1. Двадцать лет спустя
Розабелла
С самого раннего утра - я уже на ногах. Успела прибраться в комнате, приготовила наряд, в котором пойду на работу, и привела себя в порядок. Не то, чтобы я любила убираться в 6 утра в своей комнате. Дело в том, что каждый раз, когда нужно идти на работу, мне удается проснуться намного раньше положенного времени. А так как уснуть уже не удастся, приходится чем-то себя занять. Сейчас, на очереди, будет приготовление завтрака.
Идя по небольшому коридору в сторону кухни, до меня доносятся шорохи из спальни отца.
Он уже проснулся, а значит завтрак нужно приготовить как можно скорее!
Как истинная итальянка, я сразу же приступаю к завариванию кофе. Но сначала, убираю волосы, черные как перо ворона, в высокую неопрятную шишку.
Ну, тут как и всегда. Берём кофеварку "Мокка", разделяем ее на три части. В нижний - вода, в средний - пару ложек молотого кофе. Собираем и ставим нагреваться. Как только вода проникнет из нижнего яруса в верхний - снимаем с огня и подставляем нижним резервуаром кофеварки под холодную струю воды.
- Papà¹! Завтрак готов! - кричу отцу, пока охлаждаю "Мокка".
Вообще, кричать не обязательно. Квартирка у нас небольшая, так что папа услышит меня, даже если я позову его в пол голоса.
Квартира находится на одном из верхних этажей скучной серой многоэтажки. Внутри нее есть только: кухня, ванная комната, спальня, да зал. Спальню папа отдал мне, когда я стала уже достаточно взрослой, а он сам все это время продолжает ютится в зале на диване. Может быть однажды, у нас удастся накопить достаточно денег, чтобы купить большущий дом с прекрасным садом роз! И очень надеюсь, что этот дом будет в Венеции!
Я не имею ничего против Местре, где мы живем сейчас. В этом городе полно своих плюсов и даже есть немного каналов с рекой, что хоть чуточку напоминает Венецию. Но.... Венеция на то и Венеция, что она сама по себе прекрасна и больше такого города попросту нет.
- Иду-иду, доченька! - слышу торопливый голос отца.
Папа застегивает две верхние пуговицы на своей белой рубашке, когда входит на кухню. Его взгляд всего на долю секунды обводит комнату, так как последняя пуговка не поддается большим пальцам. И это начинает его злить.
- Давай помогу.
Я подхожу к нему и с легкостью застегиваю маленькую прозрачную пуговицу.
- Ох, спасибо, моя дорогая. Чтобы я без тебя дел...
Он не успевает договорить, так как теперь, когда его ничего не отвлекает, его взор приковывается к столу.
- Моё ты золотце! - папа всплескивает руками.
А все из-за того, что пока он плелся на кухню, я успела поставить на стол много вкусного. И пусть мы с папой не богаты и не можем позволить себе изысков, но кое-что вкусненькое, все же имеется!
В красивой цветочной пиалочке находится персиковое повидло, рядом на белой тарелке куски поджареного хлеба и самое главное - кофе в белый кружках, от которого исходит пар и манящий запах экспрессо!
- Ты меня балуешь! - отец вдыхает клубящийся кофейный аромат, - что же будет, когда ты вырастешь, найдешь мужа и уедешь от меня? Я же один останусь. Точно не справлюсь!
- А кто сказал, что я оставлю тебя одного? - я подхожу к столу, чтобы, наконец-то, приступить к завтраку, - Если мой будущий муж не согласен, чтобы ты жил с нами, значит не такой уж он мне и муж! Я не брошу тебя одного.
Папа за эти двадцать лет мне стал действительно дорогим человеком, который отдавал все, лишь бы я была счастлива. Ему одному трудно было воспитывать меня с самого младенчества. Бывали времена, когда на двоих у нас была всего одна буханка хлеба, которую мы делили на каждый прием пищи и свою половинку папочка всегда отдавал мне. Поэтому, не смотря на все трудности в жизни, он не бросил меня, а значит - я не брошу его и буду той, кто подаст ему кружку воды и подтолкнет одеяло, чтобы было теплее.
- Моя любимая дочурка! - папа пересекает комнату и прижимает меня к себе.
Мне всегда нравилось, когда он обнимает меня. В каждый такой момент, меня окутывает его тепло, как пуховое одеяло, а еще в воздухе кружит запах книг и печальные нотки старости. Ведь ему уже больше 50 и не заметить это сложно. На худом лице видны морщины, а некогда темные волосы окрасились в седину. Очень надеюсь, что он проживет еще очень много времени, потому что он единственный дорогой мне человек в этом мире.
