XVII.
Со дня отдыха на белоснежном пляже прошло ещё несколько дней. Явный загар с кожи начал постепенно сходить, что совсем не радовало городскую особу.
— Хочу снова на море... — пробубнила Сыльги, разглядывая свою руку со всех сторон.
— Мы можем с тобой и дедушкой поехать, — предложила госпожа Ли, которая готовила у плиты на обед пибимпап.
— С вами скучно, — закатила глаза Кан, устало опустив голову на стол.
Сегодня её дед занялся огородом сам, даже не заставив девушку утруждаться. Понимал, что в деле посадки деревьев внучка полный ноль и росток попросту не взойдёт, поэтому оставил её в покое.
— Позовёшь с собой кого-то за компанию, — предложила женщина. — Чонгука, например.
Услышав имя своего сумасшедшего друга, шатенка лишь скривилась. Его она точно с собой не возьмёт, ни при каких обстоятельствах.
— Ба... — Кан хотела было возразить, как вдруг стационарный телефон в гостиной прервал речь дамы.
— Сейчас отвечу и приду, — женщина ринулась к комнате, с которой звучал звон.
Девушка предположила, что это как всегда её родители звонят узнать, как там поживает их дочь и насколько эффективны воспитательные процессы старших родственников.
— Сыльги, это тебя, — позвала внучку госпожа Ли и снова принялась за готовку.
Кан подошла к телефону, на ходу придумав, что рассказать маме и как ещё пожаловаться на деда. Но как девушка удивилась, услышав не милый голос мамы или глубокий тембр папы, а самый настоящий визг.
— Сегодня ты идёшь со мной в клуб, мымра, и это даже не обсуждается! — по-настоящему кричал в трубку знакомый мужской голос, что заставил шатенку застыть на несколько секунд.
— Во-первых, не повышай на меня голос, — раздражённо начала городская. — Во-вторых, не строй из себя командира. И в-третьих, кто тебе сказал, что я с тобой вообще куда-то пойду?
В её списке безумных друзей к первому месту стал уверенно приближаться Хосок. Он ещё с первой их встречи был не так уж и далеко, но после этой истерики занял почётное второе место, после Чонгука, которого никто в мире не сможет переплюнуть.
— Во-первых, ты идёшь со мной в клуб, — парировал Чон на другом конце провода. — Во-вторых, ты идёшь со мной в клуб. И в-третьих, ты идёшь со мной в клуб.
На такой аргументированный ответ Кан даже не знала, как возразить, и просто молчала в трубку.
— Я всё ещё зол на тебя, — понизив тон и с ноткой ужаса в голосе, Хосок продолжил: — Я купил нужную запчасть, вытянул те ненавистные камни с мотора, лодка наконец-то заработала! Но не успела простоять и дня, как на неё упала ветка с дерева и поцапала бочину! — уже рыдая в трубку, парень взялся за голову и не прекращал скулить: — Все же ходят в клубы, когда им хреново, вот и я решил, что мне срочно нужно туда. Так ты представляешь, никто не может! К Кимам отец приезжает, Юна с Тэхёном сегодня вдвоём рисуют, — на этом моменте Сыльги немного напряглась, — Джин на работе, а Юнги вообще не ответил на мой звонок. Хоть ты пойди со мной!
Страдальческий голос юноши заставил сердце Кан сжаться. Всё-таки ей жаль этого бедного неудачника.
— Хорошо, только не ной, — проговорила на выдохе шатенка и потёрла лицо, слушая всхлипы рыжего.
— Я приду... За тобой... В семь... — еле выговаривал слова Хосок, а после, не попрощавшись, положил трубку.
— Дурдом... — только и вырвалось у Сыльги, после чего она пошла к себе в комнату — выбирать подходящий наряд на вечер.
***
Убитая дорога к клубу никак не могла отвлечь городскую фифу от долгих размышлений о бытие. Чон сидела на заднем сидении байка своего бойфренда, который молча вёз её в знакомое место. Единственное, что сейчас тревожило девушку — беспокойство, что её парень снова что-то начудит. К сожалению для Соён, вздоры из-за его необдуманных действий происходят уже на постоянной основе.
