Глава 66
— Едва начались каникулы, а Сун Цзинго уже погнал тебя в компанию. Какой прыткий.
Рано утром Пэй Яньли приготовил завтрак и теперь выбирал одежду, в которой Юньцин пойдет на работу. Раз это стажировка, одежда не должна быть слишком официальной, но и излишний кэжуал не годится — создаст впечатление несерьезности и разболтанности.
Перебрав десятки вариантов, он остановился на черной рубашке с белыми подтяжками Y-образной формы. С помощью геля он аккуратно уложил волосы назад, открывая чистый белый лоб — так лицо выглядело более энергичным.
Ло Юньцин послушно сидел с закрытыми глазами, позволяя мужу прихорашивать себя: — Он боится сплетен. Особенно твоих.
Руки Пэй Яньли на миг замерли. Закончив с прической, он вытер руки влажной салфеткой и взял лицо мужа в ладони: — Тут дело и во мне, и в Сун Мояне.
Из-за того прошлогоднего скандала «Сун Ши» уже полгода не может прийти в себя, это видно по отчетам за первые два квартала. Результаты, которые показывает Сун Моянь, всё еще весьма посредственные. Сун Цзинго, как президенту компании, есть от чего занервничать.
— Ты замужем за мной, — Пэй Яньли завел старую песню. — Даже если Сун Моянь окажется бездарностью, отец не отдаст «Сун Ши» тебе так просто. Слишком велик риск, что семья Пэй проглотит их бизнес под этим предлогом.
— Знаю, знаю, — Ло Юньцин наконец проснулся и лениво протянул: — Я — всего лишь трамплин, тренажер для Сун Мояня... Сколько раз ты мне это говорил?
— Слушай столько, сколько потребуется, — Пэй Яньли слегка сжал его щеки и поцеловал. — Скорее всего, козни начнутся в ту же секунду, как ты переступишь порог «Сун Ши». Будь предельно осторожен.
— Если что-то случится — не пытайся вывезти всё в одиночку. Помни, я всегда рядом.
............
Он ожидал, что Сун Моянь не будет играть честно. Даже приготовился к тому, что его будут игнорировать или притеснять. Но он не ожидал, что под конец ему подкинут это.
— Неужели забыл, кто я? — Ван Ичжоу встал, шаг за шагом нарушая личное пространство. Он подошел почти вплотную, оглядывая Юньцина с ног до головы, словно дорогой товар. Скрестив руки на груди, он замер перед ним: — Мы ведь встречались. В поместье Пэй.
— А-а... — Ло Юньцин сделал шаг назад, восстанавливая дистанцию, и бесстрастно констатировал: — Три миллиона восемьсот тысяч.
Ван Ичжоу: — ...
Атмосфера в комнате мгновенно заледенела. Менеджер с подобострастной улыбкой бросился разряжать обстановку: — Молодой господин только пришел и еще не в курсе. Это представитель проекта «Жуйяо Технолоджи», господин Ван Ичжоу.
— Господин Ван, а это наш...
Ло Юньцин резко повернулся и уставился на менеджера своими чистыми, пронзительными глазами. Под этим взглядом у Сунь Биня мурашки побежали по спине, и он проглотил окончание фразы. Юньцин отвернулся и отрезал: — Я не буду брать этот проект.
Отношения между семьями Пэй и Ван из-за развода старшей ветви упали ниже точки замерзания. Как он, супруг Пэй Яньли, может вести дела с Ван? Если он доведет сделку до конца, он окажется виноватым со всех сторон.
— Не будешь? — Ван Ичжоу вальяжно опустился на диван и снова с интересом осмотрел его от кончиков туфель до лица. — Если ты не берешься, то проект закрыт. В конце концов, «Сун Ши» не единственная компания на рынке.
Если «Сун Ши» потеряет контракт, найдутся другие, кто будет умолять о сотрудничестве. Убытки понесет только корпорация Сун. А если быть точнее — четверо сотрудников, закрепленных за этим проектом.
