Ночные огни Токио

Ближе к вечеру начался сильный дождь - обычное дело в Токио. В июле здесь часто бывают сезоны ливней, когда дождь может начаться внезапно и так же внезапно прекратиться.

Айко натянула рубаку, чтобы не озябнуть. Конечно, в такой погоду вряд ли будут клиенты. На мобильный пришло сообщение от начальницы:

«Айко, закрывай точку, сегодня уже нет смысла торговать. До завтра».

Прочитав сообщение, Айко принялась закрывать лавку: выключила свет, проверила все двери и, выходя, заперла входную. Открыв зонт, она направилась домой. Постепенно дождь стих, и Айко убрала зонт. Взглянув на темное небо, она почувствовала странное беспокойство. До этого момента она была спокойна, но теперь вдруг ощутила на себе тяжелый взгляд. Ее сердце предательски дрогнуло.

- Не может быть... - прошептала она едва слышно, судорожно оглядываясь. Она сама не понимала, что или кого она пытается найти.

Сатору стоял неподвижно. Реакция Айко отозвалась болью в его груди. Она, как всегда, предчувствовала его взгляд издалека. Он понимал, что достаточно сделать шаг, и она тут же поймает его взгляд. Тяжело выдохнув, он шагнул вперед, выйдя на освещенную тропинку...

Мгновение - и их взгляды встретились. Его темные, пронизывающие глаза, глубокие и манящие, встретились с ее серыми, мутными глазами. Ее лицо побледнело от неожиданности. Он оставался непроницаемым, как всегда. Сделав еще пару шагов навстречу, он сократил дистанцию до того, что теперь они стояли достаточно близко друг к другу. Она внимательно разглядывала его лицо и тело. Он был одет так же, как раньше, в черный плащ - стильный, властный, манящий. Сомнений не было: он стоял перед ней в целости и сохранности. Он не мертв, как сказал его дядя. Айко не могла поверить своим глазам, но что-то внутри нее ликовало. Она вглядывалась в лицо любимого мужчины и не могла понять, что именно в нем изменилось.

Сатору наблюдал за ее лицом, полным растерянности и волнения. Он чувствовал, как сильно сейчас хочет обнять ее, но не решался сказать ни слова. Он знал: эту паузу нужно прервать. Его взгляд стал мягче, нежнее. Казалось, он пропустил через себя чувства, которые долгое время сдерживал.

Айко стояла в тени уличного фонаря, ощущая, как холодный воздух проникает в каждую клеточку ее тела. Зонтик, который она держала в руке, теперь висел без дела, словно не мог удержать в себе ни капли дождя, который вдруг исчез. Но дождь ушел, а тревога осталась. Она чувствовала его - его присутствие, даже если не могла объяснить себе, как именно это ощущение пришло.

Сатору, как всегда, не спешил. Он знал, что его появление могло повергнуть ее в замешательство. Каждый шаг, который он делал, был шагом в сторону откровения, которого она, возможно, не ждала. Он сам не был уверен, что она захочет его видеть, но он больше не мог стоять в стороне, он был уверен в каждом своем шаге со своей стороны он хотел этого.

Свет фонаря мягко освещал его лицо, и она увидела, как его глаза, темные и глубокие, встретились с ее. В них не было ни страха, ни гнева, только спокойная решимость, с которой он подошел к ней, словно был уверен в том, что эта встреча не случайна. Она вновь ощутила тот же знакомый холод, что когда-то охватывал ее сердце при встрече с ним, но сейчас все было по-другому.

Айко пыталась понять, что же изменилось в нем, и как это могло повлиять на нее. Он стоял перед ней - живой, реальный, с теми же темными глазами, но что-то в нем было другим. Он стал... более замкнутым, или, наоборот, более открытым? Он не был тем, кого она потеряла. Он был тем, кто вернулся - но кто теперь?

Сатору заметил, как ее лицо побледнело, и понял: ее неуверенность не была вызвана страхом. Это было что-то более глубокое, что-то, что она не могла объяснить себе. Он чувствовал это - эту хрупкость, эту трещину в ее уверенности. Его грудь сжалась, и он сделал еще один шаг, решая прервать тишину, которая между ними долго держалась.

- Айко... - его голос был низким, не требующим ответа. Он не знал, что сказать, но хотел, чтобы она услышала его, почувствовала. В его глазах было столько всего - сожаление, решимость, боль и, может быть, надежда.