Пока папа отстраняется, я незаметно стираю с щеки слезу.
- Не будем нарушать традицию, кто по плану сегодня? - уже с улыбкой говорит отец.
- Я!
Прежде чем начать молиться, взгляд падает на фотографию, что стоит на столе у окна. Это идеальное место для фото мамы. Она будто присутствует с нами во время еды. А еще, каждый раз когда солнце всходит, солнечные лучи падают прямо на нее из-за чего рамка будто начинает светится.
- Боже, спасибо за прекрасное утро и спокойную ночь. Будь с нами в этот день и помоги нам справиться со всеми трудностями, что встанут на пути. А так же, передавай маме от нас "Привет". Аминь.
После завтрака мы с папой быстро убираем все со стола и идем собираться каждый на свою работу.
Отчего-то сегодня мне захотелось надеть белую кофточку с рукавом три четверти и коричневые брюки со стрелкой и широким поясом. Волосы не хочу убирать, пусть будут спадать свободными прядями. Сильно красится тоже не хочется. Наношу немного темных теней на веки, подкрашиваю ресницы, а по губам прохожусь бальзамом.
Ну вот и готово!
- Розабелла, - обращается ко мне папа, когда я выхожу из своей комнаты, - неужели тебе действительно нужно почти каждый день ездить в Венецию?
И снова он о своем...
- Неужели тебе настолько не нравится в Местре? Здесь полно детских садов в которые ты могла бы устроиться. Обязательно нужно работать в Венеции? Ты же знаешь как там опасно!
- Папочка, - я тяжело вздыхаю и заглядываю в его темно-карии глаза, (цвет, кстати, достались и мне), - я уже второй год там работаю и при мне ничего ужасного не случилось. Пожалуйста, давай больше не затрагивать эту тему? Я люблю свою работу и тем более Венецию. Уходить оттуда, не собираюсь!
- Ну как знаешь.
Отец явно не доволен моим ответом. Ведь Венеция, не смотря на то, что город - процветающий и туристический, скрывает в себе темноту. Хотя я, пока что, ни с чем таким не столкнулась. И надеюсь, что не столкнусь.
- Одевайся теплее, - папа оглядывается меня с ног до головы прищурив взгляд, - за окном - декабрь. А в Венеции холод ощущается сильнее из-за влажности.
- Хорошо, папочка!
Я хватаю с крючка бежевое пальто, а с тумбочки рядом - ключи и сумку, после чего целую папу в его небритую щеку и выскакиваю на лестничную площадку, крикнув на последок:
- Я сегодня до шести! Люблю тебя!
Вместо же слов прощания, до меня доносится его усмешка:
- До чего же она похожа на свою маму.
На моем лице широкая улыбка, которую я не могу никак скрыть, пока сбегаю вниз по лестнице цокая каблуками.
Наверное, со стороны может показаться, что я выиграла лотерейный билет, но на самом деле, это реакция на слова. Мне нравится, когда папа сравнивает меня с мамой. Хоть так, я могу узнать какой она была.
Мой маршрут каждый рабочий день один и тот же. Остановка, автобус, остановка, вапоретто², пару улочек и я на месте. Но мне это не надоедает и уж точно не злит. Возможно это из-за того, что идет только второй год, как я работаю в детском садике воспитателем. И может быть через пару лет мне все же надоест. Хотя нет. Не могу поверить в то, что занятия с детьми меня утомят, да и сами поездки в Венецию будут поперек горла. Ведь это же Венеция! Загадочный город стоящий на воде. Он один в своем роде. Возможно где-то и существуют города похожие, но Венеция исключение. Этот город я люблю за красочность цветов, за каналы вместо улиц, за катера и гондолы вместо дорожных транспортов. Здесь и дышится мне намного легче, когда вдыхаю полными легкими холодный морской ветер, да и люди, будто приветливее, не смотря на то, что там творится. Да, в Венеции есть страх, но из-за него, жители становятся только сплоченнее.
А вот и автобус подъезжает.
Зайдя внутрь, я прислоняю карточку к терминалу, а потом прохожу вдаль, где устраиваюсь на мягком сидении у окна.
Нужно будет не забыть приобрести еще одну карточку для поездок. Срок моей закончится уже завтра³.
