42. Знак
В комнате ещё долго стояла тишина после этого едва уловимого отклика. Никто не решался первым заговорить, будто любое слово могло оборвать тонкую нить связи.
Люцион сделал шаг вперёд. Его голос прозвучал низко и собранно — слишком спокойно для того, что он собирался сказать.
— Этого недостаточно.
Все посмотрели на него.
— Связь есть, — продолжил он, — но она нестабильна. Если нам понадобится помощь… если она начнёт теряться между, нам нужен проводник.
Француаза нахмурилась.
— Проводник?..
Люцион кивнул.
— Кто-то, кто уже проходил через это. Кто знает, как говорить с теми, кто не здесь и не там.
Он сделал паузу.
— Это может быть бабушка или пробабушка Т/и.
Имя прозвучало, как щелчок выключателя.
Роуэн медленно выпрямился.
— Ты думаешь, они смогут… связаться с ней?
— Не «думаю», — ответил Люцион. — Я знаю. В нашей семье уже были такие случаи. Проводник — якорь. Без него она может не услышать нас, когда станет тяжело.
Тайлер сглотнул.
— А если они не согласятся?
— Тогда мы рискуем потерять Т/и окончательно, — сказал Люцион без обходных слов.
Француаза опустилась на стул, закрыв глаза.
— Значит… нам нужно начинать подготовку. Сейчас.
Роуэн кивнул, словно ждал этих слов.
— Да. Нельзя тянуть.
Он посмотрел на всех по очереди.
— Нужно всё: помещение, инструменты, кровь, сыворотка… и проводник.
В этот момент воздух снова дрогнул.
Тихо. Почти незаметно.
Роуэн замер.
— Она слышит.
Он прикрыл глаза и осторожно, будто боясь спугнуть, произнёс:
— Мы найдём того, кто поможет тебе, Т/и. Обещаю.
Лампа над столом мягко мигнула один раз.
И в этом коротком всполохе света каждый понял — времени почти не осталось.
Подготовка началась.
Тайлер первым сорвался с места. Он прошёлся по комнате, затем остановился посреди гостиной, словно внезапно понял, что теперь каждое действие имеет вес.
— Тогда делаем всё по порядку, — сказал он глухо. — Без паники. Если мы ошибёмся… второго шанса не будет.
Роуэн уже снова раскрыл книгу. Он быстро перелистывал страницы, отмечая нужные места закладками, делая пометки карандашом прямо на полях.
— Помещение должно быть изолированным, — проговорил он. — Без лишнего света, без посторонних. Лучше подвал или старый зал. Нужны два стола или кровати, чтобы они были рядом.
Люцион кивнул.
— Я займусь местом. У старого дома семьи Т/и есть подземное помещение. Его давно не используют.
Француаза поднялась со стула, выпрямляя плечи. В её движениях появилась решимость, которой не было раньше.
— Я возьму на себя кровь и инструменты. У меня остались контакты… и доступ.
Тайлер посмотрел на неё.
— Это опасно.
— Мы все уже в опасности, — тихо ответила она.
Роуэн поднял взгляд.
— Сыворотка будет у мамы Т/и. Но за ней нужно ехать лично. Никому нельзя знать, что мы делаем.
За окном снова прошёлся ветер, чуть сильнее прежнего. Стёкла тихо дрогнули.
Люцион медленно надел куртку.
— Я поеду к бабушке. Или к пробабушке — если понадобится.
Он посмотрел на Роуэна.
— Проводник должен быть готов заранее. Когда связь станет нестабильной — будет поздно.
Роуэн кивнул.
— Я буду поддерживать контакт. Если Т/и снова откликнется — сразу скажу.
В этот момент с полки упала книга. Не резко — словно её кто-то осторожно толкнул.
Все замерли.
— Это она, — прошептала Француаза.
Роуэн подошёл ближе и осторожно поднял книгу. Его голос стал мягче.
— Мы идём к тебе. Подожди ещё немного.
