23
Утоптанная глинистая тропа, множество грязных босых ног и высокая изумрудная трава. Запястья я уже почти не чувствую, так крепко их связали; ноют сильно вывернутые назад плечи - меня накрепко примотали к толстому длинному столбу, который торжественно и неспешно несут несколько жилистых невысоких дикарей непривычной наружности. Все же две пары рук, сильно вытянутый, с заостренным затылком череп, жвалы вместо рта удивят кого угодно, даже жителя Игаи, с ее разнообразием разумных рас. К моей досаде и разочарованию, бревно низкорослые мужички-страхолюдины несут не на плечах, а на сгибе локтя, отчего я чуть ли не носом землю скребу. И соответственно, мало что вижу.
В зоне видимости появлялось все больше «разнокалиберных» ног - племя с радостными криками спешило присоединиться к главному развлечению под бой бубна и завывание шамана. Наконец, мы добрались до цели - большой каменистой площадки у обрыва, в центре которой бревно, к которому я была надежно примотана, установили, правда не идолом, а в качестве жертвы.
Сердце зашлось от возбуждения и азарта, теперь мне все отлично видно. Лепота! Смуглые аборигены, раскрашенные охрой, сплошь в палочках и завитушках, бусиках и прочей «одежде», ах да, некоторые еще и в юбках из «лопухов» и ожерельях из клыков красуются, радостно суетились вокруг меня. Столб воткнули в щель на каменной площадке для устойчивости. Я пошевелила пальцами ног где-то в метре над землей. Довольно высоко.
Вау, да тут еще и почетный караул - мужчины, вооруженные копьями, причем четырьмя, в каждой руке, выстроились по периметру, образовав специфический, плотный деревянный частокол. Караульные заодно выполняли роль хора - воодушевленно подвывали шаману, который кривлялся в центре, колотя в огромный бубен. Этот прямо вусмерть разрисованный служитель культа буквально оглушал, но в тоже время вызывал зажигательную вибрацию, от которой у меня внутри дрожало еще сильнее. Тем более, женщины и дети сноровисто обкладывали мой столб сухими ветками и поленьями. Ну и нравы у них!..
Наверное, так чувствует себя муха, спеленатая паутиной. Я могла пошевелить только головой. Я уже с опаской смотрела на стремительно растущую кучу топлива вокруг меня. Опять невольно пошевелила пальцами, сомневаясь не слишком ли низко вишу: вдруг огонь сразу же доберется до моих ног. Сдается мне, что туземцы решили не сразу жертву сжечь, а насладиться копчением и ее страданиями. Да-да, жертва - это я, и не простая, а богам племени, которое меня «поймало».
Пляски с бубном ускорялись, в ушах уже гудело, шаман непрестанно молотил бубен. Чтобы самой не впасть в транс, я заинтересовалась толстыми каменными столбами рядом с моим, венчавшиеся вырезанными ликами, а вот внизу их украсили примитивными цветными изображениями доблестных воинов племени, убивающих смешного черного червяка с ножками. Присмотревшись, догадалась, что скорее всего это черный дракон, просто художник самодеятельный.
Небо сегодня на редкость чистое, голубое, безоблачное, сол щедро заливает землю вокруг, а туземцы все сильнее входят в раж, призывая богов в свидетели и предлагая им богатые дары. Меня, то есть. Приятно-о-о все-таки, что так высоко ценят!
Наконец ответственное лицо пафосно подожгло хворост. Сначала я с искренним восторгом наблюдала как он разгорается, как взлетают в небо искорки, как теплеет ногам... А когда пяткам стало жарко и искорки стали попадать на кожу, я начала дергаться и нервно шарить глазами по небу в поисках спасения.
Костер набирал силу, туземцы распалялись, шаман, потрясавший бубном, впал в экстаз, а я впервые с момента попадания в плен по-настоящему испугалась. Сердце забилось пойманной птичкой, я попыталась освободиться из пут, или хоть ноги приподнять, а то уже жжется. Меня накрыла паника и я заорала на весь этот огромный остров, на который, как говорят светлые, за каким-то темным прилетела потусить:
- Спасите-е, помогите-е...
Вот тебе, Дженни и острые ощущения! И ведь не сменить ипостась, а то либо крепкие, отлично промасленные веревки меня в туго перетянутую драконью колбасу превратят, либо я всей своей тушкой окажусь прямо в центре набирающего силу костра и подкопчусь. Тоже мало приятного, поэтому оставлю колбасу и «копчение» на крайний случай.