Подъехав к зданию, парочка слезла с транспорта и двинулась к заведению. Возле входа их ждали знакомые Мина.
— Привет, ребята, — помахал неизвестный девушке светловолосый юноша. — Меня зовут Уён, — представился он городской, что слегка кивнула в ответ.
Компашка вошла в шумный зал, и Юнги, взяв под руку свою даму, провёл к свободному столику. Заняв места, брюнет стал обсуждать что-то со своим другом, но из-за громкой музыки Соён не могла разобрать, о чём они говорят, поэтому просто уставилась на веселящихся людей на танцполе. К этому моменту подошёл второй знакомый Юнги с напитками и приставил каждому бокал белого нефильтрованного.
— Только много не пей, — предостерегающе проговорила каштановолосая. Мин тут же выпил полбокала залпом.
— Не указывай, что мне делать, — поставив стакан на стол, выдал он безразличным тоном. Не глянув на свою девушку, Юнги продолжил беседу с парнями.
От поведения юноши Чон стало не по себе. Он унижает её перед его друзьями и не слушается просьб? Городская очень хотела ему ответить какой-то колкостью, но не стала — унизиться будет хуже.
— Я пойду, потанцую, — не дождавшись ответа от Юнги, девушка стремительным шагом направилась вглубь толпы.
«Да как он смеет? Весь вечер портит» — только и пролетело в голове у фифы. Его грубость тут совсем ни к чему.
Кинув взгляд на столик Юнги, Соён поймала на себе взгляд брюнета и довольно ухмыльнулась — хоть её уход-то он заметил, не слепой. Быстро сообразив, Чон отвернулась и стала медленно покачивать бёдрами в такт треку и соблазнительно скользить руками по телу. Она знала, что Юнги сейчас смотрит на неё и хотела показать, какой лакомый кусочек он посмел обидеть.
Играясь со своими волосами, фифа перекидывала их со стороны в сторону, обнажая свои плечи и тут же закрывая, тем самым дразня своего мужчину. Музыка только зажигала огонёк внутри, поэтому дама просто отдалась песне и словила ритм всем своим телом.
Внезапное тепло, разливающееся по каждому сантиметру кожи. Как же Чон была рада почувствовать на своей талии прикосновения мужских рук — видимо, не выдержал и подошёл к ней.
***
— Думаю, тебе хватит, — настороженно глянув на постепенно пьянеющего друга, Кан попыталась отобрать третий бокал с его рук, но рыжий крепко вцепился в него пальцами.
— Нет, не хватит! — рявкнул Хосок и снова пригубил спиртное. Парень совсем не был готов к такому количеству алкоголя, он всегда был против него и никогда не употреблял, поэтому после первого бокала пива Чон казался напившимся вдребезги.
Тяжело вздохнув, шатенка опустила голову на руки и осознала, что пришла сюда не веселиться, а быть нянечкой для обиженного жизнью ребёнка.
— Как такое могло произойти? Что я сделал не так? — продолжал хныкать Чон, временами икая. — Я же с самого начала знал, что вы с Джису недалёкие! Даже элементарный инструктаж не смогли запомнить!
— Ты сам виноват. Раз изначально знал, что нас лучше не брать на рыбалку, зачем тогда это сделал? — не выдержала Кан. Ей казалось, что тема давно закрыта, но рыжий всё продолжает и продолжает её поднимать.
— Ты пытаешься сделать меня виноватым?! — Хосок так возмутился словам городской, что аж начал жестикулировать руками перед её лицом и не заметил, как зацепил бокал, который вмиг полетел на Сыльги.
Девушка в ту же секунду подорвалась и стала судорожно протирать пятно на своём платье. Да, из её уст вырывались не самые приятные выражения.
— Ты это... заслужила, — невозмутимо выдал Чон, сделав паузу из-за икоты, и оглядел разгневанное лицо подруги.
— Значит так, закругляемся! — вынесла вердикт городская. — Я пойду вытру это безобразие, а ты сиди здесь и никуда не рыпайся! — чётко выделив последние слова, Кан помахала указательным пальцем перед пьяной физиономией парня, чтобы он точно запомнил её указание. — Через пять минут мы едем домой!
