Очерки IV испытания.
Дети Сумерек
Номинация: Ожившие фантазии.
Команда: Дети Сумерек
Ник: Sent-Klear
Номер цитаты: 4
Он убежал от всех боясь показать своё лицо, которое неестественно для него. Что с ним происходит? Он стал мягче? Или злая болезнь так на него повлияла? Она как лава растеклась по его жилам, обжигая его твердые мускулы и расплавляя их. Жгучая лава коснулась его лёгких, дышать стало труднее, а когда жгучая жидкость заполнила все его дыхание и не давала дышать, его голос захрипел. Лава прошла и сквозь его сердце, с тех пор его кровь зациркулировала по его телу ещё быстрее. Жгучая болезнь залезла и в его разум, затуманивает и не позволяя думать о чем-то другом по мимо нее. И глаза, и разум, и слух пылал огненной страстью. Нет! Это не болезнь! Точнее не из-за болезни все это произошло!
В этом виновата она! Ее глаза затуманили его разум, ее голос прервал его дыхание, ее прикосновение заставило его кровь дребезжать. Что с ним происходит?
Парень упал на колени, прижимая кулак к груди. Вокруг него расцветала новая жизнь с первым днем весны, а он умирал от того, что происходит в его душе. Жгучая неподавленная ярость съедала его изнутри, заставляя сжимать кулак около груди ещё сильнее.
Парень поднял глаза с земли и посмотрел прямо. Глаза резко защипали от ярких солнечных лучей, что отражались от поверхности озера. Его ноги сами пошли в направлении озера, а руки сами стягивали с него кофту. Сейчас было ещё слишком холодно для купания в воде, но жгучая ярость, что поджаривала его тело изнутри, просила немедленного охлаждения. Сняв ботинки, парень попробовал воду ногой. Он не почувствовал холода, лишь успокаивающая прохлада. Сняв джинсы, парень с разбега нырнул в водную гладь. Высунув голову на поверхность, он пожалел о содеянном. Холод прошиб его кости на сквозь и быстро охладил столь горячее тело.
Только сейчас парень обратил внимание, что до сих пор продолжает сжимать руку в кулаке. Ее медальон. Это был слишком глупый поступок. Он порвал цепочку и сорвал медальон с груди девушки, от которой трепещет его сердце.
Раньше он не знал подобных чувств. Плевательское отношение к ее персоне было нормой для него, но не сейчас. Ее душа, наполненная добротой и прочей светлой чепухой повлияла на него. Когда он прогонял ее, она возвращалась вновь. Он унижал и презирал девушку, а она продолжала вытерать пот с его лица, когда температура скакала выше нормы. Она была для него лишь способом стать лучше, но сейчас она стала причиной. Она причина его бессонницы по ночам, причина его неловких ситуаций и странах поступком. Он обезумел?
Он никогда не видел в ней девушку, не смог различить в ней прекрасный цветок, пока ее сердцем не овладел другой.
Парень снова посмотрел на кулон в виде алого сердца, которое обрамляли серебряные корни.
Девушка называла его чудовищем, ибо данное прозвище он заслуживал. Ему требовалась только кровь девушки, а не она сама. Он испивал ее, придавая себе сил. Девушка пыталась сбежать, но он не позволил. И после всего содеянного она была к нему добра и в тяжкий момент не позволила ему умереть. В разгар жара она успокаивала его, рассказывая романтические истории. Он терпеть из не мог, но сейчас он сам стал персонажем одной из историй.
Девушка поделилась с ним сокровенным, открыла ему мир на хрупкие эмоции, что люди называют любовь. Как она однажды сказала: "Искусство есть зарождение чувствами других людей". Она заразила меня чувствами, любовью к ней. И теперь я погибаю без нее.
Номинации: Пылкие сердца, Посмотри мне в глаза, Ожившие фантазии.
Команда: Дети Сумерек
Ник: DANASTORIESWRITER
Номер цитаты: 1
Элис стоял посередь большого поля, запятнанного, словно кровью, красками. Множество людей серой массой сливались у него в отражении глазниц, хотя были насквозь испачканы чернилами и яркими атрибутами художников. И почему он оказался здесь, в гуще битвы? Ответ один - этот треклятый мальчишка, многими столетиями ранее спасший его жизнь, а после - незаметно забравший из владений Элиса его собственную душу, мысли, остатки разума.Впрочем, последнее маг уже давно не применял, доверяясь лишь тому, что много столетий назад засохло под ребрами, а потом снова воскресло. Сердцу, бьющемуся в этой коробке слишком сильно, доставляющему иногда даже физическую боль. Сердцу, влюбленному и окрыленному.В любви. "Цель искусства - раскрыть красоту и скрыть художника" - когда-то говаривал Оскар, посиживая за чашечкой кофе у Элиса. Да, тот самый, который Уайльд. И, черт возьми, это дурацкое, замысловатое выражение Элис понял только сейчас, одним, внимательным глазом следя за Рессой, орудующим пером. Он наблюдал не столько за ним, как за общей грацией этой юной лани, сохранившей "холодную кровь" даже чрез века их общей жизни. "Цель искусства - раскрыть красоту." - Понимал могущественный чародей, смотря на тонкую вуаль, следующую за его возлюбленным, вуаль изящности, грации и чистой любви, "agape".
"И скрыть художника" - тоже верно подмечено. Ведь никто иной, как Бог, пусть Элис в него и не верил, мог создать такое прекрасное существо.
Номинация: Ожившие фантазии
Команда: Дети сумерек.
Ник:VikiStiven.
Цитата:5
Что может быть хуже войны внутри себя? Это бессмысленная война. Но была ли бессмысленна моя война? Я так не думала...
Я ничего не слышала и прибывала во тьме, но чётко ощущала связь со своим мертвым телом. Мне было невыносимо находиться в этой тьме. Кто-нибудь зажгите свечу! Я и не ожидала, что меня кто-то услышит, но вдруг небольшая точка света ворвалась во мрак. Я встала и пошла к ней, с каждым моим шагом точка увеличивалась и когда я дошла до неё, она превратилась в арку сияющего света, который резал глаза. Эта арка была похожа на портал. Боясь, я протянула руку, она прошла сквозь свет и я тут же ощутила тепло и прикосновение ветра. Это выход! Наконец-то я могу покинуть своё мертвое тело, свою ловушку, клетку, да как будет удобно её назвать! Вот она, моя свобода! Окрыленная я сделала шаг закрыв глаза. Моментально тепло и маленький ветерок уже окутали меня полностью. Я изумилась открыв глаза. И это рай?
Повсюду были развалины. Полуразрушенные колонны стояли как копья, остатки кирпичных стен и фундамента вырастали из-под земли. Повсюду были люди...
На них была одета простая одежда: кто-то в джинсах, кто-то в майках или кофтах. И все эти люди держали мечи. В моей руке тоже оказался меч, чему я была не удивлена. Но с кем мне предстоит сразиться? Я определённо попала не в рай.Они все чего-то ждали. Стояли и смотрели в даль на раскинутое голубое небо. Я тоже посмотрела в даль и заметила какое-то движение. Тёмная линия чего-то шла на нас, через некоторое время можно было услышать гул шагов и потом уже было понятно, что на нас шли люди одетые во все чёрное. Когда я увидела у них мечи моё тело напряглось и приготовилось к сражению. Я огляделась. Остальные люди стояли неподвижно, сжимая оружие. Мне невольно они показались неживыми статуями. Всё это было похоже на странный сон.
-Эй?-окликнула я.-Где мы?-никто даже не повернул головы в мою сторону.-Прекрасно,-пробормотала я.
Люди в чёрном приближались...
Все это было похоже на бессмыслицу. Зачем нам драться? Но все были настроены решительно. Люди в чёрном начали бежать на нас и остальные сделали так же, кроме меня. Секунда и две линии с криками столкнулись лбами. Я подняла меч с намерением защищаться и только потом уже поняла, что враги не нападали на меня, ни один даже на шаг не приблизился ко мне и даже не посмотрел в мою сторону.
-Да чёрт бы вас побрал!-крикнула я и бросила оружие на землю.
Возле меня дрались две женщины. Одна была одета в джинсы и серую кофту, её распущенные русые волосы рассекали воздух, когда она уворачивалась от ударов. А на другой были надеты чёрные облегающие штаны и чёрная кожаная куртка, её волосы были точно такими же как и у первой женщины, а лицо...У обеих женщин лица не отличались нечем. Неужели они двойняшки?
Посмотрев на остальных сражающихся я удивилась. Каждый бился со своим клоном, отличались только их одежды. И тут я поняла что происходит. А происходила битва между добром и злом. Две стороны одной медали - тёмная и светлая. Внезапно меня кто-то толкнул в спину. Я упала и ударила колено с рукой.
