Уточнение обстановки
- Кто ты?
Вопрос повис в воздухе, наполнив царившую вокруг атмосферу напряжением. Казалось, даже дышать в квартире стало в разы труднее. Доли секунд словно бы растянулись в самые долгие минуты жизни Сонхва. Он стоял и прожигал друга – или того, кто притворялся им – грозным взглядом, пока второй собирался ответить.
- Ты чего, Сонхва? – рассмеялся Минги. – Конечно я знаю, что у тебя дома нет кофе, ты пьешь его только на работе. Просто я задумался и ответил на твой вопрос на автомате, - он занес руку за голову и неуклюже почесал затылок, растрепав волосы. – А когда опомнился, ты выдал это! Что с тобой? Целый день меня взглядом прожигаешь.
- Сонхва не просто так на взводе, - в разговор встряла Юхён, помешав Сонхва устроить допрос. – Нам пришлось многое сделать за эти выходные. Не только он сейчас на нервах от любого шороха, - она устало вздохнула. – Не принимай близко к сердцу.
- Что же такого произошло на выходных? – поджал губы Минги. – Вы оба ведете себя странно.
Сонхва хотел было ответить, когда в дверь позвонили.
- Кто это может быть? – встрепенулась Юхён.
- Не знаю, - пожал плечами Сонхва. – Мой адрес известен не самому широкому кругу лиц.
Пак подошел к двери вплотную, чтобы посмотреть в глазок. Увиденное заставило его удивиться намного сильнее, чем все, что происходило с ним все эти дни.
- Кто там? – не поверив своим глазам, крикнул он нежданному гостю.
- Пак Сонхва, открывай! Это я, Ким Хонджун! – послышалось с лестничной клетки.
Он тут же открыл дверь, позволяя Юхён и Минги, все это время выжидавшим у него за спиной, увидеть человека, стоявшего на пороге.
Смахнув прядь светлых волос со лба, тот, ловко обогнув застрявшего в пороге Сонхва, прошел в квартиру.
- Ой, так у тебя тут гости, - произнес он, заметив Юхён и стоявшего за ее спиной Минги. – Я Ким Хонджун, лучший друг этого сноба. Будем знакомы! – он протянул ладонь, чтобы скрепить знакомство рукопожатием.
- Ким Юхён, - кивнула в ответ ведьма, но руку жать не стала. – Протягивать руку девушке первым – признак дурного тона.
- Пардон, - улыбнулся он, перенаправив ладонь в сторону Минги. – О, кажется, мы уже виделись! Ты ведь учился с Хва на одном потоке, верно?Минги молча кивнул, ответив рукопожатием.
- Ты какими судьбами здесь? – справившись с удивлением, спросил Пак. - Разве ты не должен быть в Америке еще два месяца?
- Удалось вырваться на недельку, - Ким подмигнул. – Решил проведать родителей. Да и к тебе заскочил, а то вдруг ты меня уже забыл совсем. Я же не переживу такого предательства! – он картинно схватился за сердце. – Кстати, вот. У тебя на пороге лежало, - он протянул маленькую черную коробочку, которую все это время держал в одной руке.
- На пороге? Я ничего не заказывал, - нахмурился Сонхва.
- Дай я посмотрю, - Юхён перехватила коробку. – Нам нужно быть осторожнее, кто знает, что в ней.
- А твоя девушка – интересная личность, - подмигнул Хонджун другу.
- Юхён не моя девушка.
- Конечно, как скажешь, - кивнул Хонджун, ухмыльнувшись. Сонхва знал это его выражение лица. Оно означало, что после, когда они останутся наедине, друг обязательно выпытает у него все о том, кто такая Ким Юхён и как они познакомились.
Юхён, не мешкая, приподняла крышечку, всматриваясь в содержимое через появившийся зазор.
«Боится, что мне какого-нибудь гада подсунут, что ли?» - подумал про себя Сонхва. В общем-то он был согласен, что впредь ему стоит быть осторожней. Слишком много странностей происходило с ним в последние дни.
Когда ведьма открыла коробку полностью, глазам столпившихся в коридоре предстал массивный перстень с камнем, черным, словно обсидиан.
