Темнейшая мечта

Лиса

Я упорно не желала отходить от моего своенравного упертого брата ни на шаг, буквально превратившись в его тень, когда мы втроём поднялись на второй этаж и Тэ провел нас до пустующей гостевой спальни, приказав другу дожидаться приезда врача и не пытаться строить из себя героя, которому все нипочём, и я, как никогда, была с ним согласна.

Тэхен вышел, оставляя нас с братом наедине и, как только за ним закрылась дверь, Чонгук тяжело рухнул на кровать и с его губ слетел глухой стон.

Я тут же бросилась к нему, опускаясь на колени рядом с ним и пытаясь поймать его затуманенный от боли взгляд.

— Родной , тебе очень больно ? — взволнованно прошептала я, кусая губы и пытаясь снова не расплакаться, ведь видеть страдания любимого человека было просто невыносимо.

Уголки его мягких, чуть обветренных губ слегка дрогнули в улыбке, и он нежно погладил меня по волосам, шепнув:

— Всё в порядке, малыш. Не волнуйся так сильно.

— Как я могу не волноваться, глупый?.. Ты - вся моя жизнь… Я не знаю, что бы со мной было, если бы ты не вернулся…

Я присела на постель рядом с ним и нежно погладила его по щеке.

Чонгук поймал мою руку и поднёс к губам, глядя прямо в глаза потемневшим взглядом, проникавшим в самую душу и пробиравшим до мурашек.

— Я вернусь к тебе даже с того света, Лис… — хрипло произнёс он.

Я вздрогнула, когда его горячее дыхание коснулось моей кожи вслед за губами, почти обжигая, и прикрыла глаза, неслышно шепнув:

— Прошу тебя , не говори так. Я не переживу твоей смерти…

— Прости… — он тихо вздохнул, и в следующий момент родные горячие губы прижались к моим, стирая все мои страхи и тревоги и заставляя забыть обо всем,что произошло.

Я подалась к нему, обнимая за шею и приоткрывая губы под его ласковым напором.

Чонгук целовал меня так осторожно и трепетно, едва касаясь моих губ своими, словно просил прощения за то, что заставил меня так переживать за него.

Но я готова была простить ему все, что угодно, ведь самым главным было то, что он сдержал обещание и вернулся ко мне.

Я погладила его по щеке и, тихонько вздохнув, отстранилась, натолкнувшись на его улыбающийся тёплый взгляд, невольно заставивший меня смутиться.

Это было поразительно, но он обладал надо мной такой властью, что я все ещё терялась и робела перед ним, когда он так на меня смотрел. Так обжигающе и в то же время ласково, что под кожей начинали трепетать лёгкими крылышками сотни бабочек, а внутри разливалась сладостная истома, растекаясь волнами дрожи по всему телу.

— Ты очень сердишься? — тихо спросил брат , и я удивленно взглянула на него, не понимая, о чем он говорит.

— За что мне на тебя сердиться?

— За то, что оставил тебя одну, — он вздохнул и уткнулся лбом в моё плечо, словно большой нашкодивший кот, выпрашивающий прощение у хозяйки.

От этого сравнения я невольно улыбнулась, зарываясь пальцами в его мягкие волосы и нежно поглаживая по затылку.

— Я не сержусь, глупый… Я понимаю, зачем ты это сделал, но это не отменяет того факта, что я безумно испугалась за твою жизнь.

Чонгук вздохнул, но ничего больше не сказал, продолжая сидеть, прикрыв глаза и тихо дыша мне в шею, пока мои пальцы нежно перебирали его мягкие тёмные волосы.

Он время от времени вздрагивал, когда его пострадавшую руку пронзала очередная вспышка боли, и моё сердце сжималось и рвалось на части каждый раз, чувствуя его боль, как свою собственную.

— Давай я помогу тебе снять рубашку, — тихо шепнула я, осторожно выпутываясь из его рук, которыми он уже придвинул меня вплотную к себе и почти перетянул на свои колени, стоило мне лишь немного ослабить бдительность.

— Я бы предпочёл, чтобы ты помогла мне снять не только рубашку, — хрипло шепнул этот очаровательный, но до жути нахальный брюнет, и я едва сдержалась, чтоб не стукнуть его в грудь, к его счастью, вовремя вспомнив о том, что он сегодня и так пострадал из-за меня.

