20
Желто-карие, или как Фиала с любовью говорит, медовые глаза возбужденно горят, золотисто-коричневые брови хмуро сдвинуты к переносице, на щеках ярко цветет румянец, алеют чувственные губы, молочная кожа словно подсвечена изнутри. Золотистые пряди обрамляют мое почти идеальной овальной формы лицо, усиливая блеск глаз. Точеные обнаженные плечи, хрупкие ключицы, красивые изящные руки, высокая грудь с розовыми вершинками, тонкая талия и округлые бедра, переходящие в стройные ножки. Я созрела и похожа на наливное яблочко с румяными бочками, впитавшее в себя силу света, воздуха, дождя, готовое упасть в хорошие руки. Только этот спелый фрукт никто не спешит сорвать! Собственный муж, распалив меня, ушел в самый пикантный момент.
Всего восемь дней в Черном замке, из которых три я вовсе не общалась с Тэхён, а он совершенно непостижимым образом полностью и окончательно занял все мои мысли, заставил сомневаться в своей неотразимости, нужности, обаянии и способности прогнуть мир под свои «хочу», умильно сморщив носик или похлопав глазками с длинными ресницами. Я искренне считала, что стану чудом, бесценным сокровищем тому темному, который долго ждет свою суженую, аж три сотни лет. И я, вся такая белая и пушистая, в крайнем случае, золотая и чешуйчатая, как ангел спасения, своей нежной рукой поведу его к семейному счастью, научу любви и... обожанию. Меня!
Меня любили в прошлой жизни, а уж в этой, приходится признаться честно самой себе, - избаловали абсолютно. Я не просто приемная доченька Хашера и Фиалы, обожаемая и залюбленная, а сродни маленькому божеству, со всеми вытекающими. И вот, всего за пять дней тесного общения, пикировок, прикосновений и поцелуев, плюс еще три - неизвестности и скуки в одиночестве, в довершение знакомство с Черным кланом и вчерашний досадный отказ суженого от секса привели к неожиданному результату.
Проснувшись с первыми лучами сола, я неожиданно для себя расстроилась: муж так и не пришел ночью. Был слишком занят? Или... созревшие «яблочки» не привлекают? Я была искренне уверена, что Тэхён вернется продолжить нашу игру, даже специально надела наглухо закрытую пижаму, чтобы досадить ему, добавить сложностей в «добывании» моего тела. А оно вон как вышло: вообще не пришел!
Я оказалась не готова к тому, что душу будет щемить от разочарования, что дрогнет сердечко, пропустив пару ударов, а затем сорвется вскачь. И желание воевать исчезнет, сменившись глухой обидой - будто чудо не свершилось, меня обделили, лишили чего-то желанного, нужного... будто сказку украли.
Я тряхнула головой и решительно занялась утренними делами, затем, словно что-то толкнуло, приняла ванну с ароматными маслами, довела волосы до идеальной сияющей волны. И вот, впервые очень придирчиво разглядывая себя, да еще в расстроенных чувствах, вспомнила про еще один провокационный наряд из «Дивной дриады» (Как из женской лавки всего с одной покупкой уйти?) - коротенькую, до колен, сорочку из тончайшего синего шелка с золотистым кружевом по краю лифа и подола. Впрочем, эта женственная вещица чуть не осталось лежать на лавке в ванной. Потому что шелк скользил по моему телу, посылая по внезапно ставшей необыкновенно чувствительной коже сотни взбудораженных мурашек, бежавших за кружевом, поднимая волоски.
Вышла из ванной и вновь расстроилась: Тэхён нет, почему-то казалось, что он придет, пока я откровенно прихорашивалась. Замерла посреди комнаты в раздумьях. А вот моя чешуйчатая половинка оказалась настроенной более решительно. Толкнулась мне в грудину, посылая к комоду, затем протянула свою золотую лапку и, открыв ящик, деловито цапнула серебряную нить с десятками разноцветных бриллиантов, обмотала вокруг шеи и завязала в узелок на груди. Вот еще совсем недавно я бы ее приструнила за своеволие, а сейчас ощутила душевную поддержку. Наверное, моя дракошка тоже нервничала, испытывала неуверенность и решила нас приукрасить на свой лад. Что может быть привлекательнее для любого дракона, чем «камешки-и-и», сверкающие на полуобнаженной женской груди его половинки?!
