・Monstra・

      На­конец, ком­па­ния смог­ла пе­релезть че­рез за­бор дет­до­ма, пос­ле че­го все друж­но по­бежа­ли в нап­равле­нии ле­са. Он на­ходил­ся до­воль­но да­леко, пос­коль­ку они в го­роде, но это не ме­шало па­цанам с де­вуш­кой со­вер­шить за­те­ян­ное.

***

Нес­коль­ки­ми ча­сами ра­нее…

      Ран­нее ут­ро. Ты ле­жишь в сво­ей пос­те­ли, и вста­вать сов­сем не­охо­та. По­вора­чива­ешь­ся на дру­гой бок и даль­ше про­дол­жа­ешь спать. В это вре­мя рез­вый ма­лень­кий зо­лотой лу­чик уже спе­шит раз­бу­дить те­бя. Ти­хонь­ко и ос­то­рож­но он пол­зёт по тво­ей по­душ­ке, и вот, на­конец, он дос­ти­га­ет тво­его но­са, а ты ощу­ща­ешь его теп­ло. Вот лу­чик доб­рался до тво­их глаз. Ты не мо­жешь боль­ше спать, ведь он уже раз­бу­дил те­бя и ему уже не тер­пится по­иг­рать с то­бой.

      Ос­то­рож­но при­сажи­ва­ешь­ся на кро­вати и про­тира­ешь зас­панные глаз­ки. Мед­ленны­ми и не­уве­рен­ны­ми ша­гами ты под­хо­дишь к ок­ну, от­кры­ва­ешь за­навес­ки… И вот вся ком­на­та оза­рена тёп­лым, ра­дос­тным, сол­нечным све­том нас­ту­пив­ше­го дня. Одев­шись и умыв­шись, ты вы­ходишь на бал­кон. На ули­це теп­ло, и сол­нышко уже тут как тут. Оно ждёт те­бя! Слов­но во­робу­шек, сто­ишь и ра­ду­ешь­ся теп­ло­му лет­не­му сол­нышку. Зак­рыв гла­за, под­став­ля­ешь ли­цо под зо­лотис­тые лу­чики, ко­торые мяг­ко иг­ра­ют на тво­ем ли­це. Вды­ха­ешь чис­тый и све­жий воз­дух сос­но­вого бо­ра. В воз­ду­хе ви­та­ют аро­маты цве­тов, и сре­ди них ты рас­позна­ёшь лёг­кий аро­мат елей, со­сен и бе­рёз. На та­ком воз­ду­хе лег­ко ды­шит­ся.

      От­крыв гла­за, ог­ля­дыва­ешь­ся вок­руг. Свет­ло… Ты нем­но­го щу­ришь­ся от яр­ко­го сол­нечно­го све­та, но пос­те­пен­но твои гла­за при­выка­ют. Ша­лов­ли­вый, но неж­ный ве­терок ти­хонь­ко по­качи­ва­ет изум­рудные лис­точки на бе­рёзах, и ты за­меча­ешь, как под лу­чами пе­рели­ва­ют­ся раз­ны­ми цве­тами ра­дуги ка­пель­ки ро­сы на пу­шис­той трав­ке. Не­ожи­дан­но вы­летел рез­кий ве­тер, про­летел по вер­хушкам де­ревь­ев и уле­тел даль­ше за го­ризонт. И буд­то дож­дик с лис­точков упа­ли ма­лень­кие слёз­ки на ещё не прог­ре­тую сол­нцем зем­лю пос­ле не сов­сем теп­лой но­чи. Это ро­са. Проз­во­нив, как ма­лень­кий то­нень­кий ко­локоль­чик, она упа­ла в тра­ву и за­тих­ла. Сно­ва ти­шина. В ле­су не­пода­лёку слыш­ны пе­рели­вы звон­ких птиц. Сре­ди них яс­но мож­но раз­ли­чить пес­ни сой­ки, зяб­ли­ка, си­нич­ки. За­та­ив ды­хание, как бы ста­ра­ясь не спуг­нуть птиц, вслу­шива­ешь­ся в их звон­кое пе­ние.