Но, если даже в таком состоянии ему хватало сил пытаться соблазнить меня, значит, все было не так уж и плохо.

— Ты невыносим, — усмехнулась я и встала, заставив его все же отпустить меня и немного отклониться назад.

Чонгук смотрел на меня из-под полуопущенных длинных ресниц с мягкой полуулыбкой все то время, пока я пыталась расстегнуть мелкие пуговицы на его чёрной рубашке, но пальцы не слушались и дрожали, и я сама удивилась подобной реакции.

Но чёрный ягуар, даже раненый, все равно оставался опасным хищником, и сила его тёмного собственнического взгляда сбивала дыхание и пробирала до мурашек, путая мысли и мешая сосредоточиться и прямо взглянуть в гипнотические, глубокие, ласковые глаза, так бесстыдно раздевавшие меня одним лишь взглядом.

Но весь мой игривый настрой улетучился сразу же, стоило лишь мне увидеть его окровавленное плечо.

Потрясенно выдохнув, я прикусила губы, невесомо погладив его по щеке кончиками пальцев и шепнув со слезами в голосе.

— О господи, Чонгук… больно ужасно, да?

— Терпимо, — прохрипел он, но в этот раз ему не удалось меня обмануть.

Я укоризненно взглянула на него, аккуратно спуская тонкую ткань рубашки вниз по его плечам и кусая губы, чтоб не заплакать от жалости к любимому .

----Лис, ну правда, не стоит так волноваться. На тебе уже лица нет, - ласково пожурил меня он, но я покачала головой.

— Не лги мне, мой хороший. Не пытайся скрыть от меня свою боль. Хоть сейчас не старайся быть сильным за нас двоих, — шепнула я, обхватывая ладонями его лицо и оставляя на его тёплой бархатной щеке нежный поцелуй. — Ты всегда просишь меня доверять тебе, но и я хочу, чтобы ты тоже говорил мне, когда тебе больно или плохо.

— Если ты сейчас снова меня поцелуешь, мне сразу станет легче, — хрипло промурлыкал этот хитрый котяра, и я невольно улыбнулась, шепнув:

— Вот так?.. — мои губы невесомо мазнули по его скуле, провели вверх до виска и замерли, поцеловав уголок тёмной шелковой брови.

— Не совсем, малышка, — прохрипел он, обхватывая мои колени руками и властно притягивая меня ближе.

— Чего же ты хочешь, ммм? — дразняще улыбнулась я, глядя в затуманенные потемневшие глаза напротив, смотрящие на меня с нескрываемым обожанием и нежностью, и невесомо поглаживая его скулы кончиками пальцев.

— Ниже, Лис… Спустись ниже…- его и без того глубокий голос упал до завораживающего хриплого полушепота, и мои колени мгновенно ослабли.

— Так?.. — мои губы скользнули вниз, целуя идеальную линию его челюсти и твёрдый подбородок, и Чонгук запрокинул голову, прикрыв глаза, и хрипло выдохнул:

— Почти…

—Тогда может... Так?.. — шепнула я ему в губы, дразня, и зарылась пальцами ему в волосы, поглаживая по затылку, и он подался мне навстречу, жадно накрывая мои губы своими и вовлекая меня в долгий чувственный поцелуй, и мы снова растворились друг в друге, забыв обо всем остальном мире.

— Ну вот… Уже почти не болит… — задыхаясь, шепнул Чонгук с мягкой полуулыбкой, когда я все же нашла в себе силы отстраниться от него.

— Лжец… — мягко шепнула я, качая головой, — Потерпи ещё совсем немного, любимый… Врач скоро будет здесь.

Он прикрыл свои гипнотические глаза, все это время державшие меня в плену, пытаясь привести в норму сбившееся дыхание, и с улыбкой шепнул:

— Всё хорошо, лисенок. Поверь, эта царапина — далеко не самое худшее, что со мной случалось.

Я нахмурилась, холодея от одной мысли о том, что это было не первое его ранение, и гадая, сколько раз его пытались убить за все то время, пока мы почти не общались.

Память услужливо подсунула воспоминания о событиях двухлетней давности, когда Чонгука не было дома почти месяц , и никто не говорил мне, где он и что с ним, и теперь я с ужасом понимала, что, скорее всего, именно в то время он точно так же где-то отлеживался и залечивал раны, а я даже ничего об этом не знала.

