Ten Minutes
Samantha Anderson
Неделя моды в Нью-Йорке. Я мечтала о ней с того самого момента, когда поняла, что мода будет связана с моей жизнью.
Пробуждение было, как в сказке. Я встала с кровати, пошла в душ. С самого утра я была очень воодушевлена. Ведь сегодня тот день, когда моя мечта воплотится в жизнь.
Выйдя из душа, я обернула свое тело в полотенце, и пошла на кухню заварить себе кофе. Одна странная вещь обо мне: я пью кофе во время сборов, так как не люблю пить его после того, когда уже готова.
После того незначительного инцидента разлитого кофе на моей одежде, у меня появился некий страх, что это повторится. Приготовление кофе для Луи — еще один мой ужасный опыт. Но это того стоило.
Я схватила яблоко и собиралась уже пойти обратно в ванную, как кто-то постучал в дверь. Люк уехал сегодня рано утром, и я осталась совершенно одна и лишь в полотенце.
Великолепно.
Я решила просто пойти и открыть эту дверь. Это же Нью-Йорк, где можно увидеть все. Голый ковбой? Возможно.
Распахнув дверь, я была шокирована увидеть там Гарри, стоящего передо мной.
— Какого черта ты здесь делаешь? — мое прекрасное настроение испарилось.
— Саманта, Луи прислал меня, просто дай мне отвести тебя, ради Бога, — раздраженно сказал Гарри, закатывая глаза, — я очень долго ехал до сюда.
— Нет, это Бруно долго ехал сюда, — исправила я, тоже закатывая глаза.
Но меня это больше не волновало.
— Саманта, пожалуйста, — сказал он, щуря нос.
Мне нравилось, выводить его из себя. Так он может понять, как я чувствую себя по отношению к нему.
— Гарри, пожалуйста, — усмехнулась я, подтягивая свое полотенце выше.
Его взгляд проследил за моим движением, и его лицо поменяло выражение.
— Сейчас это справедливо? — сказал он. Его глаза потемнели, и он облизнул свои губы.
— Не знаю, — ответила я, стараясь игнорировать его глаза. Я не допущу случиться этому.
— Саманта, — сказал он, его голос стал ниже. Он вошел в квартиру, закрывая за собой дверь. — Он дома?
— Нет, — вздохнула я.
Неожиданно, как будто в тумане, он прижал меня к стене, ставя свои руки по сторонам от моей головы. Он прислонился своим телом ко мне. Мы оба тяжело дышали.
Это не должно случиться. Я девушка Люка. Я подписала чертовый договор о неразглашении. Я даже не могу рассказать ему об этом.
И, почему же Господи, я позволяю этому случиться снова?
Но, тот контроль, который он имел надо мной, перечеркивал всю мою ненависть к нему.
— Гарри, — пробормотала я. Мы смотрели друг другу в глаза, дыша в унисон, — мы не можем.
— Почему нет? — спросил он, его губы уже скользили по моей шее, целуя ее. Он начал плавно перемещаться к моей челюсти.
— Я не знаю, — ответила я, отталкивая его, — сколько у нас времени?
— Десять минут.
Наконец-то наши губы воссоединились. Это был очень горячий поцелуй, горячее всех. Страсть между нами буквально искрилась. Его поцелуи были пылкими и головокружительными.
— Запрыгни, — приказал он мне на ухо.
Я сделала то, что он сказал, и обвила его талию своими ногами. Его руки поддерживали мою попу, и он пошел по направлению к спальне.
Я целовала его губы, разделяя их своими. Наши языки переплетались, когда он положил меня на кровать, руками исследуя мое тело. Прежде, чем я осознала, что мое полотенце уже валялась, как и его одежда.
Гарри покрывал поцелуями каждый сантиметр моего тела, и наконец-то он резко вошел в меня. Я застонала, выпуская все чувства наружу и ногтями впиваясь в его спину, наверняка оставляя следы.
— Гарри, — застонала я, когда он начал увеличивать ритм, принося небывалое и такое приятное наслаждение.
Я была поражена тем, как мое тело реагирует на него, потеряв контроль.
Он перевернул нас и я оказалась сверху. Как по мне, это более комфортная поза. Это был единственный способ почувствовать себя во главе. Опершись руками об его грудную клетку, я начала ритмично двигаться вверх вниз. Лишь одного взгляда на его идеальное тело было достаточным, чтобы я стала мокрой. Его торс был слегка загоревший с явными очертаниями кубиками и темными тату.
Моими любимыми были ласточки, которые расположись в верхней части грудной клетки.
Но ничего не могла быть на ровне с его идеальным, лицом, как у покровителя. Его зеленые глаза блуждали по моему телу, осматривая все изъяны и несовершенства. Руками он властно касался меня, передвигаясь выше. Я застонала от удовольствия, когда он сжал мою грудь.
— Черт, — пробормотала я, быстро двигаясь. Мы были очень близки, и я готова была уже закричать, как...
— Сэмми. Я не оставлял свой бумажник?
Мы с Гарри расширили глаза, когда голос Люка разнесся по помещению.
Я взглянула на комод и заметила его коричневый бумажник.
Блять.
— Иди в ванную, — прошептала я Гарри, слегка подталкивая его.
Я схватила кошелек и пытаясь проскользнуть к нему. По пути попыталась привести в порядок волосы, но все было провальным. Проходя мимо зеркала заметила яркий красный засос на шее. Дерьмо.
Я попыталась его прикрыть волосами, заходя в гостинную.
— Эй, держи, — сказала, завязывая свой халат.
— Спасибо, не могу поверить, что оставил его, — хихикнул он. — Не сегодня у тебя модные вещи или как его там?
— Шоу Недели моды? Конечно же, да, — ответила, закатывая глаза.
Люк был художником и все, он ничего не знал о моде.
Одна вещь, которая мне нравилась в Гарри, — его небольшие знание в этой сфере.
Не то, чтобы Гарри был мастером этого дела, но он по крайней мере был в курсе всех событий. Чего нельзя сказать о Люке.
— Ну, удачи, я люблю тебя, — сказал он, ухватив меня за бедра и оставив поцелуй на губах.
— Пока, — ответила, пытаясь улыбнуться, что выглядело ужасно.
Ведь вина поглощала мою совесть. Гарри был в моей комнате и я занималась с ним интимной близостью, Боже мой.
Я побежала в спальню, хлопнув дверью.
Как только дверь закрылась, Гарри вышел из ванной. И он был полностью голым. Во всей своей красе. Как в день его рождения.
И ты не в состоянии назвать это иначе.
Гарри был обнаженным. И это было уж слишком горячо.
Чувство вины, которое я испытывала ранее, пропало.
— У нас есть пять минут.