-Ну здравствуй,-сказал кто-то моим голосом. Я с трудом поднялась, оттряхнула одежду от грязи и посмотрела на обидчицу.
-Знаешь, меня уже не испугать двойником!Она стояла ухмыляясь, моя полная противоположность, хоть и идентична по внешности. Её русые волосы были убраны в высокий хвост, взгляд изумрудных глаз надменно смотрел на меня. Одежда на ней была вся чёрная, как и у остальных злых сторон. В правой руке она держала меч, кстати, он был направлен на меня. Я посмотрела под её чёрные ботинки.
-Не стоило бросать свой меч,- ядовито улыбнулась моя копия. Она поставила ботинок на оружие. Я выругалась про себя. Самое глупое, что я сделала! И как же теперь мне его вернуть, чёрт возьми?!-Расслабься, сестричка. Я не собираюсь драться пока ты безоружна. Хватай,-она пнула меч ногой. Я посмотрела на него, но поднимать не стала.
-Я не хочу драться...
Копия подняла вверх одну бровь.
-Ты меня разочаровала, сестричка. При жизни ты мне показалась боевой.
Теперь пришла моё очередь поднимать бровь.
-Чего удивляешься? Я жила в тебе с самого рождения и ждала того момента, когда появится шанс победить тебя и занять твоё место.
Я сжала руки в кулаки.
-Этому не бывать.
-Тогда чего ты ждёшь? Хватай меч,-сказала она весело.
Я схватила его и пошла в наступление.
Война внутри себя, есть искусство видеть невидимое, осязать неосязаемое и рисовать то, что не имеет облика. Моя копия это я сама. Мы словно отражение друг друга, даже наши действия в схватке ничем не отличались. Никто из нас не мог победить. Я не могла выгнать её, а она меня. Я ошиблась сказав, что моя война имеет смысл. Нет смысла воевать, нужно принять тот факт, что эта не добрая сторона никуда не денется и я тоже никуда не денусь. Я остановила бой выкинув меч. Копия удивилась. Мне потребовалось время, чтобы растолковать ей все. Она не поверила и пошла на меня. Когда она проткнула мне грудь, кровь полилась у нас обеих. Мы были одним человеком. Все же её упрямство позволило согласиться и принять тот факт, что нам друг без друга никуда не деться. Я протянула ей руку, и в тот момент, когда она коснулась её, мы слились воедино.
После воссоединения я посмотрела по сторонам. Остальные люди тоже соединялись со своими не добрыми частичками души. Война закончена.
Номинации:
Свободные от границ, Пылкие сердца, Посмотри мне в глаза.
Команда: Дети Сумерек
Ник: come-on-esmi
Номер цитаты: 4
Поразившая Артлэндию еще в самом начале сего века идея войны, распространялась среди умов художников и писателей, да и вообще деятелей искусства, со скоростью света. Кроме художников и писателей, были также и актеры, и они ровно так же, как и остальные участники, видели неизбежность войны среди творцов.
Потому сотни художников, актеров, писателей, композиторов и певцов, ополчились друг против друга, вооружившись красками, чернилами и собственным воображением. Казалось, что силы всех сторон были равны, однако дело обстояло совсем по-иному: актеры придумали собственное уникальное оружие, чью силу так упорно скрывали от противников, дабы их тактика не раскрылась.
Всем известный Лев Толстой утверждал, что искусство есть заражение чувствами других людей. Актеры нашли в этом высказывании лазейку. Искусство – есть заражение... Следовательно, искусство – это вирус? Несомненно. Способно ли оно взять под свою власть тысячи умов? Наверняка.
Потому актеры решили объединиться и выбрали себе в качестве лидера Ноэля, актера, что промышлял гипнозом люда при помощи своей завораживающей игры. Создав огромное представление, вобравшее в себя мысли сотни литературных произведений, известнейших полотен и музыкальных композиций, они сами того не подозревая, сплотили всех участников войны. Тот удивительный коктейль чувств, что они создали, движимые желанием победить соперников, был сумбурен и не складывался в голове, настолько колоссальный поток знаний и идей шел от просмотра пяти минут выступления актеров.
Некоторым временем ранее, агрессивно настроенные творцы самых разных направлений, теперь плакали, смотря на выступление актеров. Хватавшее костлявыми руками искусство, что жило в голосах и движениях актеров, словно заставляло всех от художников до композиторов осознать, насколько глупую ошибку те хотели допустить: разделить творцов.
Слезы, что лились ручьем из их глаз, были также слезами героев тех самых полотен, литературных и музыкальных произведений, что были созданы во время войны и не увидели свет в мире искусства; разобщенные в то время творцы, показывали собственные произведения лишь соратникам, лишая остальных эстетического и душевного наслаждения.
Каждый из актеров был прекрасен как картина, прелюдия и роман вместе взятые. Сцена была словно пустой книгой, страницы которой, подобно чернилам актеры заполняли при помощи своих движений и речей. Актеры превратились в маленькие искры огня; когда на сцене оказалось слишком большое количество действующих лиц, та просто загорелась.
А про лидера выступающих и говорить не приходилось. Словно расцветший во всей красе, он носился по сцене, буквально порхал подобно бабочке, не в силах остановить поток собственных мыслей и идей. Итого, дети театра прекратили войну в Артлэндии. Вернув ей прежние яркие краски, они восстановили прежние теплые отношения между творцами. Однако, несмотря на это, у читателя так и остался вопрос, на который никто из творцов так и не способен дать ответа: так что же такое искусство? Искусство есть вирус... аль лекарство?
Номинации: Посмотри мне в глаза, Ожившие Фантазии
Команда: Дети Сумерек
Ник: Chantelle_ha
Номер цитаты: 5
Искусство есть способность видеть невидимое, осязать неосязаемое и рисовать то, что не имеет облика. Я рисовал рубиновой краской на собственном сердце, утопая все глубже и задыхаясь с каждым новым касанием стеклянного осколка. Но однажды кровь растеклась по всей моей прогнившей маске, и внутри все вспыхнуло ярким пламенем.
Искусство есть вальсирующий круг обликов. Чертовы пары святых и падших ангелов. Их так много, что голова идет кругом.
Опасное лезвие слов и палитра жгучих красок противостоят друг другу, в то время как я иду по тонкой грани между ними. Не верится, но безумие унесло меня в сказку о своем же сумасшествии. Я готов верить в каждую крупицу этой прекрасной преисподней. Война искусства покоряет, и ты просто таешь на минном поле, растворяясь в цветных взрывах.
В твоей голове за престол сражаются войны, чья одежда запачкана мазками горячих оттенков гуаши. Они выстреливают меткими стрелами – рифмой – и противники кричат от боли, зажимая руками уши.
Ты сходишь с ума. Внутри играет бесконечный театр войны искусств, а ты лежишь и смотришь в мертвую точку...
