25
Мама всё ещё мягко гладила меня по волосам, пока я стояла рядом с раковиной и пыталась не расплакаться снова от этой странной смеси усталости и облегчения.
На кухне было тихо.
Только где-то в гостиной смеялся Марк и что-то громко рассказывал папе.
Мама посмотрела на меня очень внимательно.
Потом спокойно сказала:
— Знаешь...если ты захочешь познакомить нас с ним, то не бойся.
Я подняла взгляд. Она чуть улыбнулась.
— Хоть завтра приводи.
Пауза.
— После того как человек привёз мою дочь через полмира домой после ссоры...я уже не настроена против него.
Я невольно тихо усмехнулась.
— Мам...
Она пожала плечами.
— Я серьёзно.
Потом её взгляд снова стал мягче. Более осторожным.
— И Лола...
Пауза.
— Если ты хочешь остаться здесь — оставайся.
Сердце сразу сжалось.
Я молча смотрела на неё. А мама продолжила тихо:
— Твоя комната всё ещё наверху.
Я замерла.
— Что?
Она чуть улыбнулась.
— Мы ничего там не меняли.
У меня внутри будто всё перевернулось.
Мама опустила взгляд на кружку в руках и уже тише добавила:
— Я не смогла. Папа тоже.
Горло сразу болезненно сжалось.
Потому что я вдруг представила:
свою комнату, вещи, всю жизнь, которую я будто просто бросила и убежала.
А они всё это время ничего не трогали.
Будто ждали.
Мама осторожно коснулась моей руки.
— Ты не обязана сегодня никуда ехать.
Очень мягко.
— Ни к нему, ни куда-то ещё.
Пауза.
— Это всё ещё твой дом, Лола.
И вот после этих слов у меня окончательно защипало глаза снова.
После слов мамы внутри всё перевернулось окончательно.
Я даже не думала, что настолько сильно скучала по дому.
По-настоящему. Не по Лондону.
А именно по этому дому.
По своей комнате. По ощущению, что у меня всё ещё есть место, куда можно вернуться.
Я тихо выдохнула и почти сразу сказала:
— Можно...я поднимусь?
Мама сразу улыбнулась. Очень мягко.
— Конечно.
Я быстро пошла наверх, чувствуя, как сердце колотится всё сильнее с каждой ступенькой.
И когда я открыла дверь комнаты...у меня буквально перехватило дыхание.
Всё было почти таким же.
Те же светлые стены. Розовое одеяло на кровати. Мои рисунки. Фотографии. Даже старые духи всё ещё стояли на полке.
Будто я просто вышла отсюда вчера.
Я медленно прошла внутрь, проводя пальцами по столу, по полкам, по знакомым вещам.
И внутри стало так больно и тепло одновременно, что захотелось просто сесть и расплакаться.
Они правда ничего не меняли. Вообще.
Я медленно села на кровать, всё ещё осматривая комнату.
И в этот момент телефон в руке завибрировал.
Ландо.
Сердце сразу неприятно сжалось.
Я пару секунд просто смотрела на экран.
Потом всё-таки ответила.
— Да?
На другом конце почти сразу его голос.
Тихий. Уставший.
— Всё нормально?
Я медленно выдохнула и легла на кровать, смотря в потолок своей старой комнаты.
— Да.
Я слышала, как он тоже молчит пару секунд.
Потом осторожно спросил:
— Когда тебя забрать?
И вот тут внутри снова всё сжалось.
Потому что...я не хотела сейчас уезжать отсюда.
Вообще.
Я закрыла глаза на секунду. Потом тихо сказала:
— Я...наверное, останусь сегодня здесь.
Тишина. Сразу. И слишком долгая.
Я резко почувствовала, как по ту сторону телефона он будто растерялся. Полностью.
— А.
Только это. Очень тихо. И почему-то именно от этого одного звука стало больно.
Я быстро добавила:
— Просто...я давно тут не была и—
— Нет, я понял.
Перебил слишком быстро.
Но в голосе сразу появилась эта странная пустота.
Будто он пытался звучать нормально. И не получалось.
Я услышала, как он тяжело выдохнул.