***
Каштановолосая продолжала танцевать в такт музыке, пока парень бесстыдно исследовал изгибы её тела. Чон нравилось, что она имеет власть над ним, хоть и таким не совсем правильным способом. Городская дама прижалась ближе к нему и почувствовала что-то неладное. Запах одеколона был другим, не таким резким, как у Юнги. Соён моментально отошла от юноши и развернулась к нему лицом.
Да, это был какой-то незнакомец. Он протянул к ней руки, но Чон уверенно отбросила их.
— Пару минут назад ты была сговорчивей, — похотливо ухмыльнулся юноша.
Соён лишь передёрнулась, но ответить нахалу не могла — она сама разрешила ему трогать себя. Отпихнув незнакомца, устремилась сквозь толпу к своему парню, чтобы пожаловаться на приставучего типа.
Пробираясь через табун людей, дама заметила, что посетителей клуба прибыло в два раза больше с того момента, когда они только приехали сюда. Каждый давил на Чон с разных сторон, не позволяя покинуть танцпол.
Наконец-то выбравшись из душного сборища, каштановолосая оказалась возле столиков, но проблема не ушла. Знакомых лиц так и не увидела, а на их местах находились другие селюки. Городская провела взглядом весь зал, пока не углядела друзей поодаль от неё. Можно расслабиться, но нет.
Соён осмотрела их столик ещё раз, не поверив своим глазам. Чон пришлось несколько раз поморгать, чтобы убедиться, что это ей не причудилось. Это реальность. Там был Юнги. Но не один, а с девушкой, что сидела у него на коленях и бесстыже целовала его в губы.
В груди что-то больно сжалось, дыхание участилось, а глаза стали жечь от подходящих слёз. Глубокое дыхание не помогло развеять появившийся туман перед глазами. Чон ничего сейчас не хотела видеть и слышать, но закрыться далеко от людей, сесть, обхватить себя руками и плакать.
Отвернувшись от своего парня, который даже не подозревал, что Соён всё увидела, двинулась в ближайшее укрытие — уборную. Главное — не расплакаться перед всеми этими людьми. Только бы продержаться ещё чуть-чуть...
***
— Что не день, то наказание... — мямлила Сыльги в кабинке туалета, вытирая пятно от пива на бежевом платье. — Ну, ты у меня получишь...
Кан продолжала угрожать в пустоту, представляя самые жестокие способы мести бедному рыжему за испорченный наряд, который она оттирает уже минут десять. От безысходности городская вздохнула и опустила руки.
— Надеюсь, у бабушки найдётся нужное средство, чтобы избавиться от этого огромного жёлтого пятна...
Вдруг шатенка услышала скрип двери, шаги к умывальнику и тихие всхлипы. После выгнула одну бровь в раздумьях, не Хосок ли что-то там натворил в её отсутствие. Скорее всего, она недосмотрела за буйным начинающим алкоголиком.
С целью извиниться перед бедной жертвой рыжеволосого маньяка, Кан открыла дверцу кабинки. Только вот, когда шатенке на глаза попалась не грустная незнакомка, а та самая фигуристая фифа, да ещё и зарёванная, она просто застыла на месте. Сыльги ещё никогда не видела её в таком виде.
— Чего уставилась? — заметив знакомое лицо в отражении зеркала, спросила Соён дрожащим голосом с нотками вызова.
Встряхнув головой, Кан пришла в себя, но отвести взгляд от дамы в новом амплуа не смогла.
— Тебя Хосок обидел? — шатенка решила проверить свою догадку на правдивость, но в ответ получила только раздражённый взгляд.
— При чём здесь он? — фыркнула Чон, протирая глаза салфеткой, чтобы избавиться от нежелательных слёз. — Отцепись, — чуть тише процедила та.
Показушно фыркнув, Сыльги вышла из кабинки и направилась к соседнему умывальнику.
— У тебя денёк, я вижу, не лучше, — не сдержалась от колкости каштановолосая, узрев необычный раскрас платья девушки.