Очернённые крылья
КОМАНДА: "Очернённые крылья".НОМИНАЦИИ: "В поисках неизведанного", "Посмотри мне в глаза", "Душа авантюриста" (основной для этого задания я выбрала "В поисках неизведанного").ЦИТАТА: "Искусство есть заражение чувствами других людей" (Лев Толстой)
НИК: VoiceOfAlasais
На рассвете стало понятно, что уладить загадочный конфликт миром не удастся: лагерь мастеров пера был без предупреждения атакован мастерами кисти.Собственно, эти самые кисти и посыпались первыми на головы гостей Артлэндии. Одна из них просвистела всего в паре шагов от Талии и, воткнувшись в землю, точно стрела, забрызгала ближайшую палатку чёрной краской. Отовсюду доносились встревоженные крики: кто-то будил задремавших товарищей, кто-то воинственно указывал друзьям на замеченные среди деревьев вражеские фигуры, а кто-то, напротив, в панике метался по лагерю в поисках Сил Слов. Талия тоже не отказалась бы сейчас от совета госпожи Мист, но та исчезла куда-то много часов назад.Тем временем кто-то из наставников решил-таки прийти на помощь своим подопечным – ближайшую часть лагеря вдруг окружила стена из гигантских букв, холодных и шершавых, словно вытесанных из известняка.Увы, не всем посчастливилось оказаться по эту её сторону. Если Талия находилась в относительной безопасности, то нескольким её коллегам по перу уже пришлось принять бой с художниками, вынесшимися из леса на фантастических созданиях, видимо, сошедших с их картин. Кого здесь только не было – от гигантских насекомых до многорогов со светящейся шерстью и глазами на рачьих стебельках.Но тяжелее всего, пожалуй, пришлось бедолагам, которых атаковал отряд художников-абстракционистов. Эти причудливо одетые господа и дамы появились в окружении десятков ярких геометрических фигур, сначала показавшихся Талии обычными летающими щитами. На деле всё было много хуже. Сверкая заострёнными краями, они принялись вращаться, точно лопасти взбесившихся мельниц, надвигаясь на писателей. Всполохи диких красок слепили глаза, а ответные слова противника превращались в непонятные загогулины и тут же засасывались какими-то кособокими воронками.Непонятно, чем бы всё это кончилось, если бы на стену не поднялась прелестная леди-писательница из местных. Она достала простую канцелярскую папку с сухой надписью «Разведданные» и, высмотрев в толпе художников знакомую фигуру, нашла нужную страницу и впитала знания ладонью. Выставив её по направлению к цепочке лиловых дисков, по периметру защищавших неприятеля, она громко крикнула: «Виноград!» Раздалось тихое «п-ф-ф», и по полю, как резиновые мячики, покатились огромные, но совершенно не опасные виноградины. «А-а, вон оно что, вот что за «разведданные»! – догадалась Талия. – Она точно знает, что именно рисовал художник и даёт фигуре имя, а та тут же принимает привычные всем формы! Да... Только бы среди них не было абстракционистов-баталистов!» Больше Талия ничего не успела заметить: почти всё поле боя вдруг поглотил туман. Откуда-то в голову алайки втекло знание: этот туман – порождение самой Артлэндии, желающей испытать каждого воина, лишив возможности отсидеться за спиной соратников или воспользоваться чьей-то удачной идеей. «Туман-антиплагиатор», – хихикнула Талия. Она не имела ничего против: в её арсенале было предостаточно собственных боевых приёмов. Во всяком случае, она так думала... Из-за деревьев показались новые враги. Впереди шёл тучный господин художник, сжимавший в поднятой руке пучок длинных кистей. За ним следовали его творения, судя по роскошным костюмам и богато украшенному оружию, сошедшие с парадных портретовТалия привычно потянулась к сознанию художника, чтобы внушить ему желание дезертировать с поля боя. Но словно наткнулась на прочнейшую стеклянную стену. Тогда она решила обратиться к своим магическим навыкам, резко вскинула руки... и обнаружила, что не помнит ни единого заклинания. К счастью, у Талии был при себе бесконечный блокнот, который служил ей с самого детства – в том числе и тетрадкой для конспектов по боевой магии. Алайка зашуршала страницами, но и тут её ждал неприятный сюрприз. Все записи были на месте, все, кроме нужных заклинаний. Точно в насмешку, кто-то заменил их цитатами о творчестве.«Ну здорово!» – фыркнула Талия.Она собралась было захлопнуть блокнот, но вспомнила, что в Артлэндии всё должно быть как-то связано с творчеством. И магия тоже! Что если эти высказывания не случайно оказались на месте её заклинаний? Что если они и есть заклинания?Талия перечитала цитаты на первой странице. «Искусство есть заражение чувствами других людей» – пожалуй, эта подходила лучше всего. Внушать окружающим нужные чувства и, благодаря этому, заставлять их делать всё, что твоей душе угодно, – было как раз по её, алайской, части. Да и автор, как и сама Талия, принадлежал к кошачьим, что не могло ей не импонировать. Выглянув из петельки в хвосте буквы «у», точно из бойницы, Талия прочитала заклинание вслух и снова попыталась нанести врагу телепатический удар. Безрезультатно. «Моё искусство здесь не в телепатии, а писательстве», – напомнила она себе и громко, не скупясь на сочные эпитеты, принялась расписывать художнику, как душа его наполняется ощущением бессмысленности продолжения войны. Художник замедлил шаг, изменился в лице, но затем решительно тряхнул головой и повёл свой отряд вперёд.Однако на сей раз Талия была уверена, что встала на верный путь.«Думай, Талия, думай! – проворчала она, шлёпнув себя ладонью по лбу. – Они могут влиять на нас живописными образами, а мы на них – словами. Это ясно, но почему у тебя не вышло, а у той леди с абстракционистами всё получилось?» Ответ нашёлся быстро: она была местной, а Талия – нет. И потому... и потому ей надо было как-то упрочить связь с Артландией. Талия открыла блокнот на странице с набросками обложек её книг и отрывками текстов, которые она посылала рисовавшим их художникам. На мгновение ей стало немного неуютно: своих иллюстраторов она просто обожала. Но невозможно было найти другое место, где мир её творчества так тесно смыкался бы с Артлэндией, а мир художников – с миром писателей. Талия торопливо пробежала пальцами по строкам. От её прикосновений буквы начинали сиять мягким фиолетово-розовым светом, словно на их месте появлялись прорези, ведущие в спрятанную внутри блокнота ёмкость с какой-то магической жидкостью. В воздухе разлился пряный грибной аромат. Талия коварно улыбнулась и поманила пальцем. Гостья из Энхиарга не заставила себя ждать – из букв вынырнули тонкие, глянцево поблёскивающие нити – гифы Сонной Грибницы. Талия аккуратно положила блокнот на землю и закатала штанину. Часть нитей тут же обвила её лодыжку, с лёгкой щекоткой пробралась под кожу и застыла там мерцающей многоцветной татуировкой с «изрычением» господина Льва. Остальные же волокна проворно ввинтились во влажную почву. Они струились из подрагивающих страниц с бешеной скоростью, словно жаждали оплести весь этот новый мир целиком.Художник всё так же стоял на поляне, решая, как преодолеть буквенную стену. Ни один кустик, ни одна травинка не шелохнулись, но Талия знала: Согриа уже соткала вокруг него свою дурманящую сеть. Её гифы сплелись, образовав плодовые тела каплевидных грибов – туманок, похожих на встречающиеся во многих мирах дождевики. Но внутри каждого из них дремали вовсе не грибные споры, а туман, просочившийся из таинственной Долины Снов через скрытый в туманке крошечный портал. Один неловкий шаг, тихое шипение – и художник оказался во власти Согриа. И Талии. Теперь, благодаря чарам её союзницы, каждое слово алайки достигнет вражеских ушей и каждый порождённый её фантазией образ встанет у него перед глазами.Она повела рассказ о молодом талантливом художнике, которому пришлось вытерпеть множество тягот и преодолеть массу препятствий на пути к вожделенной цели – месту придворного художника. Он покорил короля умением запечатлевать природу и людей с феноменальной реалистичностью. Но, прибыв в столицу, он обнаружил там иномирового мага, который своими чарами в мгновение ока мог проделать то же самое. Даже ещё лучше. Сердце художника было разбито, надежды на лучшее будущее похоронены... Талия ещё не успела придумать подходящий финал этой маленькой трагедии, как поняла, что на этот раз её атака достигла цели. Ей удалось заразить художника чувствами своего бедняги-героя. Деморализованный, вражеский воин повесил голову и побрёл к ближайшей купе деревьев. Его творения поплелись следом. Талия облизала пересохшие губы, с облегчением вздохнула и огляделась по сторонам. Густой туман по-прежнему скрывал от алайки её союзников, и ей оставалось только надеяться, что им тоже удалось выстоять
Пылающие сердца
Ник: LeaFusman
Команда: "Пылающие сердца"
Номинации: "Пылкие сердца", "Ожившие фантазии", "Свободные от границ"
С трудом оторвала голову от учебника химии: где-то заиграла мобилка! Завтра "прогон" ЕГЭ (хотя, до этой головной боли еще далеко) по этому предмету, а у меня в голове "чёрная дыра"! Пока смотрю в книгу - вроде всё помню. Закрыла - ВАКУУМ!
- Лили! Может ты уже ответишь?!!! - я вздрогнула от окрика - вот слух у Марго: из спальни с закрытой дверью услышала!
- Сейчас! Только найду!
- Ты его в салоне на журнальном столике оставила! Ответь уже - у меня голова разрывается!
Хлопнула закрывшаяся дверь.
Я подорвалась, как ужаленная - опять у неё мигрень. Скатилась, чуть ли не кубарем, с лестницы на первый этаж, подхватила разрывающийся песенкой из мультфильма "Паровозик Томас и его друзья" мобильник, и побыстрее нажала на "ответить": Марго во время мигрени становится настоящей мегерой!
- Лили, ты меня слышишь?
- Извини, Том, я мобилку в салоне оставила, чтобы не мешала сосредоточится на химии, а у Марго мигрень. Вот я и прислушивалась - вышла она из спальни или нет. Если да - надо ныкаться куда подальше. Она во время этих болей может разнести мир на атомы и не заметить.
- Не знаю, что такое "ныкаться", но смысл понятен. Ты пойдешь?
- Куда? Извини, но я всё прослушала. Повтори, пожалуйста.
- Я пригласил тебя на выставку известного французского арт-художника Сильвейна Мейера в Манеже. Ты пойдёшь?
- Когда?
- Сегодня. В шесть.
- Том, извини, но я не могу - эта химия меня достала! Я же отличница, а в этом предмете полный дундук! Пока читаю - понимаю и помню. Закрою - чисто младенец. Даже зубрёжка не помогает. Я уже шпоры написала...
