Глава 5
Глава 5
Солнце клонилось к закату, когда Мрак сжалился. Несчастные изгои едва тащили ноги: волхв у кудов почти ничего не ел, скулы заострились, а глаза блестели, как у голодного барсука.
— Сейчас, сейчас, — сказал он участливо. — Только выберем место... Здесь все голо, мышь не схоронится.
Трава торчала редкими низкими кустиками, стебельки пожелтели. Земля была глинистой, потрескавшейся от зноя.
Таргитай и Олег брели из последних сил. От зноя и духоты звенело в ушах, в желудке бурчало. Таргитай попробовал затянуть пояс потуже, в животе протестующе взвыло.
— Беда! — внезапно вскрикнул Мрак.
Облако пыли было широким, всадники неслись во всю ширь дороги. Мрак обреченно огляделся, в ярости сжал кулаки. Везде голая выжженная земля! А из пыли уже вынырнули первые крохотные всадники, солнце блестит на обнаженных мечах. Дальнозоркий Мрак рассмотрел злые лица. Воины были в хороших доспехах, бронзовых шапках, а на панцирях из кожи блестели металлические пластины.
— Фагимасад! — вскрикнул Мрак люто. — Уцелел, гад!.. Впереди, аки пес... Из них еще трое, не догнал их див...
— Всего четверо? — спросил Таргитай жалко. Он пошарил взглядом под ногами, отыскивая камень.
— Да, всего четыре сотни, — бросил Мрак.
— Нам нельзя попадать им в руки, — крикнул Олег. — Кожу снимут!
Мрак оскалил волчьи зубы:
— Вряд ли. На этот раз для верности порубят на месте. Чтоб не ускользнули еще раз.
Олег упал на колени, вскинул дрожащие руки. Его трясло, лицо было белее мела.
— Что делать? Как спастись?.. Мрак, что делать?
Мрак отвернулся. Голос был глухим, словно шел из дупла:
— У нас ни стрел, ни секир, ни коней... Одна надежда на тебя, волхв! Сотри их в пыль. Или прихлопни как мух.
Конские копыта уже гремели в сухом воздухе. Степняки пришпоривали коней, невры различали потные злые лица. Впереди мчался Фагимасад, он пригнулся к шее скакуна, глаза горели, как угли, раздуваемые ветром.
Мрак чуть пригнулся, хищно растопырил руки. Не оборачиваясь, бросил:
— Все. Смертный час. Слава богам — не в личине волка имею гибель!
Фагимасад несся как таран, меч держал в опущенной руке, нагнетая кровь для страшного удара. За ним тесной лавой мчались степняки, блестели копья, акинаки, секиры.
Они были в сотне шагов, как вдруг земля дрогнула. Поперек дороги пробежала трещина, края быстро пошли в сторону. Взвилась пыль, словно под ударом урагана. Земля качнулась сильнее, Таргитай с размаху сел на задницу.
В двух шагах перед ним Степь провалилась, рухнула вниз. Трещина была в полусотню шагов, но разлом все еще ширился. Из глубины донесся грохот, вылетели клубы черного дыма. Чуть погодя поднялись языки багрового пламени!
Таргитай отползал на заднице: земля рушилась в провал, а край быстро приближался. Из пропасти несло жаром, языки огня стали выше. Сквозь облако пыли было видно на том краю единственную уцелевшую лошадь. Припадая на правую ногу, скачками уходила от пропасти. В ременной петле висел сапог.
Мрак быстро заглянул в пропасть. Его словно отбросило, он обернулся с выражением ужаса:
— Олег!.. Сдвинь! Сдвинь поскорее!
Олег сидел в пыли, голова болталась. В глазах был страх:
— Разве это я?..
— Захлопни, — повторил Мрак страшным голосом. Он отступил от провала. — Пока та жуть не выбралась! Уже карабкается к нам.
— А что там? — спросил Таргитай.
Он все отползал, отпихиваясь руками и ерзая по земле задом. Едва остановился, как впереди обрушилось, он снова оказался на самом краю. Из провала шарахнуло жаром, опалило лицо. Затрещали волосы в бровях, и, зажмурившись, он снова поспешно начал отползать от страшного края — уловил запах горелого мяса.
— Если вырвется, — донесся голос Мрака, — то не знаю, что останется в нашем мире живого!
Мрак вздернул волхва на ноги, тряхнул. Таргитай наконец поднялся, поддержал Олега. По телу волхва пробегала крупная дрожь.
