Глава 10.
Подвал, обречённый стать моей тюрьмой на ближайшую ночь, к вечеру ненамного, но преобразился. У входа поставили пару лавок, застелив их покрывалами. В углу примостился маленький стол с лампадкой, начиненной маслом, и справочником по странам для малышей, любезно предоставленным Варварой. Не хотелось идти «на дело» вооружённой только весьма посредственными навыками травницы. Да и лучше увлечься историей параллельного мира, а не умирать от страха.
Я же настояла на том, чтобы вокруг было как можно меньше намеков на комфорт. Зная себя, вряд ли бы удержалась от соблазна уснуть, потому лавки и стол – всё, чем мог похвастаться подвал.
Обед, как и ужин, прошёл в очень напряжённой обстановке. До того, как нас пригласили в столовую, меня терзали мысли о том, как вести себя за столом, в какой руке держать вилку, а в какой – нож... Я даже хотела помучить домовых, но вовремя остановилась. Стоило увидеть тарелки с витающим над ними паром, как эта и прочая ерунда вылетела из головы, помахав на прощание ручкой. Тем не менее, игнорировать невидимые упрёки получалось только первую половину трапезы, а потом я начала замечать поджатые губы, нахмуренные брови и резкие движения. Отчего-то подумалось, что такие ссоры не редкость.
Молчание прервала Варвара.
– Ваш план слишком сложен. Не понимаю, зачем идти в обход, когда мы можем спокойно напроситься к Дмитрию в гости. – Взгляд, брошенный в мою сторону Владиславом, я бы назвала убийственным.
– Я не смертница, – открестилась сразу же. – Подозревай кого-нибудь другого.
Не понимаю, почему, но он поверил. Промелькнула обида – на Ивана мужчина даже не смотрел.
– Настасья. – При чём тут домовиха, поинтересоваться не успела. Красная, как тот же борщ, девушка появилась в комнате, приняв форму духа. В этом виде она доставала мне до плеча и, если бы не прозрачность, вполне сошла бы за человеческого подростка. Её мать воплотилась рядом с Владиславом. – По твоей вине пострадал Игнатий?
Пелагея побледнела на пару с Варварой, которая наверняка успела пожалеть о том, что вообще завела разговор.
– Да, Ваше Благородие.
Не секрет, что от нечисти и прочих сверхъестественных существ сложно что-либо утаить. У них иная связь с окружающим миром. Многие тайны он преподносит им практически на блюдечке, потому опасения людей, далёких от магии, имеют право на существование. Я вот, попав сюда, шагу не успела ступить, как оказалась под прицелом необычных сестер. Но при чём тут безобидные домовые? Какие отношения связывают их с Владиславом?
Сам он не скажет, а значит, придется обратиться напрямую к Пелагее. В крайнем случае, к Фросе.
– Влад!
– Ты рассказала ей о плане?
– Я её принудила! – попыталась вступиться за девушку Варвара, но брат даже ухом не повёл. – Воспользовалась правом...
– Да. – Голос отвечавшей звучал безжизненно (только потом поняла, как точно подошло моё определение). В глазах барышни я ожидала увидеть беспокойство, замешательство, но никак не досаду. Только из-за кого?
– Что ж, я предупреждал. – Старшая домовая спрятала лицо в ладонях, а в сердце кольнуло от неожиданной тоски. Один взмах рукой, и Настасья растворилась в воздухе. – Возвращайся к работе, Пелагея.
Она поклонилась и исчезла, а остальные вернулись к прерванному обеду. Иван, сидевший напротив, есть вроде и не прекращал и с аппетитом наворачивал второе. Мне же, находящейся между двух огней (хозяева разместились на разных концах стола) кусок в горло не лез, потому я решила ограничиться компотом и, потягивая его, пыталась собрать мысли в кучу.
Вновь повисла тишина, но надолго терпения Варвары не хватило.
– Сколько ты собираешься держать меня взаперти? – Она вдруг отбросила вилку, и та со звоном стукнулась об графин с водой. – Может, Юнона и не чувствует, но проклятие ослабло. Я хочу увидеть что-то кроме леса, деревни и лужи за окном!
– Варвара, мы уже всё обсудили, и я прошу тебя больше не поднимать эту тему. – В голосе Влада слышалось плохо скрываемое раздражение. – Речь идёт не о твоих желаниях, а о безопасности царства.
– Поэтому вы собираетесь бросить Юнону в болоте, с которым Нина и Акулина не справились? – Мои брови устремились на затылок от удивления. – Да, да, Юнона. Там, где сейчас топь, было обычное поле. Паслись коровы, козы и кто-то там ещё... А потом раз! И нет больше поля. Не стало дороги, которая связывала Светлоград с Ведьминым лесом, зато теперь есть огромная, дурно пахнущая трясина.
