Глава 56
В последний день перед операцией Ло Юньцин решил остаться в больнице на ночь.
— Операция завтра в девять утра. Как только Сяо Юя прооперируют и учителя из приюта придут его сменить, я вернусь.
Раз уж он так решил, Пэй Яньли ничего не оставалось, кроме как согласиться, хотя он и добавил: — Я не спокоен, когда ты там один. — По вечерам медсестры делают обход, всё будет в порядке, — покачал головой Юньцин. Чего бояться в больнице?
— Тебе ведь завтра утром нужно в компанию на собрание. — Кровать для сопровождающих была совсем крошечной, и Юньцин не хотел, чтобы муж мучился вместе с ним. — Всего одна ночь, не волнуйся. — Но...
Пэй Яньли посмотрел на палату за его спиной, но в итоге промолчал. Он лишь передал пакет с горячим рисом с сосисками и белой кашей: — Позвони мне сразу, как закончится операция, я приеду за тобой. — Ладно~
Улучив момент, когда они оказались вне зоны видимости камер, Юньцин несколько раз поцеловал его, и только тогда Пэй Яньли отпустил его руку.
Вернувшись в палату с контейнерами, Юньцин позвал: — Сяо Юй, братик А-Ли прислал нам ужин! — Наверняка опять белая каша, — за последние дни лицо Сяо Юя, казалось, само стало бледным от такой диеты. — Потерпи еще немножко. — Юньцин поставил контейнеры на прикроватный столик и погладил его по голове. — Вот сделаем операцию, поправишься, и я приготовлю тебе что-нибудь очень вкусное! — Ну ладно, — Сяо Юй послушно закрыл книжку с картинками и стал ждать, пока Юньцин откроет еду.
— Осторожно, горячо, сначала подуй. Мальчик послушно подул и начал маленькими глотками прихлебывать кашу с края миски. За двадцать минут он осилил лишь малую часть.
— Сяо Юй, съешь еще хоть немного. — Юньцин взял ложку и поднес к его губам. — Врач сказал, что после восьми вечера нельзя будет ни пить, ни есть. Не в силах отказать старшему брату, Сяо Юй проглотил еще несколько ложек.
— Братик, не нервничай, я уже совсем не боюсь. По мере приближения даты операции, и особенно сегодня, было заметно, что Юньцин тревожится куда сильнее самого пациента. Листок с предоперационными инструкциями, тонкую бумажку, он изучал всё утро. Стоило ему что-то не понять, он тут же бежал к медсестрам, пока те не начали от него прятаться.
— Не боишься — это хорошо. Видя, что мальчик больше не может есть, Юньцин не стал настаивать и убрал контейнеры. — Я не нервничаю, я радуюсь. Как подумаю, что наш Сяо Юй после операции сможет бегать и прыгать, так на душе становится светло.
В этой жизни у него будет здоровое тело и яркое будущее. Он больше не будет коротать дни в одиночестве, ожидая донорскую почку, которую вечно перехватывали другие, пока... пока его глаза не закроются навсегда.
Теплая маленькая ладошка внезапно коснулась покрасневших глаз Юньцина. Сяо Юй улыбнулся своей беззубой улыбкой: — Я тоже очень рад! М-м... Если братик почитает мне сказку по картинкам, я буду еще счастливее! — Хорошо, почитаю. Ло Юньцин присел на край кровати и обнял его, открывая книгу.
Тем временем весть о том, что Юньцин не вернулся домой, достигла покоев старшей ветви. Пэй Хэнчжи как раз меняли повязки на ногах. Внезапно он взмахнул рукой, сметая аптечку со стола. Сиделка, перевязывавшая его, вздрогнула от испуга.
— Тц! — Пэй Хэнчжи нахмурился и грубо оттолкнул её. — Ты вообще умеешь бинтовать? — Простите, молодой господин, — сиделка начала рассыпаться в извинениях и попыталась снова подойти, но он с силой оттолкнул её руку: — Что за персонал... никакой профессиональности. Уж лучше... поехать в больницу.
Пэй Хэнчжи немедленно велел везти себя в госпиталь. — Доктор, мои ноги... я правда больше никогда не смогу стоять?
