Глава 44
Лалиса
С ума сойти!
Он был прав!
Очень непривычно чувствовать себя беспечной дурочкой. Но выходит, что наши боевики не зря такие параноики. А мы привыкли их за это слегка высмеивать.
М-да.
Как-то резко, получается, кончилось детство. Я сама теперь понимаю разницу — еще месяц назад я могла шипеть на невольное замужество, делать пакости и принимать в ответ мальчишеские выходки. А теперь все иначе. Какими глупыми кажутся с высоты сегодняшнего дня наши ссоры...
Ладно, Лалиса, перестань варить свои мозги. Лучше слушай, что говорят. И держись за этого неугомонного, а то вдруг он снова полезет жертвовать собой. Меня это впечатлило, не скрою, но лучше не надо. Он мне по-любому живым нравится больше. И в магазин вдовьих покрывал я больше не хочу. Эрл Алкерен же продолжил добивать:
— Известно наверняка, что в верхушке есть люди, подчиняющиеся Хозяину Пустоты. Иначе невозможно было бы скрывать такое количество пропавших без вести годами. Да, поначалу он осторожничал, выбирал либо совсем одиноких магов, кого хватятся далеко не сразу, либо инсценировал нападение нежити. К слову, зачастую это было правдой, измененная нежить появилась не вчера и не год назад. Просто ее существование тщательно скрывалось от большинства, что позволяло ей безнаказанно плодиться. Тем временем потерь среди боевых магов становилось все больше, и обычную нежить держать в узде стало еще сложнее.
— Разве никого не удивило, что в каком-то дистрикте возросло количество таких происшествий? — нахмурился Чонгук.
— В том-то и дело, что это был не один дистрикт. Тварь либо очень быстро перемещалась какими-то своими путями, либо через подвластных ее воле магов подбрасывала тела подальше от себя. Не исключено, что эти же маги и ловили для нее жертв. Да и потом, исчезновения списывались на уход на пенсию, путешествие по миру, переезд к родственникам в дальний дистрикт... Мы до конца не знаем, что из этого правда, а кого уже давно нет с нами. Информации катастрофически мало, — поморщился эрл Алкерен, утомленно потерев лицо обеими руками и совсем несвойственно для него сгорбившись. Никто не в состоянии быть сильным и несокрушимым двадцать четыре на семь.
— Но если против него нельзя применять магию, — задумчиво спросил один из друзей моего мужа. Точно, это был Тэхён, — то почему травники и бестиологи? На них это правило не распространяется?
— А вот тут интересный момент. — Преподаватель устало потер глаза и явно едва сдержал зевок. — Если взять за основу то, что твари воздействуют на нас через нашу же магию, то следует подумать: где прервать эту цепочку? Воздействовать опосредованно. Верно?
— Боевые артефакты! — моментально сообразил Чонгук. Он все время разговора придвигался ко мне все ближе, и мне от этого становилось... спокойнее? Просто приятнее? Такой вредный противный мальчишка, всеми силами показывал, как я ему не нравлюсь, и вдруг... уф, о чем я думаю? Дурочка!
— Молодец. Первая мысль настоящего боевика, — кивнул эрл Алкерен. — Но увы. Не работает. Все наши артефакты все равно надо активировать собственной магией. И это создает мостик между тварью и магом. Теперь думайте еще — как можно ударить, но не создать его?
— Живое существо как звено в цепи не пропускает его семя к нашей магии? — Я услышала собственный голос и удивилась. А уж восхищенный взгляд Чонгука и вовсе вогнал меня в краску.
— Браво, эрлесса! Тогда, может, вы и расскажете, почему мы не сказали это все сразу? — прищурился преподаватель.
В первый миг я нахмурилась, не понимая, в чем подвох. Только что же было сказано об умении подчинять других магов, так зачем повторять одно и то же? Или...
— Все в курсе, что бестиологи и боевики проводят тренировки, — медленно произнесла я, попутно пытаясь найти ответ. У меня часто так, пока не произнесу все факты вслух, не увижу самого главного. — И если информация верна, в других дистриктах та же ситуация.
— Продолжайте, — поощрительно кивнул эрл Алкерен.
— И что-то мне подсказывает, что вряд ли где-то достигли значимых результатов, взять хотя бы то, как мы тут все цапаемся по поводу и без, едва не обвиняя друг друга в бесполезности, — поморщилась я и замерла, наконец-то нащупав нить. — Или же в какой-то академии успех был! Ребята показали, насколько виртуозно могут взаимодействовать, являясь серьезной угрозой для этой твари! Возможно, именно после этого все дистрикты оказались отделены, да и связи нельзя доверять на все сто, учитывая неизвестное количество захваченных магов.
— Отлично, — кивнул эрл Алкерен и несколько раз лениво хлопнул в ладоши. — Добавлю лишь, что этим самым бестиологи и травники теперь стали ходячей мишенью как нечто крайне опасное и нежелательное.
— Но всех не перебить, по крайней мере не сразу, — подхватил Чонгук, поймав мою мысль и осознав суть того, что делали преподаватели. — Имеет смысл бросить все ресурсы на самых сильных, тех, кто уже что-то показал. И пока мы топчемся на месте, ругаясь между собой, способные лишь на то, чтобы умертвить стайку крыс, для Хозяина Пустоты опасности не представляем. Просто детишки в песочнице. Именно по этой причине нас не учат взаимодействовать между собой, позволяя самим строить стратегию боя без всяких подсказок.
— Именно поэтому на ваших тренировках не присутствует никто из преподавателей, — в тон ему добавил эрл Алкерен. — И вовсю ходят слухи о бесполезности такой стратегии. О предстоящей всеобщей эвакуации. И возможных потерях среди небоевых единиц.
Все замолчали. Слышно было, как сопит кто-то из ребят в самых дальних рядах.
— Как давно стало известно, что лучшее средство борьбы с иномирной тварью — связка из боевика и травника? — вдруг спросила я, наткнувшись мыслью на некую преграду.
— Или боевика и бестиолога, — кивнул эрл преподаватель. — Но травники предпочтительнее, потому что ваши методы — лучшая прокладка между магией и пустотой.
— И поэтому... поэтому... — У меня в голове закрутился цветной калейдоскоп догадок. Если эти данные были известны давно, но узкому кругу лиц... то наши родители... не могли не подумать, что лучшая связка между магами — это когда они... да нет, ну насильно же мил не будешь! Или... или...
— Потом разберемся, — шепотом мне в самое ухо сказал вдруг Чонгук, обнимая за талию таким собственническим жестом, что я обалдела. И... не стала вырываться. — И головы оторвем кому надо. Вместе.