- "Шпоры", "Зубрёжка"? - с его акцентом эти слова прозвучали смешно.
- Шпоры - тайные записки-подсказки. А "зубрёжка" - заучивание наизусть. Как стихи. Контрольная уже завтра. Мне кровь из носу надо всё выучить.
- Лили, так не пойдёт! Чем больше ты себя заставляешь, в тем больший ступор входишь. Делаем так: берёшь с собой учебник и все свои записи по предмету, мы с тобой, не надолго, посещаем выставку, чтобы ты слегка... как это говорится... проветрилась, а потом едем ко мне.
- Зачем?!
- Покажу тебе то, что можно, наглядно. Что нельзя - объясню "на пальцах".
- Ты меня удивляешь! У тебя своя химлаборатория?!
- Ещё какая! Придёшь - увидишь! - Том явно хвалился. - Обожаю химию! Уговорил?
- Уговорил! - я улыбнулась: мы "встречаемся" всего ничего, а он может уговорить меня на что угодно в течении минуты.
- Сколько тебе надо времени на подготовку?
Я глянула на себя в ростовое зеркало. Мама родная! Ну и пугало! Волосы всколочены, под глазами такие чёрные круги, что создаётся ощущение размазанной под ними приличного слоя туши, губы искусаны и потрескались... Смесь панды и кикиморы болотной!
- Лили?
Я быстренько посчитала - сорок минут. Не меньше.
- Через час. Хорошо?
- Хорошо. Мне позвонить?
- Не надо. Я сама выйду. А то, если Марго услышит...
- Понял. Буду ждать.
Нажала отбой, и побежала приводить себя в порядок.
Каким-то чудом уложилась в пятьдесят две минуты. Так что, когда Том, как настоящий английский джентльмен, приехал минута в минуту, я уже стояла возле подьезда.
Он вышел, галантно поцеловал мне руку и помог сесть в авто.
Через полчаса мы были на месте. Народу было - уйма! К некоторым объектам образовывались очереди из желающих посмотреть. Причём, большинство его произведений было предоставлено в виде фотографий, так как автор предпочитал крупные формы на фоне природы.
Я ходила, смотрела, и не понимала - каким образом он стал так знаменит. Ничего особенного - обычное подражание: паук, путина, круги... никакой изюминки, не понятный для меня мессендж.
- Не нравится?
- Честно?
- Конечно!
- Нет. Не нравится. У меня в голове всё время крутятся слова Оскара Уальда: "Вещь, существующая в природе, становится красивее, если она напоминает предмет исскуства, но предмет исскуства не становится по-настоящему прекрасным от сходства с вещью, существующей в природе".
Том восхищённо смотрел на меня:
- Я знаю, что ты очень интеллигентна и начитана, но не предполагал, что настолько глубоко. А с остальными арт-художниками ты знакома?
Я смущённо улыбнулась:
- Тебе как - перечислить их списком или дать развёрнутую характеристику?
Номинация: Новая жизнь.
Ник: IrisEarling
Цитата: Искусство есть способность видеть невидимое, осязать неосязаемое и рисовать то, что не имеет облика.
Обычная пиццерия: гул холодильников, красно-белая плитка на стенах и дешёвые подставки для зубочисток и перечниц. За окном ― вид на залитую солнцем парковку. Люди катят покупки к машинам и где придётся бросают тележки. Они о чём-то говорят, но отсюда не слышно. Слышно, как играет в глубине зала старенький музыкальный автомат.
Мелодия незатейливая, она наверняка была популярна с десяток лет назад, и вряд ли кто-нибудь из местных назовёт её искусством. Но Чарли назовёт непременно ― она не местная. Она оттуда, где не существует ни музыкальных инструментов, ни пластинок, ни дисков, ни групп, ни оркестров, ни других подобных вещей. Оттуда, где музыка живёт в людях. Где у неё есть лица, которые можно осмотреть, и руки, которые можно потрогать. Но даже там мелодии остаются невидимыми, неосязаемыми и неотразимыми на бумаге почти для всех.
Кроме Чарли.
Сейчас она жует обветренную «Маргариту» и чувствует себя странно: такую личную, секретную даже вещь, как мелодия, слышат кроме неё ещё несколько посетителей. В голове крутятся непривычные, излишне философские мысли, и свободной рукой девушка прокручивает сайт с афоризмами, чтобы хоть как-то свыкнуться с новым мироощущением.
По ключевому слову «музыка» Чарли находит слова некоего Генриха Гейне: «Что такое музыка? Она занимает место между мыслью и явлением; как предрассветная посредница, стоит она между духом и материей; родственная обоим, она отлична от них; это дух, нуждающийся в размеренном времени; это материя, но материя, которая обходится без пространства».
Затем она выясняет, что музыка ― это «Царица всех искусств».
По ключевому слову она читает цитату Жозефа Жубера: «Искусство есть способность видеть невидимое, осязать неосязаемое и рисовать то, что не имеет облика». Читает и внутренне соглашается. Этот Жубер точно знает, о чём говорит, и без сомнения испытал на себе неуловимость и призрачность мелодий.
В её мире эту утончённую вещь создала природа, но здесь она была творением людей. И как вдохновенны должны быть люди, чтобы поймать за хвост саму
эфемерность, воплотить в звуке целые истории, начинить произведение концентрированными эмоциями!..
Она бросает недоеденную корку на деревянный поднос. Поднимается, чтобы выгрести из кармана последнюю мелочь.
И идёт к музыкальному автомату.
Номинации: "Пылкие сердца", "Посмотри мне в глаза" и "Новая жизнь".
Цитата первая: "Цель искусства – раскрыть красоту и скрыть художника" Оскар Уайльд.
Ник: Kristina_Kovalenko
Сражение началось всего несколько минут назад, а у меня такое ощущение, что прошло как минимум часа два. Повсюду витают частицы цветной пудры, будто я нахожусь не на поле боя, а на индийском празднике красок — Холи. Вот только крики, доносящиеся со всех сторон, отнюдь не радостные. А костры разведены не для того, чтобы сжечь подношения индийскому богу, а чтобы создать дымовую завесу. Армия художников запускает снаряды, наполненные, нет, не порохом и взрывоопасными веществами, а красками. Писатели отвечают «огнём» на «огонь». Нет времени на размышления, нужно действовать. Прячу сумку с этюдником и красками возле колодца, предварительно вытащив из неё бумагу и карандаш. Среди всеобщего хаоса не могу сосредоточиться на выполнении четвёртого задания. Ведь нужно написать очерк так, чтобы Силы Слов могли не только держать оборону, но и перейти в наступление. Одно мгновение и очередной снаряд разрывается в паре шагов от меня. Грохот. Шум в ушах и адская боль. Дрожащими руками хватаюсь за голову. Роняю лист бумаги, на который попала краска и... кровь. Взглядом пытаюсь найти хоть кто-то из наставников или Марлода, но никого не вижу. Головокружение.
— Помогите, — шепчу еле слышно и падаю на землю.
Открываю глаза и, к своему удивлению, понимаю, что нахожусь не в гуще сражения, а в мастерской некоего художника. Воздух небольшого помещения пропитан запахом масляных красок и от всего что здесь находится, веет творческим вдохновением. Мужчина стоит спиной ко мне, старательно вырисовывая изгибы женского тела, принадлежащие обладательнице неземной красоты. «Ничего не понимаю. Как я здесь оказалась? Я попала в плен?» — спрашиваю себя, поднимаясь на ноги и продолжая безмолвно наблюдать за художником, который, не обращая на меня внимания, трудится над картиной. В это время кто-то касается моего плеча. Поворачиваю голову вправо, и вижу её...
— Здравствуй, — говорит мне Кристина — главная героиня моей книги.
— Здравствуй, — тихо отвечаю я, находясь в некоем замешательстве.
— Не волнуйся, он нас не видит и не слышит. Для Генри мы призраки. — произносит девушка, кивая в сторону художника. — И не пугайся. На самом деле твоё тело находится в Артлэндии. А всё это, — она обводит рукой пространство вокруг нас, — твоё подсознание. Твой сон. Ты получила ранение и потеряла сознание, но перед тем, как погрузиться во тьму, просила о помощи. Поэтому ты здесь. А теперь выкладывай, с чем нужно помочь?
— Нам задали выбрать одну из предложенных цитат и написать по ней очерк, связав со своей книгой и главным героем произведения, — не медля отвечаю на её вопрос.
— И... ты выбрала? — интересуется девушка.
— Я остановилась на одном из тезисов о художнике и искусстве, написанным Оскаром Уайльдом в предисловии к книге «Портрет Дориана Грея». Она звучит так: «Цель искусства – раскрыть красоту и скрыть художника». А точнее «Раскрыть людям себя и скрыть художника — вот к чему стремится искусство».
— Так за чем же дело встало? — хмыкнув, спрашивает дочь ангела смерти.
