Сакуса Киёми [Заморожен]

Сакуса убирает телефон подальше от лица, прикрывая глаза. Он сидит на кровати в своей комнате, уже полностью одетый в школьную форму, готовый к учебному дню. Маска болтается на одной лямке, позволяя сейчас глубоко дышать. Рука тянется к волосам и зарывается в темные кудри, больно оттягивая пряди. Парень шипит сквозь стиснутые зубы, ругая сам себя.

"Какого черта я творю? Зачем опять пишу ей?" — вопросы заполняют голову бурным потоком, вызывая нарастающую боль, — "Говорил же себе, что не надо этого делать, а в итоге уже четвертый день с ней общаюсь!"

Киёми звучно втягивает воздух, давя в себе желание сломать что-нибудь.

Он держался весь чертов год, пока один проект всё не испортил. Вынужденное сотрудничество с Т/и послало все старания куда подальше, заставляя вновь выйти на контакт с девушкой. Контакт, которого он избегал весь второй год старшей школы.

"Я не должен был продолжать писать ей." — злость заполняет тело волейболиста, — "Надо было просто потребовать её часть проекта или вообще сделать всё самому!"

Сакуса еще разок дергает себя за волосы, пытаясь взять контроль над эмоциями. Но выходит откровенно плохо. Он и сам не понимает, почему общение с Т/и вызывает такие противоречивые чувства. Хочется сбежать от неё подальше, но в тоже время быть поближе.

Киёми не готов вновь чувствовать привязанность к Т/и, не готов давать ей второй шанс.

"Не хочу вновь совершать ту ошибку."

***

Т/и негромко вздыхает, стараясь не привлекать внимания остальных в классе. Урок идёт полным ходом.

Школьники на своих местах делают абсолютно всё, кроме учебы: кто-то сидит в телефонах, бесцельно листая ленту соцсетей, некоторые тихонько перешептываются между собой, не обращая внимания на учителя. Который, если честно, тоже не обращает внимания на них.

Девушка поворачивает голову и смотрит на дальнюю парту, которую занимает Сакуса. Он сидит прямо, смотрит в свою тетрадь и что-то сосредоточено пишет, не желая поддаваться всеобщему безделью.

Темные кудри спадают на лицо, закрывая чёрные глаза, в которые Т/и так хочет заглянуть.

Она отворачивается к себе и быстро достаёт телефон, собираясь написать Киёми, который игнорировал её с самого утра, если не считать нескольких сообщений.

Ваше сообщение контакту Сакуса-кун🏐🦫

Сакуса-кун, всё хорошо? Ты с самого утра какой-то хмурый.

-Нормально.

-Хорошо. Кстати, когда на тренировку? Маска у меня есть:)

-После уроков. Рад, что не забыла.

***

Т/и вышагивает по опустевшим школьным коридорам, направляясь в сторону спортивного зала. Ставни раздвижных окон в коридорах распахнуты, летный ветер гуляет по огромному зданию школы, намекая, что школьникам уже пора заканчивать свое обучение.

Девушка кидает быстрый взгляд на улицу, замечая, как небольшие группы учеников выходят за пределы школьной территории. Девичьи губы трогает грустная улыбка. Окончание второго года старшей школы ощущается двояко — желание поскорее отдаться во власть лета перекрывает щемящую легкую боль от осознания, что совсем скоро всё закончится.

Всё хорошее рано или поздно заканчивается, да?

Т/и доходит до нужного места, останавливаясь около высокой двери спортзала.

Она глубоко вздыхает, тянет рукава форменной блузки ниже, после чего раздвигает одну из дверей, открывая своему взору просторное помещение.

Основная тренировка ещё не началась, волейболисты пока только разогревались, разбившись на пары. Некоторые оторвались от своих упражнений и начали внимательно смотреть в сторону двери, где Т/и замерла каменным изваянием.

— Т/и~и-чан! — с противоположной стороны зала ей машет Комори. Сакуса стоит рядом с парнем и смотрит на одноклассницу тяжелыми взглядом исподлобья. — Иди к нам!

