Глава 4
Лалиса Манобан
Преодолевая себя, свою гордость и совсем истерзанное чувство достоинства, я втиснула бедра принца в узкие брюки и, зажмурившись, попыталась поправить его достоинство. То самое, что находится у всех мужчин внизу спереди. Но так и не смогла дотронуться до этого органа.
- Нет, - закатив глаза, отвела руки в стороны и постановила: - Это невозможно! Я не хочу так!
- Что еще? - в голосе Чонгука, которого я буквально минуту назад попросила отвернуться, слышалась мука.
Он посмотрел на меня через плечо, и я показала ему взглядом вниз. Советник выругался, тихо, но с чувством.
- Прищемили?! - в итоге спросил он у меня. - А ведь я предупреждал, что именно с брюками нужно быть аккуратной. Тем более в ваших руках - не побоюсь этого слова - будущее Флоририша!
Я непонимающе моргнула. Потом медленно опустила взгляд вниз и нервно икнула. Тоже мне, будущее! Там и щемить-то нечего особо. Конечно, сравнивать мне было не с чем, натуры я раньше не видела, зато какие карикатуры у сьерры Джису находила! И там достояния были гораздо больше, я даже удивлялась, как с такими в штанах можно ходить. Они торчали вверх, сильно выпирая, а это... будущее Флоириша сиротливо лежало там, в подштанниках, поникшее и мягкое!
- Та-ак, - услышала задумчивый голос Чона и встрепенулась.
Ох, стыд какой! Он стоял напротив и с пониманием дела смотрел на то, как я смотрела туда.
- Это не то, что вы подумали! - выпалила я первое пришедшее на ум.
- Не уверен, - коротко ответил советник.
Его губы дрогнули в подобии улыбки, а сам он быстро подошел и... Я чуть не задохнулась от возмущения, когда Чон Чонгук ловко оттянул брюки вперед и резко вверх. Ничего не касаясь, но напугав до ужаса.
- А теперь просто застегните, - приказал этот невообразимый наглец, - и пройдем в мой кабинет! Представляете, как волнуется там ваша сестра?
Я как раз путалась в пуговичках, пытаясь поймать их дрожащими пальцами. Получалось плохо, а после услышанного и вовсе сбилась.
- И моя сестра?! - Я застегнула не ту пуговицу. - Она тоже там?! Зачем вы ее позвали?
- Ее никто не звал, она сама прицепилась, как... - Он прервал речь, прокашлялся и исправился: - Эра Манобан была слишком взволнована вашим поведением и самочувствием, а потому пришлось взять ее с нами. Принц очнулся в вашем теле прямо при гостях внизу и вел себя несколько эксцентрично.
О нет! Ровно на том месте, где мы разговаривали с Чоном! Бедная моя репутация... И сколько насмешек мне предстояло выслушать в будущем от Розэ! Ну почему, почему она там?!
- Вы не очень любите свою сестру? - услышала я голос советника. - Мне показалось, она действительно переживает за вас.
Он как раз принес мне сапоги и поставил рядом, намекая, чтоб я обула принца.
- Переживает - да. Но, как только ситуация прояснится, Розэ будет первой, кто начнет отпускать шпильки в мой адрес. И поверьте, хорошего в этом мало.
Я закончила с обувью и выпрямилась, посмотрев на советника в ожидании дальнейших распоряжений.
- Эра Лалиса, - Чон сделал шаг вперед, протянул руки и осторожно поправил шейный платок на принце, - вам не нужно переживать о своей сестре сейчас.
- Почему? - Я опасливо наблюдала за выверенными движениями пальцев советника.
- Во-первых, потому, что шпильки - это не так страшно и можно шутить в ответ, - он чуть улыбнулся, словно и сам уже придумал какую-то колкость. - А во-вторых, ситуацию еще нужно прояснить, а это может потребовать много наших сил, времени и терпения.
- Что?
- Этой ночью вы имели неосторожность гулять по замку в гордом одиночестве. - Советник закончил с моим облачением, отступил и посмотрел прямо мне в глаза.
Я почувствовала, что краснею, но не сдалась:
- И что? Можно подумать, я первая решилась осмотреть замок ночью. Не все же потом с принцем телами меняются.
- Не все, - миролюбиво согласился эр Чон, - но и не каждый из них рвется в закрытые двери, пугает заговорщиков и падает на принца, поджигая все вокруг к чертовой матери!
Последнее он проговорил громко и с нажимом.
- А нечего было меня пугать! - тоже не осталась в долгу я. - Маги огня очень вспыльчивые, и контролировать это не всегда просто. Так что...
Я придумывала, как еще оправдаться, но советник меня прервал:
- Так что мне остается только поблагодарить вас. Какими бы ни были ваши мотивы, вы, безусловно, спасли Чимина от некой напасти. Поэтому предлагаю действовать в дальнейшем согласованно, разумно и доверительно. Я должен понять, что за ритуал проводили злоумышленники, и помочь вам. Для этого прошу от вас послушания, откровенности и максимальной осторожности.
- Хорошо! - пылко согласилась я. - И давайте постараемся разобраться со всем этим побыстрей?
- Вы побледнели. Что-то чувствуете? - встрепенулся советник. - Вам плохо?
