Озвучивание не поддерживается в этом браузере
25
В большой гостиной нас уже ждали. Но я намеренно не торопилась. Старалась не таскать малышку на руках без лишней необходимости, чтобы давать ей возможность двигаться как можно больше и быть самостоятельной, а потому после короткого стука в дверь и последовавшего за ним позволения войти мы зашли в помещение, держась за руки.
– А вот и они, – раздался уверенный голос леди Чон, пока я приседала в реверансе, а малышка с любопытством пыталась за мной повторить. – Позвольте представить вам, леди, мою внучку Сабиру и невесту моего сына – маркизу Лалису Манобан. И заранее прошу вас воздержаться от провокационных вопросов. Их помолвка пока держится в секрете.
Услышав последнюю фразу, я посмотрела матери герцога прямо в глаза. Но ее лицо оставалось холодным камнем. От вранья не дрогнул ни единый мускул, а в глазах читалась четкая уверенность в правдивости произнесенных слов. Так убедительно лгать – это еще надо постараться.
– Мы рады приветствовать вас, – отговорилась я банальной фразой, четко ощущая на себе колкие, хищные взгляды.
Даже малышку покоробило от воцарившейся атмосферы. Она вдруг прижалась к моей ноге, уцепившись за юбку платья обеими руками. Пришлось успокаивающе поглаживать ее по плечу все то время, пока леди Чон на правах хозяйки представляла мне своих подруг.
Только от таких подруг во что бы то ни стало следовало держаться подальше. Заочно я знала каждую, а две из четырех леди так и вовсе встречались мне во дворце.
Едва мы разместились за столом – на его дальней стороне, чтобы не нервировать Сабиру незнакомыми лицами, – гостьи благополучно "забыли" о просьбе хозяйки.
– Значит, это именно о вас с завистью шепчутся в обществе? – взяла на себя право начать допрос леди Туфома.
Ну правильно. Двух дочерей хорошо пристроить гораздо сложнее, чем одну. Особенно если они не блещут ни умом, ни красотой, ни хитростью. В отличие от их матери-графини.
– Простите, леди, но я понятия не имею, о чем вы, – вежливо отговорилась я, помогая малышке черпать ложкой суп.
До рта она его доносила настолько аккуратно, что мне и салфетка не требовалась.
– Ну как же? – притворно удивилась другая. – Вот уже несколько дней вся столица гудит о миловидной спутнице Его Светлейшиства, которая сопровождала его на спектакль. Королевские озорники едва ли не делают ставки на то, будет ли скорой свадьба.
– Ох, о свадьбе еще рано говорить, – как бы невзначай отмахнулась хозяйка поместья. – Это ведь не пятиминутное событие. Нам еще столько всего предстоит обдумать и подготовить.
– Да-да. Конечно! – согласно закудахтали леди.
Половина тарелки тыквенного супа-пюре была съедена на ура. Мне оставалось пережить еще половину, овощи с мясом и салат.
Сама я к еде не притрагивалась.
– Ах, вы так мило заботитесь о малышке, – восхитилась маркиза Гертензии, самая зрелая из присутствующих, а значит, самая опасная. – Простите мне мое любопытство, но в каком статусе вы находитесь в этом доме? Я не вижу при вас компаньонки.
Я медленно на миг прикрыла веки. Хотелось выругаться вслух и громко, чтобы дамы раз и навсегда поразились и впечатлились.
Но позволить себе смогла лишь легкую, ничего не значащую улыбку.
– И не увидите. В качестве моей компаньонки в этом доме выступает сама леди Чон. Также у меня есть личная служанка, которая тоже не оставляет меня ни днем, ни ночью. Она блюдет мою честь даже тогда, когда я просто гуляю по саду, – не преминула я подколоть родительницу Чонгука. – Ваше любопытство удовлетворено?
Теперь мой взгляд был обращен непосредственно на говорившую. За исключением герцогини Елтейской, остальные леди либо имели статус ниже моего, либо равный. Нас разделяли только возраст и мои хорошие манеры, но и они уже подходили к концу, о чем я сообщила дамам соответствующими интонациями.
Они могли думать обо мне все, что им заблагорассудится. Могли даже шептаться у меня за спиной, пока я их не слышу. Но в глаза...
Никто из них, за исключением герцогинь, не имел никакого права хамить мне в глаза. Оттого и подбирали слова так тщательно, откровенную наглость пряча за елейными улыбками и искренней озабоченностью. Отточенные взгляды же вовсю демонстрировали исследовательский интерес.