Грохот стал громче, в нем ясно слышался далекий рев, словно кричала сама раненая земля. Клубы огня стали выше, а черный дым поднялся, казалось, до неба. Он закручивался клубами, водоворотами, там проглядывали страшные оскаленные лица, сверкали глазами, исчезали, взмывая вверх. Олег начал шептать, глаза были закрыты. Он вытянул руки к пламени, но их пригибало к земле, и Мрак, догадавшись, подставил свою ладонь под правую длань волхва. Покраснел, жилы на лбу вздулись, он ухватился обеими руками, подставил плечо.
Таргитай ахнул — ноги Мрака начали подрагивать, а ступни начали погружаться в твердую, как камень, землю. Таргитай поспешно подвел плечо под левую длань, ахнул, когда навалилась тяжесть, словно взвалил огромное бревно, сцепил зубы и закрыл глаза.
Его сухожилия трещали, кости раздвигались, в голове стоял шум, он не сразу понял, что грохот затихает. Дым перестал щипать глаза, он раскрыл их, увидел провал во всю ширь — огонь исчез, дым поднимался редкий. Из пропасти донесся треск остывающих камней, глыбы еще срывались, но шума слышно не было.
Таргитай осторожно убрал плечо. Волхв все еще стоял в той же позе, вытянув руки и закрыв глаза, бескровные губы шевелились. Рядом с кряхтением разогнулся Мрак. Встретившись взглядом с Таргитаем, хмуро кивнул. Его ноги вгрузли в землю по щиколотку, Таргитай ступил в сторону и едва не упал — он сам погрузился в землю, словно в жидкую глину.
Олег открыл глаза, непонимающе посмотрел на друзей:
— Затмение какое-то нашло... Я словно бы сомлел.
Таргитай опасливо покосился на разлом, подошел к Мраку:
— А если это не Олег? Он не может щепку сдвинуть своими заклятиями.
Запавшие глаза Мрака холодно блеснули:
— Щепки ему неинтересно двигать. Ему подавай горы, не мельче.
Олег медленно, словно во сне, развернулся к ним:
— То не я! Я сам не понял, что говорил, что шептал, каким богам клялся!
Мрак скосил глаза на пропасть, перевел взгляд на Олега. Тот стоял жалкий, бледный, руки тряслись, как хвост у побитой собаки. Мрак поморщился:
— Ладно, потом разберемся. Надо убираться поскорее да подальше.
Впервые без понуканий Таргитай и Олег бежали по Степи так, что олени не угнались бы. Мрак несся впереди, впервые не покрикивал, не похваливал. Его глаза часто останавливались на измученном лице волхва, взгляд темных глаз Мрака был странным.
Когда впереди поднялось облако пыли, изгои привычно залегли, не дожидаясь даже команды Мрака. Стадо двигалось небольшое, сотни четыре голов, за ним ехали на низкорослых конях с крупными головами трое. Двое лениво переговаривались, третий держался в сторонке, подгонял отставших коров. Все трое были покрыты грязью, словно отродясь не мылись.
Невры лежали в траве, не поднимая голов. Стадо двигалось тяжелой массой, воздух наполнился ревом, мычанием, резко запахло бычьей мочой. Быки шли по краям стада, а коровы и телята держались в середке.
Всадники уже удалялись, когда Таргитаю послышался легкий свист. Он в недоумении оглянулся на Мрака. Тот показал жестом, чтобы изгои издохли.
Третий из степняков вдруг подпрыгнул, вскинул руки. Повод выпал из растопыренных пальцев. В спине блеснуло длинное древко с белым пером. Второй всадник дернулся, ухватился за плечо, куда ударила стрела. Третий припал к шее лошади, в руке блеснул острое лезвие. Его конь прыгнул влево, всадник взмахнул мечом, закричал визгливым голосом, погнал коня дальше, с хрустом ломая сочные стебли. Меч на солнце блестел зайчиками, но самый кончик был красным.
Из травы поднялись двое. Они одновременно отпустили тетивы. Всадник пригнулся, одна из стрел сбила шапку. Страшно сверкнул акинак, но пешие прыгнули в стороны, конь пронесся мимо. Один из пеших мгновенно подхватил с земли и метнул вслед короткий дротик. Острие ударило между лопаток, всадник повалился на шею коня.
Пешие ликующе заорали, но крик одного из них сменился хрипом. Он упал лицом в траву, стрела торчала из затылка. Второй молниеносно упал в траву, успев избежать просвистевшего над головой меча. Всадник, из плеча которого торчала стрела, проскакал дальше. Конь уносил раненого в спину дротиком, и всадник с торчащей стрелой догнал, обхватил за плечи. Копье вывалилось из раны, оставив кровавое пятно.