- Да. Очень плохо. - Я осторожно скрестила ноги и пожаловалась: - Он хочет в туалет! Умоляю, вытащите меня отсюда.
Лицо Чона чуть вытянулось, а руки безвольно повисли вдоль тела, как плети.
- Сильно? - только и спросил он.
И как-то сразу по выражению лица и интонации я поняла: этот тип может пойти за мной даже в уборную, чтобы проследить, не повредила ли я наследию страны. Нет, такого позора мне не вынести!
- Я потерплю!
- Хорошо, - Чон так громко облегченно вздохнул, будто его только что помиловали, - тогда давайте поспешим.
Советник резко развернулся и припустил прочь, командуя на ходу:
- Не отставайте, держитесь чуть высокомерно, гордо, но не вычурно.
Я за ним едва поспевала. Не имея привычки ходить быстро, теперь вынуждена была спешить, нарушая устои, заложенные в голове с детства. И если сначала чувствовались лишь неудобство и неловкость, то чуть позже обнаружился по-настоящему положительный момент: ходить в мужском костюме оказалось гораздо легче, чем в платье с тремя слоями одежды и корсетом.
Охранник у двери его высочества проследил за нами с плохо скрываемым любопытством. Я очень старалась выглядеть максимально мужественно, горделиво и не чопорно, но, как только задумалась, что для этого нужно делать, растерялась. Теперь я не знала, куда деть руки, как смотреть на окружающих и что вообще говорить. Уже потом поняла, что молчание было бы лучшим решением.
- Мы уходим! - сказала я мужчине у двери. - Будь начеку!
- Есть быть начеку, - вытянулся по струнке стражник. Глаза его при этом стали круглые от удивления.
- Ваше высочество, - Чон остановился, пропуская меня вперед и глядя так, будто хотел спалить живьем, - думаю, нам стоит поторопиться.
- Да, да. - Я постаралась нащупать подол юбки, чтобы поспешить. Не обнаружив его, уставилась на костюм принца и разгладила ткань сюртука.
Советника перекосило.
Я зачем-то еще раз кивнула и быстро пошла вперед. Совсем недавно я читала, что у волевого человека и походка соответствующая: решительная, размашистая. А принц наверняка волевой.
- Что вы делаете? - Чон, следовавший за мной по пятам, говорил с плохо скрываемой злостью. - Зачем так колошматить руками? Вы же не мельница, ей богу. И ноги не надо так расставлять - ощущение, что у принца что-то застряло в...
Он умолк и чуть подотстал.
Я позволила себе более ровную походку и с удивлением обнаружила, что достоинство не мешает. До этого очень боялась нечаянно его зажать ногами - все-таки надежда всей страны, надо беречь.
- Так лучше, - тихо донеслось сзади, но не успела я обрадоваться похвале советника, как прямо на нас выскочила та самая бедовая девица - как ее? Йе Рим!
Придерживая юбки и неприлично часто дыша, она встала на пути принца и запричитала:
- Ваше высочество! Слава всему святому! Вам легче?
Я испуганно отступила и посмотрела на советника. Тот встал рядом со мной, и девушку сразу накрыло волной страха. Ее красивое лицо исказилось от сильнейших переживаний, а голос дрогнул:
- Я не... виновата. Простите меня, умоляю.
Чон передернул плечом, и мне показалось, что я сама становлюсь обладателем его ментального дара - так четко поняла вдруг этот жест раздражения. Он явно устал решать проблемы за Чимина.
- Мне не за что вас прощать, эра... - решила вмешаться я самостоятельно.
И сразу получила грозный взгляд от советника. А еще услышала, как скрипнули его зубы.
- Сьерра, - поправил он едва слышно.
- Сьерра! - послушно повторила я.
Чон кивнул, а Йе Рим удивленно захлопала глазами.
Ох, господи, так она еще и из обслуживающего персонала! Кто? Старшая горничная? Гувернантка ее высочества Айрин? Кем бы ни работала девушка, неужели принцу мало дам из именитых домов?! Понятно теперь, почему его репутация так страдает. Он слишком неразборчив в связях! Или?..
Может быть, у них большая любовь? Тайная! Запретная. Такая, о которой мало кто знает, и все понимают: отношения обречены! Может ли быть такое?
Я посмотрела на Йе Рим с некоторым волнением, оценивающе. Как если бы я сама и правда была мужчиной. Ну... Большая грудь и полные алые губы, пожалуй, выделяли ее среди прочих дам. Но в остальном... Может быть, у нее душа невероятная?
- Ваше высочество? - Йе Рим устала стоять в поклоне и чуть приподняла голову.
- Я ни в чем не виню вас! - опомнившись, горячо ответила я.
Советник устало вздохнул, Йе Рим попятилась.
- Прошу, не беспокойтесь. - Я посмотрела на Чона с осуждением и снова на бедную девушку, у которой глаза почему-то стали просто огромными. - Мы поговорим позже. Когда нам удастся...
- Вы свободны! - рявкнул эр Чон Чонгук, и девушка сбежала, не оглядываясь и не спрашивая разрешения у Чимина.
Стало обидно за принца и его авторитет. Что это, в самом деле, такое? Он его высочество и надежда всей страны или кто?
- И часто вы так? - спросила я, качая головой.
- Как?
