Глава 17
Раз уж он наконец заглянул в сон, нельзя давать ему сбежать. Ло Юньцин обхватил ладонями лицо, которое всё никак не хотело замереть перед глазами, долго фокусировался и прижал указательный палец к его бледным губам. Вот они где. — А-Ло, — Пэй Яньли понимал, что тот в стельку пьян. — Ляг обратно, дай вытереть...
Мокрое полотенце шлепнулось на пол рядом с коляской. Руки Пэй Яньли, собиравшиеся мягко отстранить юношу, внезапно замерли в воздухе. Фотография, которую он недавно рассматривал на телефоне, приближая пальцами, в одно мгновение ожила и оказалась прямо перед ним. Настолько близко, что был виден нежный пушок на коже. Лицо пылало, ресницы были влажными, а ясные прежде глаза затуманились от хмеля.
Пэй Яньли тяжело сглотнул. Его губы обдало горячим дыханием. Раз за разом... простых укусов было мало, Ло Юньцин пытался проникнуть глубже, пользуясь замешательством. Пальцы Пэй Яньли, застывшие в воздухе, мгновенно сжались в кулаки! Кажется, он и сам немного опьянел. Он расслабил ладони и обнял эту черноволосую голову.
— Техника поцелуев... всё такая же плохая... господин Пэй. Не дожидаясь, пока его прижмут сильнее, Ло Юньцин, тяжело дыша, отстранился. Он запечатлел еще один короткий поцелуй в уголок губ, а его глаза превратились в полумесяцы, как у кота, укравшего сметану. — Видимо, и правда никого не нашел... Тогда я спо-спокоен...
Два Пэй Яньли в его глазах разделились на четыре, голова налилась свинцом. Ло Юньцин изо всех сил пытался держаться, но в итоге сдался. Его голова поникла, и он рухнул ему на грудь. В комнате воцарилась бесконечная тишина. Прошло немало времени, прежде чем послышалось несколько прерывистых вздохов.
Пэй Яньли опустил взгляд на безмятежно спящего у него в руках юношу, поджал губы и аккуратно переложил его на кровать, укрыв одеялом. Он поднял полотенце, принес чистое, намочил его и продолжил вытирать лицо...
Ло Юньцин спал беспокойно. Посреди ночи его полусонного приподняли и дали выпить несколько глотков теплой кисло-сладкой воды. Пэй Яньли больше не «входил в его сны». Он проспал до самого утра.
Лохматая голова то и дело высовывалась из-под одеяла. Ло Юньцин открыл глаза и увидел плотные темно-серые шторы, не пропускающие ни единого лучика света. Не похоже на те, что он купил в интернете за 29.9... Он огляделся и заметил на тумбочке стакан с остатками напитка. Юньцин принюхался — пахло чем-то кислым и сладким. Попробовал — яблоко и... лимон! Если варить их вместе, получается отличное средство от похмелья. Неудивительно, что голова почти не болела.
Вчера он явно перебрал. А потом Пэй Яньли... Ло Юньцин тут же бросил стакан и вскочил с кровати. Бежал так быстро, что тапочки слетели с ног. Пришлось прыгать на одной ноге обратно, обуваться и, сделав пару глубоких вдохов, открывать дверь.
С балюстрады второго этажа он увидел внизу, рядом с огромным П-образным диваном, фигуру в инвалидном кресле, повернутую к нему спиной. Пэй Яньли! Он вчера действительно приехал за ним!
Ло Юньцин крупными шагами спустился по лестнице, вовремя затормозил за его спиной и на цыпочках, заложив руки за спину, подошел ближе. Он хотел было высунуться и напугать его, но его внимание привлек телефон, лежащий на коленях Пэй Яньли. На экране шел ролик: Ло Юньцин в венце феникса, с распущенными волосами, виртуозно крутит веер. Щелк! — веер захлопнулся, и длинные «лисьи» глаза пронзительно посмотрели в камеру. Он вспомнил: студенческий медиацентр вел прямую трансляцию, запись можно найти на официальном сайте вуза.
Ло Юньцин поджал губы, пряча мимолетную грусть: — Пэй... В этот момент видео подошло к концу. Должно было начаться выступление музыкального кружка, но ролик запустился заново, с самого начала! Он вырезал только этот фрагмент?
Ло Юньцин присел на корточки, уцепившись за подлокотник коляски, и заглянул Пэй Яньли в лицо. Понятно, почему тот не отреагировал — он просто уснул. Уснул, смотря его выступление? Ло Юньцину стало любопытно. Он протянул палец и легонько коснулся его ресниц. Издалека незаметно, но вблизи, у переносицы, виднелись две крошечные, едва заметные коричневатые родинки. А ниже... Почему у него губа разбита?!
Взгляд был слишком пристальным. Пэй Яньли, нахмурившись, медленно открыл глаза и первым делом увидел пару полных недоумения черных глаз. — Проснулся? — Он коснулся ладонью лба юноши. — Голова болит? Ло Юньцин покачал головой и указал на его губы: — Что у тебя с губами? Они разбиты! Простуда? Переутомление?