Я даже хихикнула, повеселев:
- Золотко, да ты у меня самая привлекательная и обаятельная, можно сказать, смертельно опасная женщина!
- Согласен, ты у меня самая красивая и... весьма опасная женщина! - прозвучал хриплый, капельку насмешливый баритон.
Вздрогнув, я резко обернулась, драгоценные нити у живота колыхнулись и по комнате разбежались разноцветные блики-искорки. Но их стремительно поглощала тьма, заполняя пространство, растекаясь по всем поверхностям, стенам и перекрывая даже окна. Утро померкло, спальня неотвратимо погружалась в сумрак, а я осталась в круге солнечного света, словно актриса из погорелого театра на сцене.
Сегодня Тэхён явился в пижамных шелковых штанах, конечно же черного цвета, опять босиком, что навело меня на мысль: «Не соседние ли с моими его покои?» И в руках у него не пиала, а миска, с горкой наполненная красникой и очень-очень щедро залитой сливками.
- Смотрю, ты сливок не пожалел сегодня... - протянула я хмуро, хотя внутри у меня разливалось счастливое тепло.
И дракошка торжествующе твердила: «Пришел, пришел, пришел!»
- В прошлый раз мне особенно понравились сливки, - мягко, вкрадчиво с неповторимой хрипотцой признался Тэхён, направляясь ко мне, словно хищный кот обходя кровать по кругу, чтобы добраться до желанной мышки.
Я задрала подбородок и демонстративно равнодушно отказалась:
- А у меня несварение на них проявилось, поэтому больше не хочется.
Тэхён остановился напротив, вглядываясь в мои глаза, обволакивая тьмой, закрывая нас от света и, кажется, от всего мира. Я отчетливо ощутила, что он полностью восстановился после того жуткого происшествия в Темном корпусе, скосила клаза и убедилась: родовой перстень-артефакт на его руке абсолютно черный и пульсирует тьмой. Мрак вернулся и в глаза моего суженого, но при этом он больше не скрывает от меня свою истинную, «зверскую» сущность, слишком хищную внешность, не прячется за иллюзией красавца-блондина.
- Язва, - сипло проворчал Тэхён, но без злости, скорее добродушно, наверное.
- Зато твоя. Какую заслужил, такой и наградили, - парировала я, не особо задумываясь о словах.
Ведь я задавалась вопросом: почему у обычных драконов цвет глаз всегда совпадает с цветом волос и чешуей зверя, а глава черных и его родственники по мужской, «темной», линии сплошь пепельно-серебристые блондины, но при этом с черными глазами. Слишком непривычная и контрастная особенность невольно привлекает внимание, заставляет рассматривать, гадать, а меня еще и полюбоваться тянет...
- Ты правда считаешь себя наградой? - вкрадчиво уточнил Тэхён.
Тьфу, какая досада! Но вслух я почти обиженно фыркнула:
- Уверена!
Как он может сомневаться в этом?
- Ну раз вся моя, да еще и награда... заслуженная, тогда не вижу смысла отпираться.
- А вот я...
Но не договорила, Тэхён неожиданно коснулся серебряной нити на моей шее, медленно прошелся по ней до груди, лаская, казалось, каждый камешек, хотя выходило - меня. И восторженно шептал, словно завороженный игрой с драгоценными камешками на моей молочной коже:
- Даже не думал, что это украшение будет так... горячо смотреться на тебе. Завтра же подарю тебе еще десяток. Можно надеть на руки, на ноги...
Черные чешуйки, то проявляющиеся на его торсе и скулах, то исчезающие, выдавали, что в «игру» вступил, помимо человека, дракон. Было немного неуютно стоять полуобнаженной под жадным, буквально плотоядным взором зверя. И все же я выдохнула обиду, доставлявшую мне дискомфорт, нет, если честно, душевную боль:
- Ты не пришел вчера! - получилось обвинительно и разочарованно, а не равнодушно, как хотелось. - А ведь обещал.
