Глава 44
Драконы — одни из самых могущественных существ в этом мире: у них огромный запас магических сил, а знания о магии и мире в крови. Они вырастают размером с замок (Тэхён еще маленький по драконьим годам, поэтому его размеры весьма скромные), способны плеваться огнем, льдом или ядом, а иногда и всем вместе. Они могут летать, могут бегать по земле со скоростью, которой никогда не достигнет ни один существующий на этой земле скакун. Наличие хотя бы одного дракона на поле брани полностью способно изменить картину боя. Они мудры (с возрастом), склонны к пацифизму и обычно любят уединение. С учетом того, как могут прятаться драконы-интроверты, некоторые уже давно забыли об их существовании и стали считать обыкновенной сказкой.
А еще драконы, к моему большому облегчению, не едят людей. А вот все остальное жрут (именно жрут!) пропорционально своему драконьему размеру, даже если находятся в человеческом виде.
— Поэтому мой брат постоянно голодает, — герцог закончил свой рассказ на этой грустной ноте. — И, леди Лиса , мне и впрямь жаль, что он не ест людей. Тэхён, может, тебе изменить своим принципам и предпочтениям и попробовать надкусить кого-нибудь? Ты только посмотри, сколько здесь мяса! А эти толстые пивные брюшки? А эти наверняка мясные бицепсы?
Герцог широким жестом указал на пойманных и связанных бандитов, которые после его фразы заметно побледнели, а их тела пробила дрожь. Я глянула на дракона. Золотого дракона, который позеленел.
— Меня сейчас стошнит, — сдавленно пробормотал Тэхён, плюхая свою морду прямо на землю и прикрывая лапой.
— Только не в этой форме! — взвыл Чимин. — Мы же утонем! Я предпочел бы более эстетичную смерть.
— Тогда заткни моего младшего брата, — просипел сквозь зубы дракон.
— Молчу я, молчу, — тут же отреагировал герцог.
— Что-то вы больно покладисты, Ваша Светлость, — вздохнул Чимин. — Очень надеюсь, что вы не планируете выдрать у Тэхёна очередную чешуйку. Смею вам напомнить, что в прошлый раз мы едва не разбились, потому что он потерял ощущение ориентации в пространстве от боли.
— Ну что ты, Чимин! В прошлый раз упасть могли только ты и Тэхён. А сейчас с нами леди Лиса. А если она испугается, падая? Как я могу рисковать ее спокойствием?
— Кажется, что скоро мы будем молиться на леди Лису, которая удерживает тебя от твоих глупых шуточек. Кстати, долго ты еще собираешься болтать? Грузи этих разбойников на меня ближе к хвосту. И помоги леди Лисе сесть, она ведь впервые будет лететь на драконе?
— А что? Прямо сейчас надо уже лететь? — вздохнул герцог, подходя к разбойникам и начиная их по одному закидывать на спину дракона. — Десять минут не подождет?
— Зачем тебе эти десять минут?
— Леди Лиса проспорила мне десять минут поцелуя.
Я аж вздрогнула. Наличие дракона — живого огромного и говорящего — лучше любого проклятия почистило мою память. Но вот герцог, увы, все отлично помнил. Я повернулась в сторону герцога и встретилась с ним взглядом. А эта улыбка? Чуть ехидная, предвкушающая и такая наглая! Неужели герцог потребует с меня долг прямо сейчас? При Чимине, Тэхёне и целой куче народа?
— А на что спорили? На размер зубов Тэхён или на то, что леди Лиса сдержит вопль при виде дракона? — поинтересовался Чимин. — Эх, если бы я спорил на последнее, то проиграл бы. Все же, леди Лиса , я считал, что вы встретите дракона спокойно и невозмутимо.
— Чимин, я не хочу слышать подобные вещи от человека, который орал как резаный, когда впервые увидел Тэхёна, — заявил герцог.
— А я тогда, между прочим, был не крупнее теленка, — фыркнул дракон, а от его дыхания трава на поляне пригнулась, как при сильном ветре. — И ты, Чимин, как я помню, не спрашивал спокойно, не ем ли я людей.
— О да, — подхватил герцог. — Чимин кричал и просил не есть его, потому что он худой и невкусный! А потом нырнул в озеро, надеясь спастись, и чуть не утонул.
— Точно-точно. Мне пришлось вылавливать его зубами...
— ...отчего Чимин благополучно рухнул в обморок. И этот человек говорит что-то о леди Лисе! — Герцог осуждающе покачал головой.
— Так что было предметом спора, леди Лиса ? — Чимин, как и всякий умный человек, перешел на другую тему.
— Существование драконов, — вздохнула я. — Я не думала, что они и впрямь в этом мире есть.
— А я тогда что? — обиженно спросил Тэхён.
— Массовая галлюцинация? — предположила я, а сама украдкой посмотрела в сторону герцога: кажется, за нашим разговором он забыл о предмете спора.
Или нет.
Уж больно хитро он улыбался. Да и вот это подмигивание... Но все же целовать при всех герцог либо не собирался, либо передумал.
— Ага, еще скажите, что нездоровая, — заржал дракон. Именно заржал: уж очень смех напоминал лошадь. Трехметровую такую и очень громкую. — Ладно, пока мы тут не договорились до чего-то еще более абсурдного, чем несуществование драконов, давайте уже полетим к нужному месту. Я остановлюсь где-то за километр до поместья.
— А нас не заметят? — поинтересовалась я. — Или драконы были неожиданностью только для меня, а все аристократы давно в курсе?
— Нет, не в курсе. Но нас не увидят. Я могу наложить иллюзию невидимости, — гордо возвестил дракон.
— Тогда почему бы не приземлиться рядом с замком? — удивилась я. — Зачем идти еще лишний километр?
— Потому что я немного не форме при превращении...
— Вам становится плохо? — я постаралась добавить в голос участия, хотя мне в упор представлялся дракон, которого очень сильно тошнит. Разумеется, после чудных предложений Его Светлости откусить кусочек от одного из бандитов.
— Нет, я всего лишь становлюсь голым, — покаялся дракон. — То есть я уже голый, а когда возвращаюсь в человеческое обличье, то одежда на мне не появляется. Предстать в таком виде прямо рядом с поместьем аристократа, где могут увидеть не только слуги, но и высокопоставленные люди, чревато...
— Особенно чревато будет, если леди Лиса увидит тебя в чем мать родила. Не забудь перед превращением дождаться, когда леди Лиса отвернется, — сказал герцог. Спокойно, размеренно, но угроза прямо повисла в воздухе. — Я против, чтобы леди Лиса видела голых мужчин, поэтому постараюсь такие случаи исключить.
— А как же мой будущий супруг? — ехидно поинтересовалась я.
— Меня ты можешь увидеть голым хоть сейчас, — сказал герцог и начал расстегивать пуговицы на своем камзоле.