Но, взяв себя в руки, я поспешила отогнать от себя эти тяжёлые мысли, не желая омрачать наше настоящее этим тёмным прошлым.

— Это сделал Крис? — шепнула я.

— Это уже неважно, котенок, — устало вздохнул брат, а затем обнял мои ноги и уткнулся лицом мне в живот, тихо дыша и стараясь не стонать от боли.

Я зарылась пальцами в его мягкие растрепанные волосы, нежно поглаживая и перебирая шёлковые пряди цвета тёмного горького шоколада и надеясь, что это хоть немного его отвлечет, на самом деле отчаянно желая забрать всю его боль себе.

Я все же заставила его лечь и примостилась рядом, и он положил голову мне на колени, устало прикрыв глаза.

Мне было больно уже от одного взгляда на его плечо, и я все время кусала губы, чтоб вновь не разреветься от жалости к нему, но он, видя это, постоянно бросал на меня успокаивающие взгляды и улыбки, хотя это он был здесь пострадавшим.

Наконец, спустя полчаса в дверь спальни негромко постучали, и мне все же пришлось оставить брата заботам врача семьи Ким .

Господин Ли, как он представился с порога, оказался приятным высоким блондином на вид ненамного старше Тэхена.

Едва зайдя в комнату, он мгновенно оценил ситуацию цепким профессиональным взглядом и уверенно выставил меня за дверь, заявив, что юным нежным созданиям вроде меня не место в его операционной.

От одной мысли о том, что именно в неё сейчас превратится гостевая спальня Тэхена , мне стало плохо, но я все равно не хотела уходить, пока Чонгук сам не попросил меня об этом, шепнув, что с ним все будет хорошо и мне тоже нужно отдохнуть.

Вздохнув, я все же подчинилась и вышла, тихо прикрыв за собой дверь, и даже не удивилась, увидев, что в коридоре меня уже ждал Тэхен , засунув руки в карманы брюк и расслабленно опираясь плечом о стену.

Увидев меня, он улыбнулся и тихо спросил:

— Как он, Лис?

— Держится из последних сил, но строит из себя бессмертного, как обычно, — фыркнула я и нахмурилась, прижав ладонь к глазам и вытирая вновь собравшуюся в уголках соленую влагу.

Тэхен усмехнулся:

— Узнаю это поведение. Ну зато теперь мы можем быть спокойны, ведь, если принц так себя ведёт, значит, с ним точно все в полном порядке.

Я невольно улыбнулась, покачав головой, и недоверчиво уточнила:

— Ты правда так думаешь? — я снова расстроилась из-за того, что понимала, что о некоторых вещах, касающихся моего своенравного брата, его друг знал намного больше, чем я.

— Поверь мне, мелкая, мы с Чонгуком побывали в достаточном количестве перестрелок, чтоб знать пределы возможностей друг друга.

Несмотря на его шутливый тон, от услышанного у меня потемнело в глазах, а пол слегка поплыл и опасно накренился, и я тяжело привалилась к стене, пытаясь прогнать дурноту от накатившей волны удушающей паники и слабости и остаться в сознании.

Я ничего не могла с собой поделать, ведь, каждый раз, слыша о том, с какой лёгкостью они с Тэхёном рисковали своими драгоценными жизнями, мне становилось безумно страшно.

Увидев, что я резко побледнела и едва не осела на пол, друг тут же бросился ко мне, сжав мои плечи и встревоженно заглядывая в глаза.

— Господи, Лиса, ты в порядке?.. Я опять ляпнул что-то не то? — он выглядел таким виноватым, что я невольно улыбнулась.

— Прости, Тэхени. Просто я, наверное, никогда не смогу привыкнуть к тому, что вы двое так легко подставляетесь под удар, рискуя жизнью, в то время как мне кажется, что я умру, если кого-то из вас не станет... — мой голос сорвался, и Тэ порывисто прижал меня к себе, выдохнув мне в волосы:

— Прости…

— За что? — я сжала пальцами его рубашку и тяжело прислонилась к его плечу, судорожно всхлипнув.

— За то, что снова тебя расстроил.

— Ты ни в чем не виноват, Тэ . Ты просто сказал мне правду. В отличие от Чонгука, который всю жизнь её от меня скрывает, считая, что таким образом оберегает мой покой.Как он мог так рисковать?.. — я прижала ладонь к губам и снова всхлипнула и в следующий миг буквально утонула в крепких тёплых объятиях друга.