- Чего орем, кого ждем, принцесса? - раздался у меня над головой насмешливый голос. - А вот и я, твой прекрасный дракон... или принц, я уже запутался, кого в этот раз изображать должен...
- Ты опоздал, меня тут чуть не поджарили! - возмущенно и испуганно заорала я, увидев огромную черную тень любимого дракона.
Мгновение, и тьма оплетает столб, освобождает меня из пут, заботливо подхватывает. Затем черное облако окончательно обретает физическое воплощение, и вот уже огромный дракон со мной в лапах неторопливо взмывает в небеса, позволяя туземцам в полной мере «насладиться» потерей «дорогой» жертвы, предназначенной их богам. А я, считай сворованная жертва, визжала от восторга, радуясь, что не пострадала и костер мне больше не грозит.
Боги, как же здорово жить!
- Теперь ты в полной мере ощутила, каково это - быть жертвой. Можно сказать, на личном опыте изучила религиозные обычаи племени Атамануи с острова Мощиро, заглянула в их быт и насладилась местными достопримечательностями. Все, как ты хотела, дорогая? Зато на уроке истории вполне достоверно поведаешь об этом однокурсникам.
Конечно, меня возмутило несвоевременное спасение, но я давно не испытывала такого яркого адреналина, когда кровь кипит от жажды жизни и восторга. Только хотела поделиться впечатлениями с Тэхён - а он как охнет! Злобно пыхнул тьмой, глядя на неистовствующих аборигенов, которые столпились у обрывая и яростно потрясали копьями. Затем, сморщив морду, черный дракон, перехватил меня одной лапой, а другой выдернул из... задницы стрелу, переломил когтем и отбросил. Замер на мгновение, кажется раздумывая: отомстить дикому племени за «кощунство» или плюнуть... тьмой, но, услышав мой мстительный хохот, ограничился укоризненным взглядом в мой адрес.
- Что? Мне вон чуть пятки не поджарили, а тебя всего лишь стрелой задели, все по справедливости! - хихикнула я.
Дракон демонстративно тяжко вздохнул и величественно взмахнул крыльями, а внизу триумфально ревело племя. Тэхён ухмыльнулся:
- Ладно, пролетели. - А потом пошутил: - Скоро на площади появится новый столб с изображением храброго туземца, героически поражающего жуткого летающего монстра заговоренной от злых духов стрелой. Гордись, этот монумент будет посвящен нам с тобой... останемся в памяти народов вечность.
Я счастливо рассмеялась, раскинув руки в стороны и пока не собираясь менять ипостась.
- Ну как, любимая, тебе понравилось знакомство с удивительным миром Игаи в таком виде? Здорово я придумал? - весело спросил Тэхён, склоняя надо мной черную огромную драконью морду и подхалимски заглядывая в глаза. Откровенно ожидая невероятной благодарности.
Я обняла его за шею, точнее попыталась, слишком большая и мощная, чмокнула, куда достала и довольно призналась:
- Очень, но в следующий раз, чур, я великий дракон, который спасает прекрасную принцессу из плена... ой, принца. Мы же хотели еще на племя юджиритов посмотреть? Дедушка Оней рассказывал об этом весьма колоритном народе...
- Не-ет, туда мы точно не полетим, только если побыть прекрасным принцем согласится твоей прапрадедушка Дамрис, - неожиданно отказался Тэхён.
- Почему? - опешила я.
- Там жертву богам сначала на кол сажают, а потом сжигают.
- Да-а-а? Откуда ты знаешь? - подозрительно уточнила я.
- Видел... издалека, - хохотнул Тэхён.
Прижав меня покрепче и, подтянув к себе мою обнаженную ступню, «лечил» ее с нежными поцелуями - щекотно лизал языком.
- У меня еще целый месяц каникул, может еще что-то придумаешь? А? Ну пожалуйста, ну ты же самый умный... - поскребла я по чешуе ногтями, теперь-то знаю, что большой и грозный драконище боится щекотки.
Тэхён передернулся, хмыкнул и, хитро прищурившись, предложил:
- Дорогая, летим в Гдежик, это уже на континенте, но потрясающее место, там скоро начнется праздник стихий.
- Летим! - азартно выпалила я, вывернулась из его лап и в свободном полете сменила ипостась.