Тэхён резко вскинул голову и заглянул мне в глаза. Похоже, его завораживал не блеск бриллиантов, а моя плоть. У меня даже немного отлегло, тем более, мы всего в полушаге друг от друга, я - в провокационном неглиже, он - в штанах, которые не прятали, а скорее притягивали внимание к тому, что под ними. Ну вот, муж быстро прочел все мои мысли и чувства по лицу, по глазам, по напряженному телу. Я мысленно поморщилась от собственной глупости: наверняка мое стремление прихорошиться еще больше открыло ему завесу над моими страхами, чувствами, неуверенностью.
Тэхён качнулся ко мне, сделав последние полшага, - нас больше ничего не разделяло. Приподнял мое лицо пальцами, а большим еще и приласкал подбородок. Он почему-то хмурился, разглядывая меня, а у меня защипало глаза от подступающих слез. Как он мог снова не прийти ко мне?
- Прости! - неожиданно попросил он сиплым, взволнованным голосом. - Вся эта чехарда с попытками прорваться на наши земли. Синие с серыми использовали столько магии и заклятий, что разбудили сразу несколько кладбищ. Причем, в разных местах Высокогорья. Пришлось сначала выяснять: не был ли причиной кто-то из некросов или дейтрини, потом разбираться с проблемой - упокаивать нежить. К сожалению, совет старейшин Черного клана будет через два дня, и только после него с меня снимут обязанности главы. Затем оповестят об этом остальные кланы. Но пока именно я должен возглавлять Черный клан.
- Никто не пострадал? - я испугалась, мне никогда не забыть ловушку, в которую нас с Джином загнала нежить и омерзительные ощущения от восставших мертвецов.
- По мелочи, - поморщился Тэхён, но увидев насколько я напряглась, успокоил: - Ничего смертельного или непоправимого. Мы все устранили.
- Хвала Небу! - выдохнула я с облегчением.
В который раз убеждаюсь, что Черный клан - настоящие защитники Высокогорья, весьма нужные и грозные. Их тьма защищает, но в то же время отталкивает светлых сородичей. Дилемма, однако. Горькая!
- Ты правда скучала? - губы Тэхён дрогнули в едва намечающейся улыбке, чувствовалось, что не верится ему, хоть видит и чувствует.
Я пожала плечами, не решаясь ни подтвердить, ни опровергнуть. Вчерашнее утро, такое раскованное, «обнаженное», фривольное и игривое, многое изменило между нами. Кажется, сломало оборону обоих, но оставило какую-то пустоту и только от нас сейчас зависит, чем мы ее заполним. Очередными перепалками и претензиями или...
- Странно, но раздетой ты выглядишь взрослее, - вдруг признался Тэхён, медленно сдвигая бретельку моей сорочки. - В платье ты похожа на девчонку, совсем юная, почти хрупкая, я даже испытывал легкую неловкость, касаясь тебя, пытаясь соблазнить. Поэтому долго ходил вокруг да около, как ты сказала в свой первый день здесь. Да и ваше с братьями бесшабашное поведение взрослости тебе ну никак не добавляло...
- Спасибо за откровенность, - буркнула я, краснея от смущения и оправдываясь, - вообще-то мне двадцать пять, я давно не ребенок.
Про возраст совсем уж зря добавила. По сути, он прав: мы с побратимами откровенно чудили, отрывались по полной, наслаждаясь свободой, жизнью, небом. Тэхён мягко усмехнулся, но его глаза разгорались черным пламенем, пока он наблюдал за бретелькой, медленно сползавшей с моего молочно-белого плеча, за золотистым кружевом, скользившим по высокой груди, открывая больше и больше. Наконец полностью обнажилась розовая вершинка, ткань на миг остановилась, а потом зависла под грудью, полностью выставляя ее на обозрение жадных мужских глаз.
- Да, - хрипло согласился муж, - ты не ребенок. Только похитив тебя, столкнувшись с твоим острым язычком, лучше изучив характер, ну и... встретив с тобой вчера утро... убедился, что ты больше не ребенок, а желанная женщина.
