Глава 28
Логан.
If I Killed Someone For You - Alec Benjamin
После того, как Ронан сказал мне уйти, я так и сделал. Его глаза выглядели такими… чертовски несчастными, и это задело меня за живое. Сильно. И внезапно я увидел выражение лица Грейсона сразу после того, как сказал ему, что он мне нравится. Страх, панику и то, что я теперь знаю как отчаяние.
Это было и на лице Ронана. Поэтому я ушёл. Я ушёл, чтобы этого больше не повторилось. Чтобы я не отвёз его в…
Я роняю чашку, которую мыл, и она с грохотом падает на пол. Чёрт возьми. Сколько я здесь уже? Я оглядываюсь, снова проверяю коридор. Но Ронан не мог проскользнуть мимо меня. Я отвлёкся, но не настолько сильно.
Я запрокидываю голову и делаю вдох. Не нужно было его развязывать.
Я немного двигаюсь, но ничего не делаю. Я продолжаю пялиться на вазу с кольцами на прилавке. Ронану не понравилось ни одно из тех, что я выбрал. Очевидно, я просто не пришёлся ему по вкусу.
Я беру кольцо fidget с бриллиантами из муассанита. Это вращающееся кольцо с толстой лентой и блестящими шестерёнками. Ему, вероятно оно не понравится, но если он сможет смириться с его красотой, функция "крутить" ему придётся по душе.
Я возвращаюсь в комнату. Ронан в отключке, слегка похрапывает, рот слегка приоткрыт. Даже во сне всё его тело выглядит напряжённым.
Я надеваю кольцо на его безымянный палец и замираю на секунду.
Мне не следовало этого делать. От этого становится только хуже. Но я ничего не могу с собой поделать. Ему бы это понравилось, если бы он просто справился с собой.
Ронан стонет, заставляя меня подпрыгнуть. Его брови нахмурены, и я думаю, что он собирается сесть, но он этого не делает. Он переворачивается на другой бок, и у него вырывается ещё один стон.
Ему снится кошмар.
Моё сердце сжимается так сильно, что это причиняет физическую боль. Грейсону тоже снились кошмары. Я всегда просто помогал ему пережить их. Казалось, он никогда не хотел рассказывать мне о них, а я никогда не спрашивал.
Почему, чёрт возьми, я никогда не спрашивал?
Мой телефон вибрирует в кармане.
Я хмурюсь, когда Ронан снова начинает метаться. Смотреть, как он страдает, — это пытка. Я не должен смотреть, как он страдает. Я должен разбудить его и потребовать, чтобы он рассказал мне, что случилось.
Но зачем? Он не Грейсон. И это не вернёт его.
У меня болит грудь. Мой телефон вибрирует ещё два раза, и я выхватываю его из кармана, отчаянно пытаясь отвлечься.
Пришло уведомление от моей системы безопасности. Наружные камеры 1, 2 и 3 потеряли связь.
Какого чёрта? Я сразу же чувствую, что что-то не так. Иногда они все отключаются одновременно. Обычно это происходит с маршрутизатором. Но на этот раз все мои внутренние камеры всё ещё работают. Возможно, что физические устройства вышли из строя, но одновременно? Маловероятно. А это значит, что у нас может быть компания. Моё тело наполняется адреналином.
Я наклоняюсь. — Ронан.
Он стонет.
— Ронан, — требую я громче, на этот раз встряхивая его.
Он садится прямо, на его лице написана паника. Его глаза осматривают комнату, но на самом деле ничего не видят. Он выглядит диким и испуганным.
— Ронан, — повторяю я. — Копы могут взломать камеры слежения?
— Что? — Взгляд Ронана останавливается на мне, и на секунду в нём появляется неприкрытая уязвимость, от которой у меня сжимается сердце. Затем он скрывает это. — О чём ты говоришь?
— Копы могут взломать камеры? — Если это копы, то мы уже в заднице. Это означало бы, что они уже на месте, а мой трейлер окружён. Я чувствую, как по моему телу пробегает дрожь.
— Я имею в виду, они могут, — он оглядывается по сторонам. — Что происходит?
Я раздумываю, стоит ли ему говорить. Я буквально только что развязал его, и я не уверен, что он не попытается убить меня в следующий раз, когда в его руках окажется что-нибудь, что можно использовать как оружие. Я разрываюсь. Я чертовски хочу рассказать ему и получить его помощь. Но я сомневаюсь, что он мне поможет. На самом деле, он, скорее всего, подаст меня им на блюдечке с голубой каёмочкой, просто из вредности.
— Логан? — Ронан прищуривается, глядя на меня, и напрягается. — Копы снаружи?