— Берем! Мы берем! — засуетился Сунь Бинь. Затем он повернулся к Юньцину с умоляющей миной: — Молодой господин, сейчас не время для капризов. Проекты не выбирают по настроению: «хочу — не хочу».
— Во-первых, я не капризничаю, так что не вешайте на меня ярлыки, — Ло Юньцин был резок и с чужими, и со своими.
Только тут Сунь Бинь осознал, что этот «десант», которому нет и девятнадцати, обладает характером куда более твердым, чем ожидалось. Но... каким бы твердым он ни был, он всё еще ребенок, не нюхавший пороху.
— Не берете? Хорошо, — менеджер не стал настаивать. — Проект закрыт. Что касается остальных четырех: Дуань Жун, Чжу Цзыхэн.
Он повернулся к тридцатилетним сотрудникам и громко, не таясь, скомандовал: — Собирайте вещи.
— Но почему, менеджер?!
— Нам же обещали прибавку к зарплате, если мы закроем этот проект!
Сунь Бинь не ответил. Он лишь мельком взглянул на Ло Юньцина и обратился к двум стажерам: — Вы тоже уволены.
Ло Юньцин прищурился: — Угрожаете мне?
— Ну что вы, — Сунь Бинь продолжал улыбаться. — Если проект не будет реализован, компания не может содержать бездельников.
— Менеджер! — мужчина по имени Дуань Жун тут же шагнул вперед, его голос дрогнул. — У меня сын болеет.
Если его сейчас уволят, на сколько хватит выходного пособия? Да и работу с такой записью сразу не найдешь.
Сунь Бинь промолчал, лишь выразительно посмотрел на Ло Юньцина. Смысл был ясен: отказ Ло Юньцина ведет к закрытию проекта, а закрытие проекта — к сокращению штата.
Дуань Жун быстро сообразил, в чем дело, и, пересилив себя, тихо позвал: — Молодой господин...
Таким богачам, как он, не нужно беспокоиться о хлебе насущном — они приходят и уходят когда вздумается. А для обычных сотрудников эта зарплата — единственный способ выжить.
— Хорошо. — Ло Юньцин понял, что его технично берут на «слабо», манипулируя моралью. Он в упор посмотрел на Сунь Биня и отчеканил: — Я принимаю проект.
— Вот и славно.
Ван Ичжоу достал сигарету, и кто-то из его свиты тут же поднес зажигалку. Глубоко затянувшись, он выпустил кольцо дыма в сторону «нежного кролика». Затем он бросил многозначительный взгляд на Сунь Биня.
Тот мгновенно считал сигнал и снова заговорил: — Господин Ван редко нас навещает, а у нас как раз готов черновой вариант проекта. Не желаете взглянуть?
Ван Ичжоу с явным пренебрежением огляделся: — Здесь?
— Конечно нет, мы заранее забронировали кабинет в винодельне «Шаньюэ». — Сунь Бинь глянул на часы. — Скоро обед. Господин Ван, окажете нам честь, пообедаете с нами?
— Почему бы и нет.
Ван Ичжоу согласился без раздумий. Он затушил окурок, встал и подошел к Ло Юньцину. Опустив взгляд, он скользнул им по ключицам Юньцина, скрытым за воротником: — Пообедаем вместе, пообщаемся.
Ло Юньцин просто отвернулся, игнорируя его. Когда наглец ушел, Юньцин перевел взгляд на Сунь Биня, который так складно ему подпевал. Остальные сотрудники, стараясь не привлекать внимания, поспешили ретироваться.
— Менеджер Сунь, отличная работа, — Ло Юньцин даже поаплодировал ему. — Если такие люди, как вы, становятся менеджерами, я примерно представляю, в каком состоянии сейчас находится корпорация Сун.
Сунь Бинь прикинулся дурачком и вымученно улыбнулся: — Это клиент. Клиентов обижать нельзя.
— Вот как? — Юньцин опустил руки и сунул одну в карман брюк. — Вы говорите, что он клиент. А вы знаете, кто я?
