Глава 70: Избыток (9)
После сенсационного заявления Хва Рин в офисе JML Entertainment воцарилась короткая тишина — длившаяся около 10 секунд.
— Подождите... секунду. Стоп.
Первым тишину нарушил генеральный директор. Человек, обычно отличавшийся ледяным спокойствием, снял пиджак — не отрывая пристального взгляда от сидящей напротив Хва Рин.
— Итак, Хва Рин, ты хочешь снять короткий сериал?
По его просьбе Хва Рин небрежно кивнула — доставая телефон.
— Да, всё верно.
— Значит, вы собираетесь отказаться от крупных кинопроектов и других предложений — чтобы сняться в короткометражке из 4 эпизодов, сценарий к которому написала начинающая сценаристка?
— Почему вы не включили Netflix?
— Нет! Дело не в этом! Это невыносимо!
— ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР!
Генеральный директор, казалось, почувствовал слабость — прижав ладонь ко лбу — и полный менеджер поспешил его поддержать.
— Менеджер Ли — почему вы её не остановили?
— Сэр, ну... дело в том...
В этот момент вмешалась Хва Рин.
— Менеджер Ли несколько раз пытался меня отговорить. Он сказал мне даже не рассматривать такую возможность. Так что перестаньте его винить.
— Эй! Хва Рин! Говори вразумительно! Зачем вдруг короткометражный сериал? Даже если это для Netflix! Ты считаешь, что ты достаточно хороша для такого формата?
— Разве существует иерархия при выборе проектов? А как насчёт Хон Хе Ён? Она — артистка высшего уровня в Корее — но снялась в короткометражном фильме.
— Но это же...
— А вы, генеральный директор, говорили раньше — что если у артиста есть страсть — то его работа будет живой. Вы советовали мне заниматься тем, что меня по-настоящему увлекает — не беспокоясь о масштабе.
— Создание короткометражного сериала — это уже перебор с этим советом.
Генеральный директор надавил на виски — словно пытаясь заглушить назревающую головную боль. Хва Рин облизнула губы — демонстрируя непоколебимую решимость.
— В общем, я приняла решение. Меня заинтересовал «Просто друг». И — честно говоря — я хочу не торопиться.
— Не торопиться?
— Да. Честно говоря, наша недавняя рекламная кампания альбома была адски напряжённой — правда? Вы же знаете — сколько у нас было выступлений в день? А потом мы вечером улетали в Японию — и на следующий день возвращались для новых шоу. Выступления, развлекательные программы, радио, реклама, фотосессии, YouTube и так далее.
Хва Рин, рассказывая об ужасающем графике, скрестила руки на груди.
— Но разве я или кто-то из участников жаловались? Нет. Мы выстояли благодаря поддержке наших поклонников и компании. Так что — может, мне стоит немного расслабиться во время сольной карьеры?
Генеральный директор потерял дар речи — всё, что она сказала, было чистой правдой. Он глубоко вздохнул — сдаваясь и отказываясь от дальнейших попыток переубедить её.
— Хорошо, ладно — делай как хочешь. Кто сможет тебя переубедить?
— Также — пожалуйста — сократите расписание и для других участников. Я обращаюсь с этой просьбой как лидер группы.
— Отлично.
Генеральный директор, откинув волосы назад, обратился к полному менеджеру справа. В его тоне звучало смиренное разочарование.
— Итак — расскажите о сюжете. Как продвигается работа над этим коротким сериалом?
— Да? О — похоже — они собираются выпустить короткометражный сериал, выбранный ими на конкурсе несколько недель назад. Название — «Фестиваль короткометражных сериалов»? Пока ничего не решено окончательно.
— То есть всё ещё на стадии планирования. Подготовка к производству.
— Да. Они планируют выпустить около 5 работ.
Выслушав объяснение, генеральный директор снова повернулся к Хва Рин.
— Почему тебя заинтересовал именно этот проект?
— Просто сценарий забавный. Для короткого сериала сюжет довольно детальный — и хотя его написала новичок — в нём нет неловких моментов. Это романтическая комедия — но персонажи хорошо проработаны.
— Думаешь, это будет хитом? Что ж — у короткометражного сериала есть свои пределы успеха.
— Не знаю. Но поскольку это Netflix — при хорошей рекламе широкая аудитория сможет быстро и легко его оценить.
Хва Рин спокойно ответила — в то время как опасения генерального директора, казалось, только крепли.
— Менеджер Ли. Если предположить — что Хва Рин снимается в этом проекте — то с остальными актёрами уже определились? Поскольку это короткометражный сериал — скорее всего — это будут менее известные лица — верно?
