Глава 19
После покупок они вернулись в коттедж. Во дворе уже разожгли гриль. Ло Юньцин засучил рукава и принялся помогать с шашлыками: он переворачивал крупные куски баранины, доведенные до полуготовности, и густо смазывал их фирменным соусом. Ребята, которые разливали напитки неподалеку, тут же сбежались на запах. — О-о! Как пахнет! — Младший, ты сам соус делал? Когда мясо было почти готово, Ло Юньцин посыпал его белым кунжутом для красоты и, раскладывая по тарелкам, ответил: — Я раньше по-подрабатывал в шашлычной, хозяин научил... Эти готовы, забирайте.
Дзынь! Передавая тарелку, он случайно задел краем стакан с соком, стоявший у гриля. Стакан упал и разлетелся вдребезги. Ло Юньцин замер. — Ничего-ничего, осколки к счастью! — затараторила Ян Ин, быстро принося совок, чтобы убрать стекло, пока кто-нибудь не наступил.
Никто не придал значения этому пустяку. Ребята утащили тарелки к длинному столу, созывая всех к трапезе. Но Ло Юньцин среди дыма и огня еще несколько раз посмотрел на то место, где разбился стакан. В том телефонном разговоре... Пэй Яньли ведь хотел что-то сказать? Голос звучал вроде как обычно. Может быть... он просто соскучился!
— Юньцин, о чем ты так весело думаешь? Ю Гаонань вернулся из кухни с мисками острой лапши и, садясь, заметил, что Ло Юньцин даже не притронулся к шашлыку. Он просто сидел и улыбался — как-то таинственно, будто в лотерею миллион выиграл. — А о чем ему еще так радоваться? — Чэн Сю подошел с тарелками нарезанных фруктов и, забирая свою порцию лапши, привычно стал выковыривать кинзу. — Наверняка из-за того, что свадьба на носу. — Точно! — вспомнил Ю Гаонань. — Юньцин, ты ведь правда съедешь после свадьбы?
Ло Юньцин перестал улыбаться «миллиону» и, откусив кусочек мяса, кивнул: — Раз женюсь, то не могу же я и дальше ж-жить в одной комнате с племянничком. — Логично, — согласился Гаонань. — И в какое общежитие планируешь перебраться? Буду заходить к тебе в гости. Ло Юньцин замялся и почесал щеку: — Я... — Ну ты и тугодум, — Чэн Сю запихнул ветку кинзы в рот Ю Гаонаню. — Он же женится, значит, будет жить вместе с мужем. Гаонань отплевался: — Сю-гэ, я же не люблю кинзу! — Не любишь — зачем в миску положил? — Для красоты же!
После барбекю компания разбрелась. Кто-то ушел играть в бильярд или карты, кто-то — в домашний кинотеатр или караоке, а пара человек устроилась в гостиной за настолками. Ло Юньцин везде понемногу поучаствовал и, спросив разрешения, сделал несколько фото, чтобы отправить Пэй Яньли. Видимо, было слишком поздно, и новых сообщений не приходило.
Незаметно наступило 28-е число. За эти пару дней Ло Юньцин отчетливо почувствовал, что Пэй Яньли к нему охладел. Сообщений было всего по два-три в день, а по телефону тот говорил коротко, вечно ссылаясь на «дела» или «занятость», и быстро вешал трубку. Что происходит? Еще не поженились, а он уже остыл?
— Может, у него предсвадебная депрессия? — Ян Ин поправила очки. — У моей сестры перед свадьбой так и было: бессонница, тревога, срывалась по пустякам. Но после свадьбы всё прошло, зять ее балует еще больше, чем раньше, она как ребенок стала. Ее однокурсник, поигрывая веером, покачал головой: — Твоя сестра — это твоя сестра. Разве можно ее сравнивать с таким серьезным человеком? Это замечание Ян Ин не понравилось. — Серьезные люди — тоже люди! — она фыркнула на парня и похлопала Ло Юньцина по плечу. — Не переживай, я уверена, что я права. Тем более, завтра уже свадьба.
