Друг(ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕНА)

Наверное, у каждого человека есть друг, которому ты рассказываешь свои секреты и переживания. Делишься тем, что никогда не рассказал бы родителям. Если даже у тебя нет такого близкого человека, то рано или поздно он появится, нужно просто подождать. Но только вот проблема в том, что и друзья бывают разные. Кому-то нужна твоя дружба, а кому-то просто выгода. Самое главное - вовремя успеть понять: друг он тебе или нет.

***
Вот опять это хмурое зимнее утро... Снег так и сыпал огромными хлопьями, наводя печаль. Мама уже ушла на работу, а я быстро оделась и посмотрела в зеркало. Передо мной стояла девочка среднего роста с большими зелёно-серыми глазами и слегка вздёрнутым носиком. Русые длинные волосы были собраны в тугой хвост, и только одна прядь вечно выбивалась из строя, заставляя меня нервничать и вновь убирать её за ухо. Единственная изюминка в моём образе - крошечная родинка над губой, которая мне очень нравилась. Взглянув на себя в последний раз, я отправилась в школу.

Шла я уже достаточно долго. Заведение находилось далеко от моего дома. Снег больно бил по лицу, и поэтому я ещё глубже закуталась в тёплый шарф, лично связанный мамой, который был для меня ценнее любой другой вещи, ведь она создала его своими руками. Прикрыв глаза, я отдалилась от реальности. Ноги сами несли меня куда-то, а разум затуманивался всё больше.

- АЙ!

Я моментально открыла глаза. Передо мной стоял уличный фонарь, из-за которого голова теперь трещала от боли. Потерев ушибленное место, я оглянулась и поняла, что уже подошла к школе. В такую ужасную погоду она выглядела ещё угрюмее и скучнее, чем раньше.

Войдя внутрь, я ничего не услышала, так как везде стояла гробовая тишина. Значит, уроки уже давно начались, и я, как всегда, опаздывала. Охранник смерил меня серьёзным взглядом, но, быстро потеряв ко мне интерес, продолжил заниматься своими делами. И тут-то меня парализовало. Я забыла сменку! Наша учительница всегда ругалась, когда кто-то оставлял её дома, а меня она будет отчитывать вдвойне. Опоздала, так ещё и без сменной обуви! Однако у меня всё же осталась надежда на то, что она не обратит на это внимание и пропустит в кабинет без лишних разбирательств.

В школе у нас учится очень мало ребят, потому что город сам по себе небольшой и с каждым годом отсюда уезжает всё больше людей в поисках лучшей жизни. Я очень редко бываю в самом городе, ведь живу за ним, и это ещё одна причина, почему я не могу ни с кем подружиться.

Когда я зашла в класс, все дети сидели на своих местах и что-то писали. Дверь с грохотом закрылась, и целая куча глаз уставилась на меня. Учительница внимательно оглядела мою обувь, но почему-то ничего не сказала по этому поводу и просто продолжила вести урок, не собираясь делать ни единого замечания в мою сторону. От такого всеобщего внимания я покраснела и, чтобы больше никого не отвлекать, просто села за парту.

Больше я не чувствовала на себе неприятных взглядов и расслабилась.

- О, кто это тут пришёл? Это же малышка Ли, - раздался мерзкий голос впереди.

Высокий брюнет повернулся ко мне и посмотрел своими манящими голубыми глазами. Его тонкие губы расплылись в злорадной ухмылке, а одна бровь легонько приподнялась вверх.

Этот Герман любил ко всем приставать, но особенно - ко мне. Скорее потому, что я всегда была в одиночестве, и за меня некому было заступиться. Сильные не идут против сильных, боясь, что те будут лучше, поэтому им легче выбрать  ту журтву, которая точно не сможет дать сдачи.

- Я не малышка! Конечно, если сравнивать с тобой, то да, но никогда не смей называй меня Ли! Только маме, и только ей, можно так говорить.

- Ой-ой, какие мы придирчивые. Тогда будешь соплёй!

Он сказал это так громко, что все, кто сидел в классе, услышали его, а некоторые рассмеялись. Даже учительница подавила смешок, отчего стало вдвойне обидно.

Герман отвернулся от меня с победной улыбкой. Я уже привыкла, что он меня задирает, но до сих пор продолжала делать вид, будто мне всё равно, хоть это была и неправда. Я могла очень долго размышлять над всеми сказанными словами в мой адрес. Вот и сейчас, задумавшись, я не заметила того, как прозвенел звонок.

- Лия! Ты выйдешь уже из класса или как? Перемена началась, и ты можешь быть свободна.

Агнесса Петровна посмотрела на меня сердитым взглядом и показала на дверь пальцем. Я, в свою очередь, предпочла не спорить и поскорее удалилась на перемену, чтобы не злить и без того противную учительницу.