— Я не уверена насчёт других работ — но в этом проекте главный герой довольно известен.
— Правда? Кто?
— Это подтвердили сегодня — Кан Ву Джин.
— Кан Ву Джин?
Генеральный директор задумчиво потер подбородок.
— Кан Ву Джин из сериала «Профайлер Хан Рян»? Он сейчас на подъёме. Он из агентства Чхве Сон Гона.
— Да. Когда я пришла на встречу — он уже общался с генеральным директором.
— О — он сейчас весьма востребован. Хм — но он такой же сумасшедший, как и наша Хва Рин.
— Простите? Генеральный директор — я здесь.
— Зачем восходящей звезде, подобной ему, сниматься в коротком сериале? Он легко мог бы получить роли в крупных проектах.
— Этот актёр, похоже, совершенно не заботится о масштабе постановки.
— Хва Рин — как ты думаешь — с Кан Ву Джином всё в порядке? Каким он тебе показался при встрече?
— Ну — он был совершенно обычным. Ничего особенного.
Хва Рин ответила так — будто это не имело никакого значения. Тем не менее — генеральный директор задумчиво погладил подбородок.
— Правда? Хм. Если Кан Ву Джин будет её партнёром на площадке... может получиться неплохо — если они всё правильно выстроят. Он играет потрясающе. Кстати — Хва Рин — ты знала Кан Ву Джина раньше?
— Нет.
В этот момент полный менеджер, посмотрев на Хва Рин, осторожно вступил в разговор.
— Но стоит ли убрать сцену с поцелуем? Вы ранее говорили — что предпочли бы её исключить.
Хва Рин небрежно пожала плечами.
— Когда я это говорила?
На следующий день, в воскресенье, в Сунчхоне.
На съёмочной площадке — своими размерами и видом напоминавшей старую деревню с рядами домов и зданий — кипела жизнь: шли съёмки фильма.
Фильм назывался «Наркоторговец».
Хотя основные декорации для сериала, где Кан Ву Джин недавно заменил одного из актёров, были возведены в Пусане — некоторые сцены снимали на площадке в Сунчхоне, стилизованной под пусанские кварталы.
— Каскадёры! Режиссёр вас вызывает!
— Кто-нибудь — проверьте эту машину! Она не заводится!
— Режиссёр! Пожалуйста — утвердите расположение реквизита!
На площадке царила привычная съёмочная суматоха. В центре этого хаоса больше всех был занят режиссёр Ким До Хи, отвечавший за «Наркоторговец».
— Художник-постановщик! Давайте проверим реквизит! Художник-постановщик!! Сюда!
В этот момент.
Энергия директора сегодня на пределе — промелькнула мысль.
В одном из углов площадки собралась группа актёров со сценариями в руках. Однако на их лицах читалась не просто усталость — а тревога.
— Приятно — что после аварии с О Джун У всё, кажется, уладилось — и со стороны Джун У, и со стороны Кан Ву Джина.
— А — неужели до начала съёмок с Кан Ву Джином осталось всего дней 10?
— Верно... Хорошо — что конфликта нет — но, думая о Джун У, чувствуешь неловкость. Это гнетёт.
Актёры обсуждали травмированного О Джун У и его замену — Кан Ву Джина.
— Но всё ли будет в порядке?
— Что ты имеешь в виду? А — с Кан Ву Джином? Если его всё устраивает — то проблем быть не должно.
— Разве не странно для человека на пике славы соглашаться на роль, которая явно является «подхватом»? Обычно актёры избегают такого — верно?
— Всё бывает по-разному. Но меня больше беспокоит — справится ли новичок с этой ролью.
Для актёров, отснявших уже больше половины материала, такое беспокойство было естественным.
— Верно. Роль непростая. Невероятно сложная.
— Мне кажется — решение было поспешным. Как ни посмотри — пригласить новичка, который снялся всего в одном проекте...
— Ситуация была безвыходной. Режиссёр оказался в затруднительном положении. Но, учитывая, что сценарий уже передан и до начала съёмок осталось чуть больше 2 недель — график у Кан Ву Джина будет очень плотным.
— Но он же великолепно играет — правда? Я смотрела «Профайлер Хан Рян». Он блестяще справился с ролью Пак Дэ Ри.
Большинство присутствующих согласно кивнули.
— Я тоже видел. У него уникальная манера. Но главный вопрос — сможет ли он уложиться в 2 недели. Обычно новички не справляются. Особенно если учесть — что на «Профайлера Хан Рян» у него было достаточно времени.