Сунь Бинь продолжал дежурно улыбаться.
— Я — младший господин семьи Сун, которого так долго искали. И, что важнее, я — супруг исполняющего обязанности главы семьи Пэй, Пэй Яньли. — Ло Юньцин подошел вплотную и прошептал: — Запомните этот должок, менеджер Сунь. Посмотрим, сможет ли Сун Моянь защитить вас в итоге.
Вздумали играть с ним в подковерные игры? Смотрите, как бы потом не пришлось плакать на коленях. Бросив это предупреждение, он развернулся и вышел.
Маска улыбки медленно сползла с лица Сунь Биня. Глядя в спину уходящему Юньцину, он прошипел: — О себе лучше позаботься. После сегодняшнего дня еще большой вопрос, захочет ли тебя видеть второй господин Пэй.
............
Винодельня «Шаньюэ».
Несмотря на то, что заведение находилось в самом центре города, где земля на вес золота, место было весьма уединенным. Даже вывеска пряталась в глубине извилистых переулков. Но именно из-за этой труднодоступности здесь царила атмосфера покоя и изысканности, а высокий уровень конфиденциальности делал винодельню излюбленным местом для деловых переговоров. Попасть сюда можно было только по предварительной записи.
Ло Юньцин шел последним. Увидев, как группу проводят в кабинет, он свернул к стойке администратора: — Я из корпорации Сун. Подскажите, пожалуйста, кто бронировал 7-й кабинет?
— Седьмой? Минутку. — Девушка защелкала мышкой. — Заказ на имя... господина Сунь Биня.
— Понятно, — протянул Ло Юньцин. — А когда была сделана бронь?
— Три дня назад.
— Три дня... Вот оно что.
Значит, этот план начали готовить еще три дня назад. Однако, зная Сун Мояня — человека крайне выдержанного, Юньцин не думал, что тот станет действовать настолько топорно. Неужели он не боится, что Юньцин тут же всё расскажет Пэй Яньли?
— Ой? Это же маленький двоюродный дядя!
Пока он размышлял над этой странностью, внезапный мужской голос прервал его мысли. Ло Юньцин обернулся. К нему шел молодой человек приятной наружности, держа на руках маленькую девочку. В другой руке у него был контейнер с едой и цветок пиона.
Мужчину Юньцин не знал, а вот девочку узнал мгновенно.
— Сяо Шуан!
— А! Это дедушка, который вкусно пахнет!
Подойдя ближе, малышка потянулась из рук отца, Пэй Сунцзиня, и обняла Юньцина за шею: — Дедушка, пахнет! Вкусно пахнет!
— А вы что здесь делаете?
— Мама там! — девочка изо всех сил ткнула пальчиком вверх.
— Юйчжэнь... Мама Сяо Шуан — хозяйка этого заведения. — Пэй Сунцзинь улыбнулся, поудобнее перехватывая дочь. — Пришли принести маме обед.
— Обед!!
— Вот как.
Ло Юньцин мельком взглянул на цветок в его руке и отвел глаза. Пэй Сунцзинь спросил: — А вы почему здесь? Пришли пообедать?
— Вроде того.
— Тогда не будем мешать. Сяо Шуан, скажи «до свидания» дедушке.
— Дедушка, пока!
Пэй Сунцзинь помахал рукой дочки и, провожая Юньцина взглядом, озадаченно пробормотал: — Он пришел вместе со вторым дядей?
— Папа, ты о чем?
Пэй Сунцзинь покачал головой: — Ни о чем. Просто думаю, понравится ли маме этот цветок.
— Папа подарил — мама точно полюбит!
Отец легонько щелкнул её по носу. Он уже собирался подняться наверх, как вдруг сзади послышались шаги. Официант проводил двух человек в 8-й кабинет.
............
В 7-м кабинете.
Ло Юньцин вошел последним. Открыв дверь, он обнаружил, что в компании прибыло.
— Сяо Цин, ты ведь не обидишься, что я пришел без приглашения? — Сун Сюэчэнь поставил бокал и невинно захлопал глазами.