- Кольцо? – удивился Хонджун. – Когда твой вкус успел так испоганиться, Сонхва?
- Это ритуальный перстень, - поспешила объяснить Юхён. – Обычно такие перстни выдавались жрецам, участвовавшим в темных обрядах, но после создания Совета, подобные вещи ушли в небытие. Лишь немногие чернокнижники до сих пор пытаются блюсти языческие традиции предков.
- Тогда зачем кто-то прислал перстень мне? Это подарок или предупреждение? – спросил Сонхва, краем глаза заметив копошение со стороны лучшего друга. Тот нервно переминался с ноги на ногу, не улавливая сути разговора.
- По одному лишь перстню сложно сказать, и здесь нет какой-либо записки, - пожала плечами ведьма. – Тебе больше не приходило никаких странных посылок?
- Была одна, - недолго думая, кивнул Сонхва, быстрым шагом направившись в гостиную, чтобы достать из книжного шкафа коробку побольше. – Я думал подождать до следующей коробки, потому что не знал, единоразовый это розыгрыш или начало периодических угроз. Вот.
Он поставил коробку на журнальный столик. Юхён тут же бросилась открывать ее, обнаруживая под упаковочной бумагой мантию, высохший цветок и записку.
- «Отсчет пошел. Осталось тридцать», - прочитала она вслух, и Сонхва, наблюдавший за всеми, заметил, как Минги нахмурился, а Хонджун побледнел:
- Хва, тебе что, угрожают? – уточнил он, с трудом оторвав взгляд от коробки.
- Не совсем, - покачала головой Юхён. – Это больше похоже на приглашение.
- Приглашение поучаствовать в ритуале? – уточнил Пак.
- Возможно, - ведьма уклонилась от ответа. – Никто не стал бы приглашать обычного человека, тот, кто это послал, уже знает, что ты волшебник.
- Кто? Я один ничего не понимаю? – запутавшийся Хонджун пытался перетянуть внимание на себя, но выходило плохо, и чтобы друг совсем не сошел с ума, Сонхва коротко пообещал, что все объяснит ему позже.
- Я поищу информацию о тех ведьмах, которые продолжают хранить древние традиции, но не уверена, что это нам что-то даст, - Юхён развернула мантию, внимательно рассматривая каждый уголок. – Такие мантии раньше выдавали подмастерьям, которые учились у Верховных ведьм Совета. Обладатели таких вещей хранят их как зеницу ока, передавая из поколения в поколение. Это знак того, что семья достаточно могущественная и уважаемая. Скорее всего, отправитель может быть связан с одним из древнейших родов.
- А можно ли найти информацию о ритуалах, которые проводились в древности? – уточнил Сонхва. - У нас слишком мало подсказок.
- Я поищу, - кивнула Юхён. Она достала телефон и включила камеру: - Возможно, об этом знает кто-то из моих знакомых. Раз такое дело, мне лучше уйти сейчас. Чем раньше я начну поиски, тем больше шансов найти зацепку.
Она спешно засобиралась, на ходу подцепив Минги.
- Кажется, он сейчас не к месту, - объяснила она, прежде чем уйти из квартиры.
Сонхва остался один на один с Хонджуном, до сих пор молча сидевшим в кресле с отупелым выражением лица.
- Кажется, мне многое придется тебе рассказать, - вздохнул Пак, садясь на диван. – В это будет довольно трудно поверить, но у тебя нет другого выбора, Хонджун. Я и сам к этому никак не привыкну. Может, чаю?
- А есть что покрепче? Я чувствую, что одним чаем моя нервная система не обойдется.
- Тогда ты предпочтешь соджу или пиво?
- Желательно, все сразу. Смешать, но не взбалтывать, - ответил Ким, откинувшись на спинку кресла.
Когда на столе стояли стаканы с напитками, а Хонджун немного отошел от первоначального шока, Сонхва начал свой рассказ. Он рассказал обо всем, начиная от приступов и заканчивая тем, что теперь он, по невероятному стечению обстоятельств, оказался синим магом.