Потом уже тише:
— Хорошо.
Но я слишком хорошо его знала. Он расстроился.
Я лежала на кровати, проводя пальцами по старому розовому одеялу, а телефон всё ещё был прижат к уху.
На другом конце несколько секунд стояла тишина.
Будто Ландо всё ещё пытался нормально переварить тот факт, что сегодня я не вернусь к нему.
Но потом он всё-таки тихо спросил:
— Ну...как всё прошло вообще?
Голос осторожный. Слишком спокойный.
Будто он специально убирал из него всё лишнее.
Я медленно выдохнула и посмотрела на потолок своей комнаты.
— Намного лучше, чем я ожидала.
И это была правда.
Я услышала, как он чуть выдохнул.
Будто реально переживал.
— Они нормально тебя встретили?
Я невольно улыбнулась.
Перед глазами сразу всплыло лицо мамы и папы. И Марк, который вцепился в меня так, будто ждал всю жизнь.
— Очень нормально. Даже слишком.
Ландо тихо усмехнулся.
— Это как?
Я перевернулась на бок, глядя на свои старые фотографии на стене.
И вдруг сама не удержалась от улыбки.
— У меня вообще-то теперь есть младший брат.
— Чего?
Я тихо засмеялась впервые за весь разговор.
— Да.
— Лола, что значит "у меня есть младший брат"?!
Теперь уже в его голосе было настоящее удивление.
Я улыбнулась сильнее.
— Ему пять.
Потом Ландо очень серьёзно спросил:
— Твои родители просто забыли тебе сказать такую мелочь?
Я уже смеялась в подушку.
— Видимо.
Он тихо выругался себе под нос.
— Это вообще нормально?!
— Его зовут Марк. И он очень похож на меня.
Ландо сразу усмехнулся.
— Бедный ребёнок.
— Ландо!
— Что? — он уже смеялся тише. — Значит, он тоже драматичный и упрямый.
Я закатила глаза, но внутри вдруг стало так тепло от того, что разговор наконец звучал почти нормально.
Почти как раньше.
Ландо помолчал пару секунд.
Потом уже намного мягче спросил:
— И тебе сейчас лучше?
Я тихо выдохнула и улыбнулась в потолок.
— Да. Мне лучше.
На другом конце сразу стало как-то спокойнее.
Будто Ландо реально всё это время сидел и переживал, как всё пройдёт.
Потом я услышала его тихий выдох.
— Хорошо.
И уже через пару секунд голос стал чуть живее:
— Значит, тебя не выгнали из дома.
Я тихо фыркнула.
— Нет вообще-то.
— Мм. Даже обидно немного.
— Почему это?
Я уже слышала эту улыбку в его голосе.
— Потому что я настроился тебя спасать.
Я невольно закатила глаза.
— Господи, Норрис...
Он тихо засмеялся.
И это был первый раз за весь день, когда его смех снова звучал нормально.
Без тяжести. Без напряжения.
Потом он вдруг тихо спросил:
— Ты сейчас в своей комнате?
Я медленно осмотрелась вокруг.
Фотографии. Старые книги. Рисунки.
И внутри снова стало тепло.
— Да.
— И как?
Я улыбнулась чуть сильнее.
— Странно. Но хорошо.
На другом конце снова короткая тишина.
А потом очень мягко:
— Я рад.
Я тихо выдохнула и спросила:
— А ты чем вообще занимался всё это время?
На другом конце сразу послышался тихий смешок.
— Очень продуктивно страдал.
Я закатила глаза.
— Ландо.
— Что? Это правда.
Потом уже нормальным голосом:
— Сначала сидел за симулятором.
Я невольно усмехнулась.
— И как?
— Ужасно.
Я тихо засмеялась.
— Настолько плохо?
— Лола, я врезался в стену три раза.
— Господи...
Он тоже тихо засмеялся. Потом продолжил:
— Потом пошёл играть в компьютер.
— Сколько тебе лет?
— Не начинай.
Я улыбнулась сильнее.
— И?
— И теперь жду доставку еды.
Потом абсолютно серьёзно:
— Потому что готовить я сегодня морально не способен.
Я тихо фыркнула в подушку.