Осознав, что выудить из меня ответы на свои вопросы они не смогут, дамы пошли с другой стороны. Меня попытались ловко втоптать в грязь.
– Дорогая, а вы уже думали о том, чтобы нанять няню в обозримом будущем? – спросила герцогиня Елтейская, обращаясь ко мне. – Этой прелестной малышке требуется достойный присмотр.
– Только не берите слишком молодую, не делайте моих ошибок, – добавила графиня, пряча улыбку. – В этой отвратительной псевдоблагородной Академии девиц учат вызывать интерес у своих хозяев. Раз моргнете, а она уже в постели у вашего жениха.
– А вы, Ваше Сиятельство, кстати, какое образование получали? Домашнее? – спросила маркиза как бы между прочим.
К этой минуте я уже не сомневалась, что они прекрасно знали, кто я такая. Больше того, явились в этот дом, будучи осведомленными о моем контракте с герцогом. Вероятно, решили, что раз Чонгук завел себе любовницу из псевдоблагородных девиц, значит, уже готов и к браку.
Правда, леди Чон подыграть им отказалась. Она представила меня не любовницей, а невестой. Они же, в свою очередь, теперь вовсю доказывали леди, что будущая герцогиня Трудо из меня никакая. Пытались повлиять на нее, развлекая себя за мой счет, но напали не на ту.
Подобные гиены громко гавкали только тогда, когда собирались стаями. Поодиночке же не представляли из себя ничего существенного. Даже герцогиня Елтейская. Их герцогством уже давно управлял старший сын леди, пока также не обремененный брачными узами, а еще не имеющий с матерью ничего общего.
За последние десять лет они даже не виделись ни разу. Герцог с ядовитой родительницей после смерти отца предпочитал не общаться, регулярно откупаясь не очень-то щедрыми суммами.
Промокнув Сабире рот салфеткой, я отодвинула пустую тарелку из-под супа в сторону, и ее тут же забрал управляющий. Он двигался по столовой незримой тенью, но весь наш разговор совершенно точно слышал. Только довольным отчего-то не выглядел. Напротив, бросал на дам многочисленные пикирующие взгляды, на которые они даже не обращали внимания.
Потому что прислугу в высшем обществе за людей не считали. Разве что за предметы интерьера.
Слегка разогрев уже успевшее остыть второе магией, я вручила малышке новую ложку и помогла зачерпнуть овощи с мясом в соусе. Лишь после этого вновь взглянула на наслаждающихся своим триумфом женщин.
Моя улыбка им однозначно не понравилась. Зато такую же я неожиданно увидела отражением на губах леди Чон. Только заговорила я раньше нее, не позволяя матери герцога обрушить на себя несмываемый флер скандала:
– Мое образование можно назвать домашним лишь частично. До шестнадцати лет со мной и правда занимались нанятые родителями учителя. Но после их смерти я осознанно проложила свой путь в Академию благородных девиц и ни о чем не жалею, – произнесла я медленно, вдумчиво, как если бы разговаривала с детьми. – А вот вам о своих колких фразах еще придется пожалеть. Великолепно жонглируя остротами, вы забыли о том, что невеста рано или поздно становится женой. Я – будущая герцогиня Трудо, леди. Леди Чон, напомните, пожалуйста, кажется, мужья всех этих леди несут ответ за свои земли перед вашим сыном?
– Совершенно верно, дорогая, – с явным удовольствием подыграла мне мать генерала. – За исключением герцогини Елтейской. Она снимает дом в самом сердце нашего герцогства...
– Чтобы быть поближе к молодому любовнику, которого содержит на средства, отчисляемые ей сыном, – закончила я, одной этой фразой вызывая целый шквал возмущенных и пораженных охов.
Да-да, леди. Я уже встречала вас при дворе, хоть и не была представлена.
Однако на этом не остановилась.
– Да что вы себе позволяете!? Какое хамство! Немыслимо! – то и дело звучало на разные голоса.
Побледневшая герцогиня оскорбленно подскочила, выбираясь из-за стола. Если бы леди попытались кричать в присутствии ребенка или бить посуду, я бы не оставила подобное без внимания. Но здравомыслие все же в них отыскалось. Или, быть может, материнский инстинкт.
