Глава 329: Бангкок (5)
Мировая суперзвезда Майли Кара не могла оказаться в Бангкоке. Так подумал бы любой здравомыслящий человек. Зачем ей здесь быть, если она поглощена выпуском нового альбома? Джозеф Фелтон и вся его группа иностранцев не сомневались в этом ни секунды.
Поэтому они попытались мягко образумить руководителя из Universal Movies, того самого, с заметным брюшком, который продолжал бормотать о только что увиденном призраке.
— Ха-ха-ха, Майли Кара? Неожиданно. Мы же в Бангкоке, дружище.
— Именно. Может, перелёт был слишком долгим? Тебе явно нужен отдых.
— Тебе почудилось?
— Где? Где ты её увидел?
Джозеф и остальные говорили в шутливом тоне, но пузатый руководитель не улыбался. Его лицо оставалось нахмуренным и совершенно серьёзным.
— Нет, я уверен. Та женщина.
Он ткнул пальцем в сторону, куда все немедленно устремили взгляды. Но, увы, женщина, которую он видел, уже растворилась в лабиринте вестибюля.
— Ты точно в порядке?
— Нам стоит поторопиться с регистрацией. Я искренне беспокоюсь о твоём состоянии.
— Всё хорошо?
Настроение сменилось с шутливого на озабоченное. Меган похлопала мужчину по плечу.
— Присядьте на диван, сделайте глубокий вдох.
— ...Да, хорошо.
— О чём это вы вдруг заговорили про Майли Кару?
— У той блондинки... была похожая аура. Это иррационально, но...
— Кажется, вы так сильно хотите видеть её в нашем проекте, что начали её видеть. Вы, должно быть, очень устали.
Пузатый руководитель взглянул на лицо Меган Стоун, затем медленно опустил голову. Он прижал пальцы к векам.
— Фух. Наверное, ты прав. Майли Кара, серьёзно...
Он сдался, признав свою ошибку. Долгий перелёт, смена часовых поясов сделали своё дело. Да и сама мысль об актрисе такого уровня заставляла слюнки течь у любой голливудской студии. Если бы это было возможно... это было бы чудом. Окружающие его члены команды закивали.
— Тем не менее, услышать её имя было неожиданно.
— Ха-ха. Майли Кару, как известно, очень сложно заполучить. Разве она не занята своим альбомом?
— Должно быть, она загружена по уши.
— Если бы Майли была в Бангкоке, об этом уже трубила бы вся пресса — и здесь, и в Голливуде.
Пузатый руководитель выдавил бледную улыбку.
— Извините. Мне, кажется, действительно нужно отдохнуть.
— Хорошо, — быстро сказала Меган. — Мы зарегистрируемся как можно скорее.
И в этот момент позади них, из глубины вестибюля, раздался голос.
— Джозеф!
Мужской голос, английский. Гигантский Джозеф и все остальные обернулись. К ним с широкой улыбкой шёл высокий иностранец с крупным носом. Итан Смит, глава каскадёрской команды для «Благородного зла».
Все, кроме Джозефа и Меган, отреагировали с удивлением.
— О, Итан!
Все знали, что он отвечает за трюки в проекте. Поздоровавшись с Джозефом и Меган, он представил сопровождавших его людей — это были не его каскадёры, а корейцы. Трое. Члены съёмочной группы «Благородного зла», включая переводчика.
Джозеф, Меган и другие прилетели, чтобы наблюдать за съёмками. Хотя детали были согласованы заранее, требовалась финальная сверка расписаний на месте — любезность режиссёра Сон Ман У. После краткого брифинга команда раздала всем присутствующим документы.
Соглашения о неразглашении.
В документе строжайше запрещалось обсуждать что-либо, связанное со съёмками, местом или содержанием. Получив свою копию, Джозеф подумал про себя:
У них очень жёсткие протоколы безопасности.
Но в этом не было ничего удивительного. Такое — обычная практика в Голливуде. Утечка любой информации, какой бы незначительной она ни была, могла нанести проекту непоправимый урон, сказавшись на маркетинге и самом конечном продукте. Нарушителей ждало серьёзное наказание. Меган, знавшая о связях с Кан Ву Джином, понимала это.
Они привлекли голливудских каскадёров... должно быть, вложили огромные усилия в экшен и ближний бой с участием Кан Ву Джина. Там, наверное, есть ключевые трюки.
Однако некоторые из команды Джозефа, включая каскадёров и менеджеров Universal, смотрели на документы с лёгким недоумением.
Заходить так далеко? Зачем?
Они проверяют всё до мелочей. Есть ли тому особая причина?
Подписывать NDA для съёмок сериала... это кажется чрезмерным.
На их лицах читалось лёгкое замешательство.
Тем временем в люксе того же отеля на диване сидела блондинка, скрестив длинные ноги. Майли Кара. На столе перед ней лежали снятые шляпа и маска. Напротив сидел её менеджер Джонатан.