Я не отвечаю, и Ронан вскакивает с кровати, его тело напряжено. Он хватает Буффало, затем снова переводит взгляд на меня. — Сколько их?
Я сжимаю челюсти. — Я не знаю.
— Ты не знаешь? — шипит он.
— Нет, они отключили камеры наблюдения, — огрызаюсь я.
Ронан бросается к окну в ванной. Оно всё ещё приоткрыто, и он выглядывает наружу. Его голос тихий. — Ничего. Проверь с другой стороны.
Я застыл. Проверить с другой стороны означало бы оставить Ронана одного.
Ронан резко оборачивается. — Поторопись!
Я сглатываю. Отлично. У меня нет выбора. Я перебегаю на другую сторону трейлера и заглядываю в окна. Я не вижу ничего, кроме пустых полей вокруг дома. Единственное место, которое я не вижу, — это большой пустой дом на участке. Рано или поздно копы должны были появиться. Не похоже, что здесь так просто спрятать патрульные машины.
Бросаясь к своему шкафу, я выхватываю пистолет из сейфа, в котором его прятал. Когда я возвращаюсь к входной двери, из задней спальни раздаётся взрыв.
Христос. Я пригибаюсь, когда стекла падают на землю. Раздаются ещё два таких же звука.
— Ронан!
Бросившись на кухню, я обнаружил, что Ронан слезает со стола, сжимая в руке нож.
— Ложись, — шиплю я, рывком ставя его на колени.
— Что за хрень?
Но я уже поворачиваюсь, направляя пистолет на задний коридор. В течение нескольких ошеломляющих секунд ничего не происходит. Затем я вижу дым.
И в этот момент с грохотом распахивается входная дверь.
Массивный чувак с копной тёмных волос и банданой в виде черепа, натянутой на нос, выходит в центр кадра, делая вид, что он неуязвим для пуль.
Его взгляд скользит по затянутому дымом пространству, и даже с прикрытым ртом я могу сказать, что он сияет, как грёбаный псих. А ещё он выглядит чертовски знакомым.
Пользуясь полным безразличием этого чувака, я разворачиваюсь и направляю пистолет в его сторону. Я делаю несколько выстрелов, но они летят мимо. Ронан выскакивает рядом со мной и тянет меня за стойку.
— Пригнись, — шипит Ронан. Вокруг нас клубится дым, а комнату наполняет безумный смех. Несколько выстрелов попадают в шкафы позади нас, разрывая куски дерева.
— Дай мне это, — Ронан хватает мой пистолет, но я вырываю его. Вместо этого я выскакиваю за край и делаю ещё несколько отчаянных выстрелов, чтобы удержать парня на расстоянии.
— Я стреляю лучше, — Ронан выглядывает из-за стола, глядя на мужчину. Мои глаза начинает жечь от дыма, и на нас дождём сыплются осколки от шкафов.
Когда я во второй раз перемахиваю через выступ, что-то горячее хватает меня за правую руку и дёргает назад. Я шиплю и тут же падаю вниз.
— Дай его мне, — Ронан пытается выхватить пистолет, и я отпускаю его, чтобы он не выстрелил в кого-нибудь из нас. Затем он скрывается за углом, отстреливая раунд за раундом в размеренном темпе.
Раздаётся крик, затем Ронан ругается.
— Что? — Я уже кашляю. Дым — газ — тяжёлый и невыносимый.
— Он исчез! — Ронан обегает остров, прежде чем я успеваю его остановить.
— Боже мой! — Я бросаюсь за ним. Я догоняю его у входной двери, которая болтается на петлях.
— Куда они пошли?
— Они? — Я оттаскиваю Ронана от открытой двери.
— С ним кто-то был, — хрипит Ронан, пытаясь отдышаться. — У него был друг. Какой-то седовласый чувак, похожий на вампира, оттащил его.
— Что? Отойди от двери! — Меня охватывает яростное желание защитить его, и я тяну его назад, снова хватаясь за пистолет. Он отпускает меня, кашляя так сильно, что спотыкается.
Вдалеке я слышу рёв мотора. Они, должно быть, припарковались за деревьями с другой стороны большого дома. Я смотрю, как они выезжают на подъездную дорожку.
— Ублюдки! — Я поворачиваюсь, пытаясь найти воздух, который не обжигал бы, но его нигде нет. Как только машина отъезжает, я выталкиваю Ронана на улицу и, спотыкаясь, иду за ним, набирая в лёгкие побольше воздуха.
Ронан с трудом делает вдох. — Почему на толстовке того первого парня было написано: «Веселее тебя»?
Что? У меня кружится голова. Это были не копы. Это были не чёртовы копы, так кто же, чёрт возьми, они были?
Жгучая боль пронзает мою руку, и я опускаю взгляд. О Боже. В меня попали.