Торопиться некуда, портал Тэхён всегда откроет, мы неторопливо махали крыльями, наслаждаясь равнинным пейзажем: изумрудной водой океанского побережья, густыми, зелеными, словно разрезанными извилистой рекой, джунглями с переполошившимися при виде нас пернатыми. Я с восторгом любовалась не только пейзажами, но и своим любимым драконом. Внутри у меня все пело от восторга и любви, сейчас, после адреналинового шторма, это ощущалась особенно остро, буквально запредельно.
Два года назад, очнувшись в незнакомой комнате, я даже представить не могла, что буду испытывать такие чувства, что полюблю и сойду с ума от счастья, что меня полюбит мой темный суженый, совершенно неожиданно ставший истинным. Что злой, цинично-ироничный темный, пяти ста лет отроду, который три раза терял суженую, обретет в моем лице смысл жизни, самое ценное сокровище, которое будет холить, лелеять и баловать немыслимыми способами. Который благодаря моему нытью и мольбам вскоре согласился на, казалось бы, невозможное - разрешил мне вернуться в Академию драконов.
Невозможное - потому что новобрачный черный дракон почти не способен контролировать свою ревность и собственнические инстинкты. А вот Тэхён, пусть и с огромным трудом, и с сотней защитных амулетов, которыми меня обвешал, сумел! Правда, он в этой же академии преподавателем работает и у меня сам ведет сразу несколько предметов; на переменах караулит как наседка яйцо от всяких, охочих до светлых темных, холостых и просто излишне любвеобильных соперников, но это все мелочи. Ведь я учусь в академии и у меня бурная студенческая жизнь, от которой, бывает, у ректора и моего мужа порой седые волосы появляются, но это тоже мелочи.
Еще Тэхён всегда исполняет обещания. Обещал показать мир - пожалуйста, мы второй год на каникулах путешествуем по Игае. Вдвоем, с изюминкой, страстью и приключениями. В прошлом году я поняла, что нам с мужем скучно не будет никогда! Ну кто бы еще додумался устроить любимой женщине-непоседе наглядное пособие по истории, активный отдых, просто безумные приключения среди затерянных в малоизученных частях света племен. Так сказать, знакомство с разумными в начале их развития. А исследование жутких (для юной дракошки), таинственных пещер. Поиск кладов с разгадыванием символов и «бродилками» по мистическим местам.
Мой дракон методично и скрупулезно исполнял мои мечты, любые, только пожелай, а фантазия у меня бурная.
Сол ласкал мое тело горячими лучами, которые порой «зайчиками» отражались от чешуи. А вот черный дракон словно поглощал свет, его темнющий хвост-шлейф парил вслед за нами. Я нет-нет да касалась крылом его крыла, потому что приятно чувствовать его тепло и тьму, потому что просто находиться рядом с мужем здорово.
Наконец, мы нырнули в созданный Тэхён портал и оказались, судя по всему, где-то очень далеко, в другом часовом поясе - здесь уже вовсю властвовал закат.
- Сказочно красиво-о... - выдохнула я, удивленно зависнув над потрясающей красоты пейзажем.
Дивное место, скрытое от мира непроходимыми джунглями. В этом зеленом растительном океане спряталось большое озеро в спокойной глади которого отразился кровавый закат, оно медленно, словно нехотя накатывает волной к основанию горы, где приютилось маленькое селение. Глиняные строения, крытые травой, соединенные между собой тропками, дымящие очаги - местные жители находятся вначале «прогресса».
- Это Гдежик? - тихонечко спросила я, чтобы не нарушать привычный фон этого места: блеяние прирученных животных, гомон жителей, крики птиц, шелест листьев и скрип подмостков, окружающих большую светящуюся каменную глыбу на берегу.
От глыбы уходит в озеро надежный широкий пирс, словно взлетная полоса.
- Да, это Гдежик - по истине волшебное место, раз в году здесь проходит праздник стихий, его назвали в честь драконов, ведь нашему виду подчиняется много различных стихий.
- Почему именно в честь нас? - сипло от волнения спросила я.
- Именно дракон давным-давно первым вдохнул в их святыню магию, тем самым дав свет поселению и круговую защиту от хищников. Они считают нас богами, которые согревают, оберегают и даруют благодать.
- А если драконы не прилетят на праздник? - удивилась я.
