3
— Кёджуро! Держи спину прямо! Почему я должен стыдиться за тебя? – Ренгоку ударил сына по спине, от чего с головы младшего упали книги.
— Отец! Я уже не маленький мальчик, сам справлюсь, – Кёджуро скрестил руки на груди и показательно надулся, отвернулся от отца.
— Кёджуро, – старший вздохнул и потёр глаза, – и ты говоришь, что уже не маленький мальчик? – Шинджуро улыбнулся и погладил сына по голове, – Давай, попробуй ещё.
Кёджуро смутился и встал со стула, снова разместив на своей голове книги. Ему было неудобно, но он старался изо всех сил, дабы угодить отцу и не разочаровать его. Наследник знал, что в любом случае отец даст ему и право на ошибку, и второй шанс. Но с каждым прожитым днём он все больше и больше сомневался в этом. Чем больше ошибок он совершал, тем больше отец отдалялся от него. Кёджуро это сильно тяготило. Он пытался спросить об этом, но Шинджуро даже слушать не хотел. Он был буквально одержим идеей вырастить из своего сына статного альфу, а точнее мужчину.
Чем старше становился Кёджуро, тем все больше и больше наваливалось на его плечи. Тренировки становились все жёстче и жёстче. Уже в семнадцать будущий наследник в совершенстве владел фехтованием и достиг успехов в конном спорте. Но не смотря на все его достижения, Ренгоку плохо справлялся с бушующей в нем сущностью.
С каждым годом контролировать ее становилось все трудней. В четырнадцать лет он впервые ощутил то, что он сильный и имеет власть над кем-либо. Кёджуро хоть и был добрым и отзывчивым, но во время гона он был больше похож на отца, нежели на самого себя. Он не чувствовал неудержимой тяги к соитию, лишь чрезмерную злость и отвращение. Ренгоку чувствовал, что с ним что-то не так, он даже пытался распростись отца об этом. Тот лишь фыркал на него и просил перестать выдумывать всякую ересь. Он хотел спросить об этом у матери, но и тут отец мешал ему. Да, его можно было понять. В то время Рука была не в самой лучшей форме.
В одну из ночей у Кёджуро опять случился бзик, он опять вышел из себя. На эмоциях он поссорился с отцом и нагрубил служанкам. Ренгоку не хотел видеть ни отца, ни кого-либо, поэтому он просто сбежал из дома. Шинджуро лишь мог кричать ему в след, что тот никогда не станет достойным руководителем, у него никогда не будет ни жены, ни детей.
Кёджуро взял своего любимого коня и, наспех снарядив его, отправился туда, где тайно прятался от отца. Ренгоку часто там был, особенно во время гона. Его тайное место находилось на озере. От дома до него было где-то пол часа езды. По вечерам над водой летали сверчки, а в траве громко стрекотали кузнечики.
Та ночь не стала исключением. Ренгоку быстро доехал до озера.
В чистой воде отражалась полная луна, которая освещала все вокруг. В траве громко жужжали насекомые, а лягушки пели серенады.
— Почему никто не хочет меня выслушать? – Кёджуро слез с коня и сел на берег озера. Ему было грустно и обидно, где-то в глубине его души поселилась обида на отца. С каждым разом этот маленький огонёк ненависти разгорался в нем все больше и больше, – Что я делаю не так? Разве я такой ужасный сын? Разве я не достоин внимания отца? – Ренгоку прижал к себе ноги и обнял их.
Ночью так хорошо. Прохладно и одиноко. Никого рядом нет, можно излить всю душу одинокой луне, понимая, что никто тебе не ответит.
— Не хочу взрослеть, – младший поджал губы и шмыгнул носом.
— Я тоже, – рядом раздался приятный голос. Ренгоку встрепенулся и резко повернул голову влево.
Рядом подсела девочка. На вид ей было примерно столько же, сколько и Кёджуро. Даже в темноте можно было разглядеть ее спокойное и умиротворённое лицо.
— Ты не один такой, поверь мне, – девушка повернулась к Кёджуро и мягко улыбнулось. Тот широко распахнул глаза. Его сердце быстро забилось в груди.
Вблизи ее лицо ещё очаровательней. У неё мягкие черты лица, фарфоровая кожа и сияющие ярко-сиреневые глаза. От девочки приятно пахло пионами.
— Кто ты? – у парня слегка подрагивал голос, а глаза все еще были широко распахнуты.
— Я Канаэ Кочо, – девушка посмотрела на Кёджуро, а потом повернулась обратно.
— Я-я Кёджуро Ренгоку, – парень протянул руку девушке, но та его проигнорировала, – Что ты тут делаешь? Как ты нашла это место?
— Когда я была помладше, я часто ходила сюда и неоднократно видела тебя здесь. Ты часто тут бывал... У тебя проблемы с родителями? – она не ходила вокруг да около, а спросила напрямую.
Кёджуро сначала опешил, а потом взял себя в руки.
— Да, есть такое. У нас с отцом не самые лучшие отношения, – печально вздохнул Ренгоку и слегка улыбнулся. Запах Канаэ успокаивал и окутывал с ног до головы, – Он считает, что я не достоин быть наследником его владений.
— Да? И почему же? – на самом деле ей было абсолютно плевать на то, что говорил парень, просто ей впервые за долгое врямы удалось поговорить с кем-нибудь по душам.
— По его словам я слишком слаб и никчёмен, – он откинулся на землю и положил руки под голову.
— Я знаю, что он не прав, – девушка легла рядом и сложила руки на животе, – я думаю, из тебя выйдет хороший руководитель.
— С чего такая уверенность? – усмехнулся Кёджуро.
— Не знаю, просто мне так кажется, – Кочо посмеялась, от чего у Ренгоку чуть сердце не остановилось. Они знакомы лишь пять минут, а Кёджуро уже не может отвести от неё взгляд. – Я росла в любящей и зажиточной семье. Родители были добры ко мне. Как-то они заметили, что мне скучно и, спросив, что у меня случилось, я попросила у них сестру. Они подарили мне ещё одного близкого человека... – Канаэ грустно улыбнулась.
— Что с ними случилось? Они...
— ... умерли, – сказала вместо Кёджуро Кочо, – Моего отца не очень жаловали. Я не знаю почему...
— Ты сказала, что твои родители были добры к тебе... Они требовали что-то взамен? – Кёджуро повернул голову к девушке.
— Нет, – отрезала Кочо, – Кроме... – девушка не успела договорить, как ее кто-то окликнул, – Прости, мне уже надо идти. Ещё увидимся, Кёджуро, – она быстро вскочила и, легонько поцеловав парня в щёку, убежала прочь.
Сердце парня вот-вот и выпрыгнуло бы из груди, оставив там огромную дыру. Он приложил ладонь к месту поцелуя и счастливо улыбнулся.
Тем вечером Кёджуро Ренгоку так и не вернулся домой.
—————
Я жив, люди🤡