Family Ties
Саманта Андерсон
После своего побега от Гарри, я столкнулась лицом к лицу со злыми жителями Нью-Йорка. Они делали те свинские вещи, которые делали жители городов, когда сталкивались с кем-то. Мне даже несколько раз показывали средний палец.
Но я была слишком разочарована, чтобы обращать на это свое внимание.
Гарри оказался тем парнем, каким я его всегда представляла.
Но часть меня верила, что я ошибаюсь и что он другой.
Но он такой. Он тот парень. Он тот ублюдок, который спит с подчиненными. Именно так, как я ожидала.
Я очень хотела верить, что он был другим человеком.
Слова Трипа перевернули все. Они ворвались и подтвердили все мои опасения насчет Гарри. Он не израненный парень, ищущий любовь. Нет. Он просто ублюдок.
— Сука, смотри, куда прешь, — сказал какой-то парень с яростью.
— Извините, — пробормотала я, прижимая свою сумку к себе. Я устала, замерзла и очень сильно хотела вернуться домой и принять горячий душ. Я забыла свою куртку, что усугубляло ситуацию.
Я обняла себя сильнее и ускорила шаг. Сейчас, я жалела, что не объяснилась с Гарри. В тот момент, когда он назвал меня «Сэм», я должна была уйти. Я не была готова объяснить свою кличку.
Или кому-либо еще.
Улицы были наполнены людьми, которым было насрать на меня.
В жизни, я не чувствовала себя так одиноко. Я сделала глупую ошибку, решив спать с Гарри. Это лишило меня прогулок с Люком. Я могу только смотреть на него. Не только это, но я чувству, что не смогу рассказать Арии об этом. С того момента, как я подписала это соглашение, я обещала Гарри, что ничего не скажу.
Я застряла между железом и наковальней.
Наковальней служил член Гарри.
Мое сердце хотело только того, чтобы я улетела к своим родителям, в Аризону, и просто обнять их. Тогда, когда они
покинули Нью-Йорк, я зависела только от Арии и Люка.
И сейчас чувствовала себя еще сильнее виноватой.
Тем не менее, я могла позвонить только одному человеку. И это не мои родители или лучшие друзья в Нью-Йорке.
Я открыла сумку и достала телефон. Набрала давно заученный номер.
- Алло?
̴
Я вошла в аэропорт и, словно очутилась в фильме. Прошел день, когда я сделала звонок. Прошел день, когда я последний раз с кем-то разговаривала. Ариа была занята работой. И Люк мотался по работе.
Хотя, это было к лучшему. Я бы не смогла объяснить причину нашего визита, а он спросил бы.
Его всегда это интересовало.
Я осматривала пункт выдача багажа, ища знакомое лицо, которое поможет мне почувствовать себя лучше.
Наконец, оно появилось. Это лицо моей дорогой сестры. Многие говорят, что мы настолько похожи, что выглядим как близнецы, хотя она старше меня на 2 года.
Говорили, что я была более зрелой, а она — более ветреной.
— Сэмми! , — проверещала она, обнимая меня своими худыми руками, — Что за хрень? Ты выглядишь горячо! Когда ты стала такой сексуальной сестрой?
Я закатила глаза:
— Это должно было произойти раньше чем поздно, Райли.
— О, маленькая сестренка, — произнесла она, качая головой и улыбаясь широко. Райли работала моделью в Л.А. Как минимум, старалась работать. Многие из нас, как я, вообще-то думали, что она стриптизёрша.
У меня не хватало мужества спросить у нее об этом.
— Итак, почему я получила срочный звонок с просьбой прилететь сюда? — спросила она, держа свою спортивную сумку и выходя со мной из аэропорта. Люди начали пялиться на нас, стоило нам выйти. Что происходит постоянно, если ты с Райли. Она просто красавица.
