Глава 9
Я просыпаюсь одна. Нейт исчез.
В комнате тихо, как будто его и не было. Подушка рядом чуть вмята, одеяло еще хранит тепло, но он ушел — без звука, без слов. Как всегда — по-своему.
Встаю, умываюсь, стягиваю с себя майку для сна и выбираю что-то более удобное: короткие шорты, белый топ, сверху — легкая рубашка-накидка. Лето, жара, мотель с душным коридором. Вся эта сцена просит неформальности.
Выходя из номера, я крадусь, словно в фильме. Хотя без покрова ночи все кажется куда менее опасным. Пыльное небо, воробьи на перилах, отдаленные голоса дальнобойщиков. День только начинается, а воздух уже густой.
С балкона второго этажа вижу его.
Нейт стоит у машины — руки в карманах, лицо серьезное, наблюдательное. А рядом — двое мужчин, лет под шестьдесят, с инструментами, возятся с задним колесом. Один поднимает домкрат, другой разматывает тряпку. Все как надо. Все по плану. Ну, конечно. Богатенький мальчик не станет копаться в грязи сам.
Я спускаюсь, и Нейт сразу меня замечает. Его взгляд на мгновенье задерживается. Сначала на ногах. Потом — выше. Грудь. Линия талии. Он молчит, не ухмыляется, но глаза выдают — точно, точно не безразличен.
— Ты начинаешь все больше походить на человека, — говорит, наконец, с той самой ленивой усмешкой. — Кажется, я забрал тебя из леса и начал реабилитацию.
Улыбаюсь, слегка наклоняя голову.
— Ты бы так не смотрел, если бы не хотел, чтобы я тебе поверила.
Он приподнимает бровь.
— Я смотрю, потому что не ожидал, что лес может дать такие... плоды.
— Хватит, — говорю, проходя мимо.
Но внутри как будто кто-то тихо включил подогрев. Его взгляд был точно жарче, чем утреннее солнце.
Я стараюсь не обращать внимания, подхожу к работягам и встаю рядом с ними. Один тут же принимается объяснять, как замена пошла не по плану — винт застрял, резина старая. Я только киваю, улыбаюсь вежливо, интересуюсь, как давно они этим занимаются. Один даже шутит про то, как в его молодости девушки вроде меня ездили на кабриолетах, а не внедорожниках.
Легкая атмосфера улетучивается сразу, стоит появиться ему. Нейт подходит ближе.
— Не хватило вчерашнего? — бросает он негромко, но с явным укором.
Я приподнимаю бровь.
— В смысле?
— В таком виде рядом с ними, ты в группе риска. Особенно с этой улыбкой.
— Не думаю, что я просила твое мнение.
Он бросает короткий, ледяной взгляд на мужчин. Один из них сразу отходит к машине, делая вид, что ищет тряпку. Второй делает то же самое. Нейтан добился своего. Опять.
— Пошли. Позавтракаем, — говорит он уже мягче.
Я киваю и иду первой. Только вот на входе он снова делает это — его рука на моей талии. Четко. Внятно. Маркирует территорию.
Оборачиваюсь, готовая отшить. Но встречаю его взгляд — прямой, немного хмурый, слишком честный. Не пошлый, не наигранный. И я... не говорю ничего. Просто не сопротивляюсь.
Внутри кафе немного тише. Мы берем по кофе и сендвичу, садимся у окна. Нейтан не колет, не язвит.
— Как ни странно, с тобой можно есть в тишине, — говорит он, отпивая из кружки.
— Это комплимент?
— Это... удивительно.
— Думаю, — говорю я, поднимая на него глаза. — Нам стоит заключить перемирие. Впереди два дня. Если будем сражаться дальше, оба вымотаемся. Что скажешь? Попробуем... дружить?
Он фыркает.
— Дружить?
— Да, Нейтан. Люди делают это. Без укусов. Без подколов.
Он отворачивается к окну и улыбается краем губ.
— Хорошо. Только не забудь — я не самый надежный в дружбе.
— Я не прошу надежности. Просто... паузы между укусами.
Он кивает.
— Договорились.
Я улыбаюсь. И, впервые за все время, это спокойная улыбка. Без защиты. Без язвы.
Мы допиваем кофе. Я собираю мусор, а он открывает мне дверь.
У машины работа почти закончена. Мужчины грузят старое колесо в багажник. Я поворачиваюсь почти на автомате, но... замечаю. На боковине покрышки рваный порез. Четкий, косой. Не от шоссе. Ножом.
Моргаю раз, два, и все складывается. Нейт, выходящий из машины «проверить колесо». Нейт, игнорирующий остановку. Ночь. Мотель... Он сам сделал так, чтобы мы остались. Потому что... потому что он этого захотел.