Мы молчали, но за нас говорили наши тела. Казалось, во мне скопилось столько напряжения, коснись - и я взорвусь! Ведь Тэхён ласкал обнаженную вершинку моей груди, призывно сжавшуюся в темную горошинку. Его чуткие пальцы посылали разряды по всему моему телу, а я во все глаза смотрела ему в лицо и наслаждалась отражавшимся на нем «голодом» и чувственным восторгом, с которым он ласкал меня... уже всей ладонью. Затем томительно медленно спустил вторую бретельку и с хриплым полурыком и восхищением наблюдал, как синий шелк с золотой пеной кружев скользил по моему телу, полностью открывая его...
Когда рубашка упала к моим ногам, я сипло от волнения попросила или размечталась вслух:
- Не хочу быть суженой.
Тэхён вскинул на меня взгляд, почерневший, изумленный и закипающий разочарованием:
- Не хочешь быть моей?
И, кажется, не осознавая, что делает, накрутил украшение на кулак, почти до моей шеи, словно собрался убить, чтобы я больше никому не досталась.
Я качнула головой:
- Истинной... Я хочу быть твоей истинной.
Драгоценная нить выскользнула из дрогнувшей руки Тэхён, один камешек царапнул сосок - и я содрогнулась всем телом от острого возбуждения под его всевидящим черным взглядом. Мне не было неловко стоять обнаженной, потому что плавилась от желания под этим восхищенным мужским взглядом, жарким и вожделеющим. Как можно стыдиться под таким взглядом?..
- Дженни, ты же понимаешь, что истинная связь у черных драконов бывает лишь при обоюдной любви? - Я кивнула, соглашаясь. - И ты готова... способна полюбить... меня?
Я нетерпеливо передернула плечами вдруг не в состоянии произнести ни слова. И опять привлекла внимание напрасно сомневающегося мужчины к своей призывно напрягшейся груди. Но он не коснулся ее, а, обняв меня за талию, поставил на кровать, наверное чтобы сравняться со мной ростом. Обхватил мое лицо обеими ладонями и накрыл губы своими и поцеловал... Сначала нежно, а потом с какой-то горячечной нуждой, желанием, словно это последний миг его жизни и последнее желание.
На миг отстранившись, он неожиданно выдохнул мне в губы, словно сдался, не в силах больше сопротивляться:
- Хорошо!..
Я так и не поняла: то ли сам на истинную связь согласился, решился полюбить, то ли поверил в мою способность его полюбить. Не так уж это важно. Тем более, под его умелыми руками, горячими губами и пронзительным, буквально обжигающим взглядом потерялась в ощущениях, забылась, расслабилась и не осознавала, что происходит. Я растворилась в Тэхён, в своем наслаждении, в страстных гортанных криках, в зверином рыке, когда муж резкими толчками брал меня, поглощал целиком и полностью. Когда-то я испытывала нечто подобное, в прошлой жизни, но те чувства и ощущения не были даже отдаленно похожими на те, что сейчас владели мной, завоевывали душу и сердце.
Я забилась от наслаждения, содрогаясь всем телом, а Тэхён усилил натиск, доведя меня до второго пика за считанные мгновения, разрывая мой мир на до и после. А еще, когда я наконец отдышалась, осознала, что обычная женщина не способна отдавать лишь тело, разделяя постель с мужчиной. Вместе с телом она отдает и сердце, а если не повезет, то и душу. Я же, несмотря на вторую ипостась и чешуйчатую половинку, - совершенно обычная женщина. И к своему внутреннему страху, осознала, что отдала все: тело, душу, сердце. Даже мой разум всецело занял всего один мужчина, все мысли о нем, его чувствах и проблемах.
Тэхён, опираясь на локти, чтобы не давить на меня, обхватил мою голову ладонями и обдал макушку горячим рваным дыханием. Выглянув из-за его плеча, я увидела свои ноги, сжимающие его талию; руками я обнимаю его широкую мускулистую спину, на которой стремительно заживают красные полосы от моих ногтей. Ого! Оказывается, я очень страстная, вон как исполосовала мужа, или он слишком способный, если я даже не помню, когда ухитрилась это сделать, настолько мне было хорошо где-то на «седьмом небе». И не мудрено, если внутри у меня все еще пульсирует его мужественность, соединяя нас, сплетая воедино.
