно встретил холодный, пронзительный взгляд мужчины и тихо сказал: «Если тот, кого ты ищешь, не был создан, то что бы ты ни делал, всё тщетно. Даже если ты путешествуешь во времени и пространстве, ты не сможешь его найти».

Человек в чёрном смотрел на него, как ледяной меч. Услышав слова «никогда не был создан», его лицо застыло. Словно по его мозгу внезапно пробежал электрический разряд, вызвав дрожь по всему телу.

Речной Страж посмотрел на его жалкое выражение и продолжил крайне неземным тоном: «Возможно… он был создан тобой… но это даже невозможно…»

Мужчина опустил голову, плечи слегка дрожали, пальцы медленно сжимались, грудь вибрировала, и из горла вырвался тихий смех. Смех становился всё более безумным, постепенно усиливаясь и смешиваясь с невыразимой болью.

«Так вот как это бывает…»

В следующую секунду речной смотритель, всё ещё усердно гребущий, вдруг почувствовал перед собой ослепительный, зловещий ветер, отчего невольно прищурился. Придя в себя, он огляделся, и увидел, что человек в лодке исчез без следа. Речной смотритель, казалось, не слишком удивился, глубоко вздохнул, покачал головой и начал возвращаться к исходной точке.

Что за человек мог заставить такого бессердечного человека любить так сильно?

Речной смотритель погладил по голове жёлтую собаку рядом с собой, в его глазах мелькнула зависть.

В молодости у него тоже был тот, кого он глубоко любил.

—

Человек в чёрном плаще осторожно положил младенца, которого держал в правой руке, обратно в мягкую кроватку.

Лицо ребёнка было круглым и пухлым, как у фарфоровой куклы, с лёгким румянцем на щеках. Пухлыми губами  он держал соску. Глаза его были закрыты, руки крепко вцепились в руку человека в черном, время от времени он нежно тёрся о его одежду своей маленькой головкой.

Во сне он, казалось, осознал, что его снова положили на что-то пушистое. Его маленькое личико тут же сморщилось, и он тихонько заскулил, еще крепче сжимая руку человека в черном. Казалось, он не хотел расставаться с ним, словно без него ему было бы трудно спать.

Улыбка человека в черном осталась неизменной. Он позволил малышу подержать себя за руки, сел на край кровати и начал молча наблюдать за розовощеким младенцем.

Вокруг царила тишина, жутко мирная обстановка, нарушаемая лишь тихим, почти неслышным храпом ребенка.

Человек в черном пристально смотрел на спящее личико младенца, не замечая ни малейшего признака скуки.

Он не знал, сколько времени прошло; оно пролетело незаметно. Ребенок несколько раз пошевелился, чтобы найти более удобное положение для сна. Мужчина издал глубокий, вздох, его глаза были полны неестественного безумия и пылающей страсти.

«Наконец-то я тебя нашел».

Он встал, огляделся вокруг, оглядев всё ещё пустынную местность, и глубоко задумался.

В следующую секунду в его правой руке из ниоткуда появилась ручка. Он сжал ручку, закрыл глаза и начал медитировать.

«Это мир Маленького Принца. Все в этом мире — его поддание, и всё подчиняется ему и все служат ему».

«Ему суждено было быть любимым, и весь мир будет приветствовать его рождение».

«Когда бы он ни захотел, когда бы он ни нуждался, мир должен уступить ему дорогу. Это только его мир».

«…»

Бескрайняя, бесплодная земля начала покрываться полевыми цветами. Величественный золотой замок появился из ниоткуда среди цветов и травы. Пышные грозди роз и полевых роз окружали пейзаж, густой плющ и лианы свисали с верхушек деревьев, птицы весело щебетали, а белки время от времени спрыгивали с деревьев.

Первые лучи солнца поднялись из пустого черного неба, освещая прекрасный мир. Даже воздух был невероятно свежим, неся освежающий цветочный аромат…

Родился мир, принадлежащий Маленькому Принцу…

Человек в чёрном глубоко вздохнул, на его мрачном лице появилась легкая улыбка, редко встречающаяся прежде.

«Я стану его самым верным рыцарем, защищающим его».

Он был существом, полным неразрешенной обиды, сформированным из коллективных страданий бесчисленных душ, объединенных глубокой любовью к одному и тому же человеку.

С самого дня своего рождения он унаследовал от них всё — их боль, их одержимость, даже их любовь.

Любовь была его единственным источником силы, единственным смыслом его существования.

Таким образом, неся в себе вечное одиночество и любовь, он бесконечно скитался по бесчисленным мирам, дрейфуя на миллиарды световых лет, в поисках следов своего возлюбленного.

Бесчисленные дни и ночи не только не смогли стереть эти воспоминания, но и глубоко запечатлели их в его памяти, словно повтор одного и того же фильма на экране телевизора.

Все те чудесные вещи, которых сам никогда не испытывал, он теперь хотел безвозмездно подарить своему любимому маленькому принцу.

Чашка с белым носиком со свистом упала со стола, привлекая внимание мужчины в черной одежде к звуку и его взгляд обратился к упавшей чашке.

Чашка воскликнула: «Упс!» и несколько неловко кивнул человеку в черном, робко сказав: «Добрый вечер, сэр рыцарь».

Человек в черном вздрогнул и обернулся, чтобы посмотреть на маленького принца в колыбели. Каким-то образом через окно проползла лиана; ее щупальца были без шипов и казались довольно послушными, сжимая деревянную игрушку для ребенка, подобно няне, бережно успокаивающей малыша в колыбели.

Лиана заметила взгляд человека в черном, запаниковала и быстро положила игрушку на прикроватный столик принца, после чего стремительно скрылась через окно, словно делая вид, что ничего не произошло.

Человек в черном молчал, глядя на созданный им мир, словно погруженный в свои мысли.

«Ху-ху-ху», — тихо пробормотал маленький принц. Прежде чем человек в черном успел подойти, колыбель начала двигаться сама по себе, нежно успокаивая беспокойно спящего.

А вы знали, что где-то в этом мире живёт безумец, который создал свого возлюбленного и построил для него новый мир?