В этот миг все кусочки пазла сошлись. Ло Юньцин еще гадал, почему Сун Моянь так торопится подставить его в первый же день. Оказывается, за этим стоял Сюэчэнь. Зачем он здесь? Пришел поглумиться и посмотреть, как Юньцин будет вынужден заискивать перед Ван Ичжоу ради проекта? Что ж, его ждет разочарование.
Ло Юньцин положил на стол телефон, на экране которого шел активный вызов, и погасил его. — Если я обижусь, ты уйдешь?
Лицо Сун Сюэчэня на миг окаменело. Но он быстро взял себя в руки и, как ни в чем не бывало, налил полный бокал крепкой фэньцзю (водки). — Сяо Цин, ты пришел последним. А последний должен выпить штрафные три чарки. Верно, Ичжоу?
— Верно. — Ван Ичжоу подхватил игру и повернулся к Ло Юньцину, не скрывая вожделения в глазах. — Три штрафные чарки.
Ло Юньцин ответил: — Я не пью.
— Не пьешь? — Сун Сюэчэнь хохотнул. — Тогда пусть кто-нибудь выпьет за тебя. Ичжоу, что скажешь?
— Можно и так.
Сун Сюэчэнь уточнил: — И кто же будет крайним?
— Ну... — Ван Ичжоу небрежно обвел взглядом остальных участников группы и ткнул пальцем: — Пусть она.
Выбор пал на единственную женщину в группе — стажерку Цзи Сяосяо. Услышав свое имя, девушка замерла, её лицо исказилось от ужаса. Она умоляюще посмотрела на троих коллег-мужчин. Но никто не шелохнулся.
Для них Ван Ичжоу был Заказчиком. А Заказчику не отказывают. К тому же, рядом сидел тот самый «блатник», из-за которого их чуть не уволили. Это он заварил кашу — пусть бы сам и пил, тогда бы проблем не было.
Не найдя поддержки, Цзи Сяосяо едва не расплакалась. Поняв, что помощи ждать не от кого, она медленно потянулась за чаркой. Она уже набралась храбрости, чтобы выпить всё залпом, как вдруг чья-то изящная рука накрыла бокал.
— Молодой господин? — выдохнула Сяосяо.
Ло Юньцин взял чарку и мельком глянул на телефон, лежащий экраном вниз. — Я обязательно должен выпить эти три чарки?
Сун Сюэчэнь усмехнулся: — Можешь позволить ей.
— Она девушка, не стоит её мучить. Я выпью. — Ло Юньцин слегка вскинул бровь, глядя на Сюэчэня. — Только не жалей потом.
В душе Сун Сюэчэнь торжествовал: о чем ему жалеть? Жалеть будет Ло Юньцин. Крепкая водка в 66 градусов... Три чарки подряд для человека непьющего — это гарантированный «аут». А когда он отключится, они смогут делать с ним всё, что захотят.
Сюэчэнь невольно коснулся своих еще не заживших рук и с наслаждением наблюдал, как Юньцин пьет одну за другой. Его сердце радостно колотилось. Ло Юньцин, скоро ты окажешься на моем месте! Когда Ван Ичжоу поимеет тебя, посмотрим, нужен ли ты будешь Пэй Яньли.
Осушив три чарки, Ло Юньцин едва удержался на стуле, покачнувшись и опершись о край стола.
— Боже, Сяо Цин и правда не умеет пить! — Сун Сюэчэнь картинно ахнул. — А я думал, он притворяется. Что же делать, Ичжоу? Может... я помогу ему дойти до номера, пусть отдохнет?
Хлоп!
Ло Юньцин одной рукой подпер голову, а другой прихлопнул телефон. — Ладно. Хватит. На этом спектакль окончен.
Двое заговорщиков переглянулись. Сун Сюэчэнь почти не скрывал ненависти в глазах: — О чем ты? Какой спектакль?