- Вмешиваетесь во все! Может быть, у них искренние чувства.
- У кого? - не понял советник.
- У них, - повторила я шепотом, показывая на тело принца и на убегающую сьерру. - Эти тайные свидания могут говорить нам о чем-то гораздо более важном. Нельзя же быть таким черствым.
- Можно, - теперь советник почти шипел. - И умоляю, оставьте свой романтический бред при себе!
- Но...
Эр Чон взмахнул рукой и замер. На миг прикрыв о-о-чень темные глаза, он глубоко вдохнул, медленно выдохнул и посмотрел на меня уже гораздо более миролюбиво.
Ничего себе, мне бы такую методику для возвращения самообладания!
- Мы почти пришли, - сказал Чон Чонгук тоном любящего дядюшки, при этом показывая на следующую по коридору дверь. - И думаю, нас заждались.
- А...
- Молчание - золото. Повторите это про себя десять раз, пока я не решился на смертоубийство. Поверьте, я близок. Заранее благодарен за понимание.
И он указал направление рукой, выпростав ее вперед.
Я подчинилась, хотя внутри зрел самый настоящий протест. Где, спрашивается, сотрудничество и понимание, к которому он сам призывал совсем недавно? Вот так и верь менталистам.
Чон Чонгук
Еще издалека я «услышал», что запертые в моем кабинете люди взбудоражены и находятся на грани. Я не «читал» их специально, следуя букве закона, в соответствии с которой менталисты не имели права лезть в головы свободной личности без соответствующего разрешения или крайности, но эхо их мыслей то и дело приносило разного рода бред:
«Прибить мало этого извращенца!».
«Эр Манобан убьет меня. Он не перенесет такого удара, но сначала его не перенесу я...».
«Скорее бы назад, в этом корсете сдохнуть можно от остановки дыхания...».
Все находились в крайней степени эмоционального возбуждения, отчего становились буквально открытыми книгами для менталиста - хочешь или нет, а будешь «слушать».
Несложно было определить, кто о чем думал: гувернантка, пришедшая в себя, боялась встречи с отцом Лалисы; эра Розанна уже явно познакомилась с принцем и его любимой манерой вести диалог с красивыми женщинами: он сразу ненавязчиво приглашал в свою постель. Ну а сам Чимин... он, кажется, еще не осознавал серьезности происходящего.
Я толкнул дверь, мысленно сообщая Каю, что пришли свои.
Парень встретил меня измученным взглядом и тут же получил молчаливое разрешение заслониться экраном, чтобы отгородиться от чужих разумов.
- Проследи, чтобы нас никто не беспокоил, и пошли кого-нибудь за Бурисом, - вслух попросил я, и мальчишка радостно слинял, успев однако с поклоном пропустить принца.
- Наконец! - обрадовался нам Чимин в теле Лалисы. - Ты нашел мое тело, Чонгук! Внутри девица Манобан?
Я взглянул на принца и утратил дар речи. Все мои невысказанные слова, однако, сразу сорвались с губ Лалисы:
- Что со мной?! Вы ненормальный?!!
В повисшей следом тишине я вместе с девушкой разглядывал ее тело, точнее его одеяние. Принц в виде девушки восседал на кресле, закинув ногу на ногу. Он снял с себя жакет и блузку, а теперь медленно расшнуровывал корсет.
Гувернантка, присутствовавшая в кабинете, смотрела на всех нас с нескрываемым ужасом и продолжала думать только об отце девушек, представляя, как он в гневе расправляется с ней самыми немыслимыми образами.
Розанна до нашего появления стояла у окна, сложив руки на груди и яростно сопя, но стоило нам войти, как она бросилась навстречу, с возмущением сообщая:
- Он никого не слушает и раздевается! Остановите это немедленно!
Вид принца, следовавшего за мной, ее остановил и заставил сделать временную передышку.
- Лиса? - тихо спросила девушка, заглядывая в глаза Чимину. - Это ты?
- Я, - ответила, чуть не рыдая, ее сестра.
- Слава богу! - Розанна совершенно без стеснения бросилась в объятия принца, обнимая его за плечи и громко заявляя: - Мы тебя вытащим из этого ужасного места! Ты только не бойся и сдерживай огонь! Верь мне!
И принц... расплакался.
К моему ужасу, он всхлипнул несколько раз, а потом просто разразился ревом, причитая:
- Я так испугалась, Розэ, ты даже не представляешь, - он обнимал девушку, положив голову ей на плечо, и хныкал! - Даже огня не чувствую. Совсем ничего, кроме ужаса! Какая же я невезучая-я-я...
На ее рев, будто муха на варенье, бросилась и гувернантка. Она словно ожила, взбодрилась и, вскочив, быстро подбежала к подопечной, обнимая с другого бока. Гладя принца по растрепанным светлым волосам, сьерра вытерла его чуть распухший нос своим платком и стала промокать горючие слезы, грозно зыркая на меня.
Я попятился.
Как там говорила эра Лалиса? К такому жизнь меня точно не готовила!
- Черт знает что! - заявил за моей спиной принц в теле девушки. - Чонгук, это что такое? Ты так хотел меня проучить? Немедленно исправь все! Посмотри, что эти ненормальные со мной делают!
Я нахмурился.
