Глава 3
Телефон звонит, как только мы отъезжаем достаточно далеко, чтобы лагерь исчез за поворотом.
Нейт бросает короткий взгляд на экран, не отвлекаясь от дороги. Протягивает руку, нажимает кнопку на руле.
— Ну?
— Ты серьезно?! — голос Сью взрывается по всей машине. — Ты просто взял и уехал?!
Он не моргает. Все так же смотрит вперед, будто это обычный рабочий звонок, а не истерика родной сестры.
— Я предупредил, — говорит он спокойно. — Один пассажир. Эйли села, я поехал.
— Ты обещал, что я поеду с вами!
— Нет, я сказал, что кто-то поедет. И ты не уточнила, что этот кто-то — ты.
Я изо всех сил пытаюсь не заржать. Правда. Но губы подрагивают, и мне приходится отвернуться к окну.
— Все, — продолжает он. — Разберемся на первой остановке. Там перераспределим людей. И не кричи на меня, ты мне не босс.
Щелчок. Связь обрывается. Машина снова погружается в тишину. Впервые за эти полчаса позволяю себе просто расслабиться.
Дорога стелется вперед, как гладкая, идеальная лента. С обеих сторон — пейзаж будто из старой открытки: холмы, покрытые золотистой травой, вкрапления деревьев, тощие сосны, изгибающиеся в причудливых формах. Где-то вдалеке сереет горный хребет, почти растворяясь в дымке. Все мягкое, просторное, почти нереальное, как будто сама природа решила показать нам свое «лучшее лицо».
Салон машины теплый, уютный, пахнет кожей и мятой. Ничего не громыхает, не скрипит, не дребезжит — в отличие от всех машин, в которых я ездила раньше. Руль, панель, окна — все идеально. Даже я, в своей мятой толстовке и походных штанах, чувствую себя здесь как-то... неуместно. Как будто я должна быть какой-то другой — с ровными волосами, аккуратным маникюром и туфлями на каблуке.
Но тогда это была бы не я.
Вытягиваюсь на заднем сиденье и думаю: а вдруг он действительно молчаливый тип? Может, поездка пройдет в тишине? Я просто почитаю, посмотрю в окно, и все... Было бы прекрасно.
— Слушай, если тебе не лень, можешь пересесть вперед? — вдруг бросает он, не оборачиваясь. Голос все тот же: спокойный, чуть ленивый. Словно это просьба официанту.
— А ты не можешь просто молчать? — отвечаю так же спокойно, но с ехидной улыбкой.
— Просто решил, что тебе будет удобнее. И мне не придется крутить шею, если ты вдруг начнешь говорить.
— Я вообще-то не собиралась.
— Тогда тем более пересаживайся. Будет проще тебя игнорировать.
— Спасибо, но я прекрасно игнорирую тебя и отсюда.
Он хмыкает. Я уже знаю этот звук — не раздражение, а интерес. Как будто я сказала что-то, что он не ожидал. Опять.
Достаю из рюкзака книгу — «На дороге» Керуак. Иронично? Очень. Но у меня нет другой. Раскрываю первую страницу, намеренно демонстративно углубляюсь в текст. Надеюсь, он поймет намек.
Проходит минута. Пять. Семь.
— У тебя, кажется, были брекеты, когда мы были детьми, — говорит он неожиданно. — Или кривые зубы. Не помню.
Я медленно опускаю книгу, не поднимая глаз. Так ты хочешь внимания? Делаю вид, что не услышала, переворачивая страницу.
— Или это была Сью? Хотя нет. Это точно ты. Маленькая, с торчащими зубами и в футболке с котиком.
Все еще молчу. Не от желания быть выше этого, а для того, чтобы не дать ему победу. Но машина резко сбавляет скорость. Потом съезжает к обочине и останавливается. Приходится поднять голову.
— Что ты делаешь?
— Мы не едем дальше, пока ты не ответишь.
— Извини, что?
Он разворачивается и смотрит на меня.
— Игнорировать — скучно. Говори что-нибудь.
— Ты... псих?
— Нет. Просто хочу знать, у тебя были брекеты или нет.
— Ты из-за этого остановил машину?!
— Именно.
Я стискиваю зубы. Хватаю рюкзак и открываю дверь.
— Отлично. Я поймаю попутку. Или... вернусь в лагерь, не знаю.
— Что ты...
Выскакиваю наружу. Солнце бьет в глаза. Дорога пустая, теплая, пыльная. Ветер тут же треплет волосы. Я иду вперед, чувствуя, как внутри поднимается злость. Он что, издевается? Он думает, что все вокруг — марионетки?
Нейт выходит из машины вслед за мной.
— Сядь обратно, — кричит он.
— С чего бы это?
— Потому что я сказал.
— Это не работает. Со мной точно нет.
Он подходит ближе. Вплотную. Я вскидываю подбородок вверх, потому что он на голову выше. И именно в этот момент замечаю: у него на шее тонкая жилка дергается, когда он злится. И челюсть напряжена, взгляд не ледяной. Скорее... кипящий изнутри.
Черт, он красив. Раздражающе, мучительно красив. Как те персонажи из книг, которые ты хочешь ударить, а потом поцеловать. Но не в этой жизни, Эйли. Не сегодня.
— Сядь в машину, — говорит он тише. Без угроз. Просто, уверенно. Словно всегда добивается, чего хочет.
— Что, не привык, что кто-то может послать тебя? — спрашиваю я.
Он улыбается, но в этой улыбке больше яда, чем тепла.
— Нет. Обычно не приходится. Ты — первый уникальный случай за долгое время.
— Радуйся. Уникальность нынче в моде.
Мы стоим друг напротив друга, будто на грани чего-то большего. И никто не делает шаг назад.
Потом он первым поворачивается и идет к машине.
— Делай, что хочешь, — бросает не глядя. — Но если я уеду, попутку здесь ты точно не поймаешь. Следующая заправка через сорок миль.
Я молчу. Разворачиваюсь и, скрипя сердцем, возвращаюсь в машину. Не потому что он прав. А потому что я не собираюсь доказывать свою правоту на пыльной обочине с нулевой связью.
Сажусь обратно. Захлопываю дверь и пристегиваюсь.
Он садится за руль. Молча нажимает кнопку на панели, и в машине раздается легкий щелчок.
— Ты что делаешь? — спрашиваю я.
Он смотрит на меня через зеркало.
— Блокирую двери. Чтобы ты не сбежала прямо на ходу.
Я скрещиваю руки и утыкаюсь взглядом в окно. Нейт трогается с места. А внутри меня все горит. От раздражения. От него. От того, что он ухмыляется.
И от того, что он снова добился своего.