24 hours ↦ luke hemmings [rus]

7:02

Скайлар сглотнула ком в горле, она не ожидала, что ей на самом деле придется говорить ему своё имя. Девушка предположила, что он не будет снова спрашивать, как только узнает, что она понятия не имеет кто он такой. В любом случае, почему он так знаменит?

— Я Скайлар, — медленно сказала она, надеясь, что это положит конец их разговору.

— Скайлар, — повторил Люк. — Скааайлар.

— Это подходящее имя для тебя? — Скайлар подшутила над Люком, который, казалось бы, рассуждает, достаточно ли хорошее это имя для неё.

— Я представлял тебя больше как Челси или Дженнифер, ну или ещё с каким-то скучным как это именем, — пожал плечами Люк. Он до сих пор не снял капюшон со своей головы, и Скайлар уже была готова сорвать его.

— Ты предполагал, что у меня скучное имя? — спросила Скайлар. Она выпрямилась; она определённо не была скучным человеком. Она может быть интересной, но совсем не рядом с глупыми парнями, которых встретила в аэропорту.

— Не хочу этого говорить, но ты довольно скучная, Скайлар, — Люк фальшиво улыбнулся, пожимая плечами.

— Я не такая! — протестовала Скайлар.

— За полтора года ты первая девушка, которая не пускает на меня слюни.

— Ох, и это делает меня скучной? Ну, прости, что я всё ещё не сохну по тебе. Что, если у меня действительно приятная личность? — спросила Скайлар. Она всегда считала, что личность главнее внешности. Конечно, Скайлар знала, что она симпатичная, но в ней не было ничего особенного. Она использовала свою личность, чтобы это было более значимым фактором, когда она заводила друзей.

— Мне плевать на личность, — тихо произнёс Люк. Он обернул руки вокруг груди и ссутулился на стуле, на стуле Скайлар, устраиваясь поудобней.

— Ты такой очаровательный, Люк, я удивлена, что у тебя нет девушки и серьёзных отношений, — саркастично сказала Скайлар, и Люк выпрямился, наклоняясь к девушке.

— Послушай, Скайлар, — голос Люка переменился на шепот, — я не очень ценю то, что ты такая надоедливая. Это долгий перелёт, и он будет казаться ещё длиннее, если ты продолжишь убеждать меня в том, что личность важнее внешности.

— Блин, прости, я обидела тебя. Тогда я перестану говорить, — Скайлар пожала плечами, наслаждаясь тем, что она получила именно то, что хотела. Она определённо собиралась погуглить этого парня Люка Хеммингса, как только они приземлятся; скорее всего, он был знаменит за то, что он такой отвратительный мудак.

— Послушай, Скайлар... Могу я называть тебя Скай? — Люк остановился на полуслове, обращаясь к девушке.

Тело Скайлар напряглось, когда она услышала сокращение своего имени. Только мама называла её так и только она могла делать это. В любом случае, почему Люк пытается придумать ей прозвище? Не он ли только что сказал, что больше не хочет общаться?

— Почему ты хочешь называть меня так? — решительно спросила Скайлар, готовясь отклонить просьбу Люка.

— Просто Скайлар труднопроизносимое слово для меня, и если ты собираешься сидеть рядом со мной на протяжении следующих 15 часов, то мне стоит найти имя, которое произносится проще, — ответил Люк. Он оперся локтями на подлокотник между ними, и положил голову на ладони, невинно глядя на Скайлар.

— Ты не можешь называть меня Скай, — она покачала головой. Скайлар никогда не позволяла никому называть её так, и обычно люди уважали это. Она знала, что Люк не согласится, этому парню вообще не присуще уважение.

— Почему нет? — спросил Люк.

— Просто оставь меня в покое! — прошипела Скайлар.

— Что такого в том, что я сказал? — парень рассмеялся, и Скайлар закатила глаза с того, как Люк пытался справиться с этим. Он выглядел таким юным.

— Да, есть что-то в том, что ты сказал! Ты ведёшь себя со мной как засранец с того момента, как только я вошла в аэропорт, и мне это надоело! Просто ляг спать или займись чем-то ещё, но оставь меня в покое! — взорвалась Скайлар, это было что-то новенькое для неё.

Люк остановился на секунду, и огромная улыбка появилась на его лице. — Ты раздражительная... Мне это нравится.

Скайлар повернулась к парню спиной и больше ничего не говорила. Она надеялась уснуть, потому что сидеть рядом с Люком на протяжении 15 часов было последним, что ей бы хотелось делать.