Айко подняла голову, снова встретив его взгляд, но теперь ее губы едва слышно шевелились.
- Ты... ты живой, - прошептала она, словно боясь, что если скажет это вслух, все исчезнет, растворится в воздухе.

Он медленно шагнул еще ближе, и теперь их расстояние было совсем минимальным, почти несущим на себе электрическое напряжение. Она чувствовала, как его дыхание смешивается с ее, как его присутствие охватывает ее целиком. Все, что она могла сделать, это стоять, не зная, что будет дальше.

Сатору опустил взгляд на ее руки, сжимающие ремешок зонта, и тихо произнес:

- Айко, я... - Но он не закончил, и, наверное, никогда уже не скажет больше. В этот момент его рука, наконец, дотронулась до ее плеча. Пальцы его были холодными, но Айко почувствовала в этом касании всю теплоту, которую он сдерживал внутри. Она застыла, будто все вокруг замерло. Звуки улицы, капли дождя, вечерний свет - всё исчезло, и осталась только она и он.

Он шагнул ближе, и теперь их лица были так близко, что Айко ощущала его дыхание, тяжёлое и беспокойное. Она вглядывалась в его глаза, пытаясь найти в них ответы на свои молчаливые вопросы. Но он ничего не говорил. Он просто смотрел на неё, как будто каждое мгновение, каждое слово было слишком важным, чтобы произнести его бездумно.

Айко вздохнула, не в силах больше бороться с чувствами, которые нахлынули на неё. Она подняла руку и коснулась его щеки. Она искала тепло, которое могла бы почувствовать в нём, искала подтверждение того, что всё это не сон, что он действительно перед ней, живой и реальный.

И тогда, словно по воле судьбы, её губы сами собой нашли его. Это был не страстный, не горячий поцелуй. Это было тихое, почти осторожное прикосновение, как если бы каждый из них боялся нарушить хрупкость момента. Но как только их губы соприкоснулись, Айко почувствовала, как вся боль, вся потеря, вся неопределённость растворяются в этом поцелуе. Он был полон сожаления, страха и в то же время невероятной потребности быть рядом. Они оба будто искали утешение в этом мгновении, забывая обо всем, что было до этого.

Сатору обнял её за талию, прижимая к себе, и её сердце, которое только что бешено колотилось от волнения, теперь успокоилось. Он снова был рядом, и в его объятиях она почувствовала, что все не так уж и важно - не важно, что было раньше, не важно, что будет завтра. В этот момент они были просто двумя людьми, которые нашли друг друга в этом бесконечном мире.

Айко закрыла глаза, позволяя этому поцелую поглотить всё её внимание. Она не пыталась понять, что это значит. Не пыталась разложить чувства на части. Она просто была с ним, здесь и сейчас.

Разорвав поцелуй, Айко выдохнула и снова взглянула на него, словно пытаясь убедиться, что всё это не сон. И, наконец, прошептала:

- Сатору, ты жив... Она провела рукой по его лицу, осторожно касаясь его скул, словно пытаясь убедиться, что перед ней действительно он. Его черты, те же самые, что она так хорошо помнила, но сейчас всё было иным - настойчивым, напряжённым, полным неизречённой боли.

- Да, любимая, я рядом - прошептал он в ответ, наслаждаясь её прикосновениями, её взглядом, как будто это было то, что он искал всё это время. Он знал, что её сердце, как и его собственное, сейчас дрожит, но в этом мгновении они были вместе. Всё остальное не имело значения.

Но она не могла просто забыть. Всё, что она пережила, все вопросы, которые мучили её. Злость вдруг нахлынула на неё, и она оттолкнула его от себя, как если бы не могла больше удерживать этот поток эмоций.

- Но твой... твой дядя сказал, что ты мертв! - её голос стал хриплым, в нём был не только страх, но и ярость. Она пыталась понять, почему всё было так. Почему её предали, почему её обманули? Она не могла поверить, что он был жив, когда ей говорили совсем другое. - Сатору, где ты был все это время?

Нахмурив брови, она продолжила, голос её стал тверже, как будто в каждом слове сжималась боль:

- Если ты жив, если ты жив всё это время, почему ты пришел только сейчас? Где ты был?! - она уже не сдерживала себя. - Ты не представляешь, что я пережила! Мне сказали, что ты мертв! - Она повысила голос, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, но гордость не позволяла им выйти. Её взгляд был полон обиды, разочарования и боли, которые она сдерживала так долго.