На втором этаже совсем не было людей. Все пошли в столовую, а я есть совсем не хотела. В углу возле окна стоял диван, на котором всегда сидела группа первоклашек, не уступающая никому это «элитное» местечко, но в этот раз мне посчастливилось занять его первой. Не прошло и нескольких минут, как меня начало клонить в сон под действиями тишины и покоя.

- Девочка. Девочка! Проснись же!

- А?

Открыв глаза, я увидела перед собой незнакомую учительницу. Она была средних лет и казалась очень строгой, но игривые огоньки в глазах выдавали её обманчивый образ.

- Из какого ты класса?

- Из восьмого Б. Извините, а сколько сейчас времени?

- Уже одиннадцать часов.

Боже мой! Это же получается, что я проспала два урока. Меня убьют. Агнесса Петровна уже, наверное, позвонила маме, и меня ждут серьёзные разборки.

- Как тебя зовут? - её голос был нежным и приятным.

- Лия. Лия Вернер.

- Ну что ж, давай я тебя отведу на урок, Лия.

Мне было страшно представить, что со мной будет, когда я войду в класс. Одноклассники, как всегда, будут подшучивать и издеваться, а учительница, не стерпев очередной оплошности за день, пронзит меня убийственным взглядом и выкажет всё своё недовольство к моей персоне.

Однако когда я зашла, то никак не ожидала, что у всех будет совершенно иная реакция.

- Агнесса Петровна?

- Да?

- Это ваша ученица? Она спала на втором этаже.

- Неудивительно, пусть проходит на своё место.

На моё счастье, Агнесса Петровна не ругалась, и, кажется, ей вообще было всё равно. В общем-то, как и всему классу.

Наконец-то закончился этот урок, и я уже хотела выбежать из кабинета, но...

- Вернер, останься. Мне надо с тобой поговорить, - раздался голос учительницы, который не предвещал ничего хорошего.

- Извините, но меня уже ждёт мама, и я не смогу задержаться. Нам нужно спешить. У нас очень важные дела.

- Думаю, дела подождут. И да, раз тебя ждёт мама, то позовешь и её тоже. Мне кажется, она должна знать, что ты себя плохо ведёшь. Опаздываешь на уроки, отвлекаешься, так ещё и прогуливаешь.

- Но я же не специально прогуливаю! Я случайно заснула. С каждым может случиться. И, пожалуйста, не говорите маме, я лучше сама всё расскажу.

- Хорошо. Говорить я ничего не стану, но, поверь мне на слово, если хоть ещё раз ты сделаешь что-то не так, то я...

Учительница не успела договорить, потому что в дверь постучали.

- Входите, - её голос моментально стал бархатным.

На пороге стояла мама.

- Здравствуйте, Агнесса Петровна, что-то случилось? Почему все дети уже ушли, а только Лия осталась?

- Ей надо вам многое рассказать. Лия, можешь быть свободна. Удачного дня, - ухмыльнулась она.

Её последняя фраза повергла меня в шок. Надо же быть такой мерзкой дамой!

Когда мы с мамой вышли из школы, она сразу посмотрела на меня серьёзным взглядом и спросила:

- Ну, и что же случилось?

- Если пойдём в моё любимое кафе, то расскажу.

- Ну и хитрая же ты! Ладно, уговорила.

После того, как я съела блинчики с клубникой и сливками, мама заметила, что я специально тяну время и не спешу ничего говорить, поэтому решила уже надавить на меня:

- Если ты сей час же ничего не скажешь, то в это кафе, где делают эти потрясающие блинчики, мы больше не вернёмся.

Это был веский аргумент, и я сдалась:

- Я проспала уроки. Сразу говорю, что не специально, поэтому не надо меня ругать из-за этого!

- И это всё?

- Ну... Ещё я опаздываю в школу каждый день.

- Значит так, юная леди, с этого дня ты ложишься и встаёшь намного раньше обычного. Но не думай, что ты так легко отделалась. Целый месяц будешь мыть полы одна во всём доме!

Спорить с ней я не хотела, да и это весьма справедливое наказание.

Заплатив за блинчики, мы покинули это чудное заведение, пропитанное теплотой и уютом. По дороге домой я думала над тем, что же всё-таки хотела сказать мне мучительница перед тем, как пришла мама. Пока я размышляла над этим, мы уже шли по знакомой мне улочке.

Было очень темно, лишь только тусклый свет уличного фонаря помогал разглядеть хоть что-то. Вот ещё один шаг - и мы около дома. Ночью он казался ещё более жалким и беспомощным. Казалось, если дунуть на него, то он разрушится, оставив за собой только груду щепок. Сколько лет он стоит здесь один? Рядом не было ни единой постройки больше. Одни деревья да кусты. К сожалению, у нас с мамой не хватало столько денег, чтобы хоть что-то возобновить, поэтому приходилось довольствоваться малым и ценить то, что было.