Кан даже не удосужилась ответить, а лишь ухмыльнулась и мысленно согласилась со словами собеседницы.
Несколько секунд в уборной не было слышно ничего, кроме звука бьющейся воды о раковину и редких всхлипов Чон. Сыльги просто изнывала от любопытства: что же у неё случилось, что вывело её на слёзы?
Вдруг за дверью послышался громкий хлопок, после которого последовало непонятное шарканье по полу, а далее существо подало голос:
— Сы-ыльги-и, ты... ещё до-олго? — еле выговаривая слова, рыжий валялся в позе звёздочки у двери женского санузла.
— Я же сказала ждать меня у барной стойки! — громко крикнула Кан, испугав близстоящую Соён своим визгом.
— Я ду-умал... ты ут-тонула... в унита-азе, — во время безудержной икоты выдавил из последних сил Хосок.
— Лежи там, сейчас подойду, — выдохнула шатенка, вытирая руки салфеткой. В голове уже появлялись представления о долгой и весёлой дороге домой с этим почти безжизненным телом.
Всё это время Соён стояла, как в тумане: вроде бы и слышала, что происходит вокруг, но и была далеко не в этом мире.
— Это Юнги... — сама того не ожидая, сказала фифа то ли себе, то ли Сыльги. Эта фраза заставила Кан остановиться и озадаченно уставиться на девушку с большим интересом. — Он... Поцеловал другую, — Чон будто не управляла своим ротовым аппаратом, который сам по себе захотел высказаться.
— Вот урод! — неожиданно воскликнула шатенка и сделала несколько шагов к собеседнице. — И что ты сделала?
— Ничего... — немного помедлив, ответила ей вторая и опустила глаза в пол от стыда.
— Как ничего? — Сыльги подхватила рассказчицу за локоть. — Ты должна что-то сделать, иначе он подумает, что ему всё сошло с рук!
Соён снова глянула в глаза Кан и увидела в них... нотки искренней поддержки. На инстинктивном уровне каштановолосая поняла, что сейчас ей можно доверять. Похлопав своими длинными ресницами и приоткрыв рот, Чон хотела ответить, но её перебила Сыльги.
— Хочешь, я пойду с тобой? — решительно настроенная шатенка глядела в глаза удивлённой городской, пока не услышала голос с другой стороны двери:
— Я н-не... разр-решаю, — мучаясь от головной боли, проскулил Хосок и даже попытался встать, чтобы остановить подругу, но безуспешно. На стоны пьяницы Кан лишь шикнула.
— Не нужно, я справлюсь, — прекратив реветь, спокойно ответила фифа.
— Точно? — переспросила вторая, однако, увидев в Чон уверенность, добавила: — Удачи, — подбадривающе улыбнувшись, Сыльги отпустила Соён и отошла назад, открыв путь к выходу.
Каштановолосая сделала глубокий вдох и ринулась из уборной, случайно задев голову лежащего рыжего каблуком, и тот снова заныл от боли; торопливо извинившись, поспешила к своей цели.
Чон чувствовала, как сердце жутко колотится от удушающего страха, мерзкой обиды и одурманивающего гнева. Отыскав нужный столик, увидела ту самую блондинку на коленях своего бойфренда. Хотя нет, бывшего бойфренда. Остановилась перед Юнги, схватила свою сумку со стула и дала изменщику пощёчину со всей мощью.
— Между нами всё кончено, — как можно жёстче и громче вымолвила Соён, чтобы мерзавец точно расслышал её слова и скрылась в толпе.
***
Всё вокруг утратило чёткость очертаний, превратившись в полупрозрачное марево. Перед глазами — мутная пелена слёз, что лились неукротимым потоком. Подбородок подрагивал, и плач вырывался наружу вместе с всхлипами и судорожными вздохами.
Слишком больно.
Яркий свет прожекторов пробивался сквозь окна и освещал ближайшие метры вокруг заведения, ослепляя своим мерцанием, когда остальная округа утопала во тьме. Громко хлопнув дверью, девушка выбежала из клуба и, протирая лицо рукой, побежала к длинной дороге. Покосившись на знакомый байк, припаркованный у входа, дама со всей злостью врезала по нему каблуком, от чего тот свалился на бок с пронзительным грохотом.