— Да... Джун У тоже готовился довольно долго.
— Но разве СМИ не называют Кан Ву Джина гением?
— У каждого гения свои пределы. На чтение и анализ одного только сценария уйдёт больше недели... Я сомневаюсь в качестве результата.
— Было бы тяжело — если бы игра оказалась слабой.
Обеспокоенность среди актёров, не знакомых с Кан Ву Джином лично, лишь нарастала.
— Какой смысл обсуждать это здесь? Придётся самим увидеть — на что он способен.
В это время он находился в своём фургоне.
С самого утра Ву Джин ехал в компанию. Однако,
— Ужас — пробки просто кошмарные — заметил Чхве Сон Гон, сидевший на пассажирском сиденье.
Дорога была забита — превращая утреннюю поездку в испытание. Кан Ву Джин с циничным выражением лица молча смотрел в окно.
Он только что просматривал социальные сети и отложил телефон. Увидев непролазную пробку — понял — что дорога займёт время.
Хм — может, стоит использовать это время для чтения? — подумал он.
Взгляд Ву Джина упал на стопку сценариев и синопсисов, лежащих справа от кресла.
Целая гора предложений.
Все эти проекты рассматривались для его участия. В последнее время у Ву Джина не было возможности читать их дома. Поэтому — выпадала свободная минута — он погружался в тексты и репетировал роли в пустоте.
Начну с того — что стартует раньше всех.
Он взял верхний сценарий. Это был «Наркоторговец» — съёмки которого должны были начаться менее чем через 10 дней. Ву Джин указательным пальцем коснулся чёрного квадрата рядом с текстом.
Окружающая реальность дрогнула и поплыла.
Его больше не было в машине. Он стоял в абсолютной, беззвучной темноте.
Ву Джин выбрал белый прямоугольник с надписью «Наркоторговец».
[Вы выбрали сценарий (Название: Наркоторговец).]
[Перечисление персонажей, доступных для чтения (опыта).]
[A: Чон Сон Хун, B: Чхве Чжун Хо, C: Ким Хён Су... G: Ли Сан Ман]
Ли Сан Ман. Персонаж, в которого ему предстояло войти.
Не убийца — но и не ангел — мелькнула мысль.
Роль, связанная с наркозависимостью. Ву Джин медленно выбрал «G: Ли Сан Ман». Знакомый роботизированный женский голос заполнил пространство.
[«Подготовка к чтению роли 'G: Ли Сан Ман'...»]
Ву Джин сделал неглубокий вдох.
[«...Подготовка завершена. Сценарий близок к финальной версии. Чтение возможно на 100%. Начинаем.»]
Его поглотила серая мгла.
Он почувствовал изменение температуры кожи — ни холод, ни жара — нечто среднее. Серый мир стал распадаться. Взгляд Ву Джина переместился в незнакомое место. Звуки были отчётливыми — но чужими.
Он сидел на заднем сиденье роскошного автомобиля. За окном лил сильный дождь — тяжёлые капли бились в стекло. Запах специфических сигарет щипал ноздри.
Густой, неприятный — но для нынешнего Кан Ву Джина — естественный и обыденный.
Молча глядя в окно — он перевёл взгляд на передние сиденья. И водитель, и пассажир были одеты в мешковатые костюмы. Ву Джин хрипло бросил мужчине на пассажирском кресле:
— Сигарету.
Голос был тяжёлым, гнетущим, вялым. Мужчина тут же — почти подобострастно, склонив голову — протянул пачку.
— Да, хён.
Ву Джин взял сигарету, затянулся — выпустив длинную струю белого дыма.
Это было... приятно. Хотя сам он не курил — сейчас процесс казался банальным и необходимым. Так диктовали чувства, переполнявшие его тело. Эмоции и мысли Ли Сан Мана наполняли каждую клетку, каждую жилку.
Каждая клетка преображалась.
Кан Ву Джин теперь был Ли Сан Маном — боссом крупной пусанской группировки.
Ли Сан Ман был немногословен. Его взгляд — свиреп и проницателен. Лицо — бесстрастно — что лишь подчёркивало жестокую натуру. Он был тих, скрупулёзен — а каждое движение — тяжёлым и весомым.
Харизма — превосходящая харизму дикого зверя.
В салоне царила тишина — нарушаемая только шумом ливня. Лёгкий холод и влажность висели в воздухе. Постепенно пространство наполнилось сизым дымом. И внутри Ву Джина начало подниматься раздражение.
— Тише!
Выкурив сигарету до фильтра — он швырнул окурок в приоткрытое окно. Брызги дождя попали на рукав дорогого костюма.