Да, завтра свадьба. Ло Юньцину оставалось только верить ее словам... В конце концов, завтра после церемонии он всё спросит напрямую.
В пять часов дня, после занятий, за ним приехал водитель от Сун Цзинго. Сун Сюэчэнь вернулся домой чуть раньше. Стоя на балконе и глядя на приближающуюся машину, он набрал номер: — Как там второй дядя Пэй? Он завтра появится? Узнав, что того выписали уже на следующий день, он недовольно закусил губу: — Этот Сюй Ци оказался совершенно бесполезным. — Не вини его, — Пэй Хэнчжи стоял под деревом, украшенным красными фонариками и иероглифами «Счастье», и потирал переносицу. — Мой старик дорожит вторым дядей больше жизни. Если что случится, он из-под земли лучших врачей достанет.
Сун Сюэчэнь фыркнул: — Ты что, выгораживаешь Сюй Ци? — С чего бы это. Сюэчэнь спросил снова: — Он сейчас в полиции. Надеюсь, он тебя не сдаст? — Не сдаст, — в этом Пэй Хэнчжи был уверен. — В конце концов, если он посидит пару лет, то на выходе станет «женой» старшего наследника семьи Пэй.
Сун Сюэчэнь с кислым видом переспросил: — Правда? — Конечно, — Пэй Хэнчжи усмехнулся. — Конечно, я ему наврал. Еще неизвестно, выйдет ли он оттуда вообще. — Ну и славно! — на лицо Сун Сюэчэня вернулась улыбка. — А что ты будешь делать, если это раскроется? — Так сильно за меня переживаешь? — А как же иначе, — Сюэчэнь обхватил ладонями лицо и, склонив голову, слащаво протянул: — О ком мне еще переживать, если не о тебе. Жаль только, что завтрашняя свадьба всё равно состоится. — Не волнуйся, здоровье моего второго дяди долго не выдержит. Посмотрим, сколько Ло Юньцин сможет разыгрывать этот спектакль.
Пэй Хэнчжи с улыбкой повесил трубку. Он вышел из-под тени дерева, как вдруг за спиной послышались шаги. Он медленно остановился, дюйм за дюймом поворачивая голову, и его зрачки внезапно сузились.
Чэнь Чжао потирал лоб и с каменным лицом поднял на него взгляд: — Блестящий план, молодой господин. — Ты... — Пэй Хэнчжи мгновенно побледнел. — Что ты здесь делаешь? Это же задворки оранжереи.
— Как что... — Чэнь Чжао сунул руки в карманы и усмехнулся: — Слежу за вами. Версия о том, что Сюй Ци затаил обиду на босса из-за аварии своего отца, не выдерживает никакой критики. Тем более босс выплатил его семье несколько миллионов компенсации. У таких преступлений причин бывает немного: либо деньги, что вряд ли, либо... чувства. Он подошел ближе и внимательно заглянул в лицо Пэя: — А личико у вас, молодой господин, весьма недурное.
Пэй Хэнчжи тут же отвернулся: — Я не понимаю, о чем ты. — Прикидываешься дурачком, значит? Сделать смелости хватило... — Чэнь Чжао резко схватил его за воротник и, притянув к себе, процедил сквозь зубы: — А признаться — духу нет!
В глазах Пэй Хэнчжи застыл ледяной ужас. Ему на миг показалось, что этот человек сейчас его прирежет. Да с какой стати?! Всего лишь сирота, которого второй дядя спонсировал с детства и вырастил в доме Пэй, да кто он такой! Он ущипнул себя за бедро, пытаясь подавить страх, и, вскинув подбородок, выкрикнул: — Какие у тебя доказательства, что это сделал я?