— Бедный.
— Да, спасибо.
На секунду между ними снова повисла тишина.
Но уже хорошая. Спокойная.
И потом Ландо вдруг очень тихо сказал:
— В квартире без тебя очень тихо.
Я молчала пару секунд после его слов.
Потому что сердце сразу сжалось слишком сильно.
И я слишком хорошо представила его сейчас.
Один в квартире. За компьютером.
С какой-нибудь доставкой на столе.
И этой непривычной тишиной вокруг.
Я тихо выдохнула.
— Ты драматизируешь.
На другом конце сразу послышался тихий смешок.
— Вообще-то нет. Я привык, что ты рядом.
Сердце снова дрогнуло.
Я перевернулась на живот, прижимая телефон ближе к уху.
— Прошло буквально несколько часов.
— Очень долгих часов.
Я невольно улыбнулась.
Господи.
Вот теперь это снова был Ландо Норрис.
Тот самый. Чуть наглый. Чуть драматичный.
И слишком привязанный ко мне, даже если никогда не скажет это прямо.
Потом я тихо спросила:
— Ты хотя бы поел?
Он фыркнул.
— Лола, доставка ещё не приехала.
— Значит нет.
— Значит я умираю.
Я закатила глаза, смеясь уже нормально.
Потом Ландо вдруг очень тихо сказал:
— Мне тебя не хватает.
Я замолчала. И он тоже.
Будто сам понял, насколько честно это прозвучало.
А потом я еле слышно спросила:
— Даже после того, как я бросила тебя одного?
Он тихо усмехнулся.
— Особенно после этого.
И внутри у меня окончательно стало слишком тепло.
Пару секунд он молчал. А потом очень осторожно спросил:
— Слушай...
Я тихо улыбнулась.
— Мм?
И почему-то я сразу поняла — он сейчас нервничает. По-настоящему.
Ландо тихо выдохнул.
— А...я могу завтра приехать?
Сердце сразу сжалось.
Я ничего не ответила сразу. И он, конечно, тут же начал говорить дальше:
— Не в смысле "забрать тебя".
Быстро.
— Просто...приехать. Познакомиться нормально с твоими родителями.
И вот это прозвучало так неожиданно серьёзно, что у меня внутри всё перевернулось.
Потому что ещё недавно он был пьяный и ломал всё между нами.
А сейчас спрашивает разрешения приехать к моим родителям.
Я тихо выдохнула и улыбнулась в подушку.
— Ты сейчас реально нервничаешь?
На другом конце сразу послышался тихий смешок.
— Очень.
Я уже смеялась.
— Ландо Норрис боится знакомства с родителями?
— Лола, твой отец будет смотрит так, будто может закопать меня где-нибудь в Лондоне.
Я тихо фыркнула.
— Вообще-то он уже сказал, что ты ему нравишься.
— Чего?
Я улыбнулась сильнее.
— Да.
И потом его тихое:
— Ну всё. Теперь я обязан приехать.
Я тихо засмеялась в подушку, слушая его голос.
Потом я вдруг вспомнила одну очень важную вещь.
И сразу усмехнулась.
— Кстати.
— Мм?
— Они вообще не знают, кто ты.
Ландо тихо хмыкнул.
— В смысле?
Я улыбнулась сильнее.
— Ну...я не рассказывала, чем ты занимаешься.
Секунда. А потом на другом конце послышался уже настоящий смех.
— То есть твои родители сейчас думают, что ты просто живёшь в Монако с каким-то рандомным парнем?
Я уже смеялась.
— Получается так.
— Лола!
Он смеялся тоже.
— И кем они меня представляют? — всё ещё со смехом спросил он. — Безработным миллионером?
— Не знаю вообще-то.
— Господи...
Я улыбнулась в потолок.
— Мама просто сказала, что ты красивый.
Потом очень довольное:
— Умная женщина.
— Ландо.
— Что? Я ей уже нравлюсь, получается.
Я закатила глаза, смеясь. Потом чуть тише добавила:
— Но они реально не знают, что ты гонщик.
И вот теперь Ландо уже звучал заинтересованно.
— Ты специально не сказала?