      Вот нев­да­леке се­ла на до­рогу ка­кая-то птич­ка. Она на­чала стре­котать и пры­гать. Прис­мотрев­шись пов­ни­матель­нее, ты по­нима­ешь, что это тря­согуз­ка. Она по­вер­ну­ла го­лов­ку, как бы ста­ра­ясь пос­мотреть на те­бя, взмах­ну­ла кры­лыш­ка­ми и уле­тела в ла­зур­ную высь.

      Ты про­дол­жа­ешь лю­бовать­ся ви­дом, и твой взгляд ус­трем­ля­ет­ся на вы­сокую пыш­ную ёл­ку. Ты всмат­ри­ва­ешь­ся. Сре­ди гус­тых рас­ки­дис­тых вет­вей на­ходит­ся ма­лень­кое гнез­дышко, но чьё оно? К гнез­ду при­летел дрозд. И тут ты за­меча­ешь три ма­лень­кие го­лов­ки. Это ма­ма-дрозд кор­мит сво­их птен­чи­ков. Пос­мотрев в дру­гую сто­рону, ты за­меча­ешь ма­лень­ко­го ёжи­ка и наб­лю­да­ешь за тем, как он лов­ко бе­жит по све­жес­ко­шен­ной трав­ке. Нат­кнув­шись на ка­мень, ёжик фыр­ка­ет и сво­рачи­ва­ет­ся в клу­бок, но, спус­тя нес­коль­ко ми­нут по­няв, что опас­ности нет, он раз­во­рачи­ва­ет­ся и про­дол­жа­ет свой путь. За­тем он ис­че­за­ет в вы­сокой тра­ве у ка­нав­ки, и ты слы­шишь лишь его фыр­канье. Ты не­воль­но улы­ба­ешь­ся. Вот на кам­не ус­тро­илась се­мей­ка яще­рок. Пос­ле но­чи они то­же выб­ра­лись пог­реть­ся под теп­лым сол­нышком. Все на­пол­не­но теп­лом, све­том и ра­дос­тным нас­тро­ени­ем. С цвет­ка на цве­ток пе­репар­хи­ва­ют кра­сивые ба­боч­ки. Ка­жет­ся, нич­то не мо­жет ис­портить ти­шину, по­кой и эту не­забы­ва­емую кра­соту, но вдруг на ули­цу вы­бега­ют ре­бятиш­ки. Ти­шина и спо­кой­ствие на­руша­ют­ся. Ты с со­жале­ни­ем и ра­достью взды­ха­ешь и воз­вра­ща­ешь­ся в ком­на­ту. Ведь ты зна­ешь, что зав­тра вый­дешь опять, вдох­нешь этот све­жий воз­дух и те­бя сно­ва об­ласка­ет тёп­лое лет­нее сол­нышко.

      Кра­сивое опи­сание? Ду­маю, что да. На­вер­ное, так бы и на­чалось ут­ро Рос­сии, ес­ли бы не од­но но… Он уже шес­тнад­цать лет жи­вёт в дет­до­ме и не мо­жет поз­нать ро­дитель­ской люб­ви. Па­рень по­явил­ся тут, ког­да ему не бы­ло ещё и го­да: кор­зинку вмес­те с ним прос­то ос­та­вили на крыль­це зда­ния, а пос­ле, пос­ту­чав­шись в дверь, смы­лись, ос­тавляя но­ворож­дённо­го на про­из­вол судь­бы, как го­ворит­ся. Но, как ни стран­но, Росс ни о чём не жа­ле­ет. У не­го есть мно­го дру­зей из дет­до­ма, он хо­рошо учит­ся, и да­же нес­мотря на то, что, ес­ли его и бе­рёт ка­кая-то семья, то каж­дый раз все его воз­вра­ща­ют, он до­воль­но счас­тлив. Да, воз­можно, это стран­но, но сам РФ впол­не до­волен сво­ей жизнью.