«Ни за что не поеду на нём... — отвернулась от железяки Чон. — Лучше сотру ноги в кровь, чем ещё раз сяду за его тарантайку!».
Соён уверенно направилась в сторону села, вытирая скопившиеся слёзы. Пройдя несколько десятков шагов, с надеждой в глазах оглянулась назад. Может, этот идиот имеет хоть каплю уважения к ней? Может, попробовал догнать её и пробубнить свои жалкие оправдания, утверждая, что она всё не так поняла? Может, он любит её?
Остановившись на месте и устремив взор на клуб, Соён не увидела ничего. Только разноцветные лучи прожекторов. Рыдание лишь усилилось и заставило девушку продолжить путь домой.
— Почему я сразу не поняла, что он — настоящая козлина? — всхлипнула от обиды городская, проведя пальцами сквозь растрёпанные пряди волос, что ранее были прекрасными накрученными локонами. Неприятные воспоминания стали вспышками озарять её сознание, вызвав очередной поток слёз.
Flashback
— Что это за баба тебе подмигнула? — прожигая парня взглядом, каштановолосая подняла бровь. На обычной прогулке какая-то сельская незнакомка без зазрения совести флиртовала с её бойфрендом просто перед Соён.
— Понятия не имею, — насмешливо хмыкнул Мин и растянул губы в лукавой ухмылке. — Перед таким красавчиком, как я, трудно совладать собой и не поддаться моим чарам, — не сбавляя темп, юноша вальяжно прогуливался под ручку с городской, что в недоумении зыркала на него.
— На неё мне плевать. Почему ты подмигнул ей в ответ? — остановив Юнги, заглянула в его глаза в ожидании объяснений.
— Не бери в голову... — прошептал ей на ухо брюнет и обхватил девушку за талию, продолжив экскурсию по деревенским улочкам. — Просто привычка.
— Пора избавляться от такой привычки. Теперь я — твоя девушка. Забыл? — раздражённо процедила Соён, надув губки.
— Нет, конечно же, моя малышка... — шёпотом проговорил Юнги, прижав даму ещё ближе к себе. Соён ничего не оставалось, кроме как выдохнуть и расслабиться в руках парня.
The end of flashback
— Как можно было быть такой наивной дурой? — внутри закипал гнев, а плач переростал в горькие выкрики. — Он заигрывал со всеми подряд прямо на моих глазах! Манипулятор хренов!
Flashback
— Я ещё раз спрашиваю: куда ты дел те деньги, которые я тебе дала? — поставив руки в боки, шипела девушка.
— Купил то, зачем их взял, — невозмутимо отрезал брюнет, что разлёгся на своём диване и сложил руки за голову. — Ещё вопросы?
— Что ты купил? Я должна знать, на что ты тратишь мои деньги, — не прекращала Соён, осматривая гостиную.
— То, что нужно. Это не твоё дело, — злобно выдал Юнги, сжав губы в тонкую линию. Его грубый голос звучал угрожающе, но это не остановило городскую.
— Не моё дело? Не моё дело?! — указав на себя пальцем, Чон подошла к бойфренду почти впритык. — Совсем страх потерял? Давай показывай свою покупку, наглец! — она помахала рукой, требуя парня подняться и выполнить приказ.
— Я не обязан перед тобой отчитываться! — даже не пошевелившись, юноша повысил голос на девушку.
— Ах, так? — покачала головой разъярённая каштановолосая и стремительно подошла к шкафам. — Тогда я сама найду! — быстрым движением открывала каждый и вываливала содержимое.
Когда очередь дошла до сервиза, обнаружила новые бутылки дорогого алкоголя, некоторые были даже открыты и надпиты.
— Что это? — Соён перевела взгляд на напряжённого брюнета. — Что это, я спрашиваю? Та самая важная покупка? Алкашня!
Соён стала швырять посуду просто на пол, где уже валялись разорванные фотографии парочки.
— Что ты творишь, истеричка?! — на этот раз Мин подорвался с мягкого дивана, с круглыми от шока глазами смотря на осколки под ногами.