Пэй Яньли замер: — Ты... не помнишь? — Чего не помню? Пэй Яньли убрал руку и коснулся своих губ. Слова застряли в горле. — Да ничего... Ты прав, переутомился. — Если переутомился, надо есть что-то легкое, побольше фруктов, и еще, — Ло Юньцин убрал его руку от рта. — Не трогай ранку и не кусай. Сразу видно, что ты сам... себя укусил.
Пэй Яньли молча отвел взгляд и тихо выдавил «угу». Ло Юньцин перевел палец на телефон, где снова крутилось видео: — Ты со-сохранил это? Смотрел, пока не уснул, и забыл выключить! В глазах Пэй Яньли промелькнуло смятение, но внешне он остался невозмутим: — Вчера возникли дела, и я не смог прийти. Прости. — Ничего страшного, всё хорошо, — Ло Юньцин улыбнулся и покачал головой. — Ты же сейчас посмотрел. Это одно и то же.
«Разве это может быть одним и тем же?» Ведь он так ждал... Пэй Яньли вздохнул про себя и сменил тему: — Уже почти девять, проголодался, наверное. Пойдем завтракать.
На обеденном столе было накрыто пиршество: от китайских закусок вроде прозрачных креветочных димсамов и суповых булочек до европейских тостов с сыром и яичницей. Каша была и сладкая, и соленая, даже молоко стояло нескольких видов.
Пэй Яньли: «Я не знал, что ты любишь на завтрак, поэтому велел приготовить всё».
Ну, выставлять на стол консервированные персики и чернослив в сахаре было, пожалуй, лишним.
Ло Юньцин сел за стол и огляделся. От такого изобилия у него едва не начался приступ «мук выбора». Он взял ближайшую тарелку с кристальными креветочными димсамами и сказал: — У меня нет особых антипатий в еде, но всё это я о-один не съем. Ты уже завтракал? Давай вместе? — Хорошо.
Пэй Яньли подъехал на коляске ближе. Видя, как юноша мучается над горой еды, он слегка коснулся подлокотника: — Если не доедим, я велю помощникам забрать это с собой. Ничего не пропадет зря. — Вот и славно, — Ло Юньцин облегченно выдохнул.
Съев четыре креветочных клецки, он принялся придирчиво выбирать дальше. В основном он брал крошечные закуски «на один укус», а большие булочки и баоцзы даже не трогал. Мясной каше он явно отдавал предпочтение перед сладкой, но, когда дело дошло до тостов, он густо намазал их розовым джемом. Посреди процесса он украдкой глянул на Пэя и добавил еще одну огромную ложку.
«Любит сладкое», — отметил про себя Пэй Яньли, притворившись, что ничего не заметил.
Когда они почти закончили, точно по расписанию появился Чэнь Чжао: — Доброе утро, госпожа! Ло Юньцин, прожевывая последний кусочек, кивнул и, проглотив, ответил: — Доброе.
Чэнь Чжао, сияя улыбкой, повернулся к боссу. Пэй Яньли спросил: — Есть результат?
Босс явно хотел, чтобы «молодая хозяйка» тоже была в курсе. Чэнь Чжао понимающе кивнул и доложил всё как есть: — Стоило только спросить дядю Чжана, и всё прояснилось. Это молодой господин Пэй. Внезапно позвонил и сказал, что у вас колет в груди или сердце болит, мол, обследование уже несколько дней не делали. Вот старик Пэй и перепугался, велел вам срочно возвращаться.
Затем он повернулся к Ло Юньцину и пояснил: — Госпожа, не обижайтесь за вчерашнее. У босса действительно была веская причина.
— Я так и знал, что это он! — Ло Юньцин сердито повернулся к Пэй Яньли. — Он вчера вел себя просто отвратительно. Пэй Яньли нахмурился: — Что он сделал?
— Перед выступлением он притащил Сун Сюэчэня, — начал жаловаться Ло Юньцин, пересаживаясь поближе к Пэю. — Сказал, что принес цветы, чтобы поздравить меня. Но у меня руки были з-заняты, я не мог их взять. И тогда они при всех стали говорить, что я заносчивый, презираю их... Еще сказали, что я плохо играю, и любой с улицы сп-справится лучше меня. Он шмыгнул носом и понурил голову.
Чэнь Чжао даже усмехнулся от возмущения: — У молодого господина совсем мозгов нет или его просто переклинило?
— И это еще не всё, — Ло Юньцин посмотрел сначала на него, потом на Пэя. — На репетиции перед спектаклем было т-то же самое. Твердил, что я не справляюсь, нарочно заставлял переснимать дубли всё после обеда. Сказал, что хочет «сбить с меня спесь». Остальные в кружке тоже были недовольны, но молчали, бо-боялись.
— Хм! Сбить спесь? — Лицо Пэй Яньли стало необычайно суровым. — Что ж, поглядим, сколько спеси в нем самом.
— Третий квартал на исходе, и отдел продаж приносит мне такие показатели?! За что я им плачу? За красивые глаза?! — Пэй Вэньсянь рвал и метал в своем офисе. Разнос еще не закончился, а его супруга, Ван Маньшу, начала бомбардировать его звонками один за другим. — ...В общем, если в четвертом квартале ситуация не изменится, пусть менеджер по продажам валит на все четыре стороны! Он махнул рукой подчиненным, чтобы те вышли, и наконец ответил жене: — Что за срочность? Ты же знаешь, у меня совещание! — Наш А-Хэн! А-Хэн... Его второй дядя сейчас до смерти забьет!