Мне неловко, потому опускаю взгляд в пол и тихо произношу:
— Я не знаю, как связать её с тобой и с книгой.
— Эй, а ну соберись! — говорит она командным голосом, тряхнув меня за плечи. — Всё ты знаешь. Ты не случайно оказалась здесь. Смотри внимательней за тем, как работает Генри и вспоминай сцену из книги. Помнишь, как ты описывала его работы?
— Конечно помню. Я писала, что в своих работах художник пытался показать миру внутреннюю красоту, проникая в духовную глубину предмета или объекта. Густая концентрация красок в одних картинах противопоставлялась свету и чистоте в других. И в этом была своя прелесть и неповторимый шарм. Но одна из его работ отличалась от других своей реалистичностью и стилем написания. Она привлекла твоё особое внимание. На ней была изображена обнаженная девушка с белоснежными крыльями, перепачканными кровью, которая пыталась подняться в высь.
— Именно так. А помнишь, что было дальше? — любопытствует главная героиня, подойдя ближе к художнику.
— Разумеется. Как раз в тот момент, когда ты смотрела на картину вот, как сейчас, он подошел к тебе и сказал, что она прекрасна. Когда он это говорил, Генри имел в виду не свою работу, а то, что было изображено на полотне. И ты бы согласилась с ним, если бы падший ангел был плодом воображения художника, а не тобой. И это повергло тебя в замешательство и шок.
Всё правильно. То как Генри сумел наложить краски на холст, и то, как он изобразил эмоции на моём лице было поистине талантливо. — произнесла девушка и тяжело вздохнула. — Вот только я тогда не знала, что моё падение с небес, подарит ему вдохновение и желание написать картину перед тем, как он умрёт от рака.
— Печально. Только сейчас речь идёт не о тебе, а о художнике и цитате, которую я выбрала.
— Ах, да, задание. — произносит она, внимательно наблюдая за действиями художника. Девушка касается его руки, но тот ничего не почувствовав, продолжает творить. — Подойди ближе, посмотри на мастера. На то как он превозмогая боль, пишет картину. У него рак и он скоро покинет тот мир, который ты воссоздала на страницах своей книги, но он не останавливает работу. Никто из тех, кто видел его картину не знал чего стоило Генри написать её. Он надежно спрятал себя, свою боль, своё отчаяние и вдохновение под слоями краски, явив всем необычайно трогательное и завораживающее творение.
Я подхожу к ним. Встаю слева от художника, изучая его исхудавшее, но по-прежнему красивое лицо. Его сосредоточенный взгляд. Смотрю как он морщит нос и сжимает губы, в те мгновения когда его тело пронизывает боль. От увиденного моя душа начинает стонать. Слезы льются из глаз и я не могу их остановить.
— Знаешь, я соглашусь с твоим мнением. — немного успокоившись произношу я. — Пожалуй, единственное за что цепляется почитатель искусства, находясь во власти эстетических чувств, так это неподдельная красота. Не многие задумываются над тем, как это сделано, кто сделал и в каких условиях находился создатель того или иного шедевра, будь то картина, мелодия, скульптура, литературное произведение или что-то ещё. Главное — это восприятие, собственные чувства и эмоции, которые вызывает искусство, в каком бы проявлении оно не было. — делаю паузу и, улыбаясь девушке, произношу: — Спасибо тебе. Теперь я знаю, как написать очерк.
— Это я должна тебя благодарить, потому как смогла увидеть процесс создания полотна. А теперь пора просыпаться. Ты нужна армии писателей. — Она поднимает руку и разжимает кулак, в котором находится горсть цветной пудры. Подбрасывает её вверх, тем самым создав розовое облако, окутавшее меня.
Я закрываю глаза, чтобы краска не попала в них, а когда вновь открываю, то вижу перед собой не героиню романа, а уже знакомое лицо. Огненная Флейм, склонившись надо мной аккуратно придерживает мою голову, пока другой воин забинтовывает её.
— Слава богу, ты очнулась, —ласково произносит она.
— Флейм, простите меня. Мне очень стыдно. Я... а Вы заботитесь обо мне, не бросаете в разгар битвы.
— Ну что ты. Не стоит. Главное выполни хорошо задание. Очерк каждого из команды — это ещё один шаг на пути к победе в этой войне.
— Я сейчас же напишу. Мне уже лучше, правда. Вот только дайте мне бумагу и карандаш, — говорю я, пытаясь принять сидячее положение.
— Успеешь, ещё есть время. А пока тебе нужно в лазарет. Рану необходимо обработать и зашить.
— Я не могу отлёживаться на больничной койке, в то время как другие помогают Силам Слов. — решительно говорю я, чем вызываю улыбку наставницы. После чего поднимаю с земли то, что мне нужно. Пишу, перенося на бумагу сон, пока силы не покинули меня. Заканчиваю очерк, и отдаю лист мисс Хартлесс, прежде чем теряю сознание.
Ник: Esaliko
Номинация "посмотри мне в глаза"
"Искусство есть заражение чувствами других людей "
Лев Толстой(1828-1910)
Юноша любил одиночество. Не то, что большинство понимает под этим словом, нет, он любил сидеть один в кресле у окна, слушая как барабанят капли дождя и наслаждаясь чаем, читать. Именно в такие моменты он прекращал обращать внимание на весь остальной мир. В такие моменты его не волновал ни курс доллара, ни резко подскочившие цены, ни то, что он скорее всего был ужасным сыном разрушившим все мечты родителей, ни то, что он просто плывёт по течению, ища то, не знаю что. В такие моменты, книжный мир заменял ему реальный. Реальных людей заменяли книжные герои, которым будет все равно не твоё материальное положение, на твои взгляды, на твой возраст. Они готовы поделится своими приключениями и переживаниями с любым, кто готов их выслушать, даря возможность забыться в них хоть на время. Как не крути, но реальный мир целиком и полностью состоит из каких-либо проблем и условий. В нашем мире далеко не каждый сможет хоть когда-нибудь отправится в страну своей мечты, ведь для того чтобы позволить себе это, человеку придётся долгое время отказывать себе во многом. В нашем мире, если ты не вышел внешностью, то тебе придётся либо копить миллионы на операцию, которая не факт, что хорошо обернётся, либо смирится и надеяться, что в мире, где правят алчность и гордыня, ты будешь нужен кому-то такой, какой ты есть. В нашем мире ты вряд ли встретишься с теми, кем восхищаешься, ведь в большинстве случаев они крайне далеко от тебя, во всех смыслах этого слова. В нашем мире все светлые эмоции поглощены личной выгодой.
Каждая книга-это другие миры, в которых можно побывать. Это прекрасные виды, которые можно увидеть. Это невероятные приключения, в которых ты можешь принять участие. Это искренняя любовь и дружба, которую можно почувствовать. Каждая книга-это всё то, чего ты не получишь в реальном мире.
Когда полюбившийся тебе герой умирает, тебе грустно. Не по тому, что он был красивый и имел огромный доход. Тебе грустно, потому, что ты нашёл в нём что-то родное тебе. Пусть эти герои и нереальны, твои эмоции настоящие.
Келкей мечтал написать книгу, которая сможет освободить людей от груза реального мира хоть на время, мечтал заразить людей чувствами, что он вкладывал в своё творение. Книга, во время прочтения которой люди будут искренне смеяться или плакать, которую закончив читать, людям будет над чем подумать, которая оставит след в душе человека — это, и только это, хорошая книга. Книга, которая сможет заразить чувствами других людей.
Ник: DamianDybois
Номинация: "Пылающие сердца".
Цитата: "Искусство есть заражение чувствами других людей".©Л. Н. Толстой.
"Искусство способно заражать других людей, побуждая их к действию и зарождая в них какие-либо чувства"
Любое искуство, словно нить или веревка способна соединить чужие судьбы.
Задумываясь над прошлым, Тревис сидел около камина и смотрел в сторону огромного панарамного окна, за которым медленно падали хлопья снега, плавно ложась на уже остывшую землю.
Его лицо выражало полную задумчивость, ведь вопрос над которым он в ту минуту думал, был очень сложным, и в некоторые моменты приносил негодование.
Наверное, все потому что, ему приходилось размышлять над тем, что он мог не встретить свою настоящую любовь.
По дому бегали двое его детей Марти и Арти - близнецы, маленькие копии Тревиса весело дрались подушками и иногда били ими бедного кота – Мальба, которого Джени привезла пару дней назад от её отца.
В общем, дома царила довольно тёплая и уютная, семейная обстановка.
Внезапно на место рядом с парнем приземлилась Джени, она протянула ему кружку горячего домашнего шоколада и улыбнулась.
Именно так они любили проводить холодные зимние вечера, к тому же, когда Тревис был вне работы, близнецы очень радовались этому, потому что Трэв приходил очень поздно и часто, в это время малыши уже спали, поэтому видеть отца им приходилось не так часто.