Гнев вскипает мгновенно. Внутри — жар, обида, отвращение. Я молча иду к машине, открываю заднюю дверь и сажусь резко, демонстративно, с вызовом.
Нейт подходит и смотрит на меня.
— Что ты делаешь?
— Сажусь сзади.
— Почему?
Я поднимаю глаза.
— Потому что рядом с тобой — опасно. Особенно, когда ты решаешь все за нас обоих.
Он хмурится. В его взгляде недоумение. И, может быть... вина? Но я отворачиваюсь к окну.
Машина мчится по шоссе. Сзади — поле. Справа — пустота. Впереди — он. Снова за рулем и снова молчит.
А я — сжатая пружина. Каждая секунда рядом с ним как игла. Он думает, что все сошло с рук. Думает, что я проглочу. Сюрприз, Нейт. Ты ошибся адресом.
— Ты правда не собираешься это объяснить? — спрашиваю ледяным голосом.
Он не отвечает.
— Ты порезал колесо. Намеренно. Чтобы остаться в мотеле. Чтоб не встретиться с остальными. Чтобы... я осталась рядом?
— Ты слишком романтизируешь, — усмехается он.
— Ты не ответил.
— Потому что ты не спрашиваешь. Ты обвиняешь.
Я подаюсь вперед:
— А ты избегаешь. Всегда. Потому что привык, что люди примут твои правила и заткнутся. Но я — не одна из них, понял?
Нейтан бросает на меня короткий взгляд. Улыбка не сходит с его лица, но я вижу — он напряжен. Контролирует себя и только внешне спокоен.
— А ты всегда так боишься, когда что-то не по твоим правилам? — спрашивает он хрипло. — Или только со мной?
Молчу секунду. Сердце глухо грохочет в груди.
— Не боюсь. Бесит. Потому что я не пешка, Нейт. Я не часть твоей игры!
— Правда? — он бросает взгляд. — Почему же ты все еще здесь?
Машина резко тормозит, а я не выдерживаю. Рывком открываю дверь, выхожу и хлопаю ею с такой силой, будто хочу вышибить воздух из этого чертово внедорожника. Шум дороги, запах пыли. Солнце жжет плечи, но внутри холод.
Нейт выходит следом. Подходит ближе, а я стою на обочине и смотрю вдаль.
— Слушай, — выдыхаю. — Вчера Алекс предложил меня забрать. Я отказалась. Но, знаешь... сейчас думаю, может, стоило согласиться.
— Что? — бросает он, разворачивая меня к себе.
— Ты слышал. Я останусь здесь. Напишу ему, и он приедет.
Тянусь к телефону, но Нейт оказывается быстрее. Рука. Движение. Мгновение. Он вытаскивает его у меня из рук и сует в свой карман.
— Теперь побудет у меня.
— Ты... — я захлебываюсь от ярости. — Ты не имеешь права!
— Зато у меня есть скорость, — говорит он с улыбкой, которая больше похожа на вызов.
Я кидаюсь к нему, хватаю за футболку, толкаю, но он не двигается. Лишь... смеется. Его руки обхватывают меня. Не резко, не насильно. Просто держат.
— Отдай... — шиплю я, но голос уже не такой уверенный. Потому что он близко. Слишком близко.
Мы лицом к лицу. Дыхание — почти в унисон. Его пальцы медленно поднимаются к мой щеке. Он скидывает прядь волос. Ладонь скользит ниже. Ни капли спешки. Только напряжение, которое с каждой секундой становится физическим.
Я замираю. Он смотрит прямо в меня — глубоко, жадно, черно. Глаза — как ночь перед бурей. Он не улыбается. Изучает. Ведет пальцами вниз — по шее, к ключице. Откидывает рубашку с одного плеча. Ткань соскальзывает. Белая тонкая лямка на загорелой коже. Его взгляд замирает на ней. Руки на талии сжимают чуть крепче.
Звонок. В его кармане.
Все разлетается. Я отшатываюсь и бью его по груди.
— Серьезно?! Ты... ты...!
— Я?
— Урод!
Он лишь отходит, ухмыляясь. Вытаскивает телефон. Мой телефон. И отвечает.
— Алло. Да. Это... — пауза. — Понял. Сейчас.
И все. Улыбка исчезает, лицо темнеет. Он отключает звонок. Смотрит в мою сторону, но не произносит ни слова.
— Кто это был? — спрашиваю. — Нейт, кто это был?
Он не отвечает. Просто открывает пассажирскую дверь.
— Садись. Сейчас.
— Я не сдвинусь с места, пока ты...
— Садись, Эйли.
Чувствую, как внутри все леденеет. Он не просто серьезен. Он... Напуган? Я подхожу, сама открываю уже заднюю дверь и сажусь.
Молча.
Внутри — буря. Снаружи — только тишина и дорога.