Касания

Близится зима... Холод, первый снег, а там и Рождество. Нельзя сказать, что у всех людей в этот праздник происходило только хорошее. Каким бы семейным и уютным ни был бы это праздник, бывали случаи, когда люди попадали в аварии, умирали в больницах от болезней, теряли близких.
У Великана Рождество тоже ассоциируется не со свечами и омелами...
"Год скоро пройдёт, а столько всего изменилось... – думал он, уныло проходя по коридорам школы. Навстречу ему шли и бежали знакомые лица. Задумчивые, спокойные, серьёзные, улыбчивые и задорные... Хаккай, кажется, собрал глазами почти все эмоции учащихся. – Мне непривычно как-то. Должен радоваться, что сегодня важное мероприятие у меня, а сам... Как же бесят эти эмоциональные качели! Неужели я катаюсь на них с момента..."
Помотав головой, парень подумал о другом:
"Меня что-то тревожит в Таканчике... Складывается ощущение, что я его вырываю из его «хорошо построенного» мира. Будто я его к чему-то принуждаю... – заместитель второго отряда прошёл какой-то двери и медленно, чтобы никто не услышал скрипа, вошёл на крышу. – Тогда возникает вопрос: в какой именно момент я начал чувствовать такие противоречия в наших отношениях?"
Оказавшись на крыше, Хаккай огляделся. Высокие перила, чтобы никто "быстро не спустился", выглядели не такими уж новыми, как распинался директор школы, говоря, что «в нашей ЭЛИТНОЙ школе качественно ВСЁ». Синеволосый только ухмыльнулся, вспомнив реплику этого старикана.
Мотнув головой направо, он увидел несколько лавочек, поэтому направился к ним. Плюхнувшись на одну из них, Шиба развязал узелок, открыл крышку бокса и вдохнул аромат еды.
– Приятного аппетита… – сложив руки, зажимая между пальцами палочки, произнёс герой, после чего принялся трапезничать в одиночестве.

Тем временем в клубной комнате своей школы Мицуя возился средь "роя трудяг".
"Как улей, ей-богу…", – усмехнулся он, проходя мимо рядов со швейными машинками, разглядывая проделанную работу членов клуба. Одобрительно кивая, указывая на неправильно сшитые швы и прочие недочёты – так и выглядела другая его привычная рутина. Сам он, конечно, тоже не ленился, изображая из себя всезнайку. Кто бы что бы ни говорил, а Такаши не только гопник, но и отменная швея.
– Э-ЭЙ! – в дверях появилась высокая и чуть горбатая фигура подростка. – Мицуя! На пару слов!
Встретившись с холодным взглядом Мицуи, этот "подросток" поджал губы. Тем не менее, командир второго отряда вышел в коридор, кинув пару слов заму клуба. С уходом лидера в комнате продолжилась работа.
– Пэян.... Я надеюсь, у тебя что-то дельное, – начал швея, смотря куда-то в косяк двери соседнего кабинета. – Видишь ли, я немного занят, дел в клубе хватает с головой.
– Смотря, что ты считаешь "дельным", чувак, – шмыгнув носом, он перешёл к сути. – В выходные на вечера ничего не планируй, а то у нас собрание будет.
– На вечера? Во множественном числе? – удивился Таканчик. – Что-то стряслось? Вроде ничего примечательно в последние дни не происходило... По крайней мере, я делал выводы из того, что мне сообщал Нахоя и Дракен.
– Сюрпри-и-из... блять! – вскинув руки вверх, произнес Рёхей. – А мы не в сказке, что бы ничего не происходило! Парней из пятого отряда раскидало по всему Сибуя.
Мицуя напрягся. Мало того, что этот район всё это время был под контролем, так такой сильный пятый отряд разгромили. Склонив голову и скрестив руки, парень спросил:
– Кто их так? Когда и во сколько это произошло?
– Слушай, всё узнаёшь на…
– КОГДА. И. КТО. Пэян? – жёстко делая остановки после каждого слова, командир поравнялся с Хаяши.
– Не наводим суеты, бро! Не истерим, как тёлки! – задорно, но точно с ноткой наигранного веселья, произнёс заместитель третьего отряда, закинув руку на плечо друга. – Всё будет хорошо, так как мы этих ублюдков на все четыре стороны раскидаем! – после этих слов он отпустил фиолетового. – Но я уже сказал: всё узнаешь на собрании. Сам бы тебе сообщил всё, что нужно, но я, во-первых, не твой секретарь, а во-вторых, владею ну очень малюсенькими крупицам информации, которые, кстати, сейчас тебе и выложил.
– Да, ладно... прости…
– В субботу и воскресенье собрание проведено будет в семь. До скорого!
– Увидимся, – коротко бросил командир второго отряда, флегматично вглядываясь в мрачное небо, стараясь увидеть хоть какой-то намёк на лучик солнца.