Но, как мы знаем, все дети нуждают в отце.
– Она уснула? – Подняв глаза на девушку, с теплотой в голосе произнёс он и взял из её рук красную кружку с медвежатами, – спасибо.
– Да, Элли очень устала сегодня и потому очень быстро уснула, – брюнетка облакотилась о спинку дивана и прикрыв глаза расслабилась.
Спросите, кто такая Элли? Возможно, кто-то уже догадался, что это младшая дочь Тревиса и Джени.
– Недавно в интернете наткнулся на такую цитату "искусство есть заражение чувствами других людей", – Он немного помолчал обдумывая слова, – ты никогда не думала о том, что если бы в нашей жизни не было искусства, то возможно мы бы никогда не встретились.
– Нет, я не хочу думать о том, что было бы, если бы мы не встретились, – она улыбнулась.
– Я тоже не представляю, что бы тогда было... – Тревис улыбнулся и притянув к себе девушку поцеловал её в щёку.
Он вновь посмотрел в окно, за которым снежная погода просто напросто бушевала, навевая воспоминания о рождении малышки.
Именно в одну из таких ночей родилась Элли.
– Я пойду спать, – Джени поднялась с места и поцеловав парня в губы, направилась к комнате.
Сегодня, в такую снежную погоду, в голову к парню лезло слишком много мыслей.
Как хороших, так и не очень.
****
Боюсь представить, что бы было, если бы в тот день я не пошёл в школу, а потом не забрал бы документы из художественной школы, ну а далее не решил срезать путь до дома через парк, может быть, наши судьбы никогда не переплелись.
Везде роль играют факторы, с моей стороны сыграл фактор – художественное рисование, а с её мировая художественная литература.
Всё-таки, искусство способно соединять не только судьбы, но и строить одну дорогу для зарождения любви.
****
Цените моменты, любите искусство, и возможно когда-нибудь, оно соединит вас с вашей половинкой.
Номинация: "Пылающие сердца".
Ник: kemihey
Цитата: "Искусство есть заражение чувствами других людей".©Л. Н. Толстой.
Его вдохновляла музыка и однажды, она его заразила. Он заболел, но искать лекарств не хотел. Тео жил искусством. Оно вело его с самого детства и до сих пор за руку, показывая новые прелести.
Сидя у открытого окна, он положил чистый лист на подоконник, взял в правую руку карандаш, и написал несколько строк:
Закрой глаза, ощути мой лёгкий поцелуй на своей холодной коже.
Искусство окутывает полностью, открывая новые возможности и ставя перед людьми новые цели.
Перед Тео Искусство поставило лишь одну цель: пиши, не останавливайся. И он не смеет противостоять этой силе. Да и не хочет.
Солнце осторожно касалось его тёмных волос и бронзовой кожи. Он закрыл глаза и вдохнул свежий воздух. Запах вишни, цветующей под окном уже пробрался в лёгкие.
Тео открыл глаза и снова черкнул на листе:
Почувствуй себя нужным. В этот момент, в кромешной темноте. Найди свой свет. Ухватись.
Музыка — это то, что помогает людям. При прослушивании, она умеет переносить нас в те определённые моменты, с которыми связана та или иная песня. Мы можем танцевать до упаду, можем рыдать, задыхаясь. Музыка — благословение. Искусство — лучшая болезнь, которой хочется заразиться.
Номинация : " Пылающие сердца" и " Свободные от границ."
Искусство есть заражение чувствами других людей.
Ник: KristinaMorro
Если бы не было у людей разных талантов и вдохновения для создания уникальных шедевров, не было бы и такого громкого, кричащего слова - искусство. Многообразие чувств и эмоций, которые мы испытываем внутри каждый день, позволяют нам придумывать то, что ещё не видел мир. Прочувствовать то, что ещё никто не смог понять и изучить. Создание оригинальных сюжетов и интересных книг позволяет книголюбу, киноману познать неизученную им раннее жизненную истину. Осмыслить и представить некоторые моменты, пережить их вместе с главным героем или героиней. Увидеть наперёд то, что может произойти почти с любым из нас.
Когда я начала заниматься воспроизведением своей прошлой жизни, решив перенести её на бумагу, в моей голове были совсем другие мысли, желания и стремления, нежели сейчас. Прошло пол года с написания первых строк моего произведения, но за это время я почти полностью переосмыслила свою первоначальную позицию. Ведь эта книга - моя реальная жизнь, которую я желала сначала запереть в дневник под замком, не давая никому ключа от моей жизни и сердца.
Я не хотела отправлять книгу
" Откровение" в общий доступ, боясь осуждения со стороны читателя, огласки и негодования в лицах персонажей, которых я, можно сказать, "оголила" перед небольшой частью книжного общества. Я предполагала:
" А может они не желают, чтобы об их жизни знали посторонние люди?" Этот вопрос мучает меня и по сей день...
Благодаря своим же словам и мыслям я осознала, что творчество моё может принести другим
какую - то пользу. Взрослым поможет вспомнить приятные моменты из своей жизни и немного поностальгировать, а молодому поколению попробовать научиться и узнавать по крупицам неизведанный душевный мир, опираясь на ошибки и неудачи другого человека, узнавая с каждой главой его внутреннее мировоздание. Я решила доверить читателю самое ценное, что есть у меня - свою душу.
" Поверь и доверься другим, а они в ответ доверяться тебе".
Эту цитату я взяла в одной из моих глав. Именно эта мысль и сподвигла меня на продолжение написания автобиографической повести.
Ты пытаешься описать свои чувства и эмоции с помощью текста - это и есть создание искусства. Кто - то рисует свой внутренний мир, перенося его на холст, а кто - то пишет стихи. В каждом из нас заложено своё видение искусства. Главное его найти в себе, разглядеть, почувствовать. Мы вкладываем в искусство всё, что можем передать другим, опираясь на свои таланты и навыки. Один человек заряжает нас чувствами, принося нам душераздирающую боль или прилив безграничного счастья, а мы переносим его в своё творчество, чтобы сохранить это ценное ощущение на долгие века. Мы рисуем чёрные облака на холсте, когда плачет наша душа. Мы сочиняем песни о любви, в момент такого неописуемого счастья, чтобы поделиться с ближним своим теплом. Заряжая других новыми эмоциями, мы дарим им частичку себя, своего сердца. Любовь направляет нас и подсказывает, как нам жить в этом сложном мире. А искусство, пылающее в наших сердцах, не даёт нам погибнуть от своего же трепещущего эго.
Номинация: "Посмотри мне в глаза"
Цитата: Цель искусства － раскрыть красоту и скрыть художника
Ник: Drago_L
Хаос. Для кого-то это нечто неприемлемое и ужасное. Знает почему? Потому что его сложно приручить. Точнее, невозможно. То, что может загубить, то, что нельзя предсказать, объяснить и предотвратить － опасно. И не важно, это хаос в твоей комнате, из-за чего тебе постоянно приходится выслушивать долгие и нудные лекции от родителей или же это хаос в твоем сердце, душе. Это может быть спонтанным желанием выплеснуть все эмоции на холст бумаги. Творческие люди, в данной ситуации － художники, не боятся хаоса, ведь живут с ним день и ночь. Ведь это нечто, что, по мнению других плохо, для них порыв вдохновения. Для них это что-то прекрасное, что потом превратится в чудо... Чудо красок или же чудо ровных утонченных линий, что создают неповторимый черно-белый рисунок. Творческих людей всегда преследует хаос, спонтанность, непредсказуемость. Как часто можно услышать от «нормальных» людей что-то вроде: «Творческие особы обычно не от мира сего» Глупость. Чушь. Художник － творец. Художник － маг. Художник － несчастный, что обречен на вечное отчаяние и боль. Художник － счастливчик, но вместе с тем он неудачник. Именно это и есть человек этого бренного мира, а не ваши люди под копирку. Что похожи друг на друга, как две капли воды, что снаружи, что внутри. И там и там фальшь и пустота.
Но художник по-настоящему везуч, и в прямом смысле этой фразы поцелован солнцем, что дарует свет, исключительно в том случае, если на место непрерывного, своенравного и бушующего хаоса придет она...
Кто?
Она...
Кто она?!
Муза...
Резкие и грубоватые черты лица, тонкие и немного суховатые губы. Лицо этого парня раньше не выражало ничего. Но если взглянуть на него сейчас, изменений ты особо не увидишь, за исключением одного...