Они медленно развернули коней. Пеший не стал таиться в траве — с коня увидят, бросился бежать со всех ног. Всадники пустили коней вскачь. Оба взяли луки, но раненый в спину дышал с хрипами, кровь текла даже изо рта.
Стрелы взвились в воздух. Одна прошла мимо, другая ударила бегущего в спину. Он не остановился, а стрела тут же выпала. Всадники догоняли, раненый в плечо взял меч.
Бегущий метнулся в сторону, точно угадав момент. Меч просвистел в воздухе, пеший ухватил всадника за кисть и ловко сдернул. Конь потащил обоих сцепившихся, потом они остались бороться в траве, а конь отбежал и остановился.
Раненый в спину ехал все медленнее. Его шатало, глаза закрывались. Мрак поднялся, в широкой ладони лежал увесистый камень. Всадник не успел увидеть, что ударило в голову, изгои слышали, как глухо хрустнули кости.
— Чтоб не мучился, — буркнул Мрак.
Таргитай и Олег бросились ловить коней. Мрак исчез в зарослях, а когда вернулся, нес три меча, колчаны со стрелами и три лука. Таргитай уже изловил себе коня, а Олег бегал за другим, протягивая пучок травы, будто у коня не такая же росла под ногами, сюсюкал, называл коня ласточкой и даже рыбочкой.
— Они убили друг друга, — объяснил Мрак. — Мне даже не пришлось им помогать. Почти не пришлось.
Он изловил третьего коня, самого крупного, крикнул нетерпеливо:
— Олег! Не тетешкай, а хватай за узду. Он, как баба, твердую руку любит. Или хотя бы чтит.
Когда Олег наконец привел коня в поводу, обливаясь потом, Мрак сказал резко:
— Побыстрее! А то скот уйдет. Надо завернуть.
— Зачем? — не понял Таргитай.
Мрак кивнул на Олега:
— Волхв объяснит лучше. Дальше скрываться не удастся. Если даже не заметят, то оттопчут руки и уши. Придется идти в открытую!
Таргитай ахнул, в страхе оглянулся на Олега:
— До самого Экзампея?
Волхв пристально посмотрел на Мрака, подумал, ответил с трудом:
— Боюсь, Мрак прав. Чем ближе к Экзампею, тем труднее скрываться. Можем попробовать попасть туда как погонщики скота.
Таргитай посмотрел вслед стаду:
— Но... нас не обнаружат?
— Если постараемся, — ответил Олег. — Мрак, вода близко?
— Иначе не стал бы... Поехали!
Они догнали стадо, Таргитай неумело принялся теснить коров. Мрак орал и свистел в трех шагах, Олег умело щелкал длинным бичом. Таргитай не поверил своим глазам, когда стадо медленно свернуло на восток, в сторону Экзампея. Мрак поторопил отставших коров, прислушался.
— Скоро ливень! Надо успеть отогнать через речку, а потом сам Ящер нас не отыщет. Стадо шло на запад, разбойники погнали бы на юг, там трава лучше, так что никому не придет в голову искать нас на востоке, где трава вытоптана, воды мало...
— Но их... было трое?
— А позади могли остаться два десятка.
— Мрак... думаешь, они не умеют читать следы?
— Следы читают все, кроме вас двоих. Но я чую впереди воду — мелкую речку. А еще чую грозу. Мы переправимся через речку, а потом круто свернем на восток. Если и будет погоня, то пойдут по чужим следам на юг, как двигается стадо сейчас. Понятно?
— Вроде бы, — ответил Таргитай понуро и неуверенно.
— Тогда погоняй коров!
Речку увидели скоро, но еще раньше их начал догонять свежий ветер, какой бывает перед ливнем. Над головой предостерегающе загремело. Стадо ускорило шаг, зачуяв близкую воду.
Первые капли ударили в землю, когда передние животные взбежали на берег. Мрак следом, озабоченно присвистнул. Справа и слева через реку шли, разбрызгивая воду, крупные стада. Одно было таким огромным, что передние быки уже скрылись из виду, а задние едва показались. Только в самой воде было больше животных, чем всех в стаде, которое гнали невры.
Речка была мелкая, но в низкой долине образовалось озеро с песчаным дном. Животные пили долго, неторопливо, некоторые начали ложиться, закрыв блаженно глаза.