      Ну, что ещё ска­зать, Фе­дера­ция — это обыч­ный па­рень рос­том 180 см, по те­лос­ло­жению он до­воль­но ху­дой, чем мес­та­ми мо­жет на­поми­нать де­вуш­ку. Име­ет ак­ку­рат­ные чер­ты ли­ца, во­лосы цве­та не­вин­но­го, толь­ко что вы­пав­ше­го сне­га, что обыч­но хай­тич­но «раз­бро­саны» на ма­куш­ке, гла­за се­ро-го­лубые, свет­лые, не­веро­ят­но кра­сивые, из-за че­го хо­чет­ся в них уто­нуть. Соб­светнно, ска­зать боль­ше не че­го.

***

      Раз­дался раз­дра­жа­ющий «крик» вра­га все­го на­рода — бу­диль­ни­ка, что сто­ял на прик­ро­ват­ной тум­бе на сво­еоб­разной «го­ре» из книг, сос­то­ящей из пя­ти про­из­ве­дений. Да­лее пос­ле­дова­ло не­доволь­ное мы­чание, и Фе­дера­ция не­хотя ра­зод­рал сли­па­юще­еся гла­за, пос­ле че­го при­под­нялся, тем са­мым отор­вав го­лову от стра­ниц ка­кой-то кни­ги.

      Он опять чи­тал всю ночь… Да, так и здо­ровье по­садить мож­но, но Рос­са это ни­ког­да не ос­та­нав­ли­вало. Я так ду­маю, что вы уже по­няли, что он «по­жира­тель» книг. Обо­жа­ет чи­тать, ес­ли го­ворить про­ще.

      Сон­но по­мор­гав и по­пытав­шись прий­ти в се­бя пос­ле ко­рот­ко­го сна про­дол­жи­тель­ностью в час-два, Рос­сия при­под­нялся на кро­вати, а за­тем сел на ней же. По­сидев так нем­но­го, тот всё же ре­шил­ся встать. Нем­но­го по­шаты­ва­ясь, па­рень по­дошёл в ок­ну его не­боль­шой, но до­воль­но у­ют­ной ком­на­ты, и дёр­нул што­ры, тем са­мым раз­дви­нув их и про­пус­тив сол­нечный свет в свою ком­на­туш­ку.

      Са­ма ком­на­та, как упо­мина­лось ра­нее, бы­ла не­боль­шой, но это не ме­ша­ет ей быть у­ют­ной. Сте­ны пер­си­ково­го от­тенка, пол пок­рыт шер­стис­тым ков­ром свет­ло-се­рого цве­та, ко­торый ус­ти­ла­ет всю ком­на­ту, не ос­тавляя прос­ве­тов, по­толок же бе­лый. По се­реди­не ком­на­ты, на по­тол­ке, ви­сит стан­дар­тная, не­доро­гая люс­тра, где за дол­гое вре­мя уже ус­пе­ло пе­рего­реть па­ру лам­по­чек. В ком­на­те есть две кро­вати — од­на РФ, дру­гая его со­седа и по сов­мести­тель­ству дру­га — США. Воз­ле каж­дой из кро­ватей сто­ит прик­ро­ват­ная тум­бочка из тём­но­го де­рева, а над кро­ватя­ми по пол­ке с кни­гами са­мых раз­ных из­да­ний, на­чиная от бал­лад и за­кан­чи­вая раз­личны­ми ро­мана­ми. Меж­ду кро­ватей ок­но с тём­но-си­ними плот­ны­ми за­навес­ка­ми и бе­лым по­докон­ник ом, на ко­тором, к сло­ву, лю­бит си­деть рус­ский. На по­докон­ни­ке сто­ит не­боль­шой гли­няный гор­шо­чек с рас­ту­щим в нём как­ту­сом. На про­тив ок­на — дверь из бе­рёзы. Так­же, в ком­на­те есть два шка­фа с одеж­дой, и зер­ка­лами, раз­ме­рами с дверь шка­фа.

      При­щури­ва­ясь из-за сол­нечно­го све­та, три­колор по­дошёл к кро­вати, на ко­торой ли­цом к сте­не, раз­ва­лил­ся По­лоса­тый, что спит спит как су­рок, во­об­ще да­же не па­рясь о том, что за­навес­ки раз­дви­нуты, и ком­на­та ос­ве­щена ут­ренним ве­сен­ним све­том. Тог­да Ра­ша на­чал тряс­ти его за пле­чо.