Эти едкие и пронзительные глаза цвета крепкого кофе не просто полны азарта и интереса, как раньше. Они полны любви и заботы. Они полны желания и вдохновения, что не покидает его ни на секунду. Руки так и чешутся сотворить хоть что-нибудь, но что? Ответ находит себя сам. Сам тихо и аккуратно проходит в комнату, совершенно не издавая звуков, и худыми руками обнимает молодого человека. Ей нужно внимание. Ей нужна забота и касания. Муза － она вещь хрупкая и нежная. С ней нужно обращаться очень аккуратно. Знайте. Муза － мимолетное видение, что может рассеяться, а ты и глазом моргнуть не успеешь. Поэтому её нужно беречь.Французу не нужно ничего. Лишь бы день и ночь любоваться его солнцем, что одарило его светом, показав путь из кромешной тьмы.
Ему нужно лишь знать, что она рядом, что не уйдет. Вдыхать каждое утро аромат ее духов и прикасаться к мягким и шелковым волосам, цвета черного, как та тьма, что скрывалась в его сердце. Эти аккуратные пряди всегда так мило выглядят утром, когда от прически остается лишь одно название, а последствия можно назвать лишь гнездом на голове. Немного волнистые локоны обрамляют худое и утонченное лицо. Впалые щеки, ярко выраженные скулы, прямой и немного острый нос. А эти небесные глаза... Он до сих пор не верит в то, что теперь в них не ненависть и призрение, а легкость и забота. Теперь в них любовь.
Только это. Только это ему нужно, чтоб начать дышать, чтоб рукам снова захотелось творить. Ее внешность － ее душа. Ее любовь － его вдохновение. Его муза － только его муза...
－ Аврора, － мягко произносит молодой человек. Слух сразу может отличить яркий французский акцент, а эта хрипотца заметная в тихом и томном шепоте － нечто, что не поддается описанию. Это просто нужно слышать. Молодой человек аккуратно убирает прядь непослушных черных локонов за ухо своей любви. Своего рассвета, что так резко наступил в его жизни. － Приготовишь мне кофе? － девушка в ответ лишь усмехается.
－ А ты уверен, что этого хочешь? － Сандрэ медленно убирает от Де Лагре руки и только тонкими пальцами легко начинает вырисовывать узоры на груди парня. Дразнит. Издевается. Касания слабы и легки, словно вот-вот и исчезнут. Но он не даст ей пропасть.
По прошлому опыту этот глупец понял, свое счастье нужно беречь. Молодой человек крепко прижимает к себе темноволосую. Я же говорила, что муза хрупкая и нежная. Ей нужно внимание. Ей нужны его касания. Девушка прекрасно знает, как он боится её потерять, как не любит отпускать. Ему нужное её нахождение рядом, но не всегда. И девушка это знает. Но напоследок ей нужно вновь ощутить его сильные руки на своей талии. Чтоб знать, он боится. Он все еще дорожит ей и боится потерять.
－ Уверен...
В воздухе висит тишина, но она не напрягающая и не тяжелая. Она... Нужная? Да, однозначно. Аврора медленно отстраняется от француза и быстро уходит так же тихо, как вошла. Оба знают, что кофе ему к черту не нужен. Ему нужно одиночество. Для вдохновения ему нужна муза. Чтоб начать творить － покой. А пока она здесь дурманит ароматом своих духов , он перестает дышать, а сердце, словно не за что запертое в клетке пытается вырваться из плена, стуча, как умалишенное. Ему хватает лишь воспоминаний. Столь невесомых и ярких.
Пока Рафаэль начинает наносить первые штрихи на совершенно чистый лист бумаги, в голову приходить одна цитата, что засела глубоко и на долго, но понять он смог ее лишь сейчас
Красота – его муза. Его цель – показать её, а не себя. Показать миру нечто прекрасное, что не оставит равнодушным. Чтоб человек, взглянув на эти тонкие и аккуратные черные линии, увидел... Нет, почувствовал все то, что изображает лицо, что ощущала муза и что пытался передать художник, что скроется в тени... Он словно проводник для человечества. Приносит ему нечто прекрасное и неповторимое, оставляя это на года. Тысячелетия.Де Дагре, словно псих, поглощенный тем, что он любит, наносит линии и штрихи на лист бумаги. Его любовь. Его муза и вдохновение. Эти длинные пальцы, что так нежно прикасались к нему, что так грубо били его по лицу, после очередной ссоры. Утонченная и нежная девушка, но она способна сломать и убить. Именно это она сделала с ним, но теряя что-то мы обретаем нечто лучшее. Вот и сейчас он приобрел то, что жизнь дает одиножды. Руки сами тянутся творить, руки сами тянутся к чему-то прекрасному. Француз не замечает ничего вокруг, не замечает времени, что с сумасшедшей скоростью несется не пойми куда. Есть только он, есть только она. Его мимолетное видение, что может исчезнуть, но... О, счастье, она все еще с ним. И больше ничего не нужно. Сердце бьется все быстрее, руки одолевает легкая дрожь, но он быстро её подавляет. Нельзя, чтоб это чудо было испорчено.
Молодой человек наносит последний штрих на свой рисунок. Точнее её рисунок. В углу красивым почерком вырисовывается такое любимое и родное имя. Он не ставит своей подписи. Его, бренного и ничтожного художника не должен запомнить мир. Должны помнить лишь о ней. Столь утончено и прелестной француженке с черными длинными волосами и холодными, но греющими голубыми глазами.
Парень откладывает лист, а на столе отказывается белоснежная кружка крепкого кофе. Неужто он так увлекся работой, что не заметил, как она вошла? Или она снова это сделала так тихо и бесшумно, как призрак. Мимолетное виденье? Худые руки снова прикасаются к горячему телу. За музой нужно следить. Музу нужно баловать. Касаниями. Ласками. Любовью.
－ Аврора...
Ник: Leanelia_Dior
Номинация: Пылкие сердца
Цитата: «Задача художника - сделать людей детьми.
Над землёй нависало бескрайнее грязно-чёрное небо, что время от времени разрывали ослепительные вспышки молнии и что вот-вот было готово рухнуть под собственной тяжестью; в воздухе витал аромат безысходности, боли и жестокости, теперь наполнявший сердце каждого, кто посвятил свою жизнь искусству. Улицы опустели, люди попрятались от потенциального дождя в своих уютных домах; машины, изредка пересекавшие главную трассу, многократно превышали скорость и быстро скрывались за поворотом; холодок метался от одной души к другой. Юбер Каптуло, впервые одевший модный смокинг от Armani, быстро шагал по аллее. Пластиковый стакан с двойной порцией американо опасно подёргивался в его руках, но парень даже не думал об этом: его волновали более глобальные проблемы. Теперь он не просто художник с завидной репутацией, теперь он не просто студент Академии Искусств... Теперь он член тайного сообщества «Пустота и краски». Месяц назад он впервые пересёк порог главной картинной галереи города и с тех пор его жизнь перевернулась вверх дном. До этого он никогда не задумывался о том, как много значит в нашем мире искусство и даже предположить не мог, что оно на грани исчезновения. А главный его враг - время. Чем дальше это оно шагает, тем больше остаётся позади ненужных людям слов, красок и звуков. Это не может больше продолжаться... Это... Это же хаос!Никто уже не помнит вероломной картины Рене Магритта «Терапевт», никто не читает Виктора Гюго и никто, уж конечно никто не слушает Баха или Моцарта. Но ведь главная проблема не в этом: главная проблема в том, что никто больше не создаёт таких шедевров. Никто кроме времени не собирается шагать вперёд. Когда-то была целая великая эпоха Возрождения, но теперь, к сожалению, наступила великая эпоха Деградации.Подойдя к крупному белому зданию, чей рельеф сплошь состоял из безупречных ангельских изваяний, Юбер сильно ударил в дверь ногой и затем, прождав три секунды, тихо постучал в неё. Услышав с той стороны такой же тихий равномерный стук, он нажал на звонок. Из двери выглянула маленькая морщинистая голова и испуганно оглянулась по сторонам. Увидев брюнета, старик нервно усмехнулся и быстро затащил его в помещение. — Здравствуйте, профессор Крауч. — Привет-привет... Там все уже собрались, тебя ждут. — торопливо протараторил мужчина и, еле дотянувшись, похлопал парня по плечу. Они зашагали по пустым коридорам, стены которых были полностью завешаны многочисленными картинами. — Круто, — неловко улыбнулся Каптуло. — Вы ведь всё подготовили, да?— Да, не беспокойся.— Я... Я не знаю, что смогу донести до них, если даже вам не удалось этого сделать. Мне нельзя облажаться, профессор. Категорически нельзя. — Вот именно, — фыркнул старик. — Поэтому ты, пожалуйста, постарайся.