Обернувшись к Чимину, убедился, что он почти разобрался с корсетом, собираясь остаться сверху в одной нижней сорочке с весьма аппетитными округлостями, уже виднеющимися сквозь тонкую ткань.
- Ты совсем обезумел?! Одень ее! - Я схватил блузку Лалисы и бросил в принца. - Немедленно приведи эру в порядок!
- Не указывай мне, что делать! - Чимин вскочил на ноги. - Ты вообще представляешь, что натворил?! Я чуть не сдох в этой гильотине красоты! Каблуки, корсеты и ленточки не для меня, Чонгук, и я не стану носить их, даже будучи в женском теле.
Я проследил за его жестом и увидел отброшенные в сторону туфли. Лалиса теперь оставалась в одних чулках.
- Верни меня в мое тело! - приказал Чимин. - И давай без фокусов, осточертела уже твоя вседозволенность. Знаешь, пора поднять вопрос о снятии тебя с должности.
- Отлично, - я улыбнулся принцу, - поднимай. Прямо сейчас.
- Верни мое тело! - взорвался Чим. Вскинув руку, он растопырил красивые длинные пальцы Лалисы и взмахнул ими, выкрикивая заклинание для формирования фаертиса - сгустка его силы.
Ничего не случилось.
Мы оба с интересом смотрели на скрюченные пальцы и ждали. Даже Лалисы перестала рыдать.
- Где огонь? - не выдержал я.
- Я не чувствую его, - пробормотал принц неверяще. Огромные глаза Лалисы посмотрели на меня с нескрываемым ужасом: - Ни капли силы. Я пустой. Что со мной, Чонгук? Это ведь не ты?
- Ритуал, - терпеливо ответил я. - Вы с эрой все-таки активировали заклинание.
- Но как? - Чимин снова сел на кресло, хватаясь руками за голову и отчаянно соображая. - Руны! Я прочитал их вслух. Идиот!
Я не стал спорить.
- А она разожгла огонь, - тут же добавил Чим, с гневом уставившись на свое тело.
- Вы очень «удачно» встретились, - снова кивнул я.
- О чем они говорят, дорогая? - раздался голос гувернантки. - Что за руны? Мы ведь только ночью приехали и были на виду друг у друга.
Теперь все уставились на принца, в котором была заперта одна из дочерей Юнги Манобан. Она уже почти успокоилась, только продолжала судорожно всхлипывать, стараясь унять себя, а еще смотрела на свое тело с нескрываемой антипатией.
- Пусть он оденется! - велела девушка, к которой, видимо, возвращалось не только самообладание, но и способность думать. - Тогда буду разговаривать.
- Бегу и падаю, - бросил Чим, дергая за шнуровку корсета и демонстративно продолжая оголяться.
- Тогда я просто уйду отсюда и отправлюсь на встречу с гостями! - Лалиса выступила вперед и неожиданно нагло усмехнулась. Ее припухшие от слез глаза сверкнули яростью. - Скажу всем девушкам, чтоб уезжали по домам, потому что я... я... предпочитаю мужчин!
- Что?!
- Не что, а кого! Мужчин.
- Ты не посмеешь! - Чимин вскочил на ноги и хотел броситься на эру Лалису, но запутался в юбках и чуть не упал.
Мне пришлось его ловить, при этом одна рука попала именно на расшнурованную часть корсета, позволяя ощутить все прелести. Черт! Да что же это такое?!
- Оденьте его! - громко потребовала Лалиса, топая ногой. - Или, Богом клянусь, я натворю такое, до чего вы бы и в самых страшных снах не додумались!
Я развернул к себе принца и заставил его посмотреть на меня внимательными карими глазами эры Лалисы. Чимин дернулся в моих руках, но сила теперь была не на его стороне. Это оказалось непривычным для наследника - лицо девушки исказилось от бешенства.
- Не смей меня держать, - прошипел он, - я все еще Пак Чимин, а ты - лишь советник при моем отце. Да я тебя в катакомбах Гурлука сгною!
- Верю. - Я позволил себе чуть сильнее сжать хрупкие плечи, захватывая внимание принца целиком, и продолжил говорить, не позволяя отвернуться: - Но для начала позвольте помочь вам вернуть ваше тело, ваше высочество. Ведь без него вы мало кому интересны: ни своему отцу, ни невестам, ни стране. Все, что было дозволено в теле принца, вы утратили, стоило потерять его.
Чимин молчал.
Смотрел на меня с дико упрямым выражением, совершенно не походящим миловидному личику эры Лалисы Манобан. Я представлял, какие мысли варятся в этой головке, и ждал вердикта, позволив себе немного увлечься тщательным рассматриванием внешности эры.
Она была красива. Не просто мила и очаровательна, как большинство девиц знатных родов, - она завораживала. В ней чувствовалась стать, чувствовался огонь - он кипел в ее крови, виднелся в ее глазах. Глядя на Лалису, становилось очевидно: эта девушка способна стать достойной парой наследнику правящей династии.
Бледная, стройная, хрупкая и нежная на первый взгляд, она являла собой спящий вулкан, лавой которому служили ее эмоции.
А еще Лалиса была проклята на несчастья.