Олег не выдержал, бросился выгонять из воды. Коровы игриво брыкались, покидать не желали. Таргитай поспешил на помощь, с опаской и неумело хлопнул бичом. Коровы не обращали внимания, пока не начал хлестать одну по толстым бокам. К его облегчению, корова не взъярилась, не кинулась, а послушно поднялась и потрусила на берег, словно говоря: так бы сразу, хозяин, а то непонятный какой-то...
Выгнав на берег, они повернули стадо круто на восток. Мрак кивнул на двигающиеся массы скота справа и далеко позади:
— Среди них, если боги не против, затеряемся.
— Но если встретим киммеров?
— Скажем всю чистую правду. Дескать, гоним скот в столицу для великого кагана.
— От кого? На степняков мы не больно похожи.
— От покоренных... ну, полян. Или древлян. Ведь не только степняки гонят. Я присмотрелся к погонщикам соседнего стада — черные, как головешки, а на голове куча тряпок, будто комоедицу играют!
Таргитай завистливо смолчал. Он видел только темную массу скота далеко справа, не различая человеческих фигурок.
Коровы шли покорно, жевали на ходу. Челюсти тупо двигались, равномерно перетирая траву. Степь тянулась открытая, изредка холмистая, но трава колыхалась под ветром высокая, сочная. Вспархивали из-под копыт птахи, испуганно шмыгали ящерицы — такие крупные, что даже Олег пытался ухватить одну за хвост. Далеко на виднокрае показался табун диких коней, пронесся, взбивая пыль, исчез.
Стадо двигалось мерно, Таргитай учился управлять конем ногами, в руках держал секиру, подражая Мраку. Оборотень посмеивался, но глаза были тревожными: миновали высохшее ложе ручья, солнце палит по-прежнему, коровы уже взревывают, глядя на всадников налитыми кровью глазами. Быки идут молча, но острые рога грозно блестят.
— Должны быть ручьи, — шептал Олег с мольбой. — Мы ж не первые, кто гонит стада к Экзампею!
— Лето чересчур жаркое, — напомнил Мрак. — Ручьи пересыхают.
Наконец Мрак усмотрел далеко, почти на виднокрае, деревья. Ближе виднелись разрозненные кусты. Там могла остаться вода — если не ручей, то высыхающая лужа, можно напоить если не все стадо, то хотя бы коней!
Они наткнулись на другое песчаное русло, где совсем недавно была вода. Мрак велел гнать стадо вниз по руслу, вскоре по краям начали подниматься как бы берега, пока не подъехали к небольшому ущелью. Дальше равнина резко поднималась, деревья темнели уже внизу и впереди.
Внизу простиралась маленькая зеленая долина, в центре блестело маленькое озерко. На краю воды горел костер, трое киммеров хлебали из котла, а еще двое возились с конями.
— Назад, — шепнул Мрак.
Таргитай сказал обеспокоенно:
— Скот взбесится без воды. Бросим все, уедем?
— Коней тоже надо поить, — огрызнулся Мрак. Подумав, добавил: — Да и вы сами не больно росой продержитесь... Где Олег? Надо с ним посоветоваться.
Таргитай оглянулся на волхва, тот подгонял отставших телят.
— А потом поступишь наоборот?
— Должен я знать, как поступить, верно?
Быки долго не понимали, почему их загоняют в узкий проход. Невры не умели управляться с огромными зверями, бестолково ездили вокруг, орали, хлопали палками по бокам зверей. Один из быков разъярился, погнался за неврами. Другой тем временем все же вошел в ущелье, зачуял воду, призывно взревел. За ним потянулось все стадо. Взбешенный бык перестал гоняться за конем Олега, побежал за стадом.
Таргитай пустил коня рядом с Мраком. Сердце щемило от страха. Уже приходилось убивать, но защищаясь, в панике, почти не соображая, что делает, а сейчас сами едут навстречу схватке. Олег тоже побелел, щупает обереги, что-то шепчет.
Мрак пустил коня вскачь, но в руках держал поводья, секира оставалась за плечами. Таргитай оттеснил конем Олега, помчался следом.
Они вынеслись из-за изъеденной временем скалы, в лицо пахнуло свежестью. После желтой пересохшей травы — сочная зелень, пышные кусты... И — черное пятно выгоревшей земли!
— Где они? — спросил Олег тревожно. Его губы дрожали, он оглядывался в сильнейшем страхе, даже посмотрел на небо.
— Убрались...— ответил Мрак с облегчением. — Ну, ребята, на этот раз повезло! Это могли быть те хлопцы, которые искали пропавшее стадо.
Стадо ускоряло бег, пока передние коровы не вбежали в воду. Задние нажали, стадо расположилось по краю, охватив озеро кольцом.