      — Сань, вста­вай.

      — Мм… Раш, от­ва­ли, а… — про­мычал в от­вет тот.

      — Ро­та, подъ­ём, я ска­зал! — ряв­кнул бе­ло-си­не-крас­ный, из-за че­го его ко­реш тут же под­ско­чил.

      — Да встаю я, встаю! — от­ве­тил звёз­дно-по­лоса­тый, эмо­ци­ональ­но всплес­нув ру­ками.

      Каж­дый по­дошёл к сво­ему шка­фу, да­бы по­менять фут­болку с шор­та­ми на буд­ничную одеж­ду. Бла­го днев­ная и учеб­ная фор­ма у них бы­ла сво­бод­ная, по­это­му ник­то осо­бо с одеж­дой не за­мора­чивал­ся. В ито­ге РФ пе­ре­одел­ся в чёр­ные об­тя­гива­ющие рва­ные джин­сы, ру­баш­ку в крас­но-чёр­ную клет­ку, ко­торая ему нем­но­го ве­лика, и ка­муф­ляжные ке­ды. Са­ша же на­цепил на се­бя чёр­ное ху­ди с бе­лой над­писью на гру­ди «Fuck you», обыч­ные джин­сы в об­тяжку и с дыр­ка­ми и свет­ло-се­рые ке­ды с бе­лыми пят­на­ми в не­кото­рых мес­тах.

      Взяв свои чёр­ные рюк­за­ки, они за­пих­ну­ли в них по бу­тыл­ке во­ды, учеб­ни­ки, тет­ра­ди с до­маш­ним за­дани­ем, те­лефо­ны и кан­це­лярию, пос­ле че­го по­кину­ли ком­на­ту и нап­ра­вились в об­щий са­нузел, па­рал­лель­но о чём-то бе­седуя.

      Умыв­шись и по­чис­тив зу­бы, пар­ни заш­ли в сто­ловую, где сра­зу же за­мети­ли сво­их дру­зей — Ук­ра­ину, Эс­то­нию, Фин­ляндию, Гер­ма­нию, Поль­шу, Бе­ларусь и Ка­зах­стан, ко­торые уже за­няли на всю их ком­па­нию от­дель­ный сто­лик. Кста­ти го­воря, Бе­ларусь — единс­твен­ная де­вуш­ка в их ком­па­нии, но это не ме­ша­ет ре­бятам креп­ко дру­жить.

      — Раш, зырь, вон на­ши.

      — Угу, — уже бо­лее ве­село хмык­нул рус­ский, и па­ра по­дош­ла к сто­лу. Вся ком­па­ния поз­до­рова­лась, и пар­ни, ос­та­вив рюк­за­ки, уш­ли брать свои пор­ции еды. Се­год­ня на зав­трак у дет­до­мов­ских бы­ла греч­ка, огу­рец и ку­соч­ки ку­рицы, а из на­пит­ков — слад­кий чай. К сло­ву, РФ прос­то обо­жа­ет чай с дву­мя лож­ка­ми са­хара, а в их сто­ловой как раз-та­ки та­кой и да­вали.

      Не пе­рес­та­вая раз­го­вари­вать ни о чём, Шта­ты с Фе­дера­ци­ей вер­ну­лись за стол к то­вари­щам, что пос­те­пен­но вли­вались в их раз­го­вор.

      До­ев зав­трак, ре­бята вста­ли, взя­ли под­нос с пус­ты­ми та­рел­ка­ми и гра­нёны­ми ста­кана­ми и от­несли их на стол, с ко­торо­го убор­щи­цы за­бира­ют гряз­ную по­суду, пос­ле че­го ком­па­ния нап­ра­вилась в сто­рону вто­рого кор­пу­са.