Тэхен прижал мою голову к своему сильному плечу и ласково погладил меня по волосам , как маленькую, тихо сказав:

— Лис, вот увидишь, с ним все будет хорошо. Помнишь, что я говорил тебе? Чонгук очень сильный и никогда не сдаётся без боя.

— Но каждый его бой может стать последним… — прошептала я, крепче сжимая пальцами рубашку друга и пряча лицо у него на груди, не желая, чтоб он видел мои слезы.

Казалось, за последние сутки я выплакала их все, но они снова потекли по щекам, стоило мне вспомнить о том, как много Чонгук намеренно от меня скрывал.

И пусть он делал это из лучших побуждений и желания оградить меня от боли и тревог, но его мотивы не имели значения, ведь в конечном итоге мне все равно было больно.

— Тэхен… — тихо позвала я.

— Хмм? — он немного отстранился, приподнимая мой подбородок, чтоб заглянуть в глаза, и тут же нахмурился, заметив влажные дорожки от слез на моих щеках.

— Эй, ну хватит плакать, принцесса. Теперь у тебя нет для этого поводов.С твоим братом все будет хорошо, ведь у него, похоже, девять жизней, как у кота, и доктор Ли в два счета поставит его на ноги, а если ты переживаешь из-за того, что клан Криса поднимет шум, я уверен, этого не случится. Всё образуется, вот увидишь, - заверил меня Тэхен , с ласковой улыбкой поглаживая мои скулы и незаметно стирая с них слезы.

Я покачала головой, смахивая соленую влагу с ресниц, и призналась:

— Дело не только в этом.

— А в чем тогда? — он внимательно смотрел на меня, и казалось, что от его золотых львиных глаз ничто не могло ускользнуть.

Глубоко вздохнув, я наконец спросила:

— Это ведь не первое его ранение, да?

Тэхен застыл и отвёл взгляд, но я и так все поняла без слов и ещё сильнее вцепилась в его руки, не давая уйти от ответа.

— Прошу тебя, скажи мне правду, — взмолилась я, пытаясь поймать его помрачневший взгляд.

Он тяжело вздохнул, а в его глазах словно сразу померк золотой тёплый свет, который всегда согревал меня, когда он наконец ответил:

— Нет, Лис. Не первое.

Я вздрогнула, прикрыв глаза, и пошатнулась, приходя в первобытный ужас от одной мысли о том, что Чонгук уже когда-то был на волосок от смерти, а я даже ни о чем не догадывалась, просто потому, что он не позволял мне узнать об этом, не впуская в свою жизнь.

И, даже спустя столько времени и несмотря на то, что наши отношения теперь были совсем другими, его прошлое отчуждение причиняло мне боль.

— Сколько их было? — только и смогла я выдохнуть, невидящим взглядом уставившись Тэхену в грудь и не в силах поднять глаза.

Он застыл, все ещё не решаясь открыть мне правду и не зная, как я отреагирую на неё, но затем тихо сказал:

— Три.

О господи… Мне показалось, что пол сейчас снова уйдёт у меня из-под ног, но, ощутив, как сильные руки друга крепко сомкнулись вокруг меня, не дав упасть, я усилием воли заставила себя стряхнуть сковавший тело и разум страх, как сквозь толщу воды услышав его встревоженный голос :

— Господи, и зачем я только всегда уступаю твоим просьбам, малышка? Когда-нибудь твой брат все-таки прикончит меня за мой длинный язык и за то, что выдаю тебе все его секреты, —сокрушенно выдохнул он, и я невольно улыбнулась.

— Не волнуйся, Тэхени. Я этого не допущу. Разве я могу остаться без своего главного информатора?

Услышав это, он тихо рассмеялся:

— Я рассчитываю на тебя, Лиса. Ведь любого другого на моем месте он бы уже давно пристрелил.

Я фыркнула, стирая остатки слез и немного отстраняясь.

— Если бы у него было меньше тайн, никто бы не пострадал. А я, наверно, просто никогда не смогу смириться с тем, с какой лёгкостью он рискует жизнью, совершенно не думая о тех, кто любит его.

Но Тэхен грустно улыбнулся и нежно заправил выбившуюся прядь мне за ухо, тихо сказав:

— Тут ты не права, милая, ведь все как раз наоборот. Он рискует жизнью только ради тех, кого любит. И всегда думает лишь о тебе.