Автобус вскоре трогается с места. Я в ожидании гляжу в окно и уже скоро, серые здания пропадают, а вместо этого открывается синее Адриатическое море, над горизонтом которого, сияет солнце. А впереди, куда едет транспорт, выглядывают красные крыши домов Венеции.
- Как же красиво, - срывается с моих уст шепот и я вздыхаю, прежде чем прильнуть лбом к холодно у стеклу.
Все 17 минут поездки, я неотрывно наблюдаю за тем, что происходит за окном, желая, чтобы автобус ехал не останавливаясь и привез меня прямо к солнцу.
Интересно, мама наблюдает за солнцем, находясь на небесах? Оно же так прекрасно.
Сойдя на остановке я мчусь к вапоретто.
Каким же сонным и тихим кажется по утрам Венеция. Даже и не скажешь, что тут бывает опасно. По улицам изредка и не спеша проходят местные жители, по каналам плавают одинокие гондолы и грузовые катера, последние разводят по магазинчикам товары.
Вот что еще удивительно в этом городе. Выйдя из дома, ты натыкаешься на канал, по которому проплывает катер. А так же запросто можно выйти из магазинчика и сесть на гондолу, которая доставит тебя в любую точку Венеции.
Пассажирский катер едет по широкому Гранд-Каналу⁴, а я, находясь в нем, оглядываю окрестности, словно вижу их в первый раз.
Архитектурные многоэтажные здания стоят по обе стороны от канала. Их цвета теплые и нежные: белый, бежевый, желтый, оранжевый, красный. Под некоторыми окнами устроились небольшие балкончики, на которых жители попивают кофе и приветствуют начало прекрасного дня. На некоторых зданиях можно заметить отваливающуюся штукатурку, либо же плесень. Это не удивительно, если повсюду вода. Но все эти нюансы не кажутся отталкивающими, наоборот, они украшают город, как пожилых украшают морщины.
В который раз мой взор привлекают две белые руки, что тянутся из воды и держат дом персикового цвета. Это памятник, и он означает, что город постепенно уходит под воду. Ученые со всего мира твердят о том, что Венеция в скором времени затонет. Как бы грустно это не звучало, но каждый год, в приливы, море проникает на переулки, а так же заливает площадь, и каждый раз уровень воды поднимается выше и выше. Например, на площади Святого Марка, люди ходят либо босиком, либо в специальных бахилах/чехлах, чтобы не мочить обувь. А в некоторых ресторанах, - где столики расположены на улице, - можно сидеть и плескать ногами, пока ешь вкусную пасту.
Правда, никто из венецианцев не хочет верить прогнозам ученых и в знак этого, строят все больше мостиков к домам.
Катер подплывает к Костелло⁵, где я и выхожу. Пройдя по улочке между зданий, передо мной появляется двухэтажное здание цвета молочного шоколада. На одной из стен, где меньше окон, красуются три больших и синих нарисованных самолета.
Пройдя мимо детской площадки, я с радость вхожу в детский сад с интересным названием "Nido⁶". Это единственный детский садик по всей Венеции.
У входа меня встречает Мадалена.
Она здесь директриса.
- Salve⁷, Розочка! Ты как всегда рано! Конечно, у нас, в Италии, все любят детей, но ты, кажется, переплюнула их всех, почему и спешишь сюда по утрам!
- Buongiorno⁸, Мадалена, - мои щеки залились краской от ее похвалы.
Женщина, не отводя от меня взгляд, широко улыбнулась узкими губами и всплеснула в воздухе руками, соединив их замочек.
- Ах, Розочка! Как же мне повезло с тобой! Ладно уж, иди готовься к приходу детей, а я пойду к себе.
Через некоторое время приходят дети, которых я встречаю со счастливой улыбкой на лице.
Мадалена права, я очень сильно люблю детишек! Когда они смеются - мое сердце трепещет, когда они плачут - я с нежностью прижимаю беззащитных детей к груди и успокаиваю. Не зря я решила работать воспитателем. Кажется, именно занятие с детьми окрыляет и дает смысл моей жизни.
Надеюсь, когда-нибудь и у меня будут замечательные дети.
За веселыми играми, лепками из пластилина и соленого теста и еще за много чем интересным, время пролетает очень быстро. И вот, солнце уже скрывается за горизонтом и родители забирают последнего ребенка.
- A presto⁹! - кричу им вслед и машу рукой.
Светловолосый ребенок с пухлыми щечками машет мне своей крохотной ручкой в ответ, пока мама не уводит его из поля моего зрения.
- И как тебе получается уследить за пятнадцатью детишками не старше пяти лет?