      Да, в дет­до­ме, в ко­тором они про­жива­ют, есть два кор­пу­са: один жи­лой, вто­рой — учеб­ный. Са­мо зда­ние име­ет шесть эта­жей, и что­бы под­нять­ся, нап­ри­мер, на пя­тый, нуж­но ид­ти на лес­тни­цу, ко­торых кста­ти две, по од­ной на кор­пус. В учеб­ном кор­пу­се учат­ся де­ти всех клас­сов, на­чиная пер­вым и за­кан­чи­вая один­надца­тым. За­кон­чив пос­ледний класс, ре­бёнок ухо­дит из дет­до­ма, на­чиная са­мос­то­ятель­ную жизнь: сам за­раба­тыва­ет день­ги, жи­вёт в ком­му­нал­ке или об­ще­житии и всё в та­ком ду­хе. В це­лом ник­то из их дет­до­ма на жизнь не жа­ловал­ся. А что? Кор­мят вкус­но, учат хо­рошо, поч­ти все учи­теля и вос­пи­тате­ли за­ме­ют вос­пи­тан­ник семью, и ес­ли по­везёт мо­гут угос­тить чем-ни­будь вкус­ным, нап­ри­мер ирис­кой или па­кети­ком со­ка. А мо­гут да­же дать пять­де­сят руб­лей, мол, ко­пите, в жиз­ни всё при­годит­ся. В та­кие мо­мен­ты де­ти ра­дос­тно бла­года­рят учи­телей, а им и прос­той ис­крен­ности хва­та­ет.

      Как раз в то вре­мя, ког­да де­вят­ка по­дош­ла к нуж­но­му ка­бине­ту, слив­шись с ос­таль­ным клас­сом, проз­ве­нел зво­нок. Пер­вым уро­ком — рус­ский.

***

      Ком­па­ния бук­валь­но нес­коль­ко ми­нут на­зад по­обе­дала и сей­час, жут­ко ус­тавшая от уже про­шед­ших се­ми уро­ков, шла в ком­на­ту аме­рикан­ца и рус­ско­го, что­бы не­кото­рое вре­мя по­зави­сать там. Сде­лать уро­ки да по­думать, что де­лать весь ос­тавший­ся день, ведь до­пол­ни­тель­ных за­нятий ни у ко­го из них в сре­ду, то бишь се­год­ня, нет.

      И вот, на­конец-та­ки по­каза­лась де­ревян­ная дверь с таб­личкой, на ко­торой был на­писан но­мер ком­на­ты — трис­та че­тыр­надцать. Это был, к сло­ву, тре­тий этаж. Пер­вый же этаж пред­став­ля­ет из се­бя сто­ловую, са­нузел, ком­на­ты вос­пи­тате­лей (учи­теля в их чис­ло то­же вхо­дят), гос­ти­ную и фойе, дверь в ко­тором вы­ходит на ули­цу. Вто­рой и все ос­таль­ные эта­жи пер­во­го кор­пу­са — это ком­на­ты вос­пи­тан­ни­ков. Кста­ти, на вто­ром, чет­вёртом и шес­том эта­жах есть до­пол­ни­тель­ные са­нуз­лы, так как де­тей до­воль­но мно­го.

      Рос­сия за­сунул ру­ку в кар­ман сво­их джинс и, дос­тав не­боль­шой клю­чик от ком­на­ты, от­крыл дверь, пос­ле че­го все бук­валь­но вва­лились в по­меще­ние. Еле най­дя в се­бе си­лы зак­рыть дверь, рус­ский ус­та­ло плюх­нулся на свою кро­вать ли­цом вниз, уты­ка­ясь но­сом в по­душ­ку. Эс­то­ния с Фин­лянди­ей и Гер­ма­ни­ей раз­ва­лились на по­лу, Бе­ларусь с Ук­ра­иной прис­тро­ились вмес­те с Рос­си­ей на его кро­вати, а США с Ка­зах­ста­ном и Поль­шей — на кро­вати Шта­тов. Так прош­ло при­мер­но пол­ча­са, по про­шес­твии ко­торых ре­бята не­хотя усе­лись де­лать до­маш­нее за­дание.

×××
1696 слов
×××
Скажу одно - на это фф умения большие планы~~~