Хватка на воротнике внезапно ослабла. Действительно, даже если Чэнь Чжао всё слышал, в полиции его слова не станут неопровержимой уликой. Главным звеном по-прежнему оставался этот парень, Сюй Ци.
Чэнь Чжао мгновенно убрал давление, оттолкнул его и невозмутимо поправил рукава: — Сейчас доказательств нет. Но помните: прячьтесь получше, чтобы я их не нашел, иначе вас никто не спасет. Пэй Хэнчжи, схватившись за горло, несколько раз сильно кашлянул. Он бросил на помощника полный ненависти взгляд и ушел, так и не услышав последнюю фразу, улетевшую по ветру: — Знал бы я тогда, ни за что бы тебя не спасал.
После ужина Ло Юньцин сидел в шезлонге у бассейна, не выпуская из рук телефон. Последнее сообщение пришло еще когда он только приехал к семье Сун.
[AAA Ло-Ло]: Я дома~ [Муж]: Хорошо.
Ответил так же быстро, как и раньше. Ло Юньцин написал снова: [AAA Ло-Ло]: Завтра уже свадьба (волнение) (ожидание) (счастье)
В этот раз ответа пришлось ждать долго. Ужинает? Или пошел в душ?
— Завтра свадьба, Сяо Цин, ты, должно быть, очень счастлив. Пока Ло Юньцин то и дело тыкал в экран в ожидании ответа, этот глазной мозоль явился снова. Сун Сюэчэнь в белоснежной шелковой рубашке подошел к нему, заложив руки за спину. Чем больше Юньцин его игнорировал, тем наглее тот становился. — Но радуйся сейчас, ведь только завтрашний день и будет для тебя самым счастливым.
Ло Юньцин прищурился, его палец с силой надавил на экран смартфона: — Что ты сказал? — Я говорю правду, — Сун Сюэчэнь невинно захлопал ресницами. — Второй дядя Пэй так слаб здоровьем, того и гляди, в один прекрасный день его не ста... М-м!
Не успел он договорить, как Ло Юньцин в два широких шага оказался рядом, схватил его за шею, потащил к краю бассейна и начал макать головой в воду. — Ло Юньцин! — Раз рот такой вонючий, я его тебе хорошенько про-прополощу!
За время в университете Ло Юньцин не только наладил режим питания, но и в свободное время таскал железо в спортзале. Сил у него теперь было куда больше, чем когда он только вернулся к Сунам. Удержать Сун Сюэчэня для него не составило труда. Он держал его под водой секунд десять, потом вытягивал и снова окунал. — Надо иметь со-совесть! Если тебе надоело жить и ты лезешь ко мне, когда я не в духе — так и скажи! Я тебе прямо сейчас по-помогу!
— Ло Юньцин, что ты творишь! Как назло, вернулся Сун Моянь. Он рванул Юньцина за руку, оттаскивая его от полуживого Сюэчэня, и в ярости закричал: — Ты только приехал и сразу устраиваешь скандал?! — Я устраиваю скандал? — Ло Юньцин стряхнул воду с рук, убрал мокрые волосы со лба и усмехнулся: — Считай, что так. И что ты мне сдела-сделаешь? — Ты! — Будь умнее — держи его от меня подальше. Видеть его то-тошно!
Сун Моянь был готов разразиться проклятиями, но, вспомнив наказ отца, сдержал гнев: — Почему ты вечно цепляешься к Сяо Сюэ? Да, вас перепутали, он украл твою жизнь, но ты... — Ты сам это сказал, — Ло Юньцин опустил взгляд на дрожащего в объятиях брата Сюэчэня. — Он украл мою жи-жизнь. Наслаждался всем, что принадлежало мне! И теперь ты хочешь, чтобы я сохранял спо-спокойствие? Он с улыбкой подошел ближе, заложил руки за спину и медленно наклонился к самому лицу Сун Сюэчэня: — Между нами всё предрешено.