- Кстати, я так и не понял, - отхлебнув из стакана, решил уточнить Хонджун, - почему у тебя вообще начались эти приступы? Что-то же должно было послужить катализатором.
- Я не уверен, - Сонхва покачал головой. – Мой первый приступ случился на обычной автобусной остановке.
- А до этого с тобой происходило что-то из ряда вон?
- Не припомню, - покачал головой Пак, но тут же спохватился: - Хотя было кое-что.
- Что же?
- В тот день я был у гадалки. Не смотри на меня так, я не по своей воле туда пошел, - стал оправдываться он, заметив насмешливый взгляд друга. – Я брал у нее интервью, меня туда журнал отправил.
- И что? Она сказала тебе что-нибудь эдакое?
- Не помню точно, но в какой-то момент она словно с катушек слетела, вскочила и начала что-то кричать.
- А помнишь, что именно?
- Что-то про женщину... Про то, что кто-то скоро станет черным из-за меня, - Сонхва с трудом собирал осколки воспоминаний воедино. – И еще сказала не увольняться из журнала.
- Ну, последнее можно пропустить, - скривился Хонджун. – Это явно не то, что нам сейчас нужно. А вот про женщину уже интересно. Говоришь, кто-то станет черным?.. А что если... имеется в виду какая-то ведьма?
- О чем ты?
- Может, в твоих силах сделать из белого мага черного и наоборот?
- Звучит как бред.
- Все то, что ты мне тут сейчас рассказывал, звучит как бред, но я же не звоню в больничку, - заметил Хонджун, разведя руки в стороны, из-за чего стакан с пивом качнулся, и немного алкоголя попало на ковер.
- Мой ковер! – воскликнул Сонхва, привстав от возмущения.
- Сейчас не это главное, - друг усадил его на место. – Вернемся к гадалке и ведьмам.
- Ты правда думаешь, что я могу менять цвет магии других колдунов?
- А кто знает? – он пожал плечами. – Можем позвонить этой твоей Юхён и спросить.
- Она не «моя».
- Да-да, я понял уже, - закивал Хонджун. – Просто звони уже.
Юхён взяла трубку почти сразу, и Сонхва тут же принялся пересказывать ей все то, что они с Хонджуном успели обсудить.
«Какого черта ты сразу не сказал?!» - вскрикнула ведьма и, предупредив, что скоро будет, сбросила вызов.
- А пока мы ждем твою строптивую ведьмочку, можем, наконец-то, обсудить еще кое-что, - Ким театрально потер ладошки, изображая предвкушение. – Между тобой и этой девушкой ведь что-то происходит, верно? – он заиграл бровями, делая неоднозначный намек.
- Опять ты за свое, - Сонхва недовольно нахмурился. – Ничего между нами не происходит. Юхён просто помогает мне: она вроде моего наставника.
- Да ладно, я же вижу, что между вами искры так и летают! – воскликнул Хонджун. –
Никакой наставник не станет среди ночи нестись к тебе из-за слов какой-то гадалки. В конце концов, на кону не ее безопасность, а твоя.
- Юхён просто очень добрая, - Сонхва предпринял попытку оспорить слова друга. – И она помогает мне не безвозмездно. У нас с ней сделка.
- Даже так? – он присвистнул. – А она не промах. Прямо-таки осадила тебя.
- Чего?
- Ничего.
- Оказывается, не так сильно я и скучал по тебе, - вздохнул Сонхва.
- У тебя тут заскучаешь, - Хонджун красноречивым взглядом обвел две черные коробки, все еще стоявщие на столе. – Я удивлен, как ты вообще спишь после того, что с тобой случилось.
- Поначалу мучила бессонница, никак не мог смириться с тем, кто я, и приходилось пить снотворное, - признался Сонхва. – Юхён сказала, что приступы начинаются из-за того, что я отвергаю магию, но когда я оставался в кровати наедине со своими мыслями, я не мог не думать о том, что не хотел всего этого. И тогда я начал пить снотворное, чтобы просто спать и не думать вообще ни о чем. Только позавчера наконец решился отказаться от таблеток.
