V
— Не умничай. Наверняка знаешь, что большинство общество таких людей недолюбливает.
— Тех, которые знают больше чем положено? Печалька… А, и без разницы, я же «нужными» знаниями не унижаю человеческое достоинство, — пока мы по душам разговаривали, уже дошли до остановки.
Как на зло автобус не приезжал. До дома я могу и пешком дойти, правда я устала, да и пешком идти как-то лень. Если бы я знала, что классный со мной попрется, то лень точно отошла бы на второй план. Какой-то злой рок.
У нас с ним что-то вроде «соревнования» за авторитет, да и его слова насчет репетиторства по истории. Сумасшествие, да и только. Чем он только думал, когда предложил это? Честно говоря, мне интересно, что такого в этой олимпиаде, что туда отправляют от имени школы учеников.
Тест как тест, ничего особенного, но директор делает все по-своему. Ответ всплывает сам собой: чтобы у школы было много наград, и она показывала, что обучает умных и образованных людей. Ля-ля-ля, сто лет мне это не сдалось. Если он настучит о моих способностях директрисе, то не видать мне спокойствия.
Я со скучающим видом оперлась о железный столб остановки, и лениво бросала взгляд на дорогу, по которой проезжало не так-то много машин. Чон Чонгук смотрел на меня, и даже не скрывал это. Удивительный факт. Мы на остановке одни, что меня крайне бесит.
Обычно народу пруд-пруди, а тут нате вам, никого. Сговор какой-то против меня? Какого черта я вообще сказала, что на остановку иду? Непонятно. Не в своем уме, походу дела, была. Если автобус не прибывает, то почему бы не пройтись пешком? Переборю лень, зато без присутствия терминатора останусь.
Уже хотела пойти, и, как назло, прибыл транспорт. Вот же не прет мне. Минуту назад думала о том, что его долго нет, а как подумала пойти пешком, то тут как тут. Издевательство, да и только. Пришлось садиться с учителем в прибывший общественный транспорт.
Я присела рядом к выходу, ведь через три остановки подойдет моя, а за это время, думаю, не получится пообщаться «по душам».
Когда подходило время высаживаться, встав возле двери, рукой схватилась за поручень, но не успела это сделать, так как автобус резко остановился. Я полетела вперед к лобовому стеклу. Больно ударившись головой и руками, я упала на пол.
Несколько пассажиров, кондуктор и водитель встали с мест, подойдя ко мне. Помогли встать, но на ногах я стояла, так скажем, в балансе. Ко мне подбежал учитель, и дал мне этим опору. Пассажиры, чуть ли не крича, спрашивали водителя, почему он резко остановился. Он недовольно покачал головой и, не поворачиваясь к пассажирам, ответил что-то про наглых подростков, которые перебегали дорогу перед транспортом.
Выйдя из автобуса, кряхтя со стоном при каждом шаге, Черный рыцарь отпустил меня на рядом стоящую скамейку. Водитель вышел и спрашивал, не вызвать ли скорую. Ни у кого даже не возникла мысль обвинить в случившемся меня. Не обвинили, что я сама не держалась за поручни. Некоторые, наверное, видели, что я не успела это сделать. По крайне мере, я на это надеюсь. Еще разборок не хватало.
Насчет скорой… она бы не повредила, ведь у меня серьезные ушибы или переломы… не знаю. Я не врач, чтобы самой себе диагноз ставить, но голова болела, видимо из-за бурной встряски. А вот кровь из носа у меня текла, и поэтому я прикрыла его ладонью.
Учитель откуда-то достал носовой платок и дал его мне. Чон вызвал скорую помощь, после его вызова она приехала довольно-таки быстро. Сев в машину, Черный рыцарь решил сопроводить меня и удостовериться, что со мной все будет хорошо. Водитель автобуса вернулся на свое рабочее место, и тронулся по своему маршруту.
Оказавшись в травмпункте, меня всю осмотрели. Оказалось, мне повезло. Я не сломала себе ничего, только кисть правой руки ушибла, причем сильно. Мне ее перебинтовали. Зато можно ничего не писать. Во как фортануло! Жесть…
Хоть ноги целы. Это радует.
Мне дали таблетку обезболивающего, так как голова и рука ныли после удара.
Чон Чонгук решил договориться с врачом насчет меня. Записали мою фамилию в книжку, куда вписывают пациентов. Он взял на себя ответственность, потому что в данный момент родителей нет, а без попечительства, так скажем, мне придется днями на пролет торчать здесь, пока предки не появятся. А ведь родителей моих не достать. Так-то можно сестре позвонить, тоже вариант. Получается, что в данный момент учитель за меня в ответе, как ни странно.
Больница была не очень-то современная. Компьютеры есть, но они стоят без дела, да и видно было по ним, что скоро им кают. Маленькая больничка, два трехэтажных здания и маленькая территория, все.