В комнате снова стало тихо. Но теперь эта тишина была наполнена движением — шагами, собиранием вещей, быстрыми взглядами.
Они разошлись каждый по своей задаче.
Весенний вечер медленно переходил в ночь.
И где-то между светом и тенью два сердца ждали, чтобы их снова запустили.
***
Дом постепенно наполнялся движением, но прежде чем разойтись окончательно, Роуэн поднял голову от книги.
— Есть ещё кое-что, — сказал он. — Мы не можем делать это одни.
Он достал телефон и написал короткое сообщение. Без деталей. Только просьба прийти. Срочно.
***
Энид вошла первой. Она остановилась в дверях, будто почувствовала напряжение ещё до того, как увидела лица остальных.
— Что случилось? — тихо спросила она. — У вас такие лица, словно…
Ксавье и Аякс зашли следом. Ксавье сразу заметил книгу на столе, беспорядок, чужую тревогу в воздухе. Аякс молча прикрыл дверь.
— Садитесь, — сказал Роуэн. — Это будет… сложно.
Энид нахмурилась, но села.
— Говори.
Роуэн перевёл взгляд с одного лица на другое.
— Айзека и Т/и можно вернуть.
Слова упали тяжело.
Энид резко вдохнула.
— Что?.. Это жестоко, Роуэн.
— Послушай до конца, — вмешался Люцион. — Речь не о магии и не о фантазиях.
Роуэн коротко рассказал всё: записи, пограничное состояние, необходимость проводника, время, которого почти не осталось. Никто не перебивал. С каждым словом лица становились бледнее.
Когда слова Роуэна стихли, тишина снова накрыла комнату.
Тяжёлая, звенящая.
— Нам нужно будет… — Аякс сглотнул, — выкопать их?
Роуэн молча кивнул.
Энид резко закрыла лицо ладонями. Её плечи задрожали, дыхание сбилось. Она не плакала в полный голос — лишь всхлипывала, будто боялась разрушить то хрупкое, что только что появилось.
— Это слишком… — прошептала она. — Это так жестоко…
И в этот момент она замерла.
Её всхлип оборвался на полувдохе.
— Вы… — она медленно опустила руки. — Вы чувствуете?
— Что? — сразу спросил Аякс.
Энид побледнела.
— Кто-то… дотронулся до меня.
Она посмотрела на свою руку.
— Холодно. Но… мягко. Не страшно.
Роуэн резко поднял голову.
— Т/и, — сказал он уверенно. — Это она.
Воздух в комнате словно дрогнул. Лёгкий холод прошёлся по коже всех присутствующих, но не резкий — скорее осторожный, будто кто-то боялся причинить боль.
Энид медленно кивнула, слёзы снова выступили на глазах.
— Она… она всегда так делала. Когда я плакала. Просто брала за руку.
В этот же момент на столе раздался глухой стук.
Все вздрогнули.
Книга, лежавшая рядом с записями, сама по себе захлопнулась.
А поверх неё медленно съехала фотография Айзека.
— Это… — прошептал Тайлер.
Лампа над столом вспыхнула ярче обычного, затем мигнула дважды.
Роуэн выдохнул.
— Айзек.
Люцион сжал челюсть.
— Значит, они оба здесь.
Ксавье, до этого молчавший, сделал шаг вперёд. Его голос был хриплым, но твёрдым.
— Я не её брат конечно, — сказал он, глядя на Роуэна, — но я любил её как семью.
Он перевёл взгляд на фотографию.— так что я помогу.
Аякс кивнул.
— Мы все поможем.
Энид медленно сжала пальцы, будто удерживая невидимую руку.
— Она рядом… — прошептала она. — И она не одна.
В этот момент часы на стене снова дёрнулись.
Секундная стрелка остановилась — ровно на одном и том же месте время их смерти
Роуэн тихо закрыл глаза.
— Они дают знак, — сказал он. — Оба.
Он посмотрел на всех.
— Они ждут.
Весенний ветер за окном стих.
И в этой почти священной тишине стало ясно:
отступать больше нельзя.