— Да как ты смеешь меня называть истеричкой?! — не понижая тона, городская дама с претензией спросила своего парня.
— Тебя по-другому не назовёшь! — парировал брюнет, получив летящую подушку в ответ.
— Если я хоть раз ещё услышу такое, забудешь, что значит наслаждаться приятным времяпровождением со мной навсегда! — угрожала Чон и оскалила свои ровные белые зубки.
— Найду другую, — как ни в чём не бывало ответил Мин, не забыв фыркнуть.
The end of flashback
— Мерзкий обманщик! — пнула ногой попавшийся на пути камень. — Говорил, что я для него особенная, что я лучшая девушка в его жизни... А он нагло врал мне! — из последних сил крикнула Соён, и её слова превратились в отголоски эха. — Бесстыжая скотина, использовал меня как половую тряпку... — отчаянно всхлипывала Чон. — Я — обычная пустышка для него...
Понимание реальной картины просто разбивало ей сердце. Теперь его прикосновения, что ранее зажигали огонь страсти, кажутся ей противными. Все те слова, боготворящие её в его глазах, растворились в тёмной пустоте, погружаясь в вязкий океан наплевательства и притворства.
Он всегда был бессовестным: играл с чувствами всех своих девушек, думая лишь об удовлетворении своих утех и о том, как потешить своё самолюбие.
Он никогда не уважал Соён и ни во что её не ставил. Ловко завоевал её признание и успешно подчинил себе, используя в своих целях и не обращая внимания ни на кого, кроме себя любимого.
Он не попробовал остановить её и объяснить произошедшее, ведь прекрасно знал, что ему не составит труда найти ей замену, соблазнить такую же барышню и продолжить жить в своём идеальном мире.
Он не любил её.
***
Halsey — Sorry
Голова раскалывалась на части после долгих рыданий, ватные ноги гудели от усталости, а на пятках образовались мозоли, зато дорога от «Рая в аду» до деревни преодолена.
«Ещё чуть-чуть и я упаду прямо здесь... — пронеслось в мыслях городской, что тяжело вздыхала от изнеможения. — Соён, держись, осталось пару кварталов».
Она легонько шлёпнула себя по щеке, чтобы прийти в чувства. Подняв глаза перед собой в поисках нужного поворота, в её поле зрения попало что-то светящееся за рядом домов. Застыв на месте, прищурившись и сфокусировав взгляд, Чон всё равно не могла понять, что же это такое.
«Если снова пожар, надеюсь там сгореть».
Вяло переставляя конечностями, девушка приближалась к источнику света словно мотылёк к неизведанному свечению.
Каково же было удивление каштановолосой, когда она действительно увидела огонь. Костёр. Но больше её поразила стопка книг почти в человеческий рост возле него.
«Неужто сектанты вернулись и проводят тут свои обряды?» — подкрадываясь всё ближе и ближе, Соён не сводила взора с пламени.
Вдруг в костёр полетела одна из книг, заставив его вспыхнуть ярче, а треск горящих страниц стал громче. Дама чуть не свалилась в траву от неожиданности, но не издала ни звука, чтобы не попасться на глаза незнакомцу. Подобравшись бесшумными шагами к его спине, Чон в третий раз ошарашенно захлопала глазами.
— Намджун?
От резкого голоса, прервавшего тишину, юноша подскочил на месте и опрокинул высокую башню книг, что упали в беспорядке в разные стороны. Тут же обернулся к пришедшей и с испуганным видом вытаращился на неё.
— С-соён? — задержав взгляд на знакомой, принялся поднимать ближайшие книги с земли.
— Дай сюда, — вырвала из рук растерянного Кима один томик и повернула обложкой к себе. — «Доводы рассудка», интересно...
Тёмноволосый оцепенел с парочкой книжек и нервно сглотнул.
— Что ты тут устроил? — хмыкнула Соён, посмотрев на костёр, где догорало несколько переплётов. — Сожжение книг? — бросила взор на оторопелого парня, что согласительно кивнул. — Я не позволю портить такие прекрасные произведения, — только вздумала собрать оставшиеся с травы, как её остановил Джун, схватив за запястье.