- Значит, не старались, плохие дары принесли, в следующий год будут лучше готовиться, - хохотнул Тэхён, бросив на меня насмешливо- обожающий взгляд.
Диск сола коснулся воды озера - и в тот же миг из селения к глыбе и окружающим ее мосткам, двинулась длинная процессия, облаченная в белые балахоны и с яркими цветочными венками на головах. Каждый житель от мала до велика держали в руках корзины и факелы. Они увидели нас, парящих невдалеке над водой и, радостно загалдев, поторопились к мосткам. Вскоре вокруг глыбы горело пламя множества факелов, стояли десятки больших корзин и глиняные миски, похожие на тазики, наверное, с напитками. Все жители, кроме двоих, вернувшись на берег, выстроились цепочкой вдоль воды и затянули красивую, мелодичную песню. Девушки опустили венки в воду и озеро украсил цветочный ковер, поплывший в центр.
- Лети за мной, ничего не бойся, здесь тебя ждет только красивая сказка... - привычно «баюкая» тьму, тихо произнес Тэхён.
Мы приземлились на пирсе, не меняя ипостаси, прошли к глыбе и Тэхён, положив лапу на светящийся камень, отпустил свою магию. Удивительно, но глыба не потемнела, а ярко вспыхнула, будто восполнила свой резерв. Я обратила внимание на оставшихся на мостках девушку и скрюченного от боли мужчину. Поймав взгляд Тэхён и получив его одобрение, я осторожно приблизилась к ним и проверила как целитель. Ага, похоже молодая женщина страдает бесплодием, а мужчина, возможно на охоте, получил ранение, которое воспалилось и медленно убивает его. На лечение много времени не понадобилось, зато мои пациенты с таким почтением и благодарностью ловили мой свет, исцеляясь, что я благоговела перед их чистотой и волшебством этого места. Тот, кто с рождения обладает высокой регенерацией, не способен оценить дар целителя в полной мере, поэтому я просто тихо радовалась, используя свои возможности.
Вылечившиеся мужчина и женщина, с достоинством поклонившись, выразив искреннюю благодарность глазами и жестами, удалились, оставляя нас с мужем наедине с кучей корзин, заполненных едой и «тазиками» с морсом или вином с пьяняще-сладковатым цветочным ароматом.
- Это все нам? - шепнула я.
- О да, такое подношение способен оценить только дракон, - загадочно блеснул глазами Тэхён.
Сол скрылся окончательно, а его место заняла луна, круглая-круглая, яркая-яркая, осветившая все вокруг таинственным серебристым светом. Факелы, создавшие праздничное настроение, постепенно догорали, цветочные венки водили в воде хороводы и удивительно тонко пахли, невольно заставляя принюхиваться и наслаждаться ароматом. Жители разошлись по домам, словно дали нам знать, что сегодняшняя ночь только для богов, для драконов.
- Ешь, здесь много вкусного, - довольно ощерился черный дракон. - Но ипостась менять нельзя, это негласный закон этого места.
- Нельзя так нельзя, - я сложила крылья и сунула мордочку в первую же корзину с сочным, хорошо поджаренным бедром кабана, - ум-м, как фкуфно-о...
Наевшись, Тэхён хвостом придвинул мне миску:
- Пей, любимая. Ради этого напитка сюда и прилетают драконы.
- Да-а-а? И в чем его особенность? - удивилась я и тщательно принюхалась.
- Он погружает в сказку, - усмехнулся Тэхён.
- Фу, зачем нам галлюциногены и гадость всякая? - буркнула я.
Но Тэхён осушил миску до дна. Я проявлять недоверие не стала - хоть с сомнением, но выпила и тут до меня дошло:
- Небо, какой же он вкусный!
- Он приготовлен из цветов, которые растут вокруг этого озера и цветут всего несколько дней в году. Их называют драконьим счастьем, потому что действует подобным образом только на нас. Этот напиток не вызывает галлюцинации, не дарит ложного ощущения счастья, это не то, о чем ты можешь подумать. Он расслабляет тело, но в тоже время обостряет чувства. Это сложно объяснить, но он будто пелену с глаз сдирает, позволяет увидеть все в истинном свете, убирает все искусственное, ненужное или ложное, вложенное стереотипами, жадностью или навязанными правилами. Открывает душу, позволяет в разы острее ощутить все то, что ты уже испытываешь. Помогает увидеть красоту мира, прочувствовать ласкающие тело потоки воздуха, заглянуть внутрь себя и определиться с целями и мечтами, выяснить истинные ли чувства или лишь иллюзия...