Девушка почтительно кланяется другим волейболистам, безмолвно извиняясь за вторжение, и идёт к парочке.

— Ты решила посмотреть на нашу тренировку? — Комори выглядит воодушевленным. Округлые брови подлетают вверх, а губы растягиваются в улыбке.

— Да, я... — Т/и замечает ещё более хмурый вид Киёми, который демонстративно отворачивается от них, — Решила посмотреть на тренировку, ты прав, — она отвечает улыбкой на улыбку парня, после чего негромко произносит, — Ну, думаю, мне стоит пойти на трибуны.

— А? — Комори непонятливо моргает, совершенно не чувствуя тяжёлой ауры, которая исходит от Сакусы рядом, — Уже? У нас ещё разминка, можешь остаться, поговорили бы ещё немного, мы и так редко ви...

— Она сказала, что пойдёт на трибуны, — Сакуса говорит чётко, но всё равно не поворачивается, не желая видеть удивленного Комори и притихшую Т/и.

— Ну, ладно, — шатен тушуется и переводит сочувствующий взгляд с Киёми на Т/и, как будто говорит «Прости, ты же знаешь его. Вечно недовольный без причины.».

Школьница ничего не говорит, разворачивается на пятках и спешит к лестнице, ведущей на трибуны.

Время до перерыва пролетело незаметно. Т/и всё это время неотрывно следила за одним единственным волейболистом — Сакусой, который, наоборот, изо всех сил старался не обращать внимания на наблюдательницу.

Когда раздался свисток тренера, оповещающий о начале перерыва, спортсмены рассыпались в разные стороны, начиная жадно пить воду из своих бутылок и переводить дыхание, сбившееся после интенсивной физической нагрузки. Девушка только хотела спуститься вниз, чтобы вновь подойти к двум знакомым и попытаться завязать разговор во второй раз, как была прервана Киёми, который начал самостоятельно подниматься к ней на места для зрителей.

— Ну и где твоя маска, бактерия? — беззлобно спросил темноволосый, опускаясь на сиденье рядом с девушкой, — Обещания не держишь?

Т/и чувствует жар, исходящий от тела парня, и терпкий запах пота, смешивающийся с дезодорантом. Видно, как Сакуса неуютно ежится, понимая, что сейчас он далеко не блещет чистотой.

— Вот, — школьница роется в кармане юбки и достает оттуда медицинскую маску, начиная махать ей в разные стороны, — Держу я свои обещания... — она произносит это тише, вспоминая утренний холод со стороны парня.

— Ну хоть что-то, — Киёми пьет из бутылки, которую он прихватил с собой, запрокидывая кудрявую голову назад. И в этот самый момент Т/и переводит на него взгляд, цепляясь за тяжелые движения кадыка, капельки пота, стекающие по жилистой шее, и прикрытые веки парня. Щеки обжигает румянец и школьница опускает глаза на свои руки, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Она, вроде, собиралась обижаться на Сакусу за его грубое поведение, но, видимо, теперь этого сделать не получится.

— Комори хотел поболтать с тобой, — говорит волейболист, как только заканчивает утолять жажду.

— А ты? — слова срываются с языка быстрее, чем она успевает подумать, — Ты.. хотел бы со мной поговорить? — Т/и поднимает на него глаза, вопросительно вглядываясь в темные очи напротив.

Сакуса сначала смотрит в ответ, а потом возвращает на лицо маску безразличия.

— А у меня есть выбор?

— Есть, — отвечает школьница, — Ты же начал со мной общаться, поэтому...

— Это только из-за проекта, — бросает парень и поднимает с места, крепко сжимая пустую бутылку в руке, — Нам необходимо сделать его вместе. Вынужденные меры. Не более. — он разворачивается, показывая, что разговор закончен, и идет в сторону площадки.

— Вынужденные меры? — Т/и подрывается следом, чувствуя, как внутри понимается волна негодования, — Значит, ты этого не хочешь? Если ты всё еще обижаешься из-за того случая, то...

Киёми резко поворачивается к девушке, заставляя ту прерваться на полуслове. Черные глаза, кажется, становятся еще темнее.