– Варвара... – угрожающе взглянул на разошедшуюся сестру Влад. Рассказчица только отмахнулась от него.
– Правда, дети начали пропадать задолго до этого события, а вот упыри пришли после. Говорят, так селян наказывают высшие силы за то, что на месте...
– Варвара, хватит! – Мужчина резко встал и указал ей на дверь. – Иди в спальню и даже высовываться не смей. Обед принесут.
– Премного благодарю. – Девушка присела в книксене. – Я сыта, а вот тебе, Юнона, нужно наедаться впрок. На болоте скорее тобой пообедают, чем ты...
Что произошло дальше, я не совсем поняла. Только что Влад стоял рядом со мной, а вот он уже тянет Варвару прочь из комнаты.
Резко вспомнился «родной» мир с его дымом, пылью, загрязненной атмосферной и серыми многоэтажками города, но зато без монстров, колдунов и тонны ответственности.
Быстро закинув в рот остатки пищи, я поспешила в отведённую мне комнату и не высовывалась оттуда, пока не позвали на ужин. Благо, имелось, над чем поразмыслить.
Второй приём пищи мы пережили нормально не в пример первому, ведь главная нарушительница спокойствия сидела в своей горнице. Влад, отягощенный каким-то думами, кромсал тетерева да так, что я уже мучилась желанием отобрать у него эти несчастные нож с вилкой. По Ване же было видно, что с некоторых пор он проникся ко мне чуть большим интересом. Сел гораздо ближе и посматривает загадочно, как будто расчленяет мысленно. Бр-р.
Ну нет, голоду я не сдамся. Придвинула к себе поближе пирог и начала с удвоенным рвением точить его. Ночь предстоит трудная. Кто знает, может быть, это мой последний ужин?
– Могли бы и ведро поставить. – Я едва не выплюнула всё пережеванное обратно в тарелку, услышав голос, который за один день стал практически родным. – Неужто охота полы по сто раз на дню мыть?
– Фрося!
– Нет, отец твой непутевый примчался. Кто ж ещё? – Кикимора, не стесняясь никого, выжала подол платья посреди комнаты. А я-то думала, зачем корыто притащили? – Я тебя этим иродам на растерзание просто так не отдам.
***
Фрося мерит шагами комнату и периодически, когда уходит слишком глубоко в мысли, выдергивает у себя по парочке зелёных волосинок. Иван производит какие-то расчёты, которые должны отсрочить мою смерть. Я же всячески стараюсь уснуть, но каждые пять-десять минут по горнице пробегает вихрь под названием «Влад», и это становится немного затруднительно. Он силился успеть везде, где только можно, до того, как покроется шерстью.
– Получилось! – Иван даже подпрыгнул от переполнившего его восторга. – Луна будет в наивысшей точке где-то около двух ночи, а её восход примерно в восемь вечера.
– Где-то около и примерно? – Мне не понравились такие размытые формулировки.
– Звездозаконие – учение не точное и запретное, – менторским тоном возразил юный астроном. – Благодари, что хотя бы примерное время знаем.
Съязвить в ответ помешал вновь ворвавшийся хозяин дома.
– В восемь вечера, – опередила его вопрос Фрося. Судя по её недовольному виду, никаких способов защиты она так и не вспомнила
– Уже половина. – Да? По коже пробежали мурашки размером с зайца от спокойного тона, каким произнёс это Влад. – Спускаемся. Я позову мужиков.
Что? Уже?
Я вдруг почувствовала, что не могу сдвинуться с места. Ноги будто примeрзли к полу, а сердце наоборот –– грозило умчаться за тридевять земель. К счастью, ненадолго обо мне забыли, и мы с кикиморой остались наедине.
– Неужели нельзя ничего сделать? Круг из соли, осиновых кольев, серебра, в конце концов? – Я едва не сорвалась на крик.
Фрося сочувственно посмотрела на меня.
– Юнона. Может, в вашем мире всё, что ты предложила, и помогло бы, но оборотничество Владислава – это часть магии, и противодействовать ему способна только магия.
– Не понимаю, а как же настоящие оборотни?
– Почитаешь о них внизу, – отмахнулась Фрося. На лестнице раздался топот. – Вспомни, как ты лечила его в лесу, как ты давала благословение, и попытайся использовать свой опыт, если что-то пойдёт не так.
Что? Весь совет – вспоминай и делай?
Вдоволь повозмущаться не удалось. За мной явился Иван, а зелёная под шумок исчезла, плюхнув напоследок водичкой.
Под множеством испуганных взглядов я ощущала себя идущей на эшафот, поэтому когда за спиной захлопнулась тяжёлая дверь из крепкого дерева, вздохнула даже облегченно.
В просторном подвале освещался лишь одинугол, куда я и направилась по стеночке, вызвав у Владислава смешок. Зато сразу вычислила его местоположение.