— Ты что, плакала?
Намджун заглянул городской в глаза, будто пытался отыскать в их глубине нужный ответ. Его лицо излучало искреннее беспокойство, от чего Чон ощутила непонятное чувство и не знала, как реагировать, поэтому просто молчала, глядя на юношу.
— Твой макияж... — Ким показал на себе места, где, по всей видимости, у девушки были потёки туши.
Поспешно протерев разводы с лица, на пальцах Соён остались следы косметики, после чего та досадно цокнула.
«Боюсь представить, в каком я сейчас виде».
— Я ужасно выгляжу, да? — грустно улыбнулась парню городская. Ким отрицательно помахал головой, всё ещё пялясь на Чон. — Пожалуйста, хотя бы ты не ври мне...
— Я не вру, — тотчас выдал он, абсолютно серьёзно, вызвав у дамы смешок облегчения. — Что случилось?
Не вставая с земли, двое присели у костра.
— Случился Юнги, мерзавец... — последнее слово каштановолосая проговорила почти неслышно, но парень уловил его и глубоко вздохнул. Он понял, что произошло, это было очевидно.
Соён еле сдерживалась, чтобы опять не всплакнуть, и положила голову себе на колени. Усталость и уныние не отпускали.
— Дай угадаю, — начал Ким, после чего дама подняла голову и устремила взгляд на него, — он флиртовал с другой девушкой?
— Лобзался! — вскрикнула Чон и тут же прикусила губу, дабы не дать волю слезам.
— Айщ... Он неисправим, — поморщился тёмноволосый и перевёл взор на огонь. — Ты не первая, с кем он так поступил. Мне жаль, что это случилось с тобой.
Девушка покосилась на тоскливого собеседника, чей облик освещало ярко-оранжевое пламя. Вокруг него была необычная аура, которую Соён почувствовала с самого начала. Такая тёплая, уютная и... душевная. Впервые городская испытала нечто подобное.
— Как бы мы его не переучивали, он не предназначен для серьёзных отношений. Развлечения да и только, — продолжал Джун, обхватив свои колени, прямо как Чон. — Тебе не стоит терзать себя из-за него, — повернулся лицом к знакомой и встретился с ней взглядом.
Внимая каждое слово старшего, Соён и не заметила, как засмотрелась на него. Неловко отвернув взор на костёр, пролепетала:
— Я понимаю, но так быстро отпустить его вряд ли смогу...
— Тебе нужно отвлечься, — энергично добавил Джун, развернувшись всем корпусом к девушке. — У тебя же есть какое-то хобби?
И тут Чон задумалась. Всё своё время она проводила лишь с тем гадом. Снова пустота в душе напомнила девушке о себе, и та угрюмо опустила глаза.
— Ну, в конце концов, у тебя есть мы! — парень раскрыл руки и широко заулыбался. — Приходи, когда захочешь.
— И что мы будем делать? Книжки читать? — ухмыльнулась Соён, от чего тёмноволосый слегка помрачнел, поэтому девушка сразу договорила: — Если да, то я приду.
Намджун расплылся в милой улыбке, увидев довольное выражение подруги. Ему удалось вытащить её из подавленного состояния, чему юноша был очень рад.
***
Сложив книги по стопкам, двое погасили огонь и направились к особняку Чон.
— Спасибо, что согласилась взять литературу на хранение. Скоро я всё заберу... — встав перед дверью в дом, Ким передал девушке стопки романов.
— Не волнуйся, это меня не утруждает, — успокаивала товарища Соён, приняв книги и открыв входную дверь. — Заберёшь, как только сможешь.
Сто раз поблагодарив даму за помощь, тёмноволосый напоследок добавил: «Кстати, тебе очень идёт это ожерелье», помахав на прощание и пожелав доброй ночи.
Закрыв за собой дверь, городская поставила на пол стопку и провела пальцами по побрякушкам украшения на своей шее.
— Даже Юнги не замечал его... — вдумчиво пробубнила себе под нос Соён, перед тем, как отправиться раскладывать книги по полкам.