— Здесь и переночуем, — велел Мрак. — Тарх, выбери теленка.
— Какого? — не понял Таргитай. — Зачем?
— Ты отказываешься жрать? — удивился Мрак.
— Нет, но...
— Почему я пойду охотиться бог знает куда, когда рядом целое стадо?
Утром Таргитай заговорил, еще не раскрывая глаз:
— Хорошо, пригоним до самых стен Экзампея. А дальше? Во дворец вряд ли пустят со стадом...
Мрак и Олег сидели возле костра, трапезовали. В руках исходили вкусным паром огромные ломти жареного мяса. Таргитай потянул носом, вытянул шею в направлении запаха, открыл глаза.
Мрак кивнул Олегу:
— Всю ночь кошмары снились бедолаге.
— И не зря, — добавил Олег.
Таргитай дополз до костра, выдернул из земли прут с остывающим куском мяса.
— Почему это? — спросил он.
— Ешь, ешь, — посоветовал Мрак подозрительно ласково. — Тут волхв такое придумал для тебя, что натощак можешь вовсе перекинуться.
Впервые они ехали во весь рост, не прячась. Иногда обгоняли бредущие в сторонке стада. Мрак присматривался к далеким погонщикам, кое-что изменил в одежде изгоев, но озабоченное лицо малость просветлело — многие гнали стада к Экзампею.
Таргитай сказал возбужденно:
— А представьте себе, что вот так едем и едем... Чисто поле. Ни деревца, ни кустика, ни бугорка. На сотни верст гладко и ровно, видно как за версту муравей стрекозу дерет... И вдруг из-за угла вылетает злой киммер на черном коне!
Олег двигал кожей на лбу, поднимал брови. Он всегда добросовестно все старался понять, Мрак же беспечно отмахнулся:
— Я человек простой. Во чистом поле да из-за угла?.. А вот тебе Олег сказал, как проникнем во дворец кагана?
— Нет...
Мрак удивился:
— Да? Чудно. Ведь тебе главная роль!
— Мне? — не поверил Таргитай. — Лучше Олегу. Силой не получится, а вот чарами...
Мрак покосился на волхва:
— Я лучше сумасшедшему дам факел и пошлю в сарай с сеном... Нет, Таргитай, у нас есть ты. На своей палке с дырками играть не разучился? Вот и будешь играть. Да не нам — кагану.
Таргитай раскрыл рот для вопля, так и застыл, переводя взгляд с одного на другого. Олег объяснил терпеливым голосом:
— Непонятно? У нас уже в ушах звенит от твоих песен. Пусть и каган помучается. Авось помрет.
А Мрак добавил безжалостно:
— Ты главный певец, а мы — подпевалы. Ну, помощники, что инструмент тебе носят.
— Сопилку? — пискнул Таргитай полузадушенно. — Втроем?
— М-да... Поляне баили, что где-то на громадных арфах играют. Ты на арфе не пробовал?.. М-да... Тогда как охранники! Ты — особо ценный певец, любимец кагана.
Конь вынес Олега вперед, тот едва справился, вернулся, крича издали:
— Со стороны поглядеть, на любимца кагана не тянет... Надо чего-нибудь попроще. К примеру, посланец от покоренного племени, дабы воспеть славу великому кагану!
Жеребец под Мраком взыграл, передалось настроение хозяина. Мрак крикнул:
— Это пойдет! От какого племени?
— От фараона не пойдет, — объяснил Олег. Он подъехал ближе, внимательно рассматривая Таргитая, словно видел впервые. — С Баджедом были черные... Вообще от покоренных, я думаю, уже приехали вожди и заложники. Нет, не пойдет от покоренных! Их уже знают. Лучше если не от покоренных, а готовых покориться.
— От кого бы это? — спросил Мрак. Он с некоторым уважением смотрел на волхва — тот часто попадал впросак, но умел выкарабкиваться. — Мы других племен не знаем. А невры ни в жисть...
— Дрягва, — сказал Олег уверенно. — Если упырям поклоняются, то каган для них в самый раз. В Экзампее скажем, что послал великий и богатый народ дряговичей.
Мрак с волчьей улыбкой покосился на ошарашенного Таргитая. В его взгляде было сомнение, но голос прогремел твердо:
— Тарх, другого выхода нет. Хошь не хошь, а ты главный. Мы с Олегом при тебе вроде отроков. Хвост тебе заносим на поворотах, сопилку чистим от слюней... вшей на тебе бьем, чтобы твой голос не спортили...