Рядом возникает Мадалена, напугав меня неожиданностью. Но женщина, кажется, и не замечает, как я вздрагиваю, почему и продолжает:
- Мне было достаточно дочери, Марисель. Хоть я и родила ее после тридцати, как делают большинство итальянок, нервы она мне потрепала. С детства была плакучим ребенком. Вспоминая ее детство, меня аж в дрожь бросает. Так что, - она оборачивается ко мне, - я бы не выдержала столько детей. А у тебя, наверное, дар - находить общение с ними. Как у твоей матери. Да... в тебе явно чувствуется кровь Аморенты. Она от детей была без ума! Мы хоть и не шибко были с ней знакомы, но любовь к детям была видна невооруженным взглядом. Смотрю я на тебя порой, а вижу её.
Директриса поднимает голову, где в небесах сияют звезды
- Такая же улыбка, такая же любовь и жизнерадость в глазах. Ах, Аморента-Аморента... Жаль, что все так случилось.
Ком встает поперек горла и я опускаю взгляд на носки туфель.
- Спасибо за проделанную работу, - Мадалена снова переводить на меня взгляд и кладет руку на плечо, - теперь можешь идти. Отец поди заждался тебя. Он, кстати, все также работает в университете и преподает философию?
- Sì¹⁰, - киваю в ответ.
- Значит у вас все хорошо. Это правильно! А теперь, ступай домой. Я сама здесь все закрою и выключу. И запомни! Если нужна помощь, я непременно вам помогу. Только скажи.
- Grazie¹¹! - благодарю я и иду за вещами.
Как же прекрасен вечер в Венеции! Повсюду горят огни (фонари, подсветки на домах, яркие заведения) и отражаются в водной глади, что добавляет пущего эффекта.
А еще из своих коморок повылазили туристы. Их здесь так много, что невозможно разглядеть ни одного сантиметра городка. Именно поэтому, я сворачиваю в один из переулков, где туристов уж точно не может быть. А дело в том, что Венеция хоть и не большой город, в нем можно с легкостью заблудиться, если не знать так хорошо расположение всех улиц. И чтобы не плутать, туристы передвигаются либо по каналам, либо по главным улицам. Да что уж там, даже местные жители не все суются в неизвестные переулки, дабы не заблудиться в этом лабиринте. Или не навести на себя беду.
К счастью, в прошлом году, я смогла выучить пару безопасных маршрутов, чтобы прятаться от лишних глаз.
Переходя по мостику над узким каналом, я невольно устремляю взгляд вперед, где процветает жизнь. А еще, по воде медленно передвигаются гондольеры. На узкой и длинной гондоле, они стоят в самом конце и неторопливо водят по водной глади веслом. Все, как один, гондольеры в черных брюках, полосатых кофтах и со шляпками на головах. У некоторых на шее повязаны красные платки.
Мне всегда хотелось побывать на месте туристов, которых возят гондольеры. Но сейчас, я не могу позволить себе этого. Ведь из-за туристов, проезд значительно подорожал. А мы хоть и не бедные с отцом, но денег нам хватает еле-еле чтобы рассчитаться за множество услуг и купить хоть какую-то еду. Потому, поездка будет расточительством для меня. Единственное, что возможно, - это наблюдать за ними со стороны и представлять какого это кататься на длинной гондоле на мягком сидении.
Когда я возвращаюсь домой, то первое, что ощущаю, это запах. Запах, что пробуждает во мне аппетит, а во рту уже скапливается слюна, которую я сглатываю.
- Как вкусно пахнет!
Заглянув в проем кухни, я застают своего отца в розовом фартуке. Он достает в цветастых рукавицах из духовки противень от которого и пахнет чем-то очень-и-очень вкусным.
- Розочка! - папа улыбается мне и ставит поднос на плиту, - иди скорее мыть руки. Нас ждет лазанья!
______________________________________
¹ Papà - папа (слово на итальянском произносится с ударением на последний слог)
² Вапоретто - венецианский общественный водный автобус
³ Имеется ввиду карта которую покупают на определенное количество дней и ездят все это время бесплатно, пока не закончится срок действия
⁴ Гранд-Канал - главный канал пересекающий Венецию
⁵ Костелло - один из районов в Венеции
⁶ Nido - гнездо (в моем случае - "Гнездышко")
⁷ Salve - Здравствуй (привет)
⁸ Buongiorno - Здравствуйте (более официально)
⁹ А presto - До скорой встречи
¹⁰ Sì - Да
¹¹ Grazie - Спасибо