— Не хочу. И, да, это просто вынужденные меры.

Он вновь отворачивается, на этот раз спешно спускаясь вниз и оставляя Т/и стоять на месте.

***

-Ты быстро ушла с тренировки, не понравилось?

-Ладно, без разницы. Предупреждаю, что завтра надо будет объединить нашу информацию для проекта.

-Давай поговорим на счет того случая? Я хочу решить это сейчас.

-Поговорить о чём? О твоём исчезновении на год? Спасибо, я не хочу даже думать об этом.

-До завтра.

Ваше сообщение контакту Сакуса-кун🏐🦫

Погоди, давай поговорим? Я смогу всё объяснить!

-Нет.

— Сука.

Сакуса откидывает телефон подальше, вцепляясь сильными пальцами в волосы. Жмурит глаза до цветных кругов, рвано втягивая воздух сквозь стиснутые зубы. Голова пульсирует сильной болью, отказываясь нормально переваривать информацию.

Внутри все сжимает от воспоминаний.

От горечи, которая разливается обжигающей лавой внутри.

От осознания, что всё может повториться.

— Киёми!

Низкорослая девчушка машет ему рукой с другого конца улицы, широко улыбаясь. Глупые косички дергаются от каждого движения, а форма средней школы весит на ней мешком.

Опять начала мало есть?

— Не кричи, бактерия, — он подходит ближе, возвышаясь над подругой рослой колонной, — Идём, а то ещё опоздаем.

Она согласно кивает, тут же хватаясь за его локоть. Касание кажется привычным и таким... нужным.

Они идут знакомой дорогой, направляясь в сторону учебного заведения. Последний день в средней школе кажется сказкой. Даже Сакуса чувствует витающую вокруг атмосферу предвкушения лета и ожидания скорейшего выпуска.

— Киёми, — Т/и зовёт его, когда они подходят к самым воротам, останавливаясь около них, — Ты ждёшь лета?

— М? — он непонятливо смотрит на девушку, — Он уже наступило, глупая.

— Нет, — школьница мотает головой, косички дергаются в разные стороны, — Когда всё закончится.. Что ты будешь делать? Как проведёшь это лето?

Сакуса закатывает глаза на вопросы подруги, показывая, что вся эта сентиментальная чепуха с выпуском его не интересует.

— Никак, бактерия. Буду присматривать за тобой, — он щёлкает её по аккуратному носу, продолжая свой путь, — Идём.

Она привычно ворчит на его недовольство, но послушно идёт следом.

Сегодняшний день должен быть ярким и запоминающимся. Т/и уверена, что он будет самым важным в их жизни. Киёми уверен, что он будет очередным моментом, проведённым в компании этой неугомонной.

На следующий день Т/и исчезает.

Сакуса просыпается резко. Сон выплевывает сознание ядовитой слюной, заставляя поежится от знакомого чувства тяжести в груди.

Когда он в последний раз освобождался ото сна с помощью воспоминаний о Т/и. Год назад? Неделю? Вчера?

Парень поднимает одну руку над лицом, разворачивая ладонью к себе. Пальцы мелко дрожат, не слушаясь своего хозяина. Киёми чувствует, как к спине липнут простыни, а одеяло сбивается ненужной кучей в ногах. По натренированному телу сильными толчками распространяется озноб.

Как же он, сука, устал.

Кажется, воспоминания должны были за это время раствориться, исчезнуть в потоке прожитых дней. Но они продолжают мелькать перед глазами каждый раз, стоит только прикрыть веки. Выжженные на подкорке разума. Такие яркие. Такие живые.

Такие разрушающие.

Парень опускает руку и присаживается на кровати, вдыхая привычный воздух собственной комнаты полной грудью. Сердце бьется где-то в глотке, не позволяя выровнять дыхание.

Как же он, сука, устал.

Мысль о девушке не отпускает. Держит в своих цепких тисках, сжимая до боли.

Сакуса моргает пару раз и впивается чёрными глазами в стену.

Он липкий и откровенно грязный от неспокойного сна. Ему противно быть в собственном теле.

Но ещё противнее понимать — он хочет поговорить с Т/и.