В семейном храме поместья Пэй. Удары лозы ложились один за другим на спину юноши, на одежде быстро проступили алые пятна крови. Ван Маньшу уже выплакала все глаза, умоляя старика Пэя: — Отец, во всём моя вина, я виновата! А-Хэн еще совсем ребенок!
— Ребенок? — Старик с силой хлопнул крышкой чайной чашки и грохнул её о стол. — Ему двадцать один, какой он ребенок?! Маньшу, баловать дитя — всё равно что убить его. Сегодня он посмел лгать, используя имя своего дяди, чтобы обмануть меня. А завтра? Кого он решит обмануть завтра?!
— Я не лгал! — выкрикнул Пэй Хэнчжи. — Ты еще смеешь пререкаться?! — Старик пришел в ярость и хлопнул ладонью по столу.
В этот момент примчался Пэй Вэньсянь. Он мельком взглянул на Пэй Яньли, который невозмутимо попивал чай, отвел взгляд и подошел к отцу: — Отец.
— Хорошего сына ты воспитал! — Старик Пэй тяжело дышал. — Управляющий, рассказывай.
Дядя Чжан сделал пару шагов вперед: — Ситуация такова: вчера около половины восьмого вечера молодой господин внезапно позвонил мне. Сказал, что у Второго господина боли в груди и что он пропустил обследование.
Чэнь Чжао подхватил тему: — Утром похолодало, и босс действительно пару раз кашлянул, но не до болей в сердце. Что касается обследований, мы строго следуем предписаниям врачей: раз в два, максимум три дня. В больнице есть все записи.
Перед этим Чэнь Чжао специально заехал в клинику и взял журнал учета: даты, процедуры, фамилии врачей — всё было как на ладони. — Почему же со слов молодого господина всё вышло иначе? Из-за этого мне даже выговор влепили, — Чэнь Чжао положил документы перед стариком, сокрушенно вздыхая: — Молодому господину ляпнуть — раз плюнуть, но не надо на меня напраслину возводить.
Старик даже не посмотрел в бумаги — ему и так всё было ясно. Он повернулся к старшему сыну: — Вэньсянь, Маньшу, вот как вы воспитали своего наследника?
Спину невыносимо жгло, Пэй Хэнчжи сверлил взглядом своего дядю, которому до него не было никакого дела. Кровь ударила в голову, и он выпалил, не сдержавшись: — Ты просто злишься, что не попал в университет на выступление Ло Юньцина, вот и...
Пощечина! Удар пришелся прямо по лицу, волосы на висках растрепались. Пэй Хэнчжи схватился за щеку, пряча взгляд: — Папа...
— Не смей называть меня папой! — проревел Пэй Вэньсянь. — У тебя что, страха совсем нет — на собственного дядю наговаривать?! Как я мог породить такого сына! Быстро извинись перед дядей!
Его уже десять раз ударили плетью, а теперь еще и извиняться? Пэй Хэнчжи до боли стиснул зубы и украдкой взглянул на мать. Ван Маньшу едва заметно покачала головой: в этой ситуации правда была не на их стороне, упрямиться сейчас — себе дороже.
Снова терпеть? Ему вечно велят терпеть. Сколько это может продолжаться?! Видя, что сын медлит, Пэй Вэньсянь прищурился: — Ты что, оглох?!
Пэй Хэнчжи убрал руку от лица и сквозь зубы выдавил: — Прости меня... дядя.
Крышка чайника звякнула, закрывая чашку. Пэй Яньли поставил чай и покрутил на безымянном пальце простое золотое кольцо, которого еще вчера на нем не было. — Ты прав, я действительно сорвал на тебе злость по личным мотивам. Но если бы ты этого не совершал, тебе не пришлось бы через всё это проходить.
Пэй Хэнчжи неожиданно получил болезненный пинок по голени. Он сжал кулаки и снова опустил голову: — Дядя... прав. Я усвоил урок.
Пэй Вэньсянь поспешил добавить: — Брат, извини за этот случай. — Запомни на будущее, — вставил старик Пэй, бросив тяжелый взгляд на старшего сына. — Если такое повторится, простым «извини» ты уже не отделаешься.
Пэй Вэньсянь почтительно поклонился: — Понял, отец.
В конце концов, большой беды не случилось, поэтому старик махнул рукой, веля родителям забирать сына и идти к себе «заниматься саморефлексией». Когда семья ушла, старик тихо вздохнул: — То, каким стал А-Хэн — полностью на совести Вэньсяня. Пэй Яньли промолчал, продолжая пить чай.
При каждом движении его руки на левом безымянном пальце что-то поблескивало. Старик хотел спросить еще вначале, и вот наконец выпал шанс: — Свадьбы еще не было, чего это ты кольцо заранее нацепил? Да и фасон... не тот, что мы заказывали.
Пэй Яньли опустил глаза на кольцо и коснулся зажившей ранки на губе: — Купил другое. Для тренировки.