- Сатору! - она уже не могла держать это внутри. Это было слишком долго, слишком мучительно.

Сатору стоял перед ней, ощущая всю тяжесть её слов, каждого выдоха, каждой искры боли в её глазах. Он мог понять её злость. Он сам чувствовал её, такую же, скрытую внутри. Но он знал, что сейчас не время оправданий.

Он шагнул ближе, пытаясь сократить дистанцию, но она не позволила ему прикоснуться. Он мог лишь смотреть на неё, на её боль, и молчать.

- Айко... - его голос был низким, тихим, словно пытаясь заглушить весь этот хаос между ними. Он сделал шаг назад, чтобы дать ей пространство, но одновременно был готов дать ей все свои силы. - Ты не понимаешь... я не мог прийти раньше. Я сам только недавно узнал об этом. Я также думал, что ты не приходила ко мне, не искала меня, пока я был в больнице - Он остановился, понимая, что её вопросы слишком важны, чтобы они остались без ответа. - Мне понадобилось время чтобы восстановится, мне пришлось отыскать правду , которую скрыли и от меня. Я не хотел, чтобы ты страдала. Я бы не обрек тебя на эти страдания!

Его слова звучали тяжело, как выдох, который он сдерживал слишком долго. Айко могла почувствовать, как его боль накатывает на неё, он ведь также был обманут, все это время он переживал трудности , и сейчас вот он стоит перед ней. Айко знала точно, больше никто и никогда не сможет отнять у нее его.

Девушка стояла, как застывшая, но её глаза горели яростью и решимостью. Она не могла больше ждать, не могла позволить этой боли разрывать её изнутри. Все вопросы, вся её боль, вся ярость - это всё было слишком. Но именно сейчас, когда он стоял перед ней, живой, когда она знала, что её чувства, несмотря на всё, не исчезли, ей нужно было доказать себе, что она всё ещё может его коснуться.

Она сделала шаг вперёд, её дыхание стало коротким и тяжёлым. Сатору замер, не понимая, что происходит, его глаза следили за ней, но в них уже не было той отчужденности. Он видел, как она сжала губы, как её руки замерли у его груди, как вся её решимость начала собираться в этом последнем мгновении. Айко, не говоря ни слова, резко притянула его к себе. Её губы вонзились в его губы с такой силой, что Сатору на мгновение потерял дыхание.

Это был не мягкий поцелуй, не осторожный. Это был взрыв. Мгновенная потребность вернуть все, что они утратили. Всё, что она пережила в его отсутствии, вся её обида, весь страх, вся ненависть к той лжи, которая их разделяла, теперь слились в одну яростную волну. Она прижалась к нему так сильно, что его тело отозвалось на её прикосновение, и он, наконец, почувствовал её полную решимость.

Сатору не ожидал этого, но в этот момент всё его сопротивление растворилось. Он схватил её за талию, прижимая к себе, и ответил на её поцелуй с тем же остервенением, как если бы он больше не мог не чувствовать её, не быть с ней. Он целовал её, будто пытался вернуть все месяца их разлуки, все утраченные моменты.

Айко не отстранялась. Она чувствовала, как его тело напрягается, как его руки крепче охватывают её, и она всё больше поглощала его, оставляя за пределами этого поцелуя все их сомнения, все их боль и разочарования.

Когда они, наконец, оторвались друг от друга, их дыхания слились в единое, громкое и тяжёлое. Айко смотрела на него с огненным взглядом, в её глазах была не только злость, но и что-то другое - невыразимая решимость. Она больше не могла просто стоять в стороне. Она сделала свой выбор.

- Сатору. Или ты уходишь... навсегда. Или...ты.. - тяжело выдохнув она будто бы не смогла продолжить , Сатору сразу уловил смятение
девушки

- Айко... - его голос стал низким, полным желания и уверенности, как если бы он отдавался ей целиком. - Ты моя. И я не позволю никогда , никому и ничему вступать между нами.

Он снова поцеловал её, и в этот момент мир действительно исчез. Был только он, только она, только их поцелуй, который сжигал все сомнения и наполнял их сердца новым, неизведанным чувством.