Обычно такой мелочью, как перевязка, занимаются медсестры, но Пэй Хэнчжи потребовал врача. Дежурный врач, зная его статус, подавил раздражение и ответил: — С протезами — сможете. — Значит, ампутация неизбежна?
Врач поднял на него взгляд и, столкнувшись с его глазами, почувствовал необъяснимый холод. Он тут же отвел взгляд и тихо произнес: — Чем раньше, тем лучше. — Если отрежете, у меня совсем не останется ног.
Врач промолчал, в душе проклиная тот день, когда согласился на смену. Надо же было наткнуться на такого типа. Ему ясно сказали про протезы, а он как будто не слышит. Если бы дело не происходило ночью и врач не опасался неадекватной реакции, он бы просто указал на дверь и посоветовал пациенту зайти в отделение психиатрии на четвертом этаже.
— Доктор, я хочу лечь в стационар. — А? — Врач замялся на пару секунд. — Но вам достаточно перевязки, госпитализация не нужна. Вот когда решитесь на операцию... — Я ложусь в стационар.
Спустя двадцать минут Пэй Хэнчжи оформил документы и прибыл в отделение. — Я слышал, у вас тут лежит ребенок, которому завтра пересаживают почку? Медсестра, провожавшая его в одноместную палату на шестом этаже, виновато улыбнулась: — Простите, это конфиденциальная информация, мы не имеем права разглашать её.
— Человек, который за ним присматривает — мой второй дядя, Ло Юньцин. — Пэй Хэнчжи крепко сжал подлокотники коляски, стараясь улыбаться как можно мягче. — Я хотел зайти навестить их. В какой они палате? Ло Юньцина в отделении знали все — и то, что он вошел в семью Пэй, тоже было секретом полишинеля. Медсестра ответила: — Третий этаж, палата 303. — Спасибо. — У них обычная общая палата, — добавила она. — Там другие пациенты, так что поздно вечером лучше не заходить. — Хорошо. Пэй Хэнчжи кротко кивнул. Но стоило двери закрыться, улыбка мгновенно сползла с его лица.
Девять часов вечера. Почти час Ло Юньцин читал сказки, пока мальчик не заснул. Тихо выскользнув из палаты, он взял пустой чайник и отправился в бойлерную за кипятком.
На обратном пути он притормозил у поста медсестер, не удержавшись от очередного вопроса о завтрашней операции. — Господи, ты весь вечер об этом спрашиваешь! — Медсестра, только что сдавшая смену, в шутку закрыла уши. — Сяо Ло, до операции еще уйма времени. — Боюсь, что-нибудь забуду. — Ты? Да у тебя память получше нашей будет. — Сменщица вздохнула и похлопала его по плечу: — Не изводи себя. Твоя тревога передастся Сяо Юю. Ложись-ка спать, а завтра утром сделаем операцию — и всё будет хорошо. — Угу.
Легко сказать «не изводи себя», но на душе у Ло Юньцина скребли кошки. В голову лезли самые мрачные мысли.
— О, сестра Лю, как раз вовремя! Успокой его, — крикнула медсестра подошедшей коллеге. Старшая медсестра положила планшет на стойку, сняла маску и отпила воды: — Что случилось? — Да вот, переживает из-за завтрашней операции Сяо Юя. Сам пациент спокоен, а этот места себе не находит. Мои уговоры не помогают.
— А мои помогут? — Сестра Лю развела руками, но тут же кое-что вспомнила: — Сяо Ло, тут твой родственник, старший молодой господин Пэй, только что лег в отделение. Может, поговоришь с ним? Глядишь, отвлечешься. Она помнила, что Пэй Хэнчжи специально спрашивал о Юньцине, и решила, что они в хороших отношениях.
Ло Юньцин мгновенно вышел из состояния оцепенения: — Пэй Хэнчжи? — Ну да, — Сестра Лю заглянула в планшет. — Он самый. — С чем он лег? — Говорит... ноги болят.
Ло Юньцин, не проронив ни слова, подхватил чайник и пошел к палате. Заметив, что он резко побледнел, младшая медсестра проводила его взглядом: — Сяо Ло как-то не особо обрадовался. — А я-то думала, они дружат, — удивилась сестра Лю. — Раз не дружат, зачем тогда тот Пэй о нем спрашивал? И говорил, что навестить хочет? Богатых не поймешь. Она покачала головой и вернулась к работе.