Чего? Носить кольцо нужно «тренироваться»? Старик в эти бредни не поверил: — Чэнь Чжао, говори ты. — А? Я? — Чэнь Чжао замахал руками. — Мне не положено знать. Не я же за кольцами ездил. Старик прищурился: — А кто? — Я, — Пэй Яньли убрал руку, демонстрируя кольцо с выгравированными инициалами. — Мы ездили вместе с А-Ло. — С А-Ло? — Старик на секунду задумался, а потом расплылся в улыбке: — А, моя невестка! Значит, у вас всё хорошо. — Вчера я не попал на его выступление, нужно же было как-то загладить вину. Старик заинтересовался: — Что за выступление? Дай-ка глянуть.
После обеда у Ло Юньцина были лекции. Закончив дела, он зашел в театральный зал. Едва он переступил порог, двое старшекурсников, завидев его, отложили реквизит, манерно отставили мизинцы и закричали писклявыми голосами: — Пока-пока-а!
Ло Юньцин: «???» Неужели вчерашнее пойло было таким крепким, что их до сих пор не отпустило?
Следом за ним зашел еще один новичок из его потока. Увидев Юньцина, он повторил тот же жест: — Я... я по-пошел домой! Пока-пока!
Ло Юньцин: «...» Да что они все сегодня съели?
Вскоре пришла Ся Линь. Увидев его, она тоже замерла и кокетливо отставила мизинец. — Стоп! Сестренка, только не ты. Хватит этого жеста. Один, два раза еще ладно, но три — это уже перебор.
Ло Юньцин выставил руку вперед, и внимание Ся Линь мгновенно переключилось. Она изумленно раскрыла рот: — О боже-е-е! Ты уже и кольцо надел!
Все взгляды тут же приковались к его руке. Ся Линь подошла ближе и лукаво спросила: — Муж купил? — Угу! — Ло Юньцин гордо вскинул подбородок. — Специально возил меня выбирать. — Цвет такой... Это чистое золото? Не успела Ся Линь закончить фразу, как кто-то из толпы хмыкнул: — У вашего Второго господина такой старомодный вкус?
Не успел смешок затихнуть, как Ло Юньцин полоснул шутника ледяным взглядом: — Это МНЕ нравится золото! И вообще, с чего бы золото стало с-старомодным? — Вовсе нет, ни капли не старомодно! — Ся Линь быстро отвела его в сторону и огрызнулась на обидчика: — Золото — это отличная инвестиция, идиот! Ни черта не смыслишь.
Затем она тихо спросила Юньцина: — Ну как вчера всё прошло? Тело... нигде не болит? Она окинула его взглядом с ног до головы, задержавшись на шее и запястьях, а под конец многозначительно посмотрела на его бедра: — Если тебе нездоровится, можешь отдохнуть. Вечер первокурсников всё равно только что закончился, дел пока немного.
— Я в полном порядке. Ло Юньцин был в полнейшем замешательстве. Почему сегодня все ведут себя так, будто их подменили?
Он спросил очень осторожно: — Я вчера не сделал ничего... не-непристойного?
Ся Линь отвела взгляд и поспешно затрясла головой: — Нет, что ты. — Вот и славно. — Просто ты сильно напился. — Оу. — И всё время шумел, требовал мужа. — А?! — И никто не мог тебя успокоить. Благо, в итоге муж забрал тебя домой, — Ся Линь легонько кашлянула и добавила нравоучительно: — Раз не умеешь пить, в следующий раз не притрагивайся. Сок тоже сойдет, какая разница, чем праздновать.
Ло Юньцин поймал на себе любопытные взгляды окружающих, которые то и дело пытались подслушать их сплетни. — И кроме этого я правда больше ничего не натворил? — Больше ничего.
В памяти Ся Линь ничего такого не осталось. Единственное, после его ухода Пэй Хэнчжи словно с цепи сорвался и вдребезги разбил бутылку пива. Кстати говоря... — А где он сам?
Ло Юньцин покачал головой. Отойдя подальше, он открыл видео, которое прислал Пэй Яньли. На экране Пэй Хэнчжи стоял на коленях на подушке для молитв, а за его спиной стоял незнакомый мужчина средних лет и методично наносил удары лозой. За кадром слышался властный голос, вопрошающий, признает ли тот свою вину. В конце видео на мгновение мелькнул профиль Пэй Яньли.
[Муж]: Выпустил пар за тебя. [AAA Ло-Ло]: Теперь мне полегчало~ (счастлив)
Следом Пэй Яньли прислал несколько фотографий. [Муж]: Портной только что закончил несколько костюмов. Посмотри, нет ли среди них того, что тебе особенно по душе — выберем в качестве свадебного.
Ло Юньцин внимательно изучил снимки. Фасоны пиджаков были почти одинаковыми, главное — цвет. Если представить эти цвета на Пэй Яньли... [AAA Ло-Ло]: Давай тот, что темно-серого цвета. [Муж]: Хорошо.