Я задумалась на секунду. Потом честно:
— Наверное...я хотела, чтобы они сначала просто увидели тебя как человека.
На другом конце сразу стало тихо.
Потом он очень мягко сказал:
— Лола...
Я тихо улыбнулась.А он уже чуть тише добавил:
— Тогда мне теперь ещё страшнее облажаться завтра.
— Не облажаешься.
— Очень самоуверенно с твоей стороны.
— Ландо, мой брат тебя полюбит за пять минут.
Он тихо хмыкнул.
— А твой отец?
Я задумалась на секунду. Потом честно:
— Ну...если ты не начнёшь свои тупые шутки, то тоже.
— Тогда всё сложно.
Я снова засмеялась.
И, Господи, как же мне не хватало вот этого.
Просто разговаривать с ним.
Потом я наконец тихо выдохнула:
— Ладно...я уже очень хочу спать.
На другом конце сразу послышалось мягкое:
— Да, тебе надо отдохнуть.
— Я завтра напишу тебе, во сколько можно приехать.
И я буквально почувствовала, как он улыбнулся на другом конце.
— Хорошо.
Потом чуть мягче:
— Спокойной ночи, Лола.
Я прикрыла глаза и еле слышно ответила:
— Спокойной ночи.
Пару секунд никто из них не сбрасывал звонок первым.
Будто оба не хотели заканчивать этот разговор.
Но потом связь всё-таки оборвалась.
А я ещё какое-то время лежала в полной тишине своей старой комнаты и впервые за последние сутки чувствовала, что всё между ними ещё можно спасти.
~
Утро следующего дня началось...очень странно.
Сначала я вообще не поняла, что меня разбудило.
Какой-то шум. Голоса снизу. Быстрые шаги по дому.
Я сонно нахмурилась, всё ещё лежа под одеялом и пытаясь понять, где вообще нахожусь.
Потом всё резко вернулось.
Лондон. Дом родителей. Марк.
Я только потянулась за телефоном, как вдруг за дверью снова послышались шаги.
Очень быстрые.
И через секунду дверь моей комнаты резко открылась.
Я сразу села на кровати. И замерла.
— Ландо?..
Он выглядел...слишком хорошо для человека, который, судя по всему, куда-то ужасно спешил.
Выбритый. Уложенные волосы.
Чёрная водолазка, часы, запах его парфюма ощущался буквально на всю комнату.
И при этом вид у него был такой, будто он сейчас умрёт от нервов.
Я вообще ничего не понимала.
— Что происходит?..
— Где туалет? — сразу выпалил он.
Я моргнула.
— Что?
Он провёл рукой по волосам и быстро выдохнул:
— Лола, пожалуйста, скажи, где у тебя тут нормальный туалет, пока я не опозорился перед твоей семьёй окончательно.
Я уставилась на него пару секунд.
А потом не выдержала и начала смеяться.
— Господи...
Ландо выглядел одновременно раздражённым и ужасно нервным.
— Не смейся, это серьёзно вообще-то.
Я всё ещё смеялась.
— У меня ванная в комнате.
Он сразу посмотрел в сторону двери ванной.
И только сейчас будто нормально выдохнул.
— Спасибо.
Потом быстро подошёл ближе, наклонился ко мне и очень быстро поцеловал в макушку.
Машинально. Будто даже не подумал.
— Ты ангел.
И уже через секунду исчез в ванной.
А я так и осталась сидеть на кровати, всё ещё сонная и совершенно растерянная.
Потому что Ландо Норрис в восемь утра в доме моих родителей — это явно не то, как я представляла сегодняшний день.
Спустя минуты три дверь ванной наконец открылась.
Ландо вышел уже намного спокойнее.
Ну...насколько вообще может быть спокойным человек, который в восемь утра приехал знакомиться с родителями своей девушки.
Я всё ещё сидела на кровати, сонная, в пижаме и с растрёпанными волосами, пытаясь осознать происходящее.
— Боже... — пробормотала я. — Что ты тут делаешь так рано?
Ландо тихо выдохнул и провёл рукой по волосам.
— Я решил приехать раньше.
Я прищурилась.
— Это я заметила.