Я испугалась:
- А вдруг ты поймешь, что не любишь меня?
Неожиданно страх колкой волной прошелся по моему телу, встопорщил чешую, заморозил внутренности, буквально остановил мир и время, пока я не услышала:
- Глупышка ты моя, любимая, Соль моя маленькая, я умру без тебя.
Похоже, сказочный напиток начал действовать, потому что облегчение накрыло мягким теплым одеялом. Я всхлипнула от счастья и просипела:
- Давай улетим?
- За тобой хоть в Свет, - «улыбнулся» мой любимый темный.
Показал характерный жутковатый оскал, а по мне - так самая потрясающая улыбка. Настолько, что у нас с драконицей коленки задрожали от возбуждения.
Полет! Тот самый полет, когда потоки воздуха походили на самый страстный массаж, когда луна сияла так ярко, а небо было бесконечно прекрасным. Мы оба ревели от восторга. Парили над озером, ловя крыльями лунный свет, пока не заметили большую цветочную поляну.
- Это те самые цветы?! - я задыхалась от счастья и любви, во мне их было столь много, что грозило разорвать на сотню маленьких дракончиков.
Магия этого места переполняла и я щедро отправляла ее по натянутым каналам связи с яслями. Полагаю, благодаря сегодняшнему дню, будущие драконята непременно вырастут сильными магами.
Черный дракон приземлился следом за мной, как и я, сразу сменил ипостась.
- Нет, время цветения уже прошло, это обычные цветы, - мягко ответил Тэхён, обнимая меня со спины, прижимая к себе и зарываясь носом в волосы на макушке.
- Мне кажется, в этом месте ничего обычного нет, все сказочно прекрасное, - улыбнулась я.
Я горела от любви, словно золотой факел и так мне здорово было! Не знаю, может это действие здешнего «открывателя души», но моя душа горланила счастливые романтические песни.
Тэхён снял привычный черный кафтан, расстелил на траве и потянул меня на него. Мы стояли на коленях, касаясь кончиками пальцев лиц, впитывая образ друг друга, я тянулась к Тэхён, а он нависал, чуть ссутуливаясь, будто подсознательно ограждал от опасностей. Я убрала пепельные пряди у его висков, чтобы видеть любимое и самое красивое в мире лицо, любоваться черным пламенем любви в его глазах. Не знаю, кто потянулся первым за поцелуем, но дальше время, кажется, остановилось. Остались только чувства, ощущения, ласки и сильное мужское тело, которое владело мной, заставляя кричать от наслаждения.
Для нас время остановилось, но когда наша страсть утихла, оказалось, что луна начала таять. Скоро рассвет. Я сидела на коленях у Тэхён сытой кошкой, счастливая и влюбленная. Трудно ли быть центром чьей-то вселенной? Сокровищем? Смыслом жизни? Заглядывая в любимые глаза, я поняла, что нет, если ты столь же сильно любишь свою «вселенную». Сегодняшняя ночь под действием «драконьего счастья» как нельзя лучше рассказала, что мы больше, чем любим, мы живем друг другом!
Стоило этой мысли созреть в моей на удивление светлой после бессонной ночи голове и пронзить сердце и душу, меня окутал странный свет, такой горячий, сияющий, живой... А уже через мгновение в моих ладонях, которые снизу поддержал своими Тэхён, словно из света луны и сола, рассветной дымки и нашей любви, собралось маленькое, чернильно-черное яичко. Я ощутила пока еще тоненькую, но не разрывную связь с... сыном и изумленно выдохнула:
- У нас свое яичко?..
- Сы-ын! - на весь лес проревел от счастья мой муж.
Уже в следующий момент он быстро огляделся, слегка нахмурился и начал разводить суету. Словно фарфоровую поднял меня на ноги, сам одел, да так, чтобы я не выпустила из рук нашего наследника. Надел со скоростью света штаны и кафтан и скомандовал:
- Ты несешь его, а я - тебя. Быстрее домой.