Ло Юньцин не ответил. Он поднес телефон к уху и в следующую секунду заговорил таким тонким и обиженным голоском, что Сюэчэнь по сравнению с ним показался бы грубияном: — Муж... они меня обижают.
— Сяо Цин, ты совсем пьян. У тебя же вызов не идет, кому ты звонишь? — Сюэчэнь был уверен, что в таком состоянии Юньцин не сможет даже номер набрать. Пока Пэй Яньли доберется сюда, всё уже...
Бам!
Дверь кабинета с грохотом распахнулась. На пороге стоял Пэй Яньли с ледяным выражением лица.
Все, кроме Ло Юньцина, повскакивали со своих мест. Сун Сюэчэнь и Ван Ичжоу замерли в полном оцепенении. Как Пэй Яньли оказался здесь так быстро?!
— Муж, ты пришел!
В этой тишине только Ло Юньцин осмелился подать голос. И тут же этот самый голос, усиленный динамиком, зазвучал из телефона Пэй Яньли, эхом разносясь по всему кабинету.
Пэй Яньли молча подошел к нему и, взяв его лицо в ладони, прижал к своей груди: — Решил поучиться у других пить?
— Я не учился, это всё они, — глаза Ло Юньцина покраснели, он вытянул палец, показывая «чуть-чуть». — Они заставили меня выпить.
— Второй господин, это не так, — поспешно начал оправдываться Ван Ичжоу. — Мы просто пошутили.
— Пошутили! — голос Пэй Яньли внезапно стал ледяным. — Отлично, тогда и я с вами так «пошучу». Чэнь Чжао.
Секретарь Чэнь молча шагнул вперед. По его знаку в комнату гуськом вошли трое официантов, каждый нес по целому кувшину крепкой фэньцзю. Они выставили их перед заговорщиками.
Сказано было всего два слова: — Пейте.
Если выпить три таких кувшина, в живых вряд ли останешься. Лицо Ван Ичжоу стало мертвенно-бледным: — Второй господин...
— Что такое? Ты не понимаешь шуток? — Пэй Яньли подхватил Юньцина на руки и развернулся к выходу. — Моя жена пришла в «Сун Ши» на стажировку, а не для того, чтобы терпеть обиды. Чэнь Чжао, проследи, чтобы они допили всё до конца.
Когда они вышли из кабинета, к ним навстречу поспешили Пэй Сунцзинь с супругой: — Как маленький двоюродный дядя?
— Чтобы никто не узнал о том, что здесь произошло. И еще — известите главу семьи Ван и Сун Цзинго.
Пэй Сунцзинь кивнул. Прежде чем они успели уйти, его жена, Цуй Юйчжэнь, добавила: — Маленький дядя сильно пьян, может, откроем для него номер здесь, пусть отдохнет, пока не протрезвеет?
............
VIP-комната отдыха на третьем этаже винодельни.
Едва дверь закрылась, Ло Юньцин, который до этого висел в руках мужа без чувств, осторожно приоткрыл один глаз. Столкнувшись с позеленевшим от ярости лицом Пэй Яньли, он тут же схватился за голову: — Ой-ой, как голова кружится...
— Зачем тогда пил?!
— Если бы не выпил, у меня не было бы повода проучить их, — Ло Юньцин надул губы и обнял его за шею. — Зато теперь, даже если я уйду из этого проекта, никто не посмеет и слова сказать. Видишь, как хорошо.
— Хорошо? И ради этого ты решил рискнуть собственным здоровьем? — гнев Пэй Яньли никуда не делся. Он прошел вглубь комнаты и просто разжал руки.
— А! Пэй Яньли, ты смеешь меня швырять! Швырять... — почувствовав под собой мягкую огромную кровать, Ло Юньцин мигом притих и начал заискивающе тереться лицом о его руку: — Муж, я был неправ~~~
— Голова всё еще кружится?
Ло Юньцин усиленно закивал. Пэй Яньли тут же убрал руку и направился к двери. Юньцин испуганно спросил: — Ты куда?
— Велю поварам приготовить отрезвляющий суп!