— Угу, — угрюмо кивнул брюнет. Они подошли к большой позолоченной двери. Юбер громко выдохнул, старик ласково улыбнулся:— Да ладно тебе, это всего лишь студенты. А ты всего лишь проведёшь им занимательную лекцию. — Не такая уж она и занимательная... — пробормотал парень. — Занимательная-занимательная. Не спорь даже. — и, ничего больше не дав сказав, профессор Крауч резко распахнул дверь и, втолкнув туда своего ошеломлённого подопечного, так же резко её захлопнул. Юбер оглянулся. Огромная ступенчатая аудитория была заполнена молодыми людьми, непринуждённо болтающими друг с другом и совсем не обращавшими на него внимания. Они пили кофе, кидались в друг друга самолётиками, слушали музыку. Кто-то громко ругался по телефону, кто-то, взобравшись на стол, читал какой-то непристойный стих. Парень применил свой фирменный метод привлечения всеобщего интереса - нащупав выключатель, вырубил весь свет. По помещению пронёсся громкий гул и на несколько секунд наступила странная, необычная тишина. Каптуло по памяти прошёл к кафедре и, слыша его размеренные шаги, но ничего не видя, студенты начали испуганно шептаться о полтергейсте. — Не бойтесь, это я, — сообщил брюнет, поставив свой кофе на стол и повесив пиджак на спинку стула.— Ну вообще-то мы тебя не видим, — раздалось откуда-то. — Слушая песни, певца вы тоже не видите. Никто не ответил. — Итак, сегодня мы поднимем одну из самых волнующих нас в последнее время тем - искусство. Есть ли среди вас кто-нибудь отрицающий его важность?— Есть! — раздался тонкий женский голосок. — Отлично... Как вас зовут?— Селена. — Селена, что вы видите?— Сейчас? — переспросила она и на кончике её вопроса почувствовалась едкая усмешка. — Да, сейчас. Что вы видите?— Благодаря вам, мистер Каптуло, - ничего. — Надо же! — воскликнул он. Неожиданно, на его столе загорелась тусклая лампа. — А теперь что вы видите?— Вас, ваш стол и вашу лампу. — Какие чувства это у вас вызывает?— Ну... — задумалась девушка, — Никаких. — Тогда сейчас вы видите не больше, чем видели в темноте. Зачем вам свет, если он никак не изменяет внутреннее состояние? Только пустые люди ничего не испытывают. Вы, я отлично вижу, люди не пустые. Подумайте получше. — В темноте реальность исчезает, открывая безграничные просторы для воображения, — сказал один из студентов. — А вы включили свет и разрушили все мои иллюзии. — Как тебя зовут?— Джек. — Молодец, Джек. Уверен, ты человек искусства, — похвалил Юбер.— Я писатель. — А теперь перейдём к делу, — объявил брюнет. — На это собрание пришли лишь самые способные и необходимые для войны люди. — Войны? — раздалось одновременно несколько удивлённых возгласов. — Да, войны, — кивнул парень. — Искусство против правительства, которому необходимо устранить самое опасное проявление протеста. Все вы пришли по приглашению и все вы уже давно прошли тест на свои способности. Единственное, что от вас теперь требуется – вера.— Что мы должны делать?.. — Вы должны делать людей детьми, — улыбнулся парень и перевёл лампу на доску:«Задача художника - сделать людей детьми. ~ Фридрих Ницше»— Это всё?— Да.
Ник: vieillerie
Номинация: пылкие сердца
Цитата:
Искусство есть заражение чувствами других людей. Л. Толстой.
В его пустых глазницах ползают мелкие черви, но Туман не спешил обращать на них своего внимания. Тупо игнорировал, разрешая паразитам прогрызть себе путь к гниющему от переизбытка чувств сердцу. Игнорировал тогда, когда боль в грудной клетке казалась уже невыносимой. Стиснув челюсти, он предпочел отрывестому крику души наблюдение за войскам.Боже, все такие счастливые, храбрые, горящие желанием одержать победу, что становится тошно от одно лишь их вида. Ему хочется раздробить себе кости, дабы пустота внутри прекратила тревожить расстроенный рассудок.И, знаете, это так паршиво.Туману не хватала принцессы. Она была смертельно больна ощущениями, чувс́твами, ненавистью, любовью, счастьем и болью. Его принцесса — это золотые локоны, усыпанный веснушками слегка вздёрнутый носик, бледные щёки и такие живые голубые глаза.Произведение гребанного искусства.Сука заразила его чувствами. Дьявол, как же блядски больно от воспоминаний. Туман закрыл свинцовые веки, оживая в памяти вкус её губ. Чертовка заставила его мертвое сердце биться. Тяжело вздохнув, подносит холодные, длинные пальцы к потрескивавшимся губам.Б-боже, это слишком даже для него.— Чувак, что с тобой? — спросил один из воителей. — Выглядишь хуже, чем обычно.— Ничего, просто начинаю привыкать к факту — хочу сдохнуть. — Туман повернул голову к слушателю.— Не понял, — тот стыдливо прячет глаза. Как-то не по себе становится от этого придурка.— И не надо, друг, — рассказчик слабо улыбнулся, словно прочитав мысли парнишки.— Ну и к черту такие мысли, — чуть весело начал говорить воин. — Хм, всегда хотел узнать...— Что именно?— Как ты видишь, будучи лишенный глазного яблока? — поморщится*, спрашивает он.Но ответа на вопрос не последовало. Туман, нервно кусая нижнюю губу, покидает воина. Направляется в неизведанный лес.Как всё это достало.Так хотелось избавиться от чувств, с ними оказалось больно трудно. Почему какая-то жалкая фарфоровая кукла разбудила столько... столько неопределенного в нём? Господи, его терзали нескончаемые вопросы.Он, блин, буквально дышал, жил и находил в них единственный смысл своего существования, чёрт возьми, пока эти в свою медленно разрывали стенки слизистой, носоглотку, трахею, а зачем адский огонь неизвестности обволакивал лёгкие изнутри. Они уничтожали его хрупкую оболочку, оболочку в которой он так отчаянно привык прятаться.Прогуливаясь по таинственному лесу Артлэндия уже не первый час, Туман начинает осознавать, что безнадёжно заплутал и не в должных силах найти обратную в лагерь, где, наверняка, кто-то готовит вкусный ужин.Наворачивая очередной круг с урчащим желудком, молодой человек слышит мелодию. Такую лёгкое для слуха и тяжёлую для разума. Одновременно прекрасная и душераздирающая, настолько чистая, что от нежности голоса сдавливает гортань.Он принялся искать источник звуков.Пробираясь сквозь тернистую преграду, Туман застывает в изумлении.Умереть и не встать, блять.На совсем не большой полянке, спиной к нему сидела девушка. Он боялся отпугнуть её своим присутствием, посему сделав осторожный шаг к ней.Заметил в её руках альбом и самый обычный черный карандаш. Она рисовала и, видит бог, делала она это с особым талантом.Ещё, ещё и ещё один шаг.Ему так хотелось разглядеть рисунок неизвестной, но сухой ветки явно не понравилось намерение.Совсем тихий хруст и резкая реакция.— Чёрт, — только и успел прошептать рассказчик, прежде чем девушка вскочила с места и сильно ударила парня ногой в живот.— Кто ты? — испугано спрашивает она. Её лицо. Оно было идентично той, которую он так благополучно разбил об бетон.— Ч-чёрт, — снова прошипел Туман сквозь зубы.— Я спрашиваю, кто ты? — Не унималась художница.— Рассказчик.— Кто?— Монстр здешних лесов, — язвительно произносит Туман.— Монстр? — Нотки страха проскользнули в мягком баритоне.О, Господи, она действительно поверила? Не выдержал, рассмеялся.Ох, видел бы он страх в её глазах. Не видел, но остро почувствовал испуг девушки.А потом её как будто осенило:— Ты лжешь, я знаю. Ты один из этих жалких писак.— Боже, какого это имеет ко мне отношение?— Самое прямое, вообще-то, — возмущённо произносит художница. — У нас, если ты ее в курсе, война. Война! Если не расслышал и это далеко не...— Заткнись, ладно? — Перебил он её, самым измученным видом потерая виски. — У меня голова из-за тебя болит. На что та только плотнее сжав пухлые губы.— Ты так похожа на неё, — его голос дрогнул.— Что? — Не расслышала его. Может и к лучшему.— Успокоилась? — уже чуть громче говорит Туман.— Иди к черту, ясно?— Чего ты боишься? Я безоружен, — он искусно выражает удивление, тайно наслаждаясь её страхом.— Дьявол, ты всегда такой тупой или только со мной? — Девушка разочарованно покачала головой. — Стой на месте! А Туман подождал надвигаться. Весь его вид придавал, леденящий душу, ужас.— Искусство есть заражение чувствами других людей. Толстой.— Что то значит? — Она медленно отходит назад. Подальше.— Мне нравятся то, как ты ощущаешь мир. Твои эмоции. Знаешь, я, наверное, заберу их.
....Артлэндия потерпела так много потерь, что каждая улица усеяна телами, лишенными душ. В отряде осталось всего ничего писателей. Марлод готов назвать имена храбрых воинов в новой главе....
Последняя битва уже приближается.