Forgive me
Лиса
Не помню, как оказалась в своей спальне, дрожащими руками закрыв дверь на ключ и набирая номер Тэхена.
Он ,к моему огромному облегчению , ответил после второго же гудка, хоть уже был час ночи.
— Лис, что случилось?----в его глубокий голос мгновенно закралась тревога , а из моих глаз снова потекли слезы .
— Тэ… Чонгук … Он…он...
Меня все ещё трясло, мой голос срывался, и Тэхен тут же почувствовал неладное , глухим от волнения голосом процедив:
— Малышка, что он сделал ?
Моё сердце сжалось от его ласкового обращения, но тут же замерло от того, что я должна была ему сказать. Сделав глубокий вдох, я изо всех сил сжала телефон и прошептала едва слышно, ведь мне было больно даже говорить об этом:
— Чонгук...видел нас в машине и решил, что мы с тобой целовались, и он… Он…- договорить я так и не смогла, но Тэхён, похоже, и сам все понял.
— Лис, я уже выезжаю, - его ледяной тон не предполагал никаких возражений, но я ещё больше испугалась от перспективы того, что он может приехать к нам домой и начать выяснять отношения с пьяным и безумно злым Чонгуком , лихорадочно шепча в трубку и чувствуя, как меня душит новая волна слез :
— Нет, не надо, не надо приезжать, так будет только хуже... Просто… прошу тебя, позвони и обьясни ему все. Мне он не верит...
На том конце линии раздался тяжёлый вздох, но затем Тэ сдался и тихо успокаивающе произнёс :
— Хорошо, малышка, я сейчас же позвоню ему и все объясню, только не плачь. Но... Ты уверена, что не хочешь, чтоб я приехал и вправил мозги твоему брату?
— Уверена , - выдохнула я, вытирая слезы тыльной стороной ладони и тихо всхлипывая. И, разумеется, Тэхён это прекрасно слышал.
— Лиса, с тобой точно все хорошо? Скажи мне правду. Он ...не сделал тебе больно? - потребовал ответа Тэхён, и в его голосе зазвучала плохо скрываемая угроза , когда он процедил сквозь сжатые зубы, - Если этот идиот что-то сделал тебе, я приеду немедленно и пусть пеняет на себя!
Я снова всхлипнула, понимая, что со мной теперь ещё не скоро все будет хорошо после того, что произошло внизу между мной и Чонгуком, но не могла признаться в этом Тэхену, ведь тогда мне пришлось бы рассказать ему обо всем, поэтому прикусила губы, чтоб не разреветься окончательно и лишь безжизненно выдохнула:
---- Нет, не сделал. Но он был пьян и очень зол, поэтому я испугалась.
Тэхён что-то тихо пробормотал себе под нос, и это нечто очень смахивало на витиеватое китайское ругательство с кучей проклятий, в которых я уже неплохо разбиралась, но затем заверил меня :
---- Я позвоню ему сейчас же, Лис. Но не уверен, что он станет меня слушать, ведь ты же знаешь, каким упрямым бараном он может быть. Поэтому если потребуется, я все- таки приеду к вам.
---- Спасибо, Тэхени... Прости, что я снова доставляю тебе проблемы. - всхлипнула я.
Но он лишь тихо вздохнул :
----Ты ни в чем не виновата, малышка. То, что произошло, полностью моя вина. И я должен сам всё исправить. Не волнуйся ни о чем. Я сам поговорю с твоим братом.
---- Спасибо тебе.
Как только я положила трубку, раздался тихий стук в дверь, и я невольно вздрогнула и сжалась, зная, что за ней мог сейчас находиться лишь один человек.
Самый родной.
Самый любимый.
И теперь пугавший меня до дрожи.
Я замерла посреди комнаты, чувствуя, как дрожат руки, а ноги и вовсе грозили вот-вот отказать, и я просто не могла себя заставить сдвинуться с места.
Тишина уже начинала давить на уши, когда за дверью раздался приглушенный голос брата,тихо попросивший :
— Лиса, прошу тебя, открой дверь.
Я молчала, наконец заставив себя сделать пару шагов и тяжело прислонившись к этой самой двери спиной, но не могла заставить себя открыть её.
— Малышка, прости меня, я очень виноват…- снова послышался за ней приглушенный взволнованный голос Чонгука , и боль и отчаяние, сквозившие в нем, просто разбивали мне сердце.
Я обессиленно сползла на пол, кусая губы, чтоб снова не разреветься, ведь больше всего на свете мне хотелось открыть эту чёртову дверь.
Но я не могла. Я очень боялась.
— Родная, я знаю, что ты меня слышишь…- за дверью послышался тихий вздох, и его голос раздался совсем рядом, словно он, так же, как и я, сидел сейчас, прислонившись щекой к прохладному дереву.
Я тихо всхлипнула, думая о том, что мы могли бы сейчас держать друг друга в объятиях, утоляя тоску после долгой разлуки, и целоваться, как сумасшедшие, но рок распорядился иначе,сыграв с нами злую шутку
— Уходи, Чонгук… Просто уходи… — безжизненно выдохнула я, но он услышал.
По ту сторону двери раздался тяжёлый вздох, и брат тихо произнёс :
— Ты же знаешь, я не уйду отсюда, пока ты не откроешь.
Я молчала.
— Что ж, тогда я буду сидеть здесь всю ночь .
Я знала, что это не пустые слова, и в силу врожденного упрямства он именно так и поступит, но мои руки все ещё дрожали так сильно, что я бы при всем желании не смогла сейчас открыть ему дверь.
И я с ужасом понимала, что и не хочу этого.
При воспоминаниях о том, что произошло внизу, меня вновь начинало трясти, а глаза заволакивало пеленой слез от все ещё звучавших в голове обвинений, небрежно брошенных самым любимым голосом.
---- Делай, как знаешь, - глухо выдохнула я и прижала руку к дрожащим губам, которые все ещё саднило от его грубых поцелуев, и судорожно всхлипнула, зажимая рот ладонью, и, подтянув колени к груди, сжалась в комок на холодном полу.
Ночь, которая должна была быть наполнена счастьем, стала моим самым страшным сбывшимся кошмаром, в котором самую сильную боль мне причинил человек, которого я любила больше всех на свете . Единственный человек, который, как я думала, был на это не способен.
Но все оказалось иначе.
Начавшийся ещё вечером дождь превратился в сильнейший шторм, и за окном разразилась самая настоящая буря, а горячие слезы все текли и текли по моим щекам, не желая останавливаться...