Раздражение нарастало. Его рука начала чесаться. Зуд не проходил — сколько бы он ни тёр. Затем зрение начали заволакивать чёрные точки — поднимающиеся снизу, заполняя половину поля зрения.
Насекомые? Галлюцинации?
Вместо паники Ву Джин лишь бесстрастно моргнул — словно такое зрелище было ему привычно. Чёрные точки исчезли — будто их и не было. Однако...
Он тихо поскрёб правое, затем левое предплечье. Вслед за исчезнувшими пятнами пришёл слабый, но навязчивый зуд. Он не проходил. Чем больше он чесал — тем сильнее становилось.
Неприятное ощущение сменилось липкой, ядовитой злостью. Он пробормотал что-то по-японски:
— Нужно сделать инъекцию. Скоро.
Внутри него росла томительная тревога. Как только он озвучил намерение — мозг мгновенно и бездумно сфокусировался на одной цели: Ввести эту дрянь. В предплечье. И обрести покой.
Словно глубокая бездна или удушливый туман. Жажда освобождения превратила злость в ярость — поглотив его целиком. Ноги дрожали — руки тряслись. Спокойствие было невозможно.
В этот момент:
— Хён, ты в порядке? — осмелился спросить мужчина на пассажирском сиденье.
Ву Джин испепелил его взглядом — полным немой ярости. Взглядом — который словно бил дубинкой. Мужчина съёжился — осознав свою ошибку.
Затем Ву Джин заговорил тем же хриплым, ровным голосом:
— Я в твоих глазах выгляжу слабаком?
— Нет! Вовсе нет! Просто вы выглядели немного... не в своей тарелке.
— Что ты увидел?
— Э-это...
— А если я выколю твои глаза и съем — я тогда увижу?
— Простите.
Не успев закончить — мужчина замолк — машина остановилась перед невзрачным зданием. Водитель быстро вышел и открыл дверь. Ву Джин небрежно выбрался наружу.
Кругом была тьма — разрываемая лишь редкими оранжевыми бликами уличных фонарей. Ву Джин заметил припаркованные в ряд 4 чёрных седана и выстроившихся в линию мужчин в костюмах. Он бегло окинул их взглядом и направился ко входу.
— Хён! Пощади! Я, должно быть, сошёл с ума! Пожалуйста, хён!
Мужчина с окровавленным лицом упал на колени — умоляя. Его отчаянный взгляд был прикован к Ву Джину. Но тот, казалось, оставался совершенно бесстрастным.
Ливень был так силён — что промочил брюки до лодыжек — а шум дождя по зонту заглушал всё остальное. На суровом лице Ву Джина не осталось и следа человеческого тепла. Человек на коленях был всего лишь помехой.
Поэтому молча понаблюдав за дрожащей фигурой пару секунд — Кан Ву Джин обратился к одному из подчинённых рядом. Его тон был сухим и деловитым:
— Избавьтесь от него.
Это был приказ. Приказ убрать это ничтожество с глаз долой. Засунуть в бочку — зацементировать — и сбросить в море. Окровавленного мужчину тут же схватили и потащили прочь несколько человек в костюмах. Его последний крик:
— ХЁН!!! ПРОСТИ! Я ИСПРАВЛЮСЬ! ОТПУСТИ! ОТПУСТИ МЕНЯ!!!
Но Кан Ву Джин уже входил в здание. Его люди не последовали за ним. Шаг за шагом его чёткие шаги отдавались эхом в пустом холле. Темп ускорился. Сначала 2 шага за раз — затем 3.
Он почти бежал — охваченный внезапной, томительной тревогой.
Вся та харизматичная мощь, что была в нём минуту назад — испарилась. Он двигался так — словно отчаянно нуждался в уединении. Наконец — Ву Джин ворвался в просторный, богато обставленный кабинет. Не обращая внимания на роскошь — он рывком распахнул ящик стола — вытащил шприц и жгут. Поспешно сбросил пиджак — лихорадочно закатал рукав рубашки.
Его дыхание стало частым и прерывистым. Он крепко обхватил левое предплечье и выполнил привычный, отточенный жест. На его лице отразилось облегчение. Строгое — но смягчённое странной нежностью.
За залитым дождём окном внезапно сверкнула молния. Затем прогрохотал гром.
Под его оглушительный рёв Ву Джин растянулся на кожаном диване — уставившись в потолок.
Его тихий, прерывистый смешок — смешавшись с раскатами грома — создал в комнате жутковатую, сюрреальную атмосферу.