– Эй, хотел тебе сказать, что я стал замечать за собой какую-то озабоченность в одежде... – пропищал Хаккай, облокотившись на дверной косяк. Юзуха не так часто закрывала дверь в свою комнату, только если приходили подруги. Ну, или в былые времена...
– Ты стал париться о том, что надеть? Ты пришёл ко мне, чтобы удивить ЭТИМ? – она скептически уставилась на брата, закрыв какой-то журнал. – Но в этом ничего критичного...
– Да нет же! Я не к тому... Знаешь, я думал о том, что Таканчику отлично подошла бы профессия модельера или портного, что-то из подобного...
– О, здесь я с тобой соглашусь, Мицуя божественно шьёт, – доевушка поднялась с пола, пересев на кровать. Сев по-турецки, она продолжила слушать Великана.
– И вот ещё я вспомнил, как кто-то мне сказал, что из меня выйдет отличная модель... И вот я решил, что это мысль.
– А я была бы твоим менеджером, и тогда бы ты, я и Мицуя, может изредка, но пересекались, – мечтательно произнесла рыжеволосая. – Ладно, у тебя сегодня свиданка? Желаю не обделаться при виде милейшего принца.
– О-о-ой, смешно-то-о ка-а-ак! – наигранно протянул заместитель второго отряда, приложив одну руку ко лбу. Встав в обычное положение, он развернулся, дабы уйти, но напоследок бросил, показывая пальцем на журнал: – Кстати, эти советы тебе не помогут. Чифую совсе-е-ем другой крендель...
Шиба-старшая, вскинув брови, подняла голову на брата. Досада или удивление - Хаккай так и не понял, что это было.
"Что же, продолжаем нашу программу «Модный приговор»! – усмехнулся он, вновь оказавшись перед шкафом, вновь открыв дверцу и вновь оказавшись перед выбором шмотья. – Не сказал бы, что стараюсь одеться красиво исключительно ради него... На процентов сорок ради него, а другие шестьдесят...", – он вытянул вешалку, на которой висела белая укороченная рубашка с ромашками на воротнике.
– Ну, брюки можно обычные чёрные, – тихо произнёс Хаккай. Аккуратно достав и их, он положил своё "обмундирование" на кровать и встал перед ним. – Всё сочетается, да и рубашка-то новая и стильная, ну и что, что с ромашками...
Из рассуждений Великана вывел телефонный звонок. Мотнув головой в сторону комода, он прошёл за телефоном. После чего взял его в руки, не посмотрев даже, кто звонит.
– Да? – грубо произнёс Шиба-младший.
– Вечер добрый, Хаккай, – усмехнулся знакомый голос.
– О, а... А, Мицуя! Привет...
– Да-да, слушай! – чуть громче произнёс молодой человек в ответ на замечания своего парня. – Хоть мы и договаривались пойти на... Ну, на свидание, но... Но сегодня ничего не получится.
– А-а-а, вот оно как, – безэмоционально произнёс собеседник. Что испытывают люди, когда такие желанные планы ломаются? Спросите у этого парня. – Ну, тогда как-нибудь потом, ладно.
– Да подожди же ты!! – прикрикнул Такаши. – П-прости... Короче, предлагаю тебе пойти ко мне. Управишься за час?
От удивления синеволосый аж подпрыгнул, из-за чего потом задел мизинцем угол кровати. Как он там оказался? А уже собирался плюхнуться лицом в подушку!
– Конечно, без проблем! Уж ожидайте!
– Тогда до встречи.
Сбросив, Хаккай всё-таки оказался на кровати, только он сел, ровно сложив руки на коленях.
"Это мой шанс доделать то, что я не смог до конца реализовать тогда! – воодушевление - дело хорошее, однако воспоминания тоже не второстепенное понятие. Вспомнив мягкие губы Мицуи, его заместитель изменился в лице: дрожащие губы, сложившиеся потом в глуповатую улыбочку, пунцовые щёки... – Хочу ещё."

"Главное, что я всё подготовил к работе. Я думаю, ему понравится...", – размышлял Мицуя, поправляя вновь подушки на диване, осматривая гостиную своими спокойными глазами.
В отличие от Хаккая, Такаши не сказать, что очень уж переживал... Вообще не переживал, да. Что? Несколько раз проверяет время? Несколько раз просматривает ВСЁ ли готово? Пф-ф, кому вы рассказываете! Конечно, не волнуется.
Это так, дрожь ожидания.
"Мне иногда кажется, что все мои действия и слова – сущая бредятина. И кто это придумал? Кхм, кто придумал париться о чувствах? – молодой человек вновь обошёл комнату, проверил, горят ли свечи, после чего вальяжно прошёл к дивану и сел на него. – Как же я устал..."