- Моя, - сипло, с невыразимым удовольствием и огромным облегчением выдохнул Тэхён.
- Твоя, - кивнула я и зачем-то ласково куснула его за плечо.
Он опять довольно вздохнул и, чуть отстранившись и приподнявшись, тревожно заглянул мне в глаза:
- Больно было?
- Нет, - я смущенно прикрыла глаза и мотнула головой.
- Это хорошо, - улыбнулся Тэхён, укладываясь на бок рядом и теснее прижимая меня к груди, словно не насытился не сексом, а близостью. - Есть хочешь?
- Не знаю, наверное, - стыдливо пробормотала я. - Пока не знаю...
- Я тебя сильно вымотал?
Его по-прежнему твердое достоинство упиралось мне в живот, красноречиво намекая, что он-то как раз совсем не вымотался и готов продолжить.
- Спасибо, - сама не ожидала, что выдохну благодарность.
Тэхён немного отодвинулся, чтобы видеть мое лицо, и удивленно приподнял серебристые брови:
- За что?
- За... это, - я отвела взгляд, ощущая, как мои щеки ошпаривает смущением, но преодолевая неловкость, добавила: - Я... мне очень понравилось...
И все сильнее краснела под пристальным, все подмечающим черным взглядом. Тэхён поднял мое лицо и пристально всматривался в глаза, словно искал в них что-то особенное. Затем, тряхнув короткой растрепанной шевелюрой, будто сбрасывал наваждение, признался:
- Знаешь, ты права, ты действительно мой подарок от Высших. Такой стоило и подождать триста лет...
Я недоверчиво, удивленно вытаращилась на него: пошутил или правду сказал? Нет, никаких двусмысленностей, шуток и подколок - он сам от своих чувств в недоумении. Ух ты! Я расплылась в счастливой улыбке абсолютно удовлетворенной женщины, окрыленной надеждой на светлое будущее в этом темном царстве. И даже всласть потянулась, выгибаясь под вновь разгорающимися черным пламенем глазами этакой довольной кошечкой и игриво намекая:
- Я бы не отказалась позавтракать.
Мой дракон не переставал удивлять, потому что, ласково чмокнув меня в лоб, усмехнулся, по-звериному плавно и быстро встал, можно сказать, сверкая крепкими ягодицами и потрясая, без лести, великолепной атлетической фигурой. На ходу надел штаны и вышел из комнаты. Я не успела ни расстроиться, ни соскучиться, он сразу вернулся с полной еды тележкой. Видимо, ее оставили возле двери, чтобы нас не беспокоить. Смущаться из-за того, что теперь все в курсе наших интимных отношений, не стоило. В драконьих кланах жизнь слишком на виду и все про всех в курсе, к этому я давно привыкла.
Вот только, в отличие от Тэхён, я без стеснения голышом разгуливать не осмелилась, поэтому, обернувшись одеялом, юркнула в ванную под его насмешливым взглядом. Быстро привела себя в порядок, заодно полюбовавшись своими буквально сияющими после столь страстного утра глазами, надела халат на голое тело и выскользнула за дверь - прямо в крепкие объятия мужа, ласково шепнувшего мне на ушко:
- Я успел соскучиться, Соль!
Как же приятно услышать от него свое детское прозвище! Я замерла, положив ладони ему на грудь, ощущая себя в его объятиях как дома. Затаив дыхание, мы смотрели друг другу в глаза, будто бы опасались, что, дернувшись или моргнув, нечаянно нарушим установленное перемирие. И пусть мое тело еще не остыло от страстных, откровенных ласк, меня сковала робость.
Тэхён задумчиво нахмурился. Я знаю это выражение его лица, таким оно было, когда, будучи преподавателем, он, например, обдумывал, как объяснить студентам сложную тему максимально доступно и понятно. Я напряглась, испугавшись, что вот сейчас наша неожиданная идиллия прекратится, но Тэхён удивил безмерно. Ласково коснулся моей щеки, и тихо, словно баюкал тьму, спросил:
- Ты хотела верности? Я клянусь, что отныне только твой. И никогда не сделаю больно, как и обещал.