Он усмехнулся. Потом спокойно добавил:
— Я купил твоей маме цветы.
Я моргнула.
— Что?
— А твоему брату подарок.
Я уставилась на него ещё сильнее.
— Ландо...
Он сразу пожал плечами.
— Я не знал, что любят пятилетние дети. Надеюсь, машинки всё ещё работают на их возраст.
Я не выдержала и тихо засмеялась.
Он реально подготовился. И, судя по всему, нервничал сильнее, чем хотел показывать.
— И ещё я выпил слишком много кофе.
Теперь уже он выглядел слегка недовольным собой.
— Поэтому сейчас у меня либо начнётся паническая атака, либо я случайно признаюсь твоему отцу в любви.
Я закрыла лицо руками, смеясь уже нормально.
— Ты идиот.
— Да, но очень красивый.
Я закатила глаза.
Ландо тихо усмехнулся и просто уселся рядом со мной на кровать.
Слишком близко. Как раньше.
И только сейчас контраст между нами выглядел особенно смешно.
Он — идеально собранный, выбритый, пахнущий дорогим парфюмом, в тёмной одежде и часах.
И я — маленькая, сонная, в детской пижаме и с волосами в полном хаосе.
Ландо посмотрел на меня пару секунд.
Очень внимательно.
Потом уголок его губ медленно дёрнулся.
— Ты сейчас выглядишь лет на пятнадцать.
Я сразу толкнула его в плечо.
— Очень приятно вообще-то.
Он тихо засмеялся.
Я подтянула колени ближе к себе и прищурилась:
— Ну и какие планы у мистера Норриса дальше?
Ландо сразу сделал максимально серьёзное лицо. Будто сейчас будет озвучивать стратегию на гонку.
— Для начала выжить знакомство с твоим отцом.
Я тихо фыркнула.
— Дальше.
Он задумчиво посмотрел в потолок.
— Потом очаровать твою маму.
— Уже очаровал.
Ландо сразу довольно усмехнулся.
— Я знал.
Я закатила глаза, улыбаясь. А он продолжил уже с этой своей наглой улыбкой:
— Потом подкупить твоего брата машинками.
— И?
Теперь он посмотрел прямо на меня.
Очень близко. Слишком. И голос сразу стал ниже.
— А потом вернуть свою девушку домой.
Сердце сразу сбилось.
Потому что это "свою девушку" прозвучало слишком спокойно...и слишком собственнически в стиле Ландо.
Я прищурилась, пытаясь скрыть улыбку.
— Очень самоуверенно.
Он медленно придвинулся ближе.
Совсем немного.
Но достаточно, чтобы я почувствовала его парфюм ещё сильнее.
— Лола. Я через полгорода приехал знакомиться с твоими родителями в девять утра.
Его взгляд медленно скользнул по моему лицу.
— Я настроен серьёзно вообще-то.
Я прищурилась, глядя на него с этой его невозможной уверенностью.
И, господи, как же он сейчас был похож на себя обычного.
Наглого. Самоуверенного. Слишком красивого для собственного же блага.
Я медленно наклонила голову в сторону.
— Мм. То есть ты решил, что после пары цветочков моей маме уже победил?
Ландо тихо усмехнулся.
— Вообще-то букет был очень дорогой.
— Конечно.
Я закатила глаза.
Он смотрел прямо на меня.
Слишком внимательно.
А мне вдруг ужасно захотелось его подразнить.
Просто потому что между нами снова появилось это напряжение. Хорошее. Живое.
Я медленно придвинулась чуть ближе и тихо сказала:
— И вообще...кто сказал, что я хочу возвращаться с тобой домой, мистер Норрис?
Я буквально увидела, как у него меняется взгляд.
Сразу. Темнее. Опаснее.
— Лола...
Но я уже улыбалась. Специально.
Потому что знала этот взгляд слишком хорошо.
— Может, мне и тут хорошо.
Ландо тихо выдохнул через нос.
Будто пытался держать себя в руках.
Очень старался.
Потом медленно наклонился ближе.
Так, что между нашими лицами почти не осталось расстояния.
— Ты сейчас специально это делаешь?