Действуя молниеносно, так что Сун Моянь не успел среагировать, Ло Юньцин вцепился в мокрую рубашку Сюэчэня и швырнул его обратно в бассейн. Плюх! Брызги разлетелись во все стороны. Лицо Сун Сюэчэня мгновенно побелело, он отчаянно забил руками по воде, но чем сильнее он барахтался, тем быстрее уходил на дно. — Бр-брат, спаси...
Сун Моянь на мгновение оцепенел, прежде чем прыгнуть в воду. Ло Юньцин наблюдал за этой сценой. Глядя, как Моянь поддерживает голову Сюэчэня над водой, и видя, что тот не притворяется, Юньцин озадаченно склонил голову, а затем на его губах заиграла улыбка. Оказывается, он не умеет плавать. Тогда кого же спас Пэй Хэнчжи в детстве, о ком он там талдычил?
Несмотря на такое происшествие, Сун Цзинго не предпринял никаких жестких мер. Он лишь вызвал Юньцина в кабинет, долго смотрел на него и многозначительно произнес: — Всегда оставляй путь к отступлению. Просто сейчас ценность Юньцина была выше, чем у Сюэчэня. Но если однажды ситуация изменится, ответный удар будет в сотни раз сильнее. Ло Юньцин не собирался давать ему такого шанса, но пока послушно ответил: — Понял. В следующий раз буду ос-осторожнее.
Вернувшись в комнату, он открыл телефон. От Пэй Яньли пришло всего одно сообщение. [Муж]: Ложись сегодня пораньше. — Только и знает, что гнать меня спать, мог бы хоть пару слов лишних написать, — Ло Юньцин недовольно надул щеки и начал строчить в телефоне.
Он зашел на форум: «Вопрос: скоро свадьба, партнер внезапно стал холодным, в чем дело?» Тема быстро обросла комментариями. Первый же ответ гласил: «Всё очевидно — передумал жениться. Либо чувства остыли, либо измена. У меня такое было».
Измена! Неужели Пэй Яньли может изменить? Он не мог себе такого даже представить. К тому же пару дней назад они общались постоянно. Не мог же он за два дня найти кого-то на стороне. Ло Юньцин отмел этот вариант и среди кучи странных советов наткнулся на «предсвадебную тревогу». Всё, поиски окончены. Пэй Яньли наверняка просто нервничает.
Он спросил снова: «Что делать, если у партнера предсвадебная тревога?» [1L]: Опять ты? Так быстро поставил диагноз? [9L]: Это нормально. Как перед экзаменом: потрясешься, сдашь, поженитесь — и всё пройдет. [27L]: В такой момент не вздумай обижаться. Как будущий муж, ты должен дать партнеру чувство полной безопасности. [Автор темы (Ло Юньцин) ответил 27L]: Как это сделать? [27L ответил автору]: Хе-хе, конечно, липнуть к ней! Сильно липнуть! Ходи хвостиком и говори, что любишь: утром, в обед, вечером... Короче, забудь про стыд. [33L]: Что за дурацкая затея? [27L ответил 33L]: Да какая разница, лишь бы работало. Я вот был бесстыдным, лип к жене после свадьбы целый месяц, и в итоге... она забеременела (рыдаю). [27L ответил автору]: И напомню: если хотите насладиться медовым месяцем вдвоем, лучше предохраняйтесь.
... Ло Юньцин внимательно изучал ответы, особенно опыт «бывалого» из 27-го комментария. Просидев до поздней ночи, он отложил телефон и сделал вывод: в брачную ночь нужно быть... посмелее. Но возник новый вопрос: а насколько именно «посмелее»?
Ло Юньцин не стал спрашивать дальше. С этими мыслями он и заснул. На следующее утро вилла преобразилась — всё было украшено красным шелком. Он умылся, чтобы окончательно проснуться, достал из шкафа тот самый темно-серый костюм, присланный Пэй Яньли, застегнул запонки и уложил волосы гелем назад. После обеда он вместе с четой Сун отправился к месту проведения церемонии.