- Мне тебя даже жаль стало. Я прочитал столько фэнтези в детстве, но нигде никогда не было о том, что стать магом – это так больно, - Хонджун задумчиво потер подбородок. – Я тобой восхищаюсь, ты очень сильный, раз смог пережить все это.
- Спасибо, - Сонхва улыбнулся. В кои-то веки ему стало действительно легче. После разговора с другом мысль о том, что он и правда настоящий маг, наконец смогла прочно засесть у него в голове. Пока все вокруг носились с тем, что Паку еще только предстояло пережить, Хонджун единственный заметил, что он и так прошел через многое.
Сонхва вдруг почувствовал, что самое сложное позади и что он сможет справиться со всем, что ждет его в будущем. В конце концов, он чуть не распрощался с жизнью, пытаясь приручить свою же магию, и выиграл эту битву, став не просто ведьмаком, а самым настоящим цветным магом.
Юхён приехала очень быстро, не размениваясь на повторные приветствия, прошла в гостиную и, усевшись на диван, потребовала Сонхва подробно рассказать все то, что он пытался донести по телефону.
Когда он произнес отрывки «предсказания», которые кричала ему гадалка, ведьма побледнела.
- Что-то не так? Это означает что-то плохое? – заметив ее состояние, спросил Пак.
- Да, - кивнула Юхён. – Это может быть очень плохо для меня.
- В каком смысле? – отозвался Хонджун, все это время тихонечко сидевший в кресле.
- Потому что высока вероятность, что темной стану я, - ответила девушка. – Я одна из «перебежчиков».
- Одна из кого? – не унимался Хонджун.
- Из ведьм, которые сменили сторону, - пояснил Сонхва другу. - Разве ты не говорила, что это очень сложно?
- Да, но... Я хотела быть именно белой ведьмой и начала процесс перехода в далеком детстве, - стала рассказывать Юхён. – Мой род не слишком могущественный. Магия, дошедшая до меня, знатно поистрепалась, и сменить цвет магии сейчас намного проще, чем сто или двести лет назад, когда были живы мои предки.
- Мне, кстати, было интересно, - вдруг начал Сонхва, вспомнив о вопросе, который невольно ковырял его сознание уже довольно долгое время. – У темных и светлых магов разные источники энергии. Когда цвет магии меняется, меняется ли источник?
- Нет, - ведьма покачала головой. – Не меняется.
- Значит, ты черпаешь энергию из эмоций?
- Да, - она поджала губы. – Из эмоций.
- Каких именно?
Юхён промолчала, уставившись пустым взглядом на ковер.
- В любом случае, ты знаешь что-нибудь о том, что сказала эта гадалка? Что она имела в виду? – нарушив затянувшуюся паузу, перевел тему Сонхва.
- Ничего в голову не приходит, - ведьма шумно выдохнула. – Если бы это было возможно, я бы лучше съездила к этой гадалке и получше ее расспросила. Ей что-то известно. Ты помнишь, где ее салон?
- Да, - кивнул Сонхва. – Это прямо у входа на западный рынок. Мы можем съездить туда вместе завтра.
- Нет, нельзя, - Юхён подняла на Пака суровый взгляд. – Ты ведь не забыл, что ты желанный редкий цветной маг? Если эта женщина говорила про ведьм, то она, скорее всего, одна из нас. Тебе никак нельзя рисковать, так что я поеду и встречусь с ней сама.
- В прошлый раз она набросилась на меня в жутком припадке, не уверен, что тебе стоит ехать к ней в одиночку.
- Я могу поехать, - отозвался Хонджун, на которого все это время не обращали внимание, и, удостоившись озадаченных взглядов, продолжил: - Я, конечно, человек, но навалять старухе, если та потянет свои руки к девушке, уж точно в силах.
- Если та женщина - ведьма, ее вряд ли испугают твои кулаки, - изогнув бровь, парировала Юхён. – Ты едва сможешь сделать что-то против магии.
- По части магии у нас будешь ты, - Хонджун сложил пальцы пистолетиком и сделал импровизированный выстрел. – А я подтяну другие аспекты. Я очень способный, Сонхва может за меня поручиться.
- Мне и правда будет спокойней, если вы пойдете вдвоем, - согласился он.