За остаток ночи я узнал о ней практически все, а то, что не успел узнать, мне должны были доложить к вечеру. Мне донесли даже о том, как она оказалась одна посреди ночи в коридорах замка. При этой мысли я нахмурился, вспоминая лепет задержанного.
Ким Тэхен - один из претендентов в мои секретари - на допросе говорил сбивчиво и постоянно лебезил, повторяя, что готов на все, лишь бы искупить вину, лишь бы его кандидатуру не снимали с рассмотрения.
Итак, ее бывший жених, который не побоялся даже проклятья невезения, но получил отказ от Юнги Манобан, пришел к девушке под окна, дабы убедить в истинности своих чувств к ней.
Представляю, как она прыгала от счастья, - такая романтика! Жених не сдался и попросил дать ему шанс. Смешная девочка.
Я скользнул взглядом по тонкой шее, остановившись на темном локоне, выбившемся из прически и ниспадающем на приоткрытое плечо. Шнуровка корсета оказалась настолько свободной, что легко можно было угадать очертания прелестей девушки. Я демонстративно прошелся взглядом по приятным округлостям...
- Эй! - Чимин, заточенный в теле Лалисы, дернулся в сторону, оказавшись на свободе. - Это все еще я, Чонгук! Черт! Хорошо, я согласен, завяжите эту штуку кто-нибудь! Чего встали? Я сам не справлюсь! А ты отвернись!
Я усмехнулся и медленно повернулся спиной к принцу, заметив, как к нему спешат гувернантка и обе ее подопечные.
- Сейчас-сейчас! - радостно причитали они под кряхтение и стоны принца.
- Аккуратно! - потребовал он. - Вы меня задушите.
- Вот так, - услышал я эру Розанну. - Дышать можете? Нет? Точно нет? Хм... Скажите, эр советник, чисто теоретически, если с его высочеством что-то случится и его тело снова станет свободным от души, то?..
- Розэ! - вмешалась ее сестра голосом принца. - Что ты такое говоришь? А если я не смогу вернуться? Тогда он просто умрет, а мне вечно томиться в этом! Расшнуруй его слегка.
Спустя несколько секунд тишины принц рвано выдохнул:
- Чонгук, - хрипло позвал он, - пиши завещание. Это конец.
- Не конец, - наставительно поправила его гувернантка, - а корсет. С ним женская фигура выглядит женственно и беззащитно. Прекратите синеть! Это никого здесь не разжалобит.
- Но я, кажется, умираю.
- Кажется - правильное слово. Обычно корсет затягивают туже, но мы щадим вашу тонкую мужскую натуру.
- Благодарю, - Чимин говорил тихо и слабо. Пришлось повернуться, потому что я всерьез испугался за его здоровье. Не хватало еще убить наследника Флоириша слишком плотной шнуровкой женского корсета.
Но оказалось все совсем не так плохо. Лалиса Манобан стояла уже практически полностью одетая и приличная. Да, еще бледнее прежнего, да, с огромными потерянными глазами, но зато послушная и очень сдержанная.
«Так, может, корсета ему раньше и не хватало?», - подумал я.
- Теперь я всем вам расскажу, - тоже оценив обновленный вид принца, сказала Лалиса, встав рядом со мной. - Мне кажется, я знаю, кто мог быть как минимум соучастником во всем этом безобразии.
Пак Чимин
Пока я подыхал в нежных, но очень мстительных руках гувернантки девиц Манобан, нагло занявшая мое тело Лалиса подошла к Чонгуку и заявила, что знает убийцу. Я даже о необходимости дышать забыл - весь превратился в слух.
- Это Ким Тэхен, - моим голосом сообщила девушка. - Мы были обручены, но отец расторг помолвку. Теперь он, видимо, мстит.
- Кому? Принцу? - Чонгук выглянул из-за плеча собеседницы и посмотрел на меня, уточняя: - Ты знаком с младшим сыном Кимов?
Я покачал головой.
- Нет же! - Лалиса всплеснула руками. - Он так мстит мне за предательство. Теперь, поразмыслив, я почти уверена, без Кима не обошлось.
- Он напал на вас ночью? - прямо спросил советник.
Все затаили дыхание.
- Не совсем.
Лалиса обернулась к остальным, и я впервые мог наблюдать, как собственное лицо превратилось в открытую книгу - на нем были и досада, и гнев, и смущение одновременно. Девушка явно вообще не понимала значения выражений «держать интригу» и «скрывать чувства». Будучи в моем теле, она заламывала руки, кусала губы, громко дышала и краснела.
Видел бы это отец - сразу послал бы всех невест по домам. Такому принцу женщина рядом точно не нужна... Хм, а может, это мой шанс?
- Мы ждем! - напомнил Чон с нажимом.
- Не давите на нее! - Розанна Манобан выступила вперед и яростно сверкнула глазами. - Мы с сестрой - благовоспитанные эры, не способные легко относиться к грубости окружающих! Так вы сделаете только хуже!
Мне показалось, еще чуть-чуть - и она зарычит, а после и вовсе оскалится и набросится на советника. Да, у так называемой «благовоспитанности» явно были свои побочные эффекты...
- Лиса, не бойся их, - вмешалась и гувернантка, наконец оставляя меня в покое, - мы на твоей стороне, дитя, и точно знаем: ты не могла совершить ничего предосудительного.