Голос низкий. Слишком.
Я невинно пожала плечами.
— Что именно—
Договорить он мне не дал.
Ландо резко притянул меня к себе за талию и поцеловал.
Сильно. Жадно. Будто за последние сутки слишком долго держал всё внутри.
Я сразу тихо выдохнула ему в губы от неожиданности, хватаясь рукой за его плечо.
И, да...вот теперь это точно был мой Ландо.
Не осторожный. Не отстранённый.
А тот самый — который целует так, будто хочет свести меня с ума специально.
Он на секунду отстранился, всё ещё держа меня слишком близко к себе.
И тихо, почти с усмешкой, сказал прямо у моих губ:
— Не беси меня с утра, Лола. Я и так держусь из последних сил.
Я медленно провела пальцами по его плечу вниз, поправляя воротник водолазки.
Специально медленно. И тихо улыбнулась:
— Из последних сил?
Ландо сразу прикрыл глаза на секунду.
— Лола...
Предупреждающе. Но уже поздно.
Потому что мне вдруг ужасно захотелось снова увидеть у него этот взгляд. Тот самый.
Я чуть наклонилась ближе и тихо сказала прямо возле его губ:
— А мне кажется, мистер Норрис слишком самоуверенный сегодня.
Я почувствовала, как его пальцы на моей талии сразу сжались сильнее.
Он медленно открыл глаза. И взгляд стал совсем тяжёлым.
— Ты сейчас доиграешься.
Я невинно улыбнулась.
— Мм...и что тогда?
Ландо тихо усмехнулся.
Без веселья вообще. Только напряжение.
Он медленно провёл взглядом по моему лицу, волосам, этой дурацкой пижаме.
И потом вдруг хрипло выдохнул:
— Господи, ты вообще понимаешь, какая ты сейчас?
Я специально наклонила голову.
— Какая?
Он смотрел прямо в глаза. А потом тихо сказал:
— Маленькая. Сонная. И специально меня провоцируешь.
Сердце сразу сбилось.
Потому что голос у него стал слишком низким.
Я уже чувствовала, как сама начинаю смущаться от того, насколько близко он сидит.
Но отступать теперь вообще не хотелось.
Я тихо усмехнулась.
— А может, мне просто нравится смотреть, как ты нервничаешь.
И вот тут Ландо окончательно сдался.
— Ты сведёшь меня с ума когда-нибудь.
Он поднял голову и посмотрел на меня этим своим взглядом.
— Нет, серьёзно, Лола... — хрипло выдохнул он. — Ты сейчас специально хочешь меня добить.
Я невинно пожала плечами.
— Может быть.
Ландо тихо выругался себе под нос и снова посмотрел на дверь ванной.
Потом очень медленно, с явной ухмылкой, сказал:
— Вообще-то...у тебя в ванной есть очень красивое место чтобы..
Я секунду смотрела на него. И сразу поняла, о чём он.
— Ландо!
Я стукнула его по плечу, уже смеясь.
Он только довольно усмехнулся.
— Что? Я просто отметил интерьер.
— Конечно.
Он уже хотел что-то ещё сказать, как вдруг тук-тук.
Мы оба сразу замерли. И через секунду за дверью послышался голос мамы:
— Лола?
Я резко выпрямилась, а Ландо сразу закрыл глаза и тихо пробормотал:
— Господи, спасибо.
Я не выдержала и снова тихо ударила его по плечу.
— Мы уходим на работу! — продолжила мама через дверь. — А Марка сейчас папа отвезёт в школу!
И уже мягче:
— Увидимся вечером, хорошо?
Я быстро ответила:
— Да!
Ландо всё ещё сидел слишком близко и явно пытался не смеяться.
Мама за дверью добавила:
— И не забудьте поесть!
Я закрыла лицо рукой.
— Мам...
А Ландо рядом уже тихо умирал со смеху.
Послышались удаляющиеся шаги.
Хлопнула входная дверь.
И в доме резко стало очень тихо.
Я медленно повернула голову к Ландо.
А он уже смотрел на меня с этой невозможной ухмылкой.
— Ну всё. Теперь я официально один дома с девушкой в её детской комнате.