Я расхохоталась. Все ясно, если охрану одного своего сокровища за пределами замка он готов осуществлять, то сразу двух... только в защищенном всеми мыслимыми и немыслимыми способами месте. Ни слова против не сказала, завороженно смотрела на наше сокровище и не могла оторваться - маленькое, но бесконечно любимое и дорогое, такое счастье! Теперь, когда сама оказалась в «шкуре» мамочки, целиком и полностью поняла родителей, которые днями и ночами осаждали меня одними и теми же вопросами.
Создав портал, Тэхён аккуратно взял меня на руки и шагнул из этого сказочного места, которое позволило нам окончательно осознать значимость друг друга и подарило нам сына.
- Я хочу сюда вернуться когда-нибудь, - шепнула я немного расстроенно.
- Для тебя, родная, все, что пожелаешь, - без тени сомнений пообещал Тэхён.
На своей территории черный дракон летел медленно, осторожно, бережно и трепетно прижимая меня с яйцом, словно нес в лапах собственное сердце. Когда между облаков показался Черный замок, я нервно усмехнулась:
- Как только новость о нашем сыне достигнет синих и серых, покой нам будет только сниться.
- Ну у Хашера с Фиалой недавно у самих третий сын вылупился, может они дома посидят?
- Шутишь? - улыбнулась я, оценив кислую драконью морду черного папаши, демонстрирующую полное отсутствие желания принимать гостей. - Они непременно прилетят всей семьей, тем более Хейдар наконец-то встретил истинную пару. Так что с племянником и внуком, хоть он и в яйце, познакомиться захотят все. Не сомневайся.
- Предупреждаю сразу: Дамриса Золотого не приглашаю!
- Все равно прилетит, - хихикнула я немного сконфуженно.
Еще бы, два года назад, после фееричного завершения военных действий против черных, я очень неосмотрительно позволила Дамрису взять «панно из правого крыла на втором этаже на память о любимой внученьке». Думала, легко откупилась от продуманного и прагматичного до мозга костей родственника. Увы, ошиблась. Глава Золотого клана, двухтысячелетний дракон, отец, дед, прапрадед, по достоинству оценил украшенный драгоценными, роскошными панно коридор и начал выносить их из Черного замка. На память о любимой внучке... Заметил это - что, впрочем, неудивительно - главная жадина черных Бран. В итоге Дамрису пришлось вернуть все три «подарка». Над оборотистым драконом потом смеялись всем кланом, но в дом теперь пускают только под надзором. Воровством это никому и в голову не пришло назвать, ведь для драконов «камешки» - это часть сущности, слабость, болезнь, любовь. Просто надо присматривать за «слабовольным» пожилым драконом, как за ребенком.
Я с улыбкой отметила уже привычное черно-разноцветное «драконокружение» над нашим замком. Всего за два года в «черных» яслях набилось несколько десятков корзин с яйцами от ближайших соседей. Черные потихонечку переставали быть изгоями. А в коридорах замка все громче и чаще звучали радостные детские вопли и топот маленьких шаловливых ножек. В гости и проведать яйца повадились прилетать и свои и чужие всем семейством. У нас, оказывается, не страшно, а очень даже красиво и никто не кусается. Антипопрыгайку уже освоили все кому не лень, больше того, за секретом ее заклинания теперь прилетали чаще, чем с яйцами.
Высокогорье меняется, это ощущает даже Древний, наблюдая моими глазами и делясь тихим теплым отеческим счастьем. Он так любит своих потомков, так хочет им мира и жизни, поэтому радуется светлым и добрым переменам в драконьем царстве.
Приземлившись, Тэхён сменил ипостась, даже на миг не выпустив меня из рук. Торжественно и гордо шел к яслям под радостные улыбки многочисленных близких и родных, наверняка быстренько слетевшихся, услышав добрую весть. Муж ворковал над яйцом и шептал мне, как сильно любит.
Когда-то я мечтала о смерти, находясь в лапах садиста. Тогда о счастье и любви даже думать не было смысла, пока не увидела Момо - несчастную светлую душу. Сейчас, когда у меня все-все есть, когда горю от взаимной любви, я неожиданно замечталась, чтобы у Василисы в новой жизни было не меньше любви. Она заслужила как никто другой.
Мы стояли с мужем в обнимку в яслях, любуясь нашим яичком, бережно положенным в застеленную вышитой пеленочкой корзинку. Он прижимал меня крепко-крепко, словно боялся потерять, и нежно целовал в висок - без слов говорил о любви.
- Ты мой самый любимый Мрак, - кажется, я опять думала вслух.