Ещё не зайдя в дом, я посмотрела в тёмное окно, и по моей коже пробежали мурашки. За стеклом стоял силуэт, напоминающий человеческие очертания.

- Мам, - мой голос прозвучал хрипло, - ты никому не отдавала запасные ключи?

- Нет, а что?

- Тогда кто у нас дома? Посмотри в окно, там кто-то стоит.

Не отрывая глаз от силуэта, она пошла в сарай, который стоял рядом, и вышла оттуда с ружьём. Оно осталось от дедушки. Он очень любил ходить на охоту, а вскоре передал эту реликвию маме.

- Спрячься в кустах и не выходи.

С этими словами она тихонько открыла входную дверь и скрылась во тьме. Через минуту послышались выстрелы, которые сразу же стихли. Я сидела в колючих кустах и видела весь наш дом. Мне было страшно, но всё равно хотелось выйти из укрытия и посмотреть, всё ли в порядке. Я ещё чуть-чуть посидела на месте, но волнение и беспокойство взяли вверх, и я, будучи больше не в силах ждать, всё-таки вышла. Мои ноги и руки все были исцарапаны, но мне не было больно. Больше всего я переживала за маму. Внутри все замерло, только сердце билось неимоверно быстро, а в голове вечно крутилась мысль, что сейчас я смогу увидеть картину, от которой будет больно, из-за которой может рухнуть вся моя жизнь лишь по одному щелчку пальцев. Я пыталась не думать о плохом, но это происходило невольно. Мы всегда стараемся смотреть в светлое будущее, но оно не бывает без тёмных и мрачных мыслей, которые легко могут сбить с пути и погрузить во мрак и холод.

Очень тихо войдя в дом, я  прошла по  длинному коридору, стараясь даже не дышать, но скрип половиц выдал меня. Я  остановилась. Закрыв себе рот мокрой ладонью, я пыталась успокоиться и не биться в истерике. Ко мне подступал жар, голова ужасно болела, а щёки кровоточили из-за ногтей, которые вонзились в них от сильного стресса. Трясущимися ногами я всё же преодолела себя и сделала шаг, а после рванула с места и направилась прямиком туда, где видела странную тень. Дверь… Она была открыта. Но только в этот момент, когда всё, что мне оставалось – это войти, я громко надрывно прокричала. За эти минуты во мне было столько эмоций, сколько я не получала уже несколько лет, и наконец-то они вышли наружу, оставив за собой едва заметное облегчение. Вбежав на кухню, я сразу увидела маму. Она сидела на стуле спиной ко мне и издавала лёгкие всхлипывания.

- Мама! Что случилось? Как ты?

Она повернулась ко мне, но вместо слёз на её лице оказалась улыбка.

- Ли, всё хорошо. Посмотри на манекена, который стоит около окна. Это он нас так сильно напугал. Моя подруга с работы попросила взять некоторые вещи, пока она переезжает в новую квартиру. А я и забыла про нашего нового жильца.

Она начала громко смеяться, а мне было совсем не до веселья. Я сильно испугалась и всё ещё пребывала в шоке.

- Ну что ты, Ли, успокойся. Всё же хорошо закончилось. Приходи в себя, и помоги мне навести порядок в комнате, а то здесь теперь много ненужных нам коробок.

Заодно и манекена уберём подальше.

Я посмотрела на этого злосчастного «преступника», из-за которого мой мир мог рухнуть в одно мгновение, и на коробки рядом с ним.

- А зачем твоей подруге манекен?

- Она дизайнер, - улыбнувшись, мама продолжила разгребать весь этот хлам.

С коробками мы справились быстро, они оказались довольно лёгкими. Но вот с нашим новым жильцом пришлось похлопотать. Через некоторое время всё было заперто на чердаке.

Уже была глубокая ночь и наконец-то можно было идти спать. Но, спустившись в свою комнату, я посмотрела на рюкзак, стоявший около двери, и ударила себя по лбу, совсем позабыв про набитую утром шишку. Взревев от боли, я поспешно вынула все учебники из рюкзака и, сев за стол, попыталась выучить хоть что-то, но в такой поздний час моя голова напрочь отказывалась думать.

- Милая, ложись спать. Помнишь? С этого дня ты следуешь по новому режиму. Утром я разбужу тебя пораньше, и ты всё успеешь сделать.

Я уныло кивнула. Мысль о том, что надо будет вставать раньше обычного, меня особо не порадовала. Я улеглась в кровать и сразу же заснула.