Умудрилась же я встать в тот момент, когда автобус остановили… Меня спрашивал терминатор, как я себя чувствую, а я отвечала: «Бывало и хуже» — с улыбкой на лице, но это даже на улыбку не смахивало, а на нудную ухмылку вперемешку с болью.
— Если завтра будешь плохо себя чувствовать, то в понедельник в школу лучше не идти, — вдруг встревоженно посоветовал преподаватель. Я в удивлении посмотрела на него, — Ты ведь понимаешь, что твои родители должны знать об этом? — без злости, миролюбиво спросил.
— Да, понимаю, я не хочу чтобы они беспокоились, но, наверно, будет лучше, если я позвоню им. Вы бы не могли мне дать мой телефон, он в переднем кармане моего портфеля, — попросила парня. Он не достал телефон, а принес только сумку. Достав оттуда средство связи, набрала телефон предков. Все же было жутко страшно, как отреагируют они.
Конечно, будут расспрашивать как я, все нормально, просто не люблю жаловаться, а это как ни как, вроде бы жалоба. Трубку взял отец. Почему? Почему он, сложно что ли, чтобы мама взяла. Хнык-хнык, реакция отца еще куда устрашающая, чем мамы.
Сначала я начала говорить из далека, но косой, неприятный взгляд учителя и недовольство отца вынуждали меня сразу сказать суть звонка. Рассказав все как было (в автобусе), я ждала вердикта судьи — отца. Он молчал довольно долгое время. Поразмыслив, естественно спросил, нет ли каких-то серьезных повреждений, я ответила, что одни пустяки.
— Хочешь, чтобы мы приехали?
— Хочу, но со мной все будет нормально. Хоть вы там и отдыхаете, но я то знаю, что ты и работаешь, поэтому не хочу тебя отвлекать. А если есть время, то можете и приехать, — как бы не хотелось быть одной дома во время отпуска родителей, но они моя семья и я рада всегда их видеть.
— Хорошо, я тут разберусь с вопросами по работе и как только я освобожусь, то мы с матерью сразу же прилетим и посмотрим, как ты там.
— Как скажешь, — спорить с ним без толку, поэтому молча согласилась, — Я люблю тебя, пап.
— И я, моя Йерим, — после слов последовал писк о том, что звонок окончен. Убрав с уха телефон, я пару секунд посмотрела на дисплей, а затем убрала в сумку.
Мои родители отдыхают, но даже во время отдыха, мой отец умудряется работать. Моя мама ворчит на него из-за того, что много работает, но понимает, что он кормит семью и поэтому приходиться ей только с этим мириться. А ведь она не бьет баклуши и тоже приносит деньги в семейный бюджет и пытается находить время для таких поездок. Меня с собой берут, но в этот раз я отказалась, об этом я уже упоминала
Странно, что о онни не упомянул, но может и нет, знают же, что я дома одна и онни не будет обратно переезжать, для того, чтобы контролировала мой каждый шаг.
К нам подошел врач и дал мне некоторые наставления, как правильно перебинтовать кисть руки. Хромая на одну ногу, я с горем пополам с опорой в виде учителя вышла из травмпункта. Синяки на теле - это не беда.
— И как ты доберешься до дома? — тяжело вздыхая, спросил учитель.
— Сейчас позвоню сестре и она меня заберет. А вы можете идти, итак мне помогли. Кстати. Спасибо.
— Не за что, — хмуро пробубнил, — Если ты не против, я бы хотел удостовериться, что тебя заберут. Поэтому подожду, пока за тобой не приедут.
Вот же пристал. Хуже чем пиявка. Сделав звонок Джой онни и попросив ее забрать меня из такого-то травмпункта, она с возгласом спросила, что со мной случилось. Естественно, сказала ей, что по дороге до ее дома объясню.
Ждать долго не пришлось. Онни приехала, да не одна, а с мужем. Джой выскочила из остановившейся машины и кинулась ко мне. Схватив за плечи начала беглым взглядом осматривать меня и ворчала на себя, что не выполнила свои обязанности слежки за мной.
Я ее успокаивала, сказала, что сама виновата, главное, чтобы она вину на себя не взяла, а ведь сестренка то может. Из автомобиля вылез темноволосый мужчина и тоже подошел ко мне, осматривая меня с ног до головы, словно я была невероятным зверьком.
— Со мной уже все хорошо. Правда. Ну не надо, — заворчала я от прикосновений светло-русой девушки, — Просто давай уже поедем домой и узнаешь всю историю.
— Мне уже отец все рассказал, — убрав таки наконец свои ручонки от меня, сердито ответила.
— Здрасте Тэхен оппа, — поприветствовала негромко мужа своей сестры. Он басовым голосом ответил тем же.
— Поехали тогда до нашего дома, я тебя в квартире одну не оставлю, — включив синдром благородного родственника, с возмущением сказала.