Ло Юньцин по привычке отправил стикер, который из-за частого использования всегда висел первым — котик, посылающий воздушный поцелуй. Он уже собирался убрать телефон в карман, как тот снова завибрировал. [Муж]: (Целую)
Ло Юньцин перечитывал сообщение снова и снова, довольно улыбаясь и обнажая зубки. Сценарист Ян Ин вошла в зал, протирая очки. Едва надев их, она увидела сияющего Юньцина. Подойдя ближе, она присела рядом и принялась за свои наблюдения. «Образ для позаследующей пьесы готов. Мрачный затворник? Нет — жизнерадостный щенок!»
Пока Ло Юньцин обнимался с телефоном, а Ян Ин увлеченно строчила в блокноте заметки, тишину внезапно прорезал вскрик Ся Линь: — Что ты сказал?!
Ю Гаонань поспешно выставил перед собой Чэн Сюя, чтобы сестренка в порыве чувств не начала его трясти. — Пэй-гэ сам мне так сказал. В аварию попал, нужно несколько дней отлежаться, так что приходить пока не будет.
Только что пришло уведомление из деканата о том, что их номер занял призовое место, но Ся Линь было не до смеха. Скоро ей нужно вплотную заняться дипломом, и она планировала уйти из кружка сразу после того, как поможет с вечером первокурсников. Почему именно сейчас всё пошло наперекосяк? — Ладно, придется искать временную замену. — Ся Линь откашлялась и спросила: — Есть желающие временно занять пост вице-президента?
В комнате на несколько секунд повисла тишина. Затем все как один указали на Ло Юньцина, который всё еще витал в облаках, переписываясь с «Мужем». — Хоть это и не совсем по правилам... пусть пока будет так. Переживем этот период, а там посмотрим, — Ся Линь сложила ладони рупором и крикнула: — Юньцин! Ты временно заменяешь вице-президента!
Ло Юньцин растерянно обернулся, подумал и спросил: — А должность и.о. вице-президента не по-помешает моей свадьбе? Ся Линь: «...» Остальные: «...»
Трудно сказать, дошли ли эти слухи до Пэй Хэнчжи, но не прошло и трех дней, как он вернулся в общежитие залечивать раны. — Пэй-гэ! — Ю Гаонань обомлел, увидев друга, который лежал на кровати пластом. — Ты же говорил, ничего серьезного. — И ничего серьезного, — прошипел Пэй Хэнчжи, с трудом приподнимаясь и невольно оглядываясь. — А где Ло Юньцин? — В такое-то время? — Гаонань глянул на часы (было 15:40). — На парах, конечно.
Лицо Пэя мгновенно перекосилось: — А ты тогда почему здесь?! — Так у нас... пары не совпадают, — обиженно пробормотал Ю Гаонань. — К тому же он на первом курсе.
У первокурсников пар было больше, к тому же Ло Юньцин взял «Менеджмент» как вторую специальность, плюс куча факультативов. Раньше девяти вечера он не возвращался. На его фоне Ю Гаонань часто чувствовал себя бесполезным ничтожеством: хотелось бы тоже «поботать», да не знал за что хвататься. Впрочем, младший как-то похвалил его талант в дизайне. Может, стоит сменить направление? Например, заняться созданием новых «скинов» для роботов... Гаонань унесся мыслями в облака, совершенно не замечая, как искажается от злости лицо Пэй Хэнчжи.
Факультатив закончился в девять. Ло Юньцин шел в сторону общежития, прижимая к себе учебники и разговаривая по телефону с Пэй Яньли. Услышав в трубке его тихий кашель, он заволновался: — Температура на улице сильно упала. Одевайся по-те-теплее. Ночью хорошо укрывайся, проветривай комнату, но не оставляй окно открытым надолго, особенно на ночь — обязательно закрывай.
В трубке послышалось мягкое «хорошо». Ло Юньцин продолжал: — Скажи Чэнь Чжао купить мушмулу и груши, они помогают от кашля. Пусть порежет кусочками и отварит с леденцовым сахаром. Если не станет лучше, обязательно-обязательно иди в больницу к до-доктору Тану! Ты чего смеешься?
Он так искренне тараторил, а в ответ услышал тихий смех. Пэй Яньли сдержал улыбку и серьезно ответил: — Я всё слышу. Завтра же велю купить, а днем как раз поеду на осмотр. Он помедлил и спросил: — А-Ло, почему ты так заботишься обо мне? — Мы же скоро же-женимся, — Ло Юньцин коснулся пальцем экрана, невольно улыбаясь. — Заботиться о женихе — это же совершенно нормально.
Пэй Яньли глубоко вздохнул, его голос стал необычайно низким и хриплым: — А-Ло, неужели ты меня лю...
Подняв голову на повороте четвертого этажа, Юньцин увидел тень, прислонившуюся к лестничному пролету. — Я дошел до комнаты, — поспешно прервал он разговор. — Остальное договорим за-завтра. Спокойной ночи.
Он сбросил вызов, сияя улыбкой: — Ты что, меня ждешь, племянничек? — Потому что я защищаю Сюэчэня? Ло Юньцин: «?»
