Глава 28
Лалиса
Обидно, досадно, но ладно. В конце концов, Юнги не первый и не последний мой друг-парень, который внезапно сошел с ума и испортил дружбу какой-нибудь глупостью.
Правда, от него я ожидала такого предательства меньше всего. Юнги казался мне слишком серьезным и деловым для этого. Увы... Самое противное — он попытался внушить мне, что искренне любит, как умеет, и не имеет никаких корыстных мотивов по отношению ко мне.
Но объяснять, какого шуя творится вокруг, твердо отказался до того момента, как я все же разорву помолвку с Чонгуком, соглашусь выйти замуж за него, Юнги, и уеду с ним в другую академию, на другой конец королевства.
Пакость какая... не знаю почему, но у меня вся интуиция зачесалась при взгляде на его «честное» лицо. Если бы он и вправду просто слегка протек чердаком на фоне влюбленности — я бы поняла, пожала плечами и подождала, пока эта болезнь у него пройдет. Но играть меня втемную не позволено никому. Я даже для родителей и Момо не сделаю исключение. Да, я пока подчинилась. И не стала устраивать скандал. Но это не значит, что у них все пройдет гладко. Зря они это затеяли...
Что логичнее всего делать в такой ситуации? Правильно, искать союзника. Кто может им стать? Тот, кто пострадал наравне со мной. Раз пошла такая грядка, нам с Чонгуком надо как минимум перестать воевать и сопоставить сведения. А дальше посмотрим.
И похоже, в этом направлении сейчас думала не одна я. Ибо стоило мне только упомянуть Юнги при боевиках, как Хосок произнес интересную фразу о практике. На несколько мгновений это заставило меня смешаться. Размышляя о том, что мой друг мог знать о сложившейся ситуации, я делала упор на его связи. Не зря крутится сейчас как молодой и талантливый поближе к верхушке.
Его практика меня интересовала именно с исследовательской точки зрения. И я как-то даже не допустила мысль, что он по ней мне не все рассказал и как раз там мог стать свидетелем того, из-за чего его отправили в академию раньше. Восприняла как само собой разумеющееся — раз его одногруппники давно завершили свою практику и вернулись к занятиям, то и его особое положение не может длиться долго, и так сколько всего пропустил... Что стоило задуматься: кого волнуют оценки, когда Юнги по факту уже трудоустроен и его ждет блестящее будущее? Да и аспирантуру он планировал заканчивать в другой академии, куда меня и манил...
— Где этот зеленомордый? — Голос Чонгука вырвал меня из раздумий. И звучал он вроде бы спокойно, и сам парень, пусть и поднялся с места, выглядел расслабленным... Но даже Лапочка оставила в покое мое платье и затихла, а Орхидейка закопошилась, забиваясь поглубже в волосы. Уточнять, почему Юнги стал вдруг «зеленомордым», я не стала, больше волновало, зачем он сейчас понадобился боевику. Что я и озвучила.
— Да так, вспомнил, что не мешало бы подготовиться к следующему занятию на полигоне. Эрл Алкерен намекнул, что мы будем разбиваться на пары... Похоже, я уже выбрал своего спарринг-партнера... — произнес он неестественно безэмоциональным голосом.
— Так разбивка не для спарринга... — пробормотал Хосок растерянно и, кивнув Тэхёну, тоже поднялся с места. Посмотрев на них, я на всякий случай последовала их примеру.
— А мы начнем со спарринга! Сразу, как я найду этого крысеныша, — вызверился Чонгук и решительно направился к двери. — Обсудим заодно, кто кому и что будет разрывать!
— Ты же сам не хотел нашей женитьбы, — напомнила ему я, надеясь, что это как-то отрезвит его.
— А теперь хочу! — выдал Чонгук, отчего я где стояла, там и села, благо стояла у дивана. И не только мне стало охренеть как непонятно от внезапных новостей. Тэхён сдавленно крякнул и выпучил глаза.
— То есть... Да какая разница? Этот гад внаглую говорит моей жене гадости обо мне, пытается соблазнить ее, еще и прямо заявляет, что не оставит своих попыток, а мне даже в челюсть ему не дать?! — возмутился Чонгук, но хотя бы остановился, пылая праведным негодованием. Хосок, воспользовавшись заминкой, на всякий случай переместился ближе к двери, должно быть, для того, чтобы в случае чего успеть перехватить друга.
— Не пытался он соблазнить, просто... — предприняла я попытку сгладить обстановку и пояснить, что Юнги движут какие-то свои мотивы, далекие от романтичных. Но мне не дали и слова больше сказать.
— Это ты так думаешь! Нам виднее! Ты просто не ведешься! — вразнобой выдали ценные замечания все трое боевиков. Переглянувшись, хмыкнули и как-то чересчур задумчиво посмотрели на дверь. Такими темпами они всей кагалой сейчас рванут на поиски Юнги, чтоб их! Кстати, а с чего вдруг недокомплект?
— А где Джин? — озвучила я свои мысли. И вот эти слова как раз и возымели эффект огнетушителя.
— Ушел в тундру, — мрачно объяснил Чонгук. — Даже не сказал толком, что именно случилось. Он вообще в этот раз после возвращения из дома вел себя очень странно. Сначала хотел нам что-то рассказать, а потом резко передумал. Как будто ему запретили. Кстати! — Парень прищурился. — Это случилось после того, как приезжала твоя ба... эта потрясающая женщина!
— Она ему точно ничего не запрещала.
Я покачала головой. Вообще, ощущения были странные. С одной стороны, мне даже польстило, как Чонгук взвился на Юнги. А какой девушке не польстит такое отношение? С другой, этот пентюх тут же смазал впечатление, отговорившись распусканием петушиного хвоста и другими мальчишескими глупостями вроде «это моя лопатка, иди в другую песочницу, в этой занято! А не уйдешь — в глаз дам!».
Но я решила отложить этот вопрос на потом. А сейчас стоило обсудить то, ради чего мы решили заключить перемирие.
— Момо вышла замуж за своего Шульценштайна, — задумчиво начала я перечислять факты. И только отмахнулась от удивленно вытаращивших на меня глаза парней — мол, это-то тут при чем. — Да-да, это важно. Просто потому, что ба вообще замуж не собиралась. Она считала, что одного раза достаточно. И Момо не один раз говорила, что изменит свое решение не раньше, чем этот мир рухнет. Получается, уже?
— Слушай, — после долгой паузы высказался наконец Тэхён, — вроде пока все живы. Тревожных новостей с границ, из аномалий и просто с упыриных болот не слышно. Ну, поменялась программа... так мало ли. Может, это еще один эксперимент кого-то из величеств. По внедрению в народ прогрессивных методов ведения магического боя. А Джин сбежал потому, что эти методы начали внедрять прямо с тундры. А?
В его голосе было больше надежды, чем уверенности. Честно говоря, мне показалось, что по спине каждого из нас скользнул одинаковый холодок тревоги.