А я просто пожала плечами и села в машину на заднее сиденье. На коленях держала портфель. Посмотрев на то место, где должен быть Чон Чонгук я удивилась. Его не было, да и как-то неожиданно он пропал, даже не показав свое присутствие Джой онни, а ведь говорил, что хочет убедиться, заберут меня или нет. У него был невероятный шанс познакомиться с русой девушкой и проворчать ей на мое «прелестное» поведение, но не сделал. Почему?
По дороге до обитания супружеской пары, мы заехали до родительской квартиры и взяли для меня несколько чистых вещей, а затем снова тронулись к пункту назначения.
Как же я была сейчас благодарна сестре, что она не расспрашивала меня больше о моем самочувствие. Прислонившись лбом к стеклу, я смотрела на серое небо. Как же начинает раздражать такая погода.
Хочется солнца, хотя бы к концу осени, ведь последует же зима. Снега нет, так почему бы, чуть-чуть не дать тепла? С такой погодой настроение катиться к чертям или его вообще нет… Вспоминая наставления учителя, я прокручивала по несколько раз его слова и не могла понять, он действительно забеспокоился или так неотразимо сыграл на публику свое негодование?
Ведь он ко мне чувствует неприязнь, как еще объяснить, что ко мне пристает со своими вопросами и из-за меня выдумывает внезапные контрольные. Если хочет этим привлечь мое внимание, так он давно это уже сделал и не зачем по несколько раз на дню меня трогать.
Меня порой выводит из себя его такое отношение ко мне. А ведь первого сентября был нормальным, а затем показал свой сладкий характер. Разносторонний человек, что могу еще сказать? В школе достает меня и за ее приделами. Вот, в присутствии его получила травму. Он ходячие неразумение или я? Да ну… его когда не было, со мной такого не случалось.
Когда мы подъехали к дому, то муженек онни поехал на прерванную работу, а я зайдя в жилище решила помыться. Горячая ванна — это хорошо, но не при ушибах же… Сняв с себя бинты и зайдя в наполненную ванну, тело от прикосновения с водой начало ныть, но когда привыкла к ней, то этого уже не замечалось. Намыливать тело, для меня стало проблематично, но вполне выполнимо, а вот насчет волос, это совсем другое дело.
Помывшись, полотенцем высушила свои волосы и переоделась в домашнюю одежду. Сестра была на кухне и готовила ужин. Хоть какой-то прок от нервной ситуации. Нормальной едой буду питаться несколько дней.
— Тебе же надо перебинтовать твою кисть? Ты сможешь сама или помочь?
— Давай ты, а то в мумию своим темпом превращусь, — пошутила я. Онни сказала, что сейчас доделает и займется мной.
Я спросила ее, могу ли чем ей помочь, она сказала мне почистить несколько штук картофеля и нарезать лук. Почистив картошки и положив в большую миску с водой, приступила к чистке лука и нашинковав его, отдала онни. Она кинула в сковородку с маслом мясо и лук.
Дальше моя надобность в готовке у девушки отпала.
Мне было безумно скучно и поэтому я медленным шагом походила по первому этажу дома, а затем поднялась на второй. В комнаты заходить смысла нет, все практически однообразно. В самом углу маленького, но длинного коридора второго этажа, увидела лестницу приделанную к стене, которая ведет к чердаку.
Я там никогда не была, может там будет что-то интересного, раскопаю, наверно. Поднявшись, я убедилась, что сто лет не убирались на крыше. «Не удивительно. Везде так». Идя по пыльному деревянному полу, рассматривала разные картонные коробочки, все они были запечатанные.
На глаза попалась коробочка не закрытая. Подойдя к ней и присев на корточки, приоткрыла ее. От туда я достала старый альбом. «Странно, откуда это тут взялось? Обычно такие вещи хранятся в письменных столах, шкафах, но ни как не на крыше».
Открыв первую страницу увидела семью мужа онни. Какая-то женщина с темными короткими волосами и с карими глазами, мужчина таким же оттенком волос, но глаза карие. На следующих листах альбома детские фотографии.
Мне на глаза попали два мальчика играющих в песочнице. Оба темноволосые, один в руках держит машинку в руках, а другой пытается отобрать. О Божечки, это так умиляет. Дальше шли детство, юношество, школьные и студенческие годы. И снова эти два пацаненка.
Дальше я увидела, как юноши держат в руках диплом об окончании учебного заведения. Присмотревшись хорошенько к другу Тэхена я узнала в нем Чон Чонгуке. «Надо же, оказывается они знакомы и не простые там приятели, а друзья детства!»
— Йери, ты где? — услышала голос сестры. Убрав на место альбом, я спустилась вниз. Джой уже обыскалась меня, походу дела, — Ах, вот ты где. Пошли обрабатывать, — позвала вниз.
Сев на диван в гостиной, онни намазала какой-то мазью мою руку и забинтовала ее. Это дело вышло на пару минут. Закончив, мы пошли ужинать.
***
Всем привет дорогие читатели) Вот и глава. Следующая глава будет когда соберёте 15🌟звездочек. Удачи💜.