Перед самым выездом Сун Моянь бросил: — Сяо Сюэ плохо себя чувствует, кажется, у него жар. Линь Вэньтин, уже поставившая ногу на подножку машины, хотела вернуться, но Сун Цзинго удержал ее: — Сегодня свадьба Сяо Цина. А-Янь, останься, вызови врача, приедешь позже.
Остаться, но в итоге всё равно приехать. Ведь эта свадьба — редкая возможность показаться в свете, не считая презентаций новых продуктов компании. Кто знает, когда представится следующий шанс. Моянь, как преемник, не мог пропустить такое событие. Он бросил взгляд на Юньцина, уже сидевшего в машине, и глухо согласился.
Прибыв на место, Ло Юньцин узнал, что Пэй Яньли уже там. Тот ждал в комнате для женихов. Когда Юньцин вошел, ему показалось (а может, и нет), что Пэй сильно осунулся. Вспомнив советы с форума, Юньцин решительно подошел, присел перед инвалидным креслом и накрыл его ладони своими: — Как ты себя чу-чувствуешь?
Пэй Яньли сначала хотел отстраниться, но, встретившись с его обеспокоенным взглядом, внезапно замер и позволил держать свои руки. Его губы тронула заметная улыбка: — Вполне неплохо. — Ты только не пе-перетруждайся. Если станет плохо — сразу говори. Тот кивнул, помедлил, словно хотел что-то сказать, но отвел глаза: — Директор приюта и учителя уже приехали?
— Только что пришло сообщение, будут через двадцать минут, — Ло Юньцин привычно сел на край дивана рядом с ним и взял его за руку.
Поколебавшись, он всё же не удержался от вопроса: — Ты в эти два дня был очень-очень за-занят, да?
Пэй Яньли не ответил. Его взгляд медленно скользнул вверх по руке, которая его держала, но он тут же отвел глаза.
Ло Юньцин спросил снова: — Как я тебе сегодня? Кра-красивый?
Волосы были тщательно уложены, костюм и рубашка всю ночь висели над аромалампой, на манжетах поблескивали золотые запонки, а на лацкане сидела брошь, которую Пэй Яньли подарил ему раньше. Вчера он лег поздно, поэтому утром нанес крем, который советовала Ся Линь, и немного бальзама для губ с ароматом лайма. «...Не слишком ли вычурно?» — закралась мысль.
— Красивый, — Пэй Яньли высвободил руку и коснулся его щеки. — А-Ло всегда красив, но сегодня — особенно. — Правда? Ло Юньцин прижался щекой к его ладони и счастливо сощурился.
— А-Ло, — Пэй Яньли позвал его еще раз. — Мы...
Тук-тук-тук!
Не успел он договорить, как в дверь комнаты отдыха постучали. Тэн Цзае вошел с широкой улыбкой: — Хай! Я вам не помешал? Вы тут... Увидев их нежный взгляд и руку Пэя на лице Юньцина, Тэн Цзае моргнул и поспешно сделал полшага назад: — Простите, мешаю.
Он уже собирался закрыть дверь, но Пэй Яньли мгновенно убрал руку: — Вернись.
Дверь снова открылась. Когда Тэн Цзае вошел, Ло Юньцин увидел за его спиной Цзян Цзыюя, директора Цюй и... Цин-цин!
— Братик Ло! — девчушка в два прыжка оказалась рядом и оглядела его с ног до головы. — Вау! Братик Ло сегодня такой крутой! Ло Юньцин потрепал её за щеки и приложил руку к её макушке, примериваясь: — Мы не виделись почти два месяца, а Цин-цин, кажется, заметно вы-выросла. — Угу! — Цюй Юньцин усиленно закивала и указала на директора. — Бабушка теперь каждый день дает нам молоко. А еще в приют каждую неделю приходят учителя и волонтеры помогать. — Вот как? Это хорошо, — Ло Юньцин перевел взгляд на подошедшую женщину и мягко произнес: — Бабушка. — Ох! — директор Цюй громко отозвалась, оглядывая его с ног до головы, и в её глазах засияла радость. — Поправился, щечки появились.