Вот почему шутки про «близнецов» не раздражают меня. У нас был похожий стиль, как имеют обычно близнецы. Она, как и я, любила носить простые вещи. Сейчас же, на ней были одеты обтягивающие джинсы и ковбойская жилетка. Вместе с дизайнерскими высокими сапогами. Я всегда крала ее вещи до того, как она переехала.
Райли была типичной блондинкой. С яркой улыбкой и живыми глазами. Она — тот тип девушек, на которых парни пускают слюни.
Это продолжается с момента ее полового созревания.
— Очень долгая и нудная история, — признала я, пожимая плечами, — Мне просто нужна семья. И мамы и папы бы не хватило.
— Понятно, — сказала она, ухмыляясь, - Я, несомненно, самая лучшая из семейки Андерсон.
— Ты поможешь мне отвлечься, — пожала я плечами, — Как Кали?
— Эм, тепло, — вздохнула она, — Я скучала по Нью-Йорку, честно говоря. Но мне там больше платят, плюс жить там дешевле. Как там твоя супер важная работа дизайнера?
— Она великолепна, — сказала я, ощущая ностальгию о тех прекрасных временах в компании Льюиса. Работать там, словно блаженство, — Я бы очень хотела познакомить тебя с Льюисом. Также с его невестой, Элеонор, ради ее стиля можно умереть.
— О да, я думаю, я видела ее в Космо или что-то в этом роде, — сказала Райли, доставая ее очки из сумки и надевая их. Она выглядит, будто попала сюда из модной рекламы.
И я ненавидело это.
— С кем-нибудь встречаешься? — я спросила.
— Время от времени. Модели-мужчины варьируются от горячих гомосексуалов до мудаков-натуралов.
— Почему бы не встречаться с кем-нибудь другим? Я не знаю, например, с кем-нибудь умным? — издевалась я, закатывая свои глаза. Райли не была той, у которой были высокие стандарты. Ее прошлое состоит из многих прекраснейший, наиглупейших парней. Начиная с моделей, заканчивая на неприметных актеров.
Райли рассмеялась в ответ:
— О, Сэмми, если бы ты знала.
— Не относись ко мне снисходительно, — простонала я. Она всегда так делала. Несмотря на то, что я была более зрелой, она считала себя мудрее.
Что было настоящей ерундой. Вот почему у меня в жизни было все.
Практически.
— Как поживает Люк? — сказала Райли,
— Много чего произошло. Сложно сказать, — я пожала плечами.
— Что ты натворила? — спросила Райли, — Я вижу вину на твоем лице.
— Ничего страшного, правда, — сказала я, пряча свое лицо. Которое, я знала, выражало все, что я испытывала сейчас.
— Саманта не ври мне, серьезно. Что, блять, он сделал? Или ты? Я не знаю, чья это вина, но кто-то из вас виноват, —
пристально смотря на меня, сказала она. Меня бесит, что она всегда знала, когда я вру. Это было как родственная телепатия.
— Райлс, нет ничего такого, на счет чего ты должна волноваться. Это не твое дело. — ответила я. Я ее не приглашала, так что могу выпроводить ее обратно. Нет, я приглашала ее, чтобы она побыла моей сестрой, чтобы она отгородила меня от всех проблем в моей жизни.
— Вы, ребята, расстались? — спросила она, продолжая разговор. Я всегда поражалась ее уверенности. То, как она могла ходить по улицам Нью-Йорка.
— Хватит, — пробормотала я, тряся головой. Только потому, что она на всех давила, не значит, что я поддавалсь.
— Как хочешь, — сказала она, я практически слышала, как она закатила глаза, — ты вообще разговаривала с родителями?
— Время от времени, мама обозлена на Итана и Джейсона, — ответила я. Иметь большую семью — значит, я слишком привыкла иметь дело с маминым раздражением и недовольством. Особенно, когда я средний ребенок.
— Итан всегда нарывался.
Вместе с этим вы продолжили наш «сестринский» разговор.