— Видел? Джозеф Фелтон был внизу.
Её характерный, слегка холодный тон озадачил Джонатана.
— Что? Джозеф?
— Да. Не уверена насчёт остальных, но видела много знакомых лиц. Людей из Universal.
— Хм, я слышал, они готовят новый фильм. Может, из-за этого?
— Для поиска локаций масштаб маловат. Должна быть другая причина.
— Какая ещё... не говори, что это «Благородное зло»?
— Если за этим стоит Джозеф, то вполне возможно. В конце концов, он тоже очарован Кан Ву Джином.
— Джозеф прилетел в Бангкок только ради того, чтобы увидеть Кан Ву Джина? Это нелогично. Кан Ву Джин в Голливуде практически неизвестен.
Кара пожала плечами, и на её губах дрогнула мягкая, знающая улыбка.
— Что ж, в день съёмок мы точно узнаем. Но если они и правда пришли посмотреть на него... дело становится по-настоящему интересным.
Каково будет выражение лиц Джозефа и его команды, когда они увидят экшен-сцены с участием Кан Ву Джина? Особенно если в них снимается она сама? Внутри Кары клокотало возбуждение, ожидание достигло пика.
— Возможно, тот дом в Лос-Анджелесе, который я купила для Кан Ву Джина, пригодится раньше, чем я думала.
— Хм?
— Он же становится всё популярнее в Голливуде, не так ли? — Она резко сменила тему. — Так вот, Джонатан, узнай, над каким именно проектом работает Джозеф. Почувствуй атмосферу.
На следующий день, едва занялось утро 20 сентября, Кан Ву Джин покинул отель и присоединился к основной команде «Благородного зла». Бангкокское солнце, как и прежде, палило немилосердно. По пути режиссёр Сон Ман У объяснял:
— Сегодня у нас в основном репетиции, проверки и тренировки. Нужно синхронизировать экшен с местными статистами, будут также сцены погони на машинах и взрывы. Проверки не могут быть слишком тщательными.
Их первая цель — деревня примерно в часе езды от центра Бангкока. Место было довольно большим, но почти безлюдным.
Утром атмосфера совсем другая. Экзотично, но чем-то напоминает Южную Америку?
Когда-то деревня процветала, но теперь она погрузилась в тишину. Повсюду стояли пустые здания, заброшенные фабрики, полуразрушенные постройки. Но планировка улиц оставалась чёткой, что делало её визуально привлекательной для съёмок. Здесь планировалось снять множество сцен: длинные планы, автопогони, взрывы, перестрелки.
Место, разумеется, было забронировано заранее. В Таиланде существовала развитая киноинфраструктура, и даже Голливуд часто снимал здесь, благодаря обилию местных компаний, доступному оборудованию, гибким разрешениям и отлаженной системе.
Кан Ву Джин, режиссёр Сон Ман У и команда собрались на территории огромной заброшенной фабрики на окраине. Только корейская команда насчитывала около сотни человек.
Но к ним присоединились ещё примерно 50 тайцев, собравшихся на открытой площадке перед фабрикой. Ву Джину уже объяснили:
— Это местный персонал.
Невозможно снимать за границей, полагаясь только на привозные кадры. Местные специалисты и статисты были жизненно важны. Половина из этих тайцев была съёмочной группой, половина — массовкой. Благодаря развитой индустрии, найти их не составило труда. Большинство из них имели обширный опыт съёмок.
В конце концов, большинству из них предстояло быть «убитыми» Кан Ву Джином — то есть Чан Ён У — поэтому убедительность их игры была критически важна. Режиссёр Сон Ман У позаботился о том, чтобы все они, как и вся корейская команда, подписали соглашения о неразглашении.
В итоге открытое пространство перед заброшенной фабрикой заполнило около 200 человек.
Вскоре по сигналу режиссёра Сон Ман У эти 200 человек пришли в движение. Хотя это была лишь репетиция, расслабляться было нельзя. Операторы устанавливали камеры, за ними следовали осветители и художники-постановщики. Место начало превращаться в гигантский живой организм, наполненный криками, командами, суетой.
Тем временем Кан Ву Джин был занят.
— Приятно познакомиться.
Он приветствовал тайских сотрудников и актёров на своём беглом английском. Те смотрели на него с нескрываемым любопытством. Естественно. Он уже был известен здесь.
Внешне он оставался бесстрастным. Внутри же он отмечал, что работать с таким количеством иностранцев — это новый, будоражащий опыт.
Чёрт, кажется, я впервые снимаюсь с таким количеством иностранцев. Да ещё и в экшене. Лёгкое нервное возбуждение есть.
Режиссёр Сон Ман У, не подозревая о внутренних метаниях Ву Джина, вытирал пот, отдавая распоряжения. Тайская команда действовала слаженно. В это время к Ву Джину подошли костюмеры и гримёры.