Когда дело касается встреч, то Шиба-младший старается проявлять максимум пунктуальности. Слегка иронично, учитывая деятельность этого мальца. Оказавшись у порога дома своего парня, великан глубоко вздохнул, а потом позвонил в дверной звонок. Согнув одну руку в локте, убрав её при этом за спину, он смиренно дожидался увидеть лицо, которое ему хотелось бы исследовать подробнее...
Через считанные секунды дверь и правда отворилась и на пороге оказался по-домашнему одетый Таканчик. Чёрная майка выглядывала из-под крупного бежевого свитера, открывая вид на ярко выраженные ключицы.
– Огонь... – проговорил с Хаккай, засмотревшись.
– Куда ты пялишь? У меня нет груди, нечего мацать, всё! – усмехнулся Мицуя, схватив друга за свободную руку и утянув за собой в дом.
Дверь закрылась. Придя в себя, заместитель второго отряда осмотрелся и максимум, что он увидел - это отсутствие света на кухне, на втором этаже. С лестницы не было видно ни лучика. Также Хаккай не услышал и голосов девочек.
– Так! – опомнился герой, вытаскивая руку и протягивая небольшой букетик ромашек хозяину дома. – Я думал, что бы такого принести, поэтому...
– Поэтому ты принёс мне букетик? Хах, мило, спасибо.
– Что? Нет, что ты! Это девочкам... Помнишь, когда мы летом катались за город? Я помню, что сестричкам ТАК понравились летние пейзажи. Зелень, голубое небо... ромашки.
Повисло молчание, во время которого фиолетоволосый поджал губы, чтобы не засмеяться. Нет, ну, это надо было?
Великан снял своё пальто, аккуратно повесил его на крючок, не забыв до этого снять обувь. Он переступил через ступеньку, затем вновь посмотрел на командира.
– Ну-у... Так мы куда?
– Точно, – опомнился Такаши. – Ты иди пока в гостиную, а я сейчас девочкам занесу презент. Только аккуратно там...
– Так девочки дома? – удивлённо бросил синеволосый уходящему Мицуе.
Не дождавшись ответа, парень послушался и отправился в гостиную. Шиба проходил по коридору и, когда оказался в комнате, увидел на столике рулетку, несколько дисков с булавками, блокнот и большое количество каких-то зарисовок. Подойдя ближе, он рассмотрел часть эскизов.
"Куда ты так торопился, что всё исчиркано так небрежно? А, ты же у нас творческая личность...", – подумал парень со шрамом, встав в центре и сложив руки.
– Ну, задница у тебя отменная… – возник голос. – Встань ровно.
– Таканчик! Могу тебя заверить, что у меня не только задница отменная, но и другие места, – игриво ответил заместитель второго отряда.
– Пре… прекрати, не до того… – промямлил швея, щёки которого слегка покрылись румянцем. Отбрасывая похабные мысли, фиолетовый продолжил: – А если серьёзно, то ты можешь всё на деле продемонстрировать...
– А? Н-но…
И к чему было тянуть? Полумрак, только от горящих свеч исходил лёгкий свет, которые, безусловно, не согревали, но точно добавляли интима и уюта. Атмосфера, ромашки, ха... кхм, атмосфера, плюс домашний предмет обожания, который стоит почти вплотную. Хаккай никогда не обращал внимание на их разницу в росте. На голову выше? Мы, и что теперь? Но это было ДО, а сейчас, глядя на него сверху-вниз, у великана замирало сердце, при этом взгляд его сохранял спокойствие. Ну, это на первый взгляд, а на деле, когда человек не может сдерживать свои порывы эмоций, как плохих, так и хороших, тут уж кто на что может напороться...
Шиба-младший прикрыл глаза, тихо вдохнул и выдохнул. Открыв глаза, перед ним уже не оказалось парня. Опешив, великан глянул по сторонам.
– А ты что делаешь? – спросил герой, глядя, как его парень роется в какой-то коробке. – Я думаю, что сейчас самое время… ну, мне всё-таки хочется...
– Ну, поехали. Раздевайся, – коротко ответил швея, выпрямившись. Он поставил коробку на пол, где она и стояла, потом кинул туда последний валявшийся эскиз. Не глядя на друга, вновь последовал приказ: – Раздевайся.
– П-подожди… в-вот так с разбега в омут?.. – парень отшатнулся назад. Красноте его мог позавидовать любой, ещё не распустившийся, бутон розы. Как бы он ни старался скрыть свои пунцовые щёки, успокоить своё сбившиеся дыхание и участившийся пульс, всё мимо...
– Ты же говорил, что у тебя не только задница крутая, но и?.. – недоговорил швея, приближаясь к Шибе. Оказавшись перед ним, смотря так на него спокойно, приподняв брови, Такаши закончил: – И что ещё, друг мой?