– И все же я закончу свою мысль, – произнесла я чуть громче, осаживая воцарившийся хаос. – Не хочу напрасно тешить вас надеждами, леди. Если я вдруг по какой-то причине не выйду замуж за генерала Чона, непременно подыщу себе иную кандидатуру. Скажем, моим возлюбленным может стать ваш старший сын, герцогиня. Или кто-то из ваших мужей, леди. Мы – дамы, не обремененные моральными принципами, – не отличаемся особой привередливостью, не так ли? Поделитесь опытом и мудростью, леди. Кого-то из вас вместе с детьми уже ссылали из-за любовницы в дальнее поместье?
В стенах особняка воцарилось пораженное молчание.
Я продолжала улыбаться все то время, пока незваные гостьи спешно покидали столовую. Лживая улыбка прилипла к моим губам, но я не проронила больше ни звука. Занималась тем, что помогала Сабире завершить обед. А еще пыталась удержать слезы, навернувшиеся на глаза против воли.
Это только с виду казалось, что быть стервой легко. Говори гадости да улыбайся почаще, блистая откровенными нарядами. На самом же деле подобные сцены отнимали невообразимое количество сил.
Сколько раз я слышала на свой счет откровенные и завуалированные оскорбления? Эта цифра исчислялась сотнями, но каждый раз обидно было словно в первый. Репутация нянь и гувернанток очень часто подвергалась нападкам. Нас высмеивали и унижали в высшем обществе, оттого мы и не посещали разного рода балы и вечера.
За редким исключением. Но тогда в свет обычно уже выходила любовница или жена.
Истинные же няни и гувернантки отдавали всю себя чужим детям, нередко становясь заложницами чужих домов и семей. Обычно королевский бал выпускниц был для них последним в жизни. Если на нем тебя не заприметил потенциальный жених, шансы выйти замуж практически сводились к нулю. Ведь почти у каждого нанимателя уже имелась жена – мать тех самых детей, для которых нас и приглашали.
Случаи же замужества уже внутри семьи были единичными. Женихами обычно становились брат, племянник или другой родственник нанимателя или его супруги. Близкие друзья семьи тоже входили в этот круг, но все чаще сводилось к банальному статусу любовницы, а не невесты.
В общем, нас действительно было за что не любить. Но я предпочитала давать объективную оценку каждому человеку по отдельности исходя из его личных качеств и заслуг. Почему этими же правилами не руководствовалось все высшее образованное общество, я искренне не понимала.
– Спасибо, – произнесла леди Чон твердо, а я ощущала на себе ее внимательный взгляд. – Но зря. Когда вы станете герцогиней Трудо, эту встречу вам припомнят еще не раз.
– Мы обе знаем, что я никогда не стану герцогиней Трудо, – выговорила я, четко разделяя слова.
– Обязательно повторите эту фразу перед моим сыном, – усмехнулась женщина, поднимаясь. – Полагаю, сегодня вы и дальше справитесь без меня. Мне необходимо срочно проехаться по гостям, опередив этих стервятниц. Будем обелять вашу честь, Леди Манобан.
Обойдя стол по кругу, бабушка склонилась к внучке и поцеловала ее в макушку. Однако, едва женщина и правда вознамерилась уйти, я ее остановила:
– Вы мне теперь должны, леди Чон.
– С невообразимым удовольствием посодействую вашему с Чонгуком сближению, – радостно выпалила она, выбрав награду за меня.
Но я шутить намерений не имела.
– Леди Чон, раз в неделю, согласно контракту, я имею право на выходной. Понимаю, что обговаривать его мне необходимо с Его Светлейшеством и заранее, а потому прошу вас сопроводить нас с леди Сабирой завтра утром в город. Мне необходимо найти артефактора, чтобы зарядить шкатулку.
– И всего-то? – отозвалась она. – Мой вариант мне нравится больше. Хотя... Мы можем заехать в салон к отличной модистке. Она моя давняя знакомая, а вам явно следует дополнить гардероб. Невеста моего сына...
Позволив себе с укоризной взглянуть на леди, я нашла в себе силы попросить:
– Леди Чон, я прошу вас, перестаньте.
На ее губах вновь отчего-то поселилась снисходительная улыбка.
– Я-то перестану, моя дорогая, а вот Чонгук... – произнесла она и многозначительно замолчала. – Ты просто не знаешь, что такое любовь дракона, девочка. Он тебя уже не отпустит, хотя сам этого еще не понимает. Я рада, что ты появилась в нашем поместье, Лалиса. Не скучайте, девочки.
Проводив спину донельзя довольной леди взглядами, мы с Сабирой тоже засобирались. Впереди нас ждал дневной сон, но все в очередной раз пошло не по плану.
Комментарии