Я усмехнулся, вспоминая, как очнулся на каменном полу в окружении живого пламени, а это «дитя» лежало сверху, обдумывая, чем заняться дальше.
- Понимаете, я получила послание от эра Кима, - воодушевленная женской солидарностью, Лалиса снова заговорила.
Мне пришлось сильно напрячь слух, чтобы услышать ее виноватое блеяние.
- Он прокрался под наши окна ночью и магией прислал мне письмо.
- Ким? Прокрался под окна? - не поверила Розанна. - Да он бы не посмел.
- Что?! - Их гувернантка так вытаращила глаза, что казалось, еще немного и они просто выпадут. - Лиса! Ты ведь прогнала его прочь?!
- Конечно! - уверенно заявила она. Потом снова прикусила мою губу, пожевала ее слегка и добавила тихо: - Конечно, я бы его прогнала, сьерра Джису, но не успела: стража появилась раньше, и мне пришлось спрятаться за гардинами.
Она с мольбой в глазах посмотрела на гувернантку, та просто пылала от негодования.
- Дальше! - поторопил я, едва сдерживая желание снова распустить чертов корсет. Он давил на ребра так, что хотелось рвать и метать. - Вы, конечно, пошли к нему на встречу. Где он ее назначил?
- Вы в своем уме? - поразилась гувернантка, глядя на меня, как на исчадие ада. - Слышите, что говорите?! Никуда она не пошла, Лиса не стала бы...
- В мансарде, - перебила ее девушка, опуская взгляд, - но там не было лестницы, а значит, он сам не пришел. Или... или он и был злоумышленником и специально меня заманил к той злополучной комнате.
Снова повисло тяжелое молчание.
Я переглянулся понимающими взглядами с Чонгуком. Мы уже знали эту историю - ему еще ночью доложили о нарушителе, а советник рано утром сообщил подробности дела мне.
- Но зачем ты пошла, Лис? - нарушила тишину Розанна. - Отец расторг помолвку! Между вами все кончено.
- Все будет кончено, когда я так решу! - неожиданно упрямым и уверенным тоном заявила девушка, и я увидел в глазах отголоски пламени. - Нам необходимо было поговорить! Объясниться. Только он не пришел.
- Не пришел, - подтвердил Чонгук, - потому что его задержали ночью под вашими окнами. Чуть позже эра Кима допросили под моим руководством и отправили в тюрьму. Он пробудет там несколько суток до выяснения всех обстоятельств. Собственно, поэтому я и искал вас после завтрака - поговорить о расторгнутой помолвке и ночных приключениях.
- Как?! Он в тюрьме? - Лалиса пошатнулось.
Девушка схватилась за стул, притянула его к себе и грузно села. Спортом, что ли, заняться? Мне казалось, я лучше выгляжу.
- Значит, он и правда хотел поговорить и все произошедшее дальше - дурное стечение обстоятельств... - задумчиво пролепетала Лалиса и сразу снова уставилась на советника с хищным выражением. - Но эр Ким все равно лгал мне! Он говорил о том, что собирается стать вашей правой рукой!
- Кем? - Лицо Чонгука вытянулось. - У меня хватает рук.
- Помощником, - поморщилась девушка, меняя формулировку. - Самым главным.
- Секретарем, - наконец понял ее Чонгук. - Я ищу человека на должность личного секретаря.
- Правая рука, надо же... - Не до конца сложив в кулак пальцы, поводил рукой вверх-вниз и гнусно заржал, комментируя: - То-то у тебя ни одной любовницы в последнее время, Чонгук! Руку свободную ищешь!
Я шлепнул ладонями по коленям и согнулся от смеха пополам, тут же охая от боли - долбаный корсет чуть не выбил из меня весь дух. Пришлось разогнуться и... больше пошевелиться не вышло.
Я в ужасе дернулся в сторону - ничего! Меня словно сковало магией! Но кто бы посмел посягнуть на принца?!!
- Что ж, - услышал голос гувернантки девушек сбоку, - секретарю и правда нужно много писать. Неудивительно, что эр Ким подобрал именно такое название сей должности. А вы, эра, все еще находитесь под моим бдительным контролем. Пока эр Манобан не снял с меня обязательства по присмотру за вашими репутацией, честью и воспитанием, будем работать по прежней методике.
- Сьерра Джису, вы обездвижили принца? - шокированно спросила Розанна.
- Я обездвижила свою воспитанницу, - поправила ее гувернантка. - Пяти минут, думаю, будет достаточно, чтобы она обдумала свои поступки, раскаялась и вернула себе облик достойной девушки.
С трудом скосив глаза в сторону Чонгука, я увидел совершенно счастливую улыбку на его наглой роже. Предатель!
Однако веселиться советнику пришлось совсем недолго: в дверь постучали. Белый как полотно Кай вошел после разрешения и сообщил дрожащим голосом:
- Простите, эр Чонгук. Его Величество изволит злиться. Он хочет видеть сестер Манобан.
- Встреча с невестами, ну конечно! - Чонгук посмотрел на меня. - Ты ведь понимаешь, что будет, если мы признаем новый промах? Нельзя допустить, чтобы его величество узнал про ритуал, пока я не решу проблему с обменом тел.