Но не прошло и нескольких секунд, как в коридоре послышался топот бегущих ног. Медсестры разом высунулись из-за стойки. Они еще никогда не видели, чтобы человеческое лицо становилось белым как полотно.
— Сяо Ло, что с тобой?! — Сяо Юй! — губы Ло Юньцина дрожали. — Сяо Юй пропал! Скорее, смотрите камеры!
Спокойное отделение после девяти вечера взорвалось криками. Медсестра тут же вывела изображение с камер на монитор. Найти нужный фрагмент было несложно: как раз в то время, когда Юньцин уходил за водой, в палату вошел человек в белом халате.
— Постойте... — Сестра Лю нахмурилась, быстро листая планшет. — Лечащий врач третьего бокса сказал, что придет на осмотр только в десять. Она тут же бросилась к телефону, а вторая медсестра побежала вызывать охрану.
Пациенты в палате проснулись от шума. Узнав, что ребенка с койки у окна нет, все заговорили разом: — Да, заходил кто-то в белом... Я глянул краем глаза и дальше спать лег. — Неужели врачи теперь воруют детей?
— Это серьезное дело, братик Сяо Ло, скорее звони в полицию.
.........
У Ло Юньцина онемели конечности. Он с трудом вытащил телефон и долго пытался попасть по трем цифрам номера.
Только он собрался нажать вызов, как внезапно всплыло сообщение.
............
Дверь запасного выхода захлопнулась в общей суматохе.
Мужчина в белом халате и маске быстро спустился по лестнице, покинул стационар и, сгорбившись и постоянно озираясь, добрался до парковки, где сел в неприметный черный фургон.
— Господин Пэй, в отделении настоящий переполох, — мужчина снял маску, переводя дух, и показал спящего ребенка у себя на руках. — Зачем вам мальчишка?
Пэй Хэнчжи скосил на него взгляд.
Ребенок был худым и не особо красивым. С чего бы Ло Юньцину смотреть на него с такой нежностью?
— Господин Пэй, если они заявят в полицию, добром это не кончится.
— Заткнись! Я тебе мало заплатил?
Мужчина тут же замолчал. Цена в десять раз выше рыночной — за одно такое дело можно год не работать.
— Заводи, поехали! — холодно скомандовал Пэй Хэнчжи.
Черный фургон пристроился за частной легковушкой и нагло выехал с парковки больницы, направляясь на запад.
У Пэй Хэнчжи там был дом, где он раньше частенько жил. Но с тех пор как Ло Юньцин вошел в семью Пэй, он перебрался обратно в старое поместье.
Тогда он сам себя не понимал: почему его так тянет в родовое гнездо? Теперь всё прояснилось: он хотел видеть Ло Юньцина.
Пусть даже тот хватал бы его за шиворот, проклинал или давал пощечины...
Вж-ж-ж —
Вскоре после отправки сообщения последовал ответный звонок.
Пэй Хэнчжи с улыбкой принял вызов: — Алло.
— Где Сяо Юй?!
Он в прекрасном настроении обернулся на сладко спящего на диване ребенка: — С мальчиком всё хорошо.
— ГДЕ ОН?! — Крик буквально взорвал динамик.
Улыбка на лице Пэй Хэнчжи начала медленно угасать: — Так боишься, что я причиню ему вред?
В трубке на мгновение воцарилась тишина. Ло Юньцин, изо всех сил стараясь говорить спокойнее, спросил: — Что тебе нужно?
— Я хочу, чтобы ты... пришел ко мне.
— Только это?
Пэй Хэнчжи усмехнулся и закинул голову назад: — Да, только это. Приходи один.
— Хорошо, — не раздумывая, ответил Ло Юньцин.
Он уже собирался повесить трубку, как Пэй Хэнчжи пробормотал: — Оказывается, и у тебя есть слабое место.
— Да, — открыто признал тот. — У меня есть слабое место.
Но слабое место никогда не было его уязвимостью. Это была веревка, на которую он сам себя привязал, и если эту веревку развязать... — Только попробуй тронуть Сяо Юя, и я покажу тебе, что бывает с теми, кто задевает моё больное место!