— Послушай, Ло Юньцин, я и Сюэчэнь выросли вместе. Наши чувства за эти годы нельзя просто перечеркнуть фразой, что он не настоящий наследник семьи Сун. Тем более в детстве он спас меня, когда я тонул. — И что с того? — Ло Юньцин едва не рассмеялся от этих внезапных откровений. — Какое это имеет отношение ко мне? — Тебя просто бесит, что у нас близкие отношения, а тебя игнорируют, — Пэй Хэнчжи размышлял об этом весь день. — Поэтому ты всеми силами пытаешься через дядю доказать, что и без меня ты отлично справляешься.
Ло Юньцин потерял дар речи. Что это за логика сумасшедшего? Пэй Хэнчжи продолжал: — Что ж, у тебя получилось. Из-за какой-то мелочи дядя не побоялся открыть семейный храм и пустить в ход лозу, опозорив его на всю семью Пэй.
Ло Юньцин молча убрал телефон в карман и заправил прядь волос за ухо. — Ты...
Бам! Не успел Пэй Хэнчжи договорить, как рука Юньцина промелькнула перед его лицом. Ло Юньцин схватил его и с силой прижал к стене. Раны на спине Пэя, которые еще не успели затянуться, снова разошлись.
— Как же я раньше не замечал, какой ты... омерзительный! Видимо, я действительно плохо тебя знал! — Ло Юньцин чеканил каждое слово, то притягивая его за воротник, то снова впечатывая в стену. Наконец он отпустил его, брезгливо отряхнул руки от несуществующей пыли и посмотрел искоса: — В игры я больше играть не хочу. Находиться с тобой в одной комнате — только аппетит портить.
Пэй Хэнчжи, согнувшись, тяжело дышал. Он выкрикнул: — Собираешься съехать? — Не твое собачье дело! «Лезет не в свои дела... Самоуверенный идиот», — подумал Юньцин, чувствуя лишь раздражение. Он поправил волосы и одернул куртку. Собрался уходить, но Пэй Хэнчжи прошипел вслед: — Это тебе так просто с рук не сойдет! Ты никогда не выйдешь за моего дядю.
Ло Юньцин резко остановился. — Что, страшно стало? — Пэй Хэнчжи злорадно усмехнулся. Смех оборвался мгновенно. Ло Юньцин обернулся с самой лучезарной улыбкой на лице и ласково прошептал: — Если не выйду... я тебя просто при-прикончу~
На следующее утро Пэй Хэнчжи снова исчез. Его не было целую неделю. Прекрасно — воздух стал намного чище. До свадьбы оставалось шесть дней. По традиции, невесту (или в данном случае жениха) должны забирать из родного дома — семьи Сун. Сун Цзинго твердил об этом последние полмесяца, и вчера напомнил снова. Сейчас выйти за Пэй Яньли было первостепенной задачей. Ло Юньцину не было смысла идти на открытый конфликт прямо сейчас, поэтому он ответил «хорошо» и отправился обсуждать список гостей с Пэй Яньли.
[AAA Ло-Ло]: Раз список не ограничен, можно я приглашу одногруппников? Сестренку Линь и ребят из кружка. [Муж]: Конечно. [AAA Ло-Ло]: А из приюта?
Прошло немного времени. [Муж]: На свадьбе будет много прессы. Это может навредить детям, раскрыв их личности. Давай... пригласим директора и пару учителей как представителей. [Муж]: А позже мы вместе съездим в приют.
Хоть это и свадьба, придут далеко не только друзья. Любопытных и недоброжелателей будет в разы больше. Не стоит втягивать детей в этот серпентарий. [AAA Ло-Ло]: Ладно.
Его опасения были не напрасны. К тому же у него теперь была свекровь. Раз есть свекровь, значит, он не одинок~ И еще... братец Юй! С начала семестра они связывались всего пару раз. Интересно, он всё еще так занят? Ло Юньцин пролистал чаты вниз. Новый телефон был очень удобным — одно движение, и ты в конце списка. Он медленно листал вверх, пока не увидел имя Тэн Цзае. Подумав немного, Ло Юньцин набрал номер. Спустя десять секунд трубку сняли. Не успел Юньцин поздороваться, как услышал чей-то полуживой голос: — Алло... Денег нет, пока жив, почти труп.
— Почти труп? Ну, тогда приходи на свадьбу, развеешься. Услышав этот ядовитый тон, Тэн Цзае открыл глаза: — О! Братишка!
— Через шесть дней моя свадьба. Придешь?
— Приду, конечно. Раз ты позвал, я точно буду, — Тэн Цзае высунул руку из-под одеяла и потянулся к позолоченному приглашению на тумбочке.
Пэй Яньли прислал его еще два дня назад. Его старик-отец всё еще самозабвенно рыбачил на острове, так что идти в любом случае ему.
— Не забудь взять с собой моего брата. — Твоего брата! — огонек в глазах Тэн Цзае мгновенно погас. — Цин-цин, братишка... твой брат... он снова со мной не разговаривает! — Как это возможно? Ты что, не по-повысил ему зарплату? — Повысил.
Ло Юньцин был в полнейшем недоумении: — Раз повысил, почему он тебя игнорирует? Зная своего брата Цзыюя: если есть деньги — ты господин, ты бог богатства. А богов богатства не игнорируют. — И... насколько ты повысил? — Ну, я прибавлял ему по тысяче в день... — Рублей? — Миллионов!