Пришло время для окончательного превращения.
Несколько минут спустя Кан Ву Джин преобразился. На нём была потрёпанная белая рубашка и джинсы, кожа слегка затемнена, чёрные волосы небрежно растрёпаны. Он стал точным воплощением Чан Ён У, затаившегося в Бангкоке. Взглянув на своё отражение в зеркале, он мысленно кивнул.
Отлично смотрится.
Он выглядел почти так же, как тот Чан Ён У, которого он проживал в Пустоте. Так думали не только он, но и другие, наблюдавшие за ним: сценаристка Чхве На На в шляпе-сафари, исполнительный директор Ким Со Хян и Чхве Сон Гон.
— Ух ты, он выглядит в точности как тот Чан Ён У, которого я представляла! Сходство невероятное... Ха-ха, я даже немного нервничаю.
— Разве вы не писали образ Чан Ён У с оглядкой на Ву Джин-нима?
— Да, но видеть это во плоти — совсем другое ощущение.
— Ха-ха-ха, у нашего Ву Джина невероятно гибкая, многогранная внешность.
— О! Смотрите, он берёт оружие!
В этот момент член съёмочной группы вручил Кан Ву Джину карабин M4 — ту самую винтовку, что была верным спутником Чан Ён У. Вокруг него собрались режиссёр Сон Ман У, координатор трюков Итан Смит и другие каскадёры, включая двух тайцев. Сон Ман У жестом указал на Ву Джина:
— Ву Джин-сси, можете сделать несколько пробных выстрелов.
Ву Джин кивнул, привычным движением приложил приклад M4 к плечу и нажал на спуск.
Грохот выстрелов разорвал воздух площадки. Сотня человек замерла, уставившись на него. Вспышки выстрелов, разлетающиеся гильзы, мощная отдача — всё было неотличимо от настоящего оружия. Даже Кан Ву Джин внутренне ахнул, хотя внешне не дрогнул и мускулом.
Ух ты, вот это качество!
Команда «Благородного зла» подготовила оружие, практически неотличимое от боевого. Это была часть фанатичного стремления режиссёра Сон Ман У минимизировать компьютерную графику. Различные муляжи, подготовленные в сотрудничестве с тайскими экспертами, имитировали стрельбу вспышками и выбросом гильз с пугающим реализмом.
В этот момент на некотором отдалении от площадки, где был припаркован транспорт съёмочной группы, остановились два фургона. Из них вышли иностранцы. Джозеф, Меган и около 20 человек, включая топ-менеджеров Universal.
Их сразу же поразил масштаб происходящего.
— Ого! Здесь огромная команда.
— Действительно. Выглядит как больше 200 человек.
— У них много своих, и, похоже, они объединили их с местными.
— Масштаб съёмок превысил мои ожидания. Это крупная постановка.
И в этот момент снова грянула очередь выстрелов.
Грохот исходил от Кан Ву Джина. Для Джозефа и его группы, слышавших это впервые, звук был оглушительным.
— Чёрт, у них там настоящая перестрелка!
— Похоже, они вложились в первоклассный реквизит.
— Посмотрите на того, кто стреляет. Стойка профессиональная. Они наняли консультантов?
— Конечно, привлечение экспертов обязательно.
— Нет, — усмехнулся гигант Джозеф. — Этот человек — актёр.
— ...Актёр??
И в этот момент сбоку раздался женский голос. На чистом английском.
— Он и правда актёр.
Все, включая Джозефа, резко обернулись. К ним приближалась блондинка в солнцезащитных очках в сопровождении десятка человек. Когда она подошла ближе и сняла очки, глаза Джозефа, Меган и всех остальных расширились от чистого, немого шока.
По другую сторону блондинка — нет, Майли Кара — небрежно остановилась перед группой ошеломлённых иностранцев.
— Этот человек действительно актёр.
Челюсти отвисли. Первым пришёл в себя тот самый пузатый руководитель из Universal.
— Я же говорил!! Я был прав вчера!
Меган Стоун, коротко стриженая, с некоторой нерешительностью спросила:
— ...Майли. Что ты здесь делаешь?
Кара указала рукой с зажатыми в пальцах очками в сторону съёмочной площадки, прямо на Кан Ву Джина.
— Я здесь, чтобы сниматься.
— С-сниматься?!
— Да. И я здесь на все сто процентов благодаря этому актёру.
В одно мгновение все взгляды приковались к фигуре Кан Ву Джина, который в этот момент, не ведая о буре позади, перезаряжал свой муляж M4.
А затем на площадке стали замечать.
— Эй, эта блондинка... она кажется знакомой?
— А? Где?
— Вон там, у парковки.
И наконец, они узнали её. Майли Кару. Стоящую среди голливудской элиты, наблюдающую за их съёмками. Реальность, которую они считали невозможной, материализовалась прямо перед ними.