- Ладно, тогда решили, - сдалась девушка. – Завтра я и Хонджун пойдем к гадалке и поговорим с ней.
- Я продпочитаю называть это «допросом», - поправил Хонджун.
- Допросим ее, - злобно зыркнув в его сторону, сказала Юхён. – Всех все устраивает?
- Более чем, - отозвался Сонхва.
***
Время от времени случались дни как сегодня, когда маленький книжный магазинчик на окраине города вдруг закрывался посреди рабочего дня. Витрины завешивались плотными портьерами, из-за чего никто с улицы не мог предположить, что же происходит внутри и куда девается кассир.
Ким Тэхён в такие дни спускался в подвал, дверь в который располагалась в техническом помещении. Так, в подвале, он приводил в движение специальный механизм, из-за которого отодвигался уставленный барахлом шкаф и взору являлась длинная лестница, которая вела прямиком в подземные катакомбы.
Там, среди бесчисленных поворотов туннелей, его ждала Чон Джиу. В свете канализационных ламп она была похожа на бестию: всклокоченные черные волосы с серебряными прядями, леденящие душу черные глаза. Она была облачена в старую красную мантию, которая осталась среди наследия ее рода после эпохи, когда ее предки исполняли роль палачей.
История ее семьи была самой кровавой среди всех древних ведьминских домов. Отпрыски взращивались в строгости, с малых лет приучаясь к жестокости и кровожадности. Так темные ведьмы самой древней семьи Чон могли без труда пополнять запасы жизненно необходимой им энергии.
Магия семьи Чон питалась людскими страданиями.
- Тебя давно не было, Тэхён, - она улыбнулась, и в слабом свете ламп хищно сверкнули ее клыки. Когда-то давно к крови ее рода примешалась кровь оборотня, и, даже спустя многие поколения, признаки другой расы все еще проявлялись во внешности потомков. – Наша птичка так и не заговорила.
Он осмотрел ее с ног до головы, заметил засохшую кровь на сапогах. Кажется, он тот еще крепкий орешек, раз даже Джиу не смогла вывести его на разговор.
- Где Мэттью?
- С ним, - ведьма скривилась. – Я немного перестаралась, и мой песик теперь зализывает птичке раны.
- Тебе следует сдерживать себя, - Тэхён ни единым движением не выказал того, что разозлился. – Если он умрет и Совет ведьм узнает об этом, даже ведьму твоего уровня накажут по заслугам. Дело может кончиться нашей казнью.
- Я больше не буду, - закивала Джиу. Прикидывалась хорошей девочкой.
- Пойдем посмотрим, как там он.
В комнате, где держали заложника, было сыро и грязно, пахло затхлостью и мокрой собакой. Наверно, из-за Мэттью. Оборотень ненавидел сырость, но возразить своей госпоже фамильяр не мог.
- Жить будет? – спросил Тэхён, указывая на израненное тело.
- Будет, - односложно ответил Мэттью.
- Он так ничего нам и не сказал?
- Совсем ничего. Все время кричал, что ничего не знает. И плакал. Тряпка, - оборотень поморщился. – Такие быстро раскалываются. Правда не знает.
- Значит, все-таки, не знает... - задумчиво протянул Тэхён. – Отпустить мы его не можем. Пока рано. Некромант только взялся за дело.
- Некромант – лицемер. Может бросить в любой момент, - отвечал оборотень, бинтуя раны.
- Пока наше предложение выгодно, не бросит, - возразил ведьмак, прежде чем сменить тему: - Подлатай его хорошенько. Начните кормить, чтоб быстро выкарабкался. И переместите его из этой гнили в какое-нибудь другое место. Тут невозможно находиться.
- Но здесь удобнее всего играть, - возмутилась Джиу, все это время молча стоявшая у стены.
- Больше с ним играть нельзя. Будем держать в заложниках, и, может, в скором времени жизнь сама подскажет, как мы сможем извлечь из него выгоду, - с этими словами Тэхён развернулся и пошел прочь из катакомб, на ходу бросив лишь: - Мы должны продумывать каждый свой шаг, чтобы не потерпеть неудачу. Тот самый день уже близко.