Такие деньжищи! Ло Юньцин запутался еще сильнее: — И почему же брат всё равно с тобой не общается? На том конце замялись.
— Неделю назад я хотел переписать на него аукционный дом, — Тэн Цзае виновато ковырял вышивку на одеяле. — А он, не говоря ни слова, швырнул мне контракт в лицо и велел валить куда подальше, где похолоднее. Тэн Цзае искренне не понимал: что он сделал не так? Он же всё ему отдал, до последнего гроша.
— Ты... — Ло Юньцин даже не знал, как его похвалить. — Ты просто гений. В кавычках. Тэн Цзае обиделся еще больше: — А что не так-то? — Мой брат любит деньги, но еще больше он ценит свою репутацию. Давать деньги — это одно, это можно делать по-тихому, никто не узнает. Но отдать целый аукционный дом... Что о нем люди подумают? Что он какой-то... обольститель, который залез в постель к молодому хозяину?
Тэн Цзае поспешно возразил: — Мой Юй-Юй вовсе не такой! — Ты так думаешь, а другие — нет. — Мне что, забрать контракт обратно?
«Оказывается, его можно было просто забрать!» — подумал Юньцин. Знал бы — не советовал бы. Тэн Цзае спросил: — И что дальше? Сейчас наши отношения зашли в тупик. — А дальше, — невозмутимо ответил Ло Юньцин, — бери моего брата и приходите на свадьбу. Тэн Цзае закивал, но тут же спохватился: — А почему ты сам его не позовешь? — Я-то позову. Но нужно, чтобы его привел ты — Тэн Цзае, наследник семьи Тэн. — Почему?
Да потому что они вдвоем провернули аферу с Пэй Хэнчжи на восемьдесят миллионов. Если он и Цзыюй появятся вместе просто так, их рано или поздно раскусят. Он не стал объяснять, а Тэн Цзае не стал расспрашивать. — Ладно, я приведу его. — Спасибо. — Эй! Подожди.
Ло Юньцин уже хотел повесить трубку, но Тэн Цзае торопливо его остановил: — Ты мне так помогаешь, я тоже должен сделать тебе подарок. — Какой? — Свадебный... Увидишь — поймешь. И не благодари!
Вскоре прилетела ссылка. [Скупщик хлама, картона и старой бытовой техники]: Пароль 6888.
Ло Юньцин с подозрением кликнул по ссылке. На экране высветилось: «Учебные материалы». Ввел пароль, и страница обновилась. В глазах рябило от обилия... обнаженной плоти. Палец дрогнул, он случайно нажал на одно видео, и из динамика тут же донеслись характерные стоны. Ло Юньцин пулей закрыл вкладку.
[Скупщик хлама, картона и старой бытовой техники]: Для молодоженов — вещь первой необходимости. Не благодари, это от души. (Довольный смайлик с розой в зубах) [Ло Юньцин]: Теперь я окончательно понял, почему мой брат с тобой не разговаривает. [Скупщик хлама, картона и старой бытовой техники]: ?
Ло Юньцин закрыл чат и отложил телефон. Через полминуты снова взял его и, дрожащими руками, открыл те самые 10 гигабайт «учебных материалов». «Ну, посмотрю одним глазком... вдруг там в конце и правда учеба».
Послеполуденное солнце косо падал в окно. Чэнь Чжао со списком гостей вошел в кабинет и услышал приглушенный сухой кашель. — Босс, вы всё еще кашляете? Он бросил взгляд на пустую чашку из-под отвара мушмулы и груши. — Может, завтра снова в больницу съездим? — Хорошо. — Отложите пока дела компании, — Чэнь Чжао достал аптечку с полки и протянул термометр. — Сейчас главное — здоровье... Вам же еще жениться. — Я знаю.
Пэй Яньли взял термометр. Через некоторое время посмотрел: 36.8°. Температура в норме, жара нет. Чэнь Чжао выдохнул и передал список гостей: — Список от госпожи я показал старику Пэю. Он любит суету, так что возражать не стал. — Вот и славно.
В этот момент из оранжереи принесли бегонии и другие сезонные цветы, чтобы заменить в комнате лотосы. — Стоп, — Чэнь Чжао указал на пушистые метелки камыша, которые занесли последними. — У Второго господина сейчас сухой кашель, такое ставить нельзя. Камыш унесли обратно.
— Наверное, из-за холодов продуло, когда окно открывали, вот Второй господин и кашляет. — Впредь ничего такого в его двор не приносите. — Но камыш же так красиво смотрится... — Ты недавно здесь работаешь? У Второго господина слабые легкие, кашель усилится от пуха. В следующий раз сначала спрашивай.
Разобравшись с цветами для Пэй Яньли, работники направились в другие части поместья и наткнулись на Пэй Хэнчжи. — Молодой господин. — Я пришел выбрать розы для матери.
Этой ночью Пэй Яньли стало хуже. Он ворочался, закашлялся и сел в постели. Легкий ветерок внезапно отодвинул занавеску. Он снова тяжело зашелся кашлем и нажал кнопку быстрого вызова на телефоне. Чэнь Чжао прибежал почти сразу.
