Внешность не причина любви. [Sally Face] {ЗАМОРОЖЕН}

Проснулась девушка от звона собственного будильника, который, кажется, забыла выключить. На животе чувствовались некие тяжесть и тепло. Раскрыв ещё тяжёлые веки, Голден мутным взглядом взглянула на существо. Оно было рыжим. Существо мурчало и, кажется, спало. Кулаком протерев глаза, Мари уже начала детально рассматривать существо.

- Кот?.. - промямлила она, ещё отходя от сна. - Кот! - воскликнула девушка, кладя руку на рыжее существо. Он мурчал, все сильнее сворачиваясь в клубок.

"Кот, кажется, соседский. Надо сейчас спросить у них." - подумала Уилкинсон, взяв рыжего кота на руки, и пошла в зал. В комнате был только сидящий на диване и игравший на приставке голубоволосый парень. Девушка немного боялась его тревожить, вдруг что учудит? Но интерес был превыше страха и инстинкта самосохранения.

- Эм, - Мари замялась, заметив, что парень теперь пристально смотрит на нее, - Фишер, извини меня за мою недолжную грубость, - Салли усмехнулся, слыша вежливый тон в его сторону, - но это не твой кот?

- Да, мой. - отложив приставку, Салли-Кромсали подошёл к девушке и взял у нее своего кошака. - Я то тебя искал, Гизмо! Где ты был, брат? - Маригольд смутил разговор парня с рыжим, и даже в голове, где царила после сна сплошная неразбериха, промелькнула мысль о том, что он сумасшедший.

"Нет, думаю, он просто соскучился по своему питомцу... - опровергнув свои же догадки подумала Уилкинсон, - ...наверное..."

Салли, ещё немного "поговорив" со своим котом, посмотрел на девушку. Точнее, на ее, так сказать, внешний вид.

- А ты прямо так спала? У тебя там, на голове, птица гнездо свила и котята кончики волос пососали. А одежда, извини меня, конечно, как в одном месте побывала. - глаза девушки округлились, руки задрожали, а ноги вдруг стали ватными.

Она не верила, что сейчас стоит перед сильным полом в таком виде. Это не не подобает хорошо воспитанной девушке. Как можно быстрее, она побежала к себе в комнату. Взяв расческу и какую то резинку, рубашку в синюю клетку и черные леггинсы, девушка вышла в холл.

- Ванна справа от твоей комнаты! - крикнул из зала Фишер. Мысленно сказав ему спасибо, Мари пошла в ванную комнату.

Комната была нежного голубого цвета, на полу белый кафель с черным рисунком, но середине был большой резиновый ковер. Там находилась душевая кабина, умывальник, зеркало в полный рост возле душа, и в небольшом углублении, закрытым, как ни странно, черной шторкой, туалет. Положив на небольшую белоснежную тумбочку, что находилась возле двери, вещи, Голден стала снимать помятую одежду, не забыв закрыть дверь на щеколду.

Когда же одежда покоилась на тумбе, девушка, в одном белье, подошла к зеркалу. "Давно я себя в полный рост не видела", - думала она, разглядывая себя. Длинные, чуть пухлые, ноги, широкие бедра, такие же широкие плечи. Кожа, из-за полного отсутствия прогулок на свежем воздухе, стала бледной, с отчётливо видными голубо-фиолетовыми синяками на бедрах и коленках.

Лицо же, вытянутое, с пухлыми щёчками, чуть длинным носом и тонкими губами, довольно гармонично смотрелось в оправе длинных пепельно-русых волос. Этот природный контраст, по мнению ее мамы, всегда был привлекателен и красив.

Надев рубашку и леггинсы, девушка расплела волосы и начала расчёсывать их. После, сделав косу, Мари, взяв мятую одежду, пошла в свою комнату.

На кровати до сих пор лежал листок со списком преподавателей. Положив на нее вещи, девушка взяла листок и стала заново вслух оглашать список.

- Кхем, Кхем! - послышался недовольный кашель со стороны дверного проема. Обернувшись, Голден встретилась со взглядом ярких, но при этом холодных, пронзивших насквозь душу, голубых глаз.