Пока что он ничем не напоминал вчерашнего (или сегодняшнего? Что-то я уже запуталась) монстра. Больше графа Монте-Кристо, но чуть ухоженнее и упитаннее. Руки и ноги мужчины сковывали цепи длиной метр-полтора. Сначала подумалось, не длинноваты ли, но потом я вспомнила, что он и на четырёх лапах стоять умеет, и решила, что они короткие. В них же не развернуться! Он-то помассивнее будет. Ещё и на голом полу. Цепи – вот и всё развлечение.
По сравнению с его половиной подвала, моя претендовала на звание апартаментов.
Немного поразмыслив, я взяла с лавки одно из покрывал и подошла к Владиславу.
– Возьми. – Он удивлённо воззрился на меня. – Не могу смотреть, как ты отмораживаешь себе... Спину.
Узник покачал головой.
– Через несколько минут от него не будет толку. Да и от одежды тоже.
Я воспроизвела в памяти события вчерашней (или сегодняшней?) ночи. Вроде как он голым задом не щеголял.
Видно, у Акулины хранится стратегический запас штанов. Ну, или где раздевался, там и оставил. Может, Влада тянет на женщин постарше?
Я встряхнула голову, чтобы выгнать из неё непрошенные мысли.
– У вас, что – каждый месяц инвентаризация? – Не дожидаясь согласия мужчины, расстелила покрывало на полу. – Неизвестно, что будет этой ночью, а потомство ещё «спасибо» скажет.
Владислав выглядел ошеломлённым. Я бы и дальше любовалась на его вытянутую физиономию, но, как он верно заметил, время поджимало.
Села у лампадки и взяла справочник. Тот, кто составлял сие пособие, явно был худшего мнения об интеллекте детей. Зато я сразу поняла, почему против оборотня истинного, к коим не относился Владислав, бессильны соль и серебро.
Оборотни, или волколаки – считаются полноправной расой, также, как у нас, например, монголоиды. От нечисти их отличает наличие собственных территориальных границ, деление на административные единицы и, конечно, правительства. С одной стороны, открестившись от природного происхождения, они загнали себя в рамки, а с другой – обезопасили от посягательств на жизнь и здоровье, ведь убить полноправного гражданина другой страны – не то же самое, что убить нежить, нестесненную никакими обязательствами. Прикончить, кстати, их возможно холодным оружием. Голову с плеч, и дело с концом. Попытки просто почикать ножичком бесполезны в силу их быстрой регенерации.
Конечно, всe сказанное перемежалось предостережениями о чрезвычайной опасности данных субъектов, их когтистости, волосатости, моральной распущенности и агрессивности, чтобы маленькие детки носа не думали казать за пределы родного края.
– Кхм-кхм. – Еле нашла силы, чтобы оторваться от увлекательного чтива и не менее интересных иллюстраций. – Прошло полчаса, – донеслось из темноты.
– И? – Я удивлённо подняла брови, размышляя, для чего мне эта информация, и стукнула себя по лбу. – Точно! Как твоё самочувствие? Не хочется никого разорвать случайно?
Владислав погремел цепями.
– До второго вопроса не хотелось.
Ноги уже повернулись в сторону выхода (тело в последнее время вообще предпочитало жить своей жизнью), как до меня дошло.
– Ваше благородие изволит шутить? Занесу этот день в праздники.
Ненадолго повисло молчание. Затем он снова заговорил.
– Обычно сперва появляется боль. Минуты на две, и всё... Я уже в обличии.
– Это совсем не поддаeтся контролю? – Или не поддавалось, но я промолчала, чтобы не сглазить.
– Как сказать. – Судя по паузе, Владислав размышлял. – Я прекрасно осознаю, кто я, просто некоторые вещи воспринимаются чуть иначе.
Ну, естественно. Слушайся он одних инстинктов, сомневаюсь, что я бы добралась до Акулины живой.
– А раньше всё случалось точно по времени? – спросила я и едва сдержала ухмылку, вспомнив фильм «Интервью с вампиром». Иногда мозг тоже бунтовал против владелицы.
– Мы не следили за этим, – пожал плечами интервьюируемый. – Лишь после случая с... – и вдруг запнулся.
– С Василисой? – Сегодня организм шёл против меня. Вот и язык не вовремя высунулся.
Цепи звякнули раздражeнно.
– Не злись, пожалуйста. – Я поспешила исправить ситуацию. – Было бы странно, если б я сидела, сложив руки, и не пыталась ничего разузнать о мире, в котором оказалась впервые. Пусть я не и не хотела здесь оказаться.
– Впервые и не хотела? – Похоже, у нас с Владиславом есть кое-что общее – переспрашивать сказанное. – Ты родилась здесь.