Ло Юньцин послушно наклонился, позволяя ей погладить себя по лицу: — Как дела в приюте? Как Сяо Фэн и остальные? — Всё хорошо, всё хорошо, — кивала директор. — Месяц назад какой-то добрый человек анонимно прислал много вещей. И власти недавно перечислили деньги, гораздо больше, чем раньше. Посмотри на Цин-цин — мы ни в чем не нуждаемся. Она смотрела на мальчика, которого вырастила, и морщинки в уголках её глаз не разглаживались от улыбки.
— Ах да, — она достала из своей потертой сумки довольно пухлый красный конверт. — Это от меня и других учителей. Они не смогли приехать, присматривают за детьми, но просили передать: «Счастливой свадьбы». — Спасибо вам и учителям, но... — Ло Юньцин мягко вернул конверт и, взглянув на Цзян Цзыюя, покачал головой: — Мы не при-принимаем деньги. — Ну как же так... — Давайте не об этом, — он сменил тему и, подведя её к креслу, представил: — Это Пэй Яньли, мой муж.
Пэй Яньли слегка склонил голову: — Здравствуйте, бабушка. Директор Цюй кивнула в ответ. Услышав о свадьбе Ло, она через знакомых разузнала о его избраннике. И сразу поняла статус этого человека. Второй господин семьи Пэй. Семья куда более знатная, чем даже родные родители А-Ло. Жаль только, что со здоровьем беда... Но раз он позволил таким людям, как они, прийти на свадьбу, значит, сердце у него доброе. Лишь бы он любил А-Ло.
Вскоре снова постучали — пришли Ся Линь и ребята из театрального кружка. Пространство, где они только что были вдвоем, мгновенно наполнилось шумом и смехом. Все окружили Ло Юньцина.
— Ох, — Тэн Цзае присел на диван рядом с Пэй Яньли, закинув руки за голову. — А у твоего-то связи ого-го какие широкие. Ло Юньцин в центре толпы сиял улыбкой, словно окруженный ореолом света. Он становился всё ярче. Пэй Яньли непроизвольно сжал пальцы, лежащие на подлокотнике. Но не успел он погрузиться в мысли, как Ло Юньцин, раздвинув толпу, подошел к нему, взял за руку и с гордостью объявил всем: — Это мой муж! Весь театральный кружок хором: — Знаем-знаем, слышали! Мало ему было каждый день в университете твердить «мой муж», «мой муж», так теперь еще и хвастается вживую. Совсем не жалеет одиноких сердец! Ло Юньцин проигнорировал их притворные недовольные мины и сияющими глазами посмотрел на Пэя.
Церемония вот-вот должна была начаться. Гости постепенно покидали комнату отдыха. Выходя за дверь, все мгновенно отбрасывали хиханьки-хаханьки. На этой свадьбе были не только они, но и известные предприниматели, представители высшего света. Они не могли ударить в грязь лицом перед Ло Юньцином.
Когда все заняли свои места, регистратор начал церемонию. Согласно плану и учитывая состояние Пэй Яньли, после обмена клятвами интервью не предполагалось. — ...А теперь просим новобрачных войти в зал.
В конце зала двери медленно разошлись, и Ло Юньцин вошел, толкая впереди инвалидное кресло. В тот же миг все объективы камер нацелились на них. Ло Юньцин скользнул взглядом по толпе и нашел знакомое лицо — репортера Яна из «Тяньсян Энтертейнмент». Он посмотрел прямо в его камеру, одарив самой ослепительной улыбкой.