На самом деле он пообещал мне гораздо больше того, что я ожидала от черного дракона. Дал больше именно сейчас и особенно после испытаний и потерь с другой суженой. Я радостно, с невероятным облегчением отмела все свои тревоги. Мы продвинулись далеко вперед в наших отношениях, нет, сегодня мы буквально бездну перелетели. Я тоже решилась на ответный шаг:
- Я клянусь, что никогда не брошу тебя и буду хранить тебе верность.
Тэхён молча зарылся пальцами в волосы у меня на затылке, а я уткнулась носом в его обнаженную грудь и обняла, стиснула руки, желая быть ближе, забраться ему под кожу. Как он со своей тьмой уже забрался под мою. Мы не произнесли ни слова. Зачем лишние слова, когда обоим хорошо как никогда.
Опустив взгляд вниз, я заметила на ногах плотные сгустки тьмы - «носки». Оказывается, она так мои босые ступни согревает, вот они и не мерзнут. Я в умилении смотрела на заботливую темную магию - отражение мыслей и приказов хозяина, побеспокоившегося о моих озябших ножках. И уже не первый раз. Вспомнилось, как часто, еще не зная, что я вижу его тьму, Тэхён магически проверял: хорошо ли я питаюсь в академии, не поранилась ли на тренировках. Всегда и везде, стоило попасть в неприятность, оказывался рядом, спасал или уберегал. Всегда и везде, а я... даже подобрать хороших слов не могу, все сомневалась, ждала чего-то. Надо было прямо спросить еще в день поступления в академию, почему он со злостью и неприятием смотрел на меня. Эх, почему мы все умные задним числом?
- Давай завтракать? - предложила я, твердо решив заглаживать вину... нет, пожалуй, недопонимание.
Тэхён улыбнулся, с неохотой выпустил из рук и отодвинул стул, предлагая сесть.
- Не-а, чур, я за тобой сегодня ухаживаю! - счастливо улыбнулась я, направляясь за «тазиком» с клубникой и сливками.
А вот увидев вспыхнувший черный голод в глазах моего дракона, поняла, что поторопилась. Ведь он вспомнил вчерашнее «сливочное ухаживание». Поэтому, отчаянно покраснев, поставила ягоду на стол и смущенно предложила:
- Давай сначала просто позавтракаем, а потом... в следующий раз, мы продолжим нашу хм-м... краснику... со сливками.
Тэхён потянул меня к себе и посадил на колени. Перебирая драгоценные нити у меня на груди, вернее лаская, довольно усмехнулся:
- После таких обещаний, Дженни, я готов стать заядлым садоводом и самолично высадить вокруг замка эту ягоду, раз она тебе настолько нравится.
- Так много не надо, а то быстро привыкнешь и разонравится, - хихикнула я.
- Маленькая моя дракошка, разве может разонравиться твоя ягодка, скорее слишком пристраститься можно, - страстно шептал мне на ухо дракон-обольститель, поглаживая мою грудь, затылок и спускаясь все ниже, к сокровенному...
Снова к столу мы выбрались из кровати к обеду, наскоро перекусили и Тэхён увлек меня обратно. Ему нравилось все, даже просто лежать и рассматривать мое лицо, гладить его пальцами, зарываться в мои волосы, вдыхать мой запах и даже вместе с золотой лапкой моей драконицы, перебирать черной лапищей своего дракона подаренные камешки. Оказалось, вместе с мужем гораздо интереснее любоваться игрой света на сверкающих гранях, одновременно ощущая спиной его большое жаркое тело. Млеть от страсти и счастья, когда он накрывает собой, прижимает и делится теплом и своей силой.
И тьма... тоже засыпала вместе с нами, причем забавно укладывалась вокруг кровати огромными расслабленными кольцами, «сытыми» и довольными, ведь все, что хотел ее носитель, рядом, в его человеческих руках. А мне не было страшно, наоборот, накрыло абсолютным чувством покоя и благости, как никогда и нигде.