- Ох, только не король! - Лалиса обняла себя за плечи. За мои плечи! Если бы мог шевелиться - подошел бы и встряхнул ее, приказав больше никогда так не делать. Эта женоподобность в моем исполнении выглядела просто отвратительно.
- Закрой дверь! - приказал Чонгук Каю. - И где Бурис?
- Его величество велел ему найти вас с принцем и немедленно отправляться в... - мальчишка сбился, и я понял, что он боится лишних ушей, а значит, теперь они начнут переговариваться «про себя», тратя на это огромное количество сил.
Повисло тягостное молчание: секунда, две, три...
Кай посмотрел на меня огромными круглыми глазами, потом на Лалису. Она всхлипнула, и парень приоткрыл рот от удивления. Вид плачущего принца был ему сильно в новинку.
- Но как подобное скрыть? - пораженно выдал рыжий.
- Ты должен будешь помочь Чимину. Организуешь вокруг него легкое облако очарования. Ну и следи, чтобы его манеру речи приняли за милую черту, а не причислили девушку к умалишенным.
Чонгук предупреждающе посмотрел на меня, махнул рукой, и я чуть не упал: заклинание гувернантки сошло на нет.
- Дела плохи, Чим. - Советник встал рядом, возвышаясь надо мной. - Тебе придется идти вниз в сопровождении эры Манобан и сьерры Джису.
- А больше мне ничего не придется? - Я жестом продемонстрировал свое несогласие на такой ход событий.
- В это же время, - как ни в чем не бывало продолжил Чонгук, - вам, Лалиса, придется пройти вместе со мной в сиреневую гостиную и принять там... особенную гостью. Она приехала из Хистиша, чтобы познакомиться с его высочеством, и для нас очень-очень важно, чтобы девушка не разочаровалась. Говоря «нас», я имею в виду Флоириш. Нашу страну, эра.
- Ха! - Розанна Манобан загородила сестру собой. Выглядело это забавно, учитывая мой рост и ее. - Тогда для Флоириша случившееся - просто чудо! Иначе вашей особенной гостье точно было бы не избежать разочарования от встречи с наследником престола. Так, может быть, вы сами все это и организовали?
Она посмотрела на меня.
- Следите за своим языком, эра! - Я вскочил, вскинул руку, ткнув в ее направлении указательным пальцем, и вдруг из него вырвались мелкие искорки огня.
Это было настолько неожиданно, что ни я, ни советник, ни Кай не успели отреагировать - ведь пламя давно и прочно стало частью меня; оно было моей стихией с рождения, текло во мне вместо крови, как говорила покойная мать. Я обращался с ним играючи, с детства открывая все более-менее важные мероприятия, традиционно зажигая факелы в залах.
И вдруг...
Я замер всего на пару мгновений, оглушенный собственным промахом, а в это время эра Розанна отклонилась в сторону, позволив искрам пролететь мимо. Лишь одна из них попала на рукав Лалисы, чтобы мгновенно погаснуть от заклинания, произнесенного в три женских голоса.
- Что это было? - зло спросил Чонгук, хватая меня за плечо. - Ты соображаешь, что творишь?!
- Я не призывал стихию, Чонгук, - ответил со злостью, - это она. Ее тело! Оно не способно управлять эмоциями, а значит, и огнем! Черт знает что. - Хотел выругаться более витиевато, но, посмотрев на остальных, с трудом смирил гордыню и произнес совсем другое: - Простите. Я виноват. Это действительно не смешно.
- Да, смешного мало, - подтвердила гувернантка девушек, теперь вставая между ними и мной.
Тоже мне, защитница! Меня накрыло волной раздражения.
- Что с вашим огнем, эра Манобан? - спросил я, ощущая внутри нечто странное и давно забытое, очень похожее на чувство вины и даже раскаяние.
- Вы правильно все озвучили. Он меня не слушается, - печально ответила Лалиса, выходя вперед и остановившись рядом с Чонгуком. - Поэтому вам следует быть осторожней, по крайней мере пока все не вернется... Если вернется.
В ее глазах блеснули слезы.
Нет! Нельзя допустить, чтобы принц появлялся перед принцессой Хистиша заплаканным. Да что ж такое?
- Я запросил значение некоторых рун из того ритуала, - успокаивающе заговорил советник, понимая, что именно ее беспокоит, - и очень скоро смогу понять, чего пытались добиться злоумышленники и как нейтрализовать случившееся.
Последняя фраза была ложью.
Вспомнилось раннее утро и доклад Чона. Он признал, что до разговора с Ким Тэхеном полагал, будто девицу Манобан могли нарочно заманить в зал для совершения некоего ритуала. Какого именно - еще предстояло выяснить. Однако во время допроса бывший жених Лалисы утверждал, что действовал по собственной инициативе: получив от нее письмо, в котором она поражалась бездушности собственного отца, расторгнувшего помолвку, Ким Тэхен поспешил на встречу к девушке. Единственное, что осталось неясным советнику, - почему жених назначил свидание именно у мансарды в том самом крыле. Этого тот не мог объяснить и сам, постоянно повторяя, что ему просто пришло это в голову, и все.
Чонгук проверил Тэхена, воспользовавшись ментальным даром, - все оказалось правдой. В действиях Кима не было злого умысла, и никто его не просил позвать девушку именно туда.