Подписание брачного контракта, обмен кольцами, клятвы — церемония завершилась официально. После этого свадебный кортеж должен был отправиться в старое поместье Пэй, где старший брат Пэй и Сун Цзинго подпишут соглашения о сотрудничестве и сделают официальное заявление.
Как только Ло Юньцин уехал, гостям стало скучновато. Тэн Цзае повел Цзыюя, директора и однокурсников Юньцина в банкетный зал этажом ниже. — Ло сегодня был просто супер. Честно говоря, выпендривался как павлин. — А вот Второй господин Пэй... что с ним? Кажется, он был не особо весел. — Тут вы ошибаетесь, — влез Тэн Цзае с видом знатока. — Старина Пэй из тех, кто никогда не скажет прямо, что ему что-то нравится. Это из-за его прошлого. Но я даю голову на отсечение: он без ума от Ло Юньцина. Иначе бы... Он обвел взглядом сидящих за столом. — Иначе бы он никогда не разрешил позвать сюда всех вас.
— Но всё же... — Ся Линь чувствовала подвох. Особенно во время клятв: ей показалось (или не показалось?), что на лице этого могущественного человека на миг промелькнула глубокая печаль.
Вернувшись в поместье Пэй.
Чэнь Чжао смотрел на соглашение о разводе, лежащее на письменном столе. Его брови были сдвинуты к переносице. — Босс, вы правда собираетесь это сделать? Сегодня же такой день... — Именно потому, что сегодня, — Пэй Яньли крепко сжал левую руку с кольцом. — Наш брак — это сделка. Нет нужды заставлять его ждать от меня большего. Если мы подпишем это сейчас, он сможет освободиться раньше.
Чэнь Чжао тяжело вздохнул: — Я знаю, вы заботитесь о нем. Но подумали ли вы о его чувствах? Вы же видели сегодня — он был по-настоящему счастлив. — Хватит об этом... — Такое счастье нельзя подделать, — Чэнь Чжао сжал кулаки, идя ва-банк. — Молодая госпожа тоже любит вас! — Я сказал — хватит!
В кабинете воцарилась тишина. Понимая, что сейчас босса не переубедить, Чэнь Чжао молча развернулся и пошел к выходу. — Подумайте еще раз. Раз здесь не вышло, придется зайти с другой стороны.
— Секретарь Чэнь! Едва он вышел, к нему подбежала служанка. Она краснела и мялась: — Маленький господин... эм... Маленький господин спрашивал, приготовили ли мы «это». Она протянула записку. На ней было написано: Лубрикант.
Чэнь Чжао замер с открытым ртом. Ничего себе! Его босс в таком состоянии, а молодая госпожа уже планирует... А впрочем, почему бы и нет? В такой ситуации, глядя на решимость А-Ло, может, босса просто «уложат» и переубедят делом. Шансов мало, но попытаться стоит! Он кашлянул, прикрыв рот рукой: — Раз Маленький господин просит — немедленно исполняйте. Купите несколько флаконов.
Стемнело. Когда вдоль дорожек у кабинета зажглись фонари, Пэй Яньли после долгого молчания сделал пару глубоких вдохов. Наконец он взял соглашение о разводе и направился в спальню в соседнем крыле. На дверях всё еще висели ярко-красные иероглифы «Двойное счастье».
Поколебавшись, он постучал. — Входи-и! — донеслось изнутри. Пэй Яньли нажал на ручку и въехал на коляске: — А-Ло, нам всё же нужно...
!!!
Ло Юньцин смыл гель с волос, и теперь его густые черные пряди мягко падали на лоб. Он сидел на кровати на коленях, обнажив белые стройные ноги. На нем была полупрозрачная рубашка, небрежно спадающая с одного плеча. Он посмотрел на Пэя влажным, полным нескрываемого обожания и смущения взглядом. Его алые губы приоткрылись, и он протяжно выдохнул: — Му-у-у-ж-ж...
Тонкий листок соглашения о разводе медленно спланировал на пол.