— Почему окно открыто?! Он бросился закрывать его, и в этот момент резкий кашель за спиной внезапно оборвался. Обернувшись, он увидел, что Пэй Яньли полулежит на краю кровати, тяжело дыша и обливаясь потом. — Босс!!!
Тишина ночи была взорвана. Майбах несся к больнице, пролетая на красный свет. Тан Яцзюнь, старик Пэй и лучшие специалисты-пульмонологи были подняты по тревоге. Чэнь Чжао, ссутулившись, сидел на скамье у реанимации, его руки, закрывающие лицо, заметно дрожали.
— Чэнь Чжао, — запыхавшись, подбежал управляющий Чжан. — Как Второй господин? — Всё еще там, — Чэнь Чжао вытер лицо. — Доктор Тан выходила, сказала — состояние тяжелое. Управляющий побледнел. Чэнь Чжао прижал кулаки ко лбу: — Я точно закрывал окно перед уходом! Дважды проверил! Как оно могло открыться?! Как?!
— Тише, тише, — дядя Чжан похлопал его по плечу. — Сейчас не это важно. Главное, чтобы Второй господин выкарабкался. — Если это не моя ошибка... значит, кто-то его открыл ПОТОМ! — Чэнь Чжао резко вскочил.
Дверь реанимации щелкнула. Сердце Чэнь Чжао пропустило удар. Он боялся обернуться. Неужели босс... — Успокойтесь, — это была Тан Яцзюнь. — Все показатели стабилизировались.
Напряжение спало так резко, что у Чэнь Чжао подкосились ноги, и он осел на пол. Управляющий Чжан тоже облегченно выдохнул: — Но как же так? Прошлый осмотр показал, что легким стало намного лучше. Неужели от простого проветривания может быть такая реакция? — Обычное проветривание не дало бы такого эффекта. Очевидно, что он что-то вдохнул, — Тан Яцзюнь задумалась. — Весной и осенью много пуха в воздухе. Возможно, пыльца или микроволокна...
— Камыш! — мгновенно вспомнил Чэнь Чжао, но тут же засомневался: — Но я же велел его унести! — Не паникуй. Я вернусь в поместье и велю старику во всём разобраться, — управляющий Чжан прищурился. — А ты оставайся здесь, присматривай за ним.
Вскоре выкатили каталку. Пэй Яньли лежал с закрытыми глазами, бледный как полотно, под кислородной маской. — Свадьба на носу, а тут такое. Похоже, в семье Пэй кто-то очень не хочет, чтобы ему стало лучше, — Тан Яцзюнь покачала головой. — На мой взгляд, ему лучше съехать оттуда. — Босс так и планировал — переехать сразу после свадьбы, — Чэнь Чжао поспешно спросил: — Когда он придет в себя? — Пусть проспит всю ночь под наблюдением.
— Спасибо вам большое. Тан Яцзюнь кивнула: — Это моя работа. Она помедлила: — Стоит ли сообщить вашей «молодой хозяйке»? Чэнь Чжао посмотрел на часы: — Сейчас он наверняка спит. Сообщу завтра.
Ло Юньцина снова мучила бессонница. Тревога не давала покоя. Он то и дело садился в кровати, доставал телефон из-под подушки, порываясь позвонить Пэй Яньли. Видя, как 01:59 сменяется на 02:00, он снова убирал его. «Он точно спит. Здоровье и так слабое, не буду его тревожить». Лишь под утро, когда небо начало светлеть, он забылся беспокойным сном. Но едва закрыл глаза — зазвенел будильник на 7:30.
От недосыпа он выглядел так мрачно, что Ся Линь вздрогнула, увидев его. — Мамочки, Юньцин, что с тобой? Какие круги под глазами! Ян Ин поправила очки и подошла ближе: — Свадебный мандраж? Это нормально, не переживай так. — Вряд ли в этом дело.
Ло Юньцин и сам не понимал, что с ним. Промучившись до обеда, он то и дело клевал носом. В конце концов, не выдержал и набрал Пэй Яньли. Гудки шли несколько десятков секунд. Автоответчик! Почему он не берет? Юньцин уставился на экран с пропущенным вызовом и набрал снова. На этот раз ответили быстро.
— Пэй Яньли... — Госпожа. — Чэнь Чжао? — Ло Юньцин посмотрел на экран, проверяя номер. — Почему ты взял трубку? Где Пэй Яньли?
— Босс, он... — Чэнь Чжао посмотрел на все еще крепко спящего мужчину. — Он...
— Что с ним?!
Его голос дрожал. Неужели с Пэй Яньли что-то случилось?! Волна необъяснимой паники мгновенно захлестнула сердце. Ло Юньцин закричал, почти срываясь на ультразвук: — Что с ним произошло, в конце концов?!
Поколебавшись мгновение, Чэнь Чжао глубоко вздохнул: — Дело в том, что босс вчера вечером...
Едва он начал, чья-то рука внезапно поднялась и накрыла телефон. Пэй Яньли медленно открыл глаза, приподнялся на кровати и забрал мобильный. Сняв кислородную маску, он тихо произнес: — А-Ло... я здесь.
— Босс! — воскликнул Чэнь Чжао. Пэй Яньли приложил палец к своим бледным губам: «Тсс».