- Значит, нам нужно лишь потянуть время? - Лалиса взглянула на меня.
Я устало вздохнул. Время потянуть точно придется, а вот насколько - не известно никому.
Черт, похоже, сегодня мне и правда предстоял интереснейший опыт - знакомство с кандидатками в невесты в теле одной из них. Лишь бы не споткнуться в этих жутких туфлях и не свернуть себе шею, пытаясь спуститься на них с лестницы.
- Что ж... - Лалиса снова уставилась на советника, и тот поднял руку, собираясь похлопать ее по плечу. Но отчего-то передумал на полпути, сделав вид, что просто хотел откашляться в кулак.
Надо же, Чонгук умеет смущаться?!
- Рассиживаться некогда, - сказал тем временем советник. - Предлагаю эре Манобан и принцу Паку обменяться рекомендациями по поводу поведения друг друга на людях и расходиться, пока нас всех не отправили на эшафот.
- Что ж, хорошо, - ответил я, находя взглядом сброшенную ранее обувь. - Помогите мне с туфлями, даже пригнуться в этом корсете невозможно! Черт, если кто-то еще об этом узнает, я вас всех убью. Можете мне поверить!
- Никто не узнает, - в спокойном тихом голосе Чонгука прорезалась сталь, - от этого зависит участь всего королевства. С этого момента мы не имеем права делать ошибки, план по ним и без того перевыполнен на несколько лет вперед. И, боюсь, наше время кончилось. Я сам проинструктирую эру Лалису по поводу того, как вести себя с эрой Хвасой Флебьести, а вам предстоит легкая прогулка в саду. Представишься отцу, Чим, затем притворишься больным и уйдешь в ваши комнаты. Мы подойдем туда, как только освободимся.
Сьерра Джису как раз помогла мне с туфлями и наставительно заметила:
- Все это прекрасно, но хочу напомнить вам: я не учила свою воспитанницу быть мужчиной. Обе мои девочки - милейшие...
- Да-да, - перебил ее я, - скромные, стеснительные, благочестивые и все такое. Мы помним.
- Только помнить мало. Я не представляю, как вы справитесь с ролью воспитанной девушки.
- Давайте так: если буду делать что-то не то, чихайте.
Я захватил ткань многочисленных юбок и двинулся вперед, едва не споткнувшись от оглушительного «Апчхи».
- Что не так?! - возмутился, поворачиваясь.
Сьерра Джису открыла рот для новых нотаций, но тут ее похлопала по руке эра Лалиса:
- Позвольте мне, - примирительно сказала она. - Итак, запомните: так задирать платье - моветон. Вы можете лишь слегка приподнять юбки. Максимум, что должно быть видно со стороны, - кончик ваших туфелек. Представьте, как бы сами отреагировали, увидев эру, идущую в таком виде. К тому же походка должна быть легкой и изящной, взгляд смущенным, а не прямым и упрямым. Вот так.
Она чуть улыбнулась, опустив взгляд и превратив меня в скромника.
- Пока вы в моем теле, это выглядит дико, - поморщился я.
- Зато вам такие умения очень пригодятся, - отозвалась она.
- Что ж, тогда и я дам вам совет. - Шагнув ближе, я приподнялся на цыпочки и поправил себе прическу, сообщая: - Увидите девушку - улыбнитесь ей поощрительно, многообещающе так.
Я показал как.
Марианна округлила глаза:
- Выглядит очень вульгарно! - поделилась она своим мнением.
- От девицы - может быть, а со стороны мужчины будет как комплимент: мол, вижу все твои прелести, солнышко, ценю каждую изюминку.
- Ваше высочество! Апчхи! - раздалось возмущенное сзади.
Я поморщился, чувствуя, что начинаю раздражаться от одного голоса этой гувернантки. Поправив шейный платок на Лалисе, я к тому же застегнул пропущенную пуговицу на сюртуке и постановил:
- Ладно. Вот так. Справимся.
Наши взгляды встретились, и...
Секундное головокружение привело к тому, что пришлось сделать несколько шагов в сторону и умолкнуть, прислушиваясь к собственным ощущениям.
Первое, что ощутил, - возможность свободно дышать, а второе - ужасное, нестерпимое желание посетить уборную.
- Лиса, не бойся, - узкая бледная ладошка схватила меня за руку до того, как я успел хоть что-то сказать, - ты со всем справишься. Но если понадобится моя помощь... любая!..
Я удивленно посмотрел на Розанну Манобан. С высоты моего роста она казалась гораздо мельче прежнего. И тоньше. И симпатичней.
- Спасибо, - ответил, с трудом сдерживая неуместный, рвущийся наружу смех, - сейчас я отправляюсь в уборную и надеюсь, что все смогу сам. Но если вы, благочестивая моя, очень настаиваете...
- Сам? - переспросила она. - В смысле... сам?!
Розанна отдернула руку и, посмотрев на сестру, ахнула. Я тоже нашел ее взглядом: девушка, как совсем недавно я, снова оказалась на руках Чон Чонгука. Тот выглядел очень и очень хмуро.
- Насколько понимаю, вы снова совершили обмен, - скорее постановил, чем спросил советник. - Как же мне все это не нравится!