Алое на чёрном.
Предупреждение: автор был слегка не в себе.
Отвратительно восхитительный алый росчерк на чёрном полотне гладкого шёлка. Изломанные линии болезненно слабого и белоснежного в объятиях тьмы. Непорочно и запятнано. Дыхание птицей рвётся из груди, пытаясь преодолеть клетку сломанных рёбер.
Ты ещё не отчаялся?.. Давно пора бы.
Хрип и булькающее хлюпанье вырываются из горла, пузырясь на иссушенных потрескавшихся губах. Алое на перламутре. Люблю алый — цвет твоей крови, тебя.
Что в твоих глазах сейчас? Страх? Отчаяние? Ненависть? Нет. В них застыло желание. Желание, снедавшее тебя до того, как я выдавил глазные яблоки.
О, как сладки были твои крики и стоны боли... Услада для ушей. Горчащий мёд на кончике языка. Впрочем, языка у тебя тоже нет. Его я отрезал после глаз.
В чём дело? Всё ещё так отчаянно пытаешься что-то сказать... Ты ведь так горячо клялся в вечной любви. Так что же теперь? Ты добился своего, я полюбил тебя. Видишь? Я люблю.
Вот только зачем?.. Зачем ты заставил полюбить тебя?! Ты разве не видел её?! Матовую тьму в моих глазах. Она сжирает всё, что я люблю. И тебя... Тебя она сожрала...
Остался последний штрих, милый. Последняя черта, и картина будет завершена. Она будет довольна.
— Я люблю тебя... — шелест тебе на ухо, за секунду до кинжала, пронзившего трепыхающееся сердце. — Я люблю тебя...
Щелчок фотоаппарата, и картина готова, надо лишь поместить тебя на положенное место. Среди других картин. Алых на чёрном. Она довольна, ведь